День Победы

21 июля 1998 года, Спасение

Когда Драко снова открыл глаза, сарай был залит бледно-серым светом. Сияние пары странных сфер, оставленных повстанцами после допроса, еще не погасло, но изрядно потускнело. Очевидно, заключенные в них заклинания почти иссякли. Он прикинул, что проспал часа три-четыре, не больше. Его разбудило странное колебание в окружающих чарах. Приподняв голову, он увидел, как открылась дверь сарая. «Опять за рыбу кнат! Явились за вторым раундом?» Его тело и так уже превратился в сплошной сгусток боли с опухшим лицом и едва открывающимися глазами. Для полноты картины не хватало повторить все по новой. «Увы, не блистать мне на Министерском балу совершенством лица», — немного истерично подумал он. Так никого и не впустив, дверь закрылась. Однако Драко заметил сигнальные чары, появившиеся с внутренней стороны двери. Сюда кто-то проник. Он сфокусировал магическое зрение и с трудом различил парящий в воздухе след. Эх, надо было слушаться в детстве отца и усерднее тренироваться, не пришлось бы сейчас локти кусать. Прислушавшись, он уловил чье-то неровное дыхание, словно незваный гость немного запыхался по дороге сюда. «Почему он невидим? Может, это и есть тот самый предатель повстанцев?» Отец рассказывал ему о нем. Видимо, его похитители настолько паршивы, что даже собственные люди не в силах их терпеть. Пару месяцев назад в Министерство начали прилетать чудные бумажные самолетики, содержащие сведения о рейдах повстанцев. «Ха, я первым узнаю личность информатора. Вот радость-то...» Воздух всколыхнулся скинутой мантией-невидимкой, и перед ним появился темноволосый молодой человек примерно его возраста, с ярко-зелеными глазами. Для волшебника он был излишне мускулист, или скорее жилист, а в его глазах горела стальная решимость. На лбу обнаружился шрам в виде молнии. Драко едва не ахнул от изумления. Слава Моргане, Малфои не ахают, и он смог скрыть свое удивление, просто вдохнув чуть быстрее обычного. Мальчик-Который-Выжил! Последние годы Темный Лорд его обыскался, а он все это время жил в повстанческом лагере? Был их шпионом? «О-о... великий Салазар, это бесценно! Теперь Свет точно обречен!» — возликовал он про себя. Драко знал, что множество людей в Волшебном мире до сих пор ждут не дождутся возвращения Мальчика-Который-Выжил, надеясь, что он сотворит чудо и «избавит мир от Тьмы». Окажись они сейчас на его месте, обалдели бы от шока... Однако внешне Драко изобразил полное неведение и фамильную холодность. Выгнув дугой бровь, он выжидающе уставился на посетителя. Гарри Поттер оглядел грязный сарай и неодобрительно поджал губы. Затем с той же тщательностью изучил пленника, или, быть может, его травмы. — Вы – Драко Малфой, — констатировал он твердым голосом. — Что верно, то верно. Я бы встал, чтобы поприветствовать вас в моей скромной обители должным образом, но, боюсь, после всех этих Круциатусов у меня немного дрожат ноги... С кем имею честь? Выругавшись себе под нос, Поттер опустился на землю, снял с плеча сумку и закопался в нее. Наконец он нашел то, что искал, – пузырек с зельем – и передал ему. Драко взял его трясущимися пальцами (Наверное, он смог бы сдержать дрожь, но зачем утруждаться, если она лишь усиливает злость Поттера на соратников?) и осторожно понюхал. В нем оказался Умиротворяющий бальзам низкого качества. «Все же лучше, чем ничего», — подумал он и осушил пузырек. — Итак, — продолжил он после того, как дрожь немного спала, — боюсь, я не расслышал вашего имени. — Адриан Блэк, — ответил тот. Интересный выбор, Драко бы на его месте предпочел что-нибудь другое. — В родстве с печально известным Сириусом Блэком? — Он был моим отцом, — отрезал Гарри Поттер. Был? Ах да, вылетело из головы, он же недавно умер. — Соболезную вашей утрате. Пусть его душа найдет кратчайший путь к Магии и обретет покой в загробном мире. Гарри Поттер, представившийся Адрианом Блэком, пронзил его пытливым взором. — Знаешь, а ты ведь первый, кто сказал мне это. Остальные вот уже пару месяцев, как обходят эту тему молчанием. Так что... спасибо. Он слегка улыбнулся Драко, глядя погрустневшими глазами. Что на свете-то делается? Гриффиндорец благодарит слизеринца... но Поттер же не совсем гриффиндорец, да? — Итак, Блэк, я, конечно, в восторге от нашего очаровательного разговора и все такое, но что ты здесь делаешь? — Тебя освобождаю. Второй раунд пыток отменяется. Спасибо Моргане и Мордреду за проявленное великодушие. Ему пришлось приложить усилия, чтобы сдержать вздох облегчения и сохранить на лице подобающее Малфою равнодушие. — Прекрасно. А... почему мы тратим время на пустые разговоры, когда нам нужно... по крайней мере, мне нужно линять отсюда со всех ног? — Нам придется немного подождать, потому что я потратил много сил, чтобы прогнуть чары, не разрушая их – хотел войти сюда незамеченным. Сейчас я переведу дух и буду готов двигаться дальше, не волнуйся. Драко ошарашено уставился на второго парня. — Ты прогнул чары на входной двери? И тебе нужно «просто» перевести дыхание, чтобы продолжить? Я думал, они позволили тебе войти, именно поэтому твоя идея с побегом не произвела на меня впечатление! Разве они не должны были увидеть, как открывается дверь? И понять, что кто-то вошел? — Нет, на входную дверь я навесил иллюзию, так что она не двигалась... — И ты полагаешь, что вдобавок к этому сможешь разрушить чары на моей клетке и на двери? — Насколько мощным должен быть Поттер, чтобы с такой небрежностью манипулировать охранными чарами? — Да, но потом, наверное, придется хорошенько отоспаться, чтобы восстановиться. Как только ты сбежишь, я сразу отправлюсь в кровать. — Потте... нциально рискуешь, Блэк, — вовремя исправился он. — Тебе не кажется, что они поймут, чьей это палочки дело? — Да, возможно. Но я так и так собирался уходить отсюда, просто придется немного ускориться. Тронусь в путь завтра утром. Как я уже сказал, после разрушения чар мне нужно будет отоспаться. Вряд ли меня потянет на «приключения» через пять минут после твоего ухода. — Блэк, почему бы тебе не сбежать вместе со мной? Ты можешь пару дней погостить в моем поместье. Это самое малое, чем я могу отплатить тебе за помощь. «И Темный Лорд убьет меня, если я провороню эту возможность доставить тебя к нему», — задумывая продажу только что вытащившего его из застенков Мальчика-Который-Выжил Темному Лорду, Драко ощутил легкий укол совести. — Я? Погостить в Малфой-мэноре? — недоверчиво переспросил Поттер. — Конечно. Вспомни, моя мама тоже из Блэков. Мы кузены! Уверен, она рада будет с тобой встретиться. В смутные времена родственные связи очень важны. Брюнет задумчиво пожевал губу. У Гарри Поттера была уважительная причина не принимать его приглашение, но Адриан Блэк, которым он представился, не мог ее озвучить. — Но... как быть с тем, что я повстанец? — Но ведь это ты посылал бумажные самолетики, правильно? — Да... — Отец говорил, что если выяснит личность информатора, то помилует его. Я тебе гарантирую, что из-за Министерства у тебя не будет неприятностей. — «Но о Темном Лорде такого сказать не могу...» Поттер глубоко вздохнул и кивнул. — Прекрасно! Кстати, если тебе нужна помощь с чарами, я тоже могу поучаствовать. Ты разберешься с клеткой, а те, что на сарае, оставишь мне. Магических сил мне хватит, и работе с чарами я обучен, только тебе придется одолжить мне палочку... — Ты что, шутишь? Думаешь, я отдам свою палочку первому встречному? — Эй, не мог же я не попробовать. Судя по интеллекту, продемонстрированному другими повстанцами, это могло сработать... — Ну-ну, — Поттер покачал головой. — Если мне не придется больше колдовать, со мной будет все в порядке, как только я приму Бодроперцовое зелье. Я собирался отдать его тебе на случай, если ты слишком ослабнешь, чтобы бежать, но своя шкура дороже, что скажешь? — насмешливо сказал он. — Скажу, что из тебя вышел бы отличный слизеринец, Блэк. Это у тебя в крови. Гарри рассмеялся, и у Драко потеплело на сердце. «Значит, вот что такое дружба?» — мелькнуло в его голове, прежде чем болезненная пульсация в опухшем лице спустила его с небес на землю, напомнив о суровой реальности. Ничего-ничего, скоро повстанцы заплатят за все, что с ним сделали. Отец взбесится, когда узнает, как здесь с ним обращались! Он выжжет эту мусорную кучу дотла и вырежет всех, кто посмел его тронуть хоть пальцем! Зеленоглазый подросток встал, и Драко проводил его рассеянным взглядом до проема в стене (ни один Малфой не опустился бы до того, чтобы назвать эту дыру окном) – тот выглянул наружу. Близилось новолуние, и на улице стояла непроглядная тьма. Им придется проявить чудеса ловкости, чтобы не переломать в лесу ноги, спотыкаясь о каждый корень. Резко развернувшись к Драко, Гарри скомандовал: — Пора. Драко, превозмогая боль, поднялся на ноги и прислонился спиной к грязной стене. Умиротворяющий бальзам не слишком-то помог. Проклятье, Бодроперцовое пришлось бы кстати. Он провел в плену около суток, но стоило спасению замаячить на горизонте, как в нем вдруг проснулось жадное предвкушение, не желающее ни одной лишней минуты оставаться в этом жалком сарае. Его буквально потряхивало от нетерпения. Он сосредоточил внимание на Поттере, чье дыхание стало глубоким и ровным. Когда Гарри, переключившись на магическое зрение, открыл глаза, они сияли. Салазар, как далеко он продвинулся в этом навыке? Должно быть, он полжизни потратил на тренировки. Гарри погрузился в изучение структуры чар, выискивая слабые места. Определившись с точкой воздействия, он стал совершать палочкой круговые движения, словно наматывал невидимую нить, время от времени подергивая или наоборот ослабляя ее. До уровня взломщика чар его примитивная техника не дотягивала. Впрочем, откуда взяться всестороннему образованию, если обучался он в лагере. Его, наверное, больше натаскивали на идентификацию и возведение чар, чем на их разрушение. Придется немного помочь ему, иначе Поттер все силы потратит на взлом клетки, а сарай так и останется запертым. Драко прочистил горло и посоветовал: — На втором такте постарайся более резко двигать палочкой и обозначь контур будущей прорехи Рубящими чарами. Движения Гарри чуть застопорились, потом он кивнул и последовал рекомендациям Малфоя. Немного погодя Драко почувствовал, как рухнули чары, защищающие от физического проникновения. Гарри, хватая ртом воздух, согнулся на несколько секунд в три погибели, но тут же выпрямился. Проклятье, он бы на его месте свалился бы с ног. Драко выбрался из импровизированной клетки со всей прытью, на какую было способно его измученное тело, пытаясь одновременно сохранить присущие Малфоям манеры. Оглянувшись напоследок, он понял, что был бы счастлив никогда больше не видеть это место. Потом повернулся к Гарри. — Ты в порядке? — Да... да. Спасибо за подсказку. Найти слабое место для меня не проблема, но в самом взломе я не силен. Надо бы, конечно, поглубже изучить все аспекты этого дела, такими знаниями не стоит пренебрегать. Драко смерил его задумчивым взором. — Так это был ты, да? В Косом переулке? — Что? Как ты узнал? — Отец чуть с ног не сбился, разыскивая виновника. Они смогли снять частичный отпечаток магической подписи с места происшествия и пришли к выводу, что такая небрежная работа требует колоссальных магических затрат... О Салазар, сколько тебе было тогда? Шестнадцать? — Просто... я не планировал в тот день вмешиваться. Они вынудили меня. Драко попытался представить, как бы он в шестнадцать лет поступил в такой ситуации. Он точно не стал бы проявлять инициативу. Он бы свернулся калачиком в углу, прикрыл голову руками и ждал бы отца со спасательной миссией, но это же Святой Поттер. Может, в нем и проскальзывали иногда слизеринские качества, но, судя по всему, глубоко внутри он был ярчайшим представителем Гриффиндора. — Так... ты готов продолжить? — спросил наследник Малфоев, которого снедало нетерпение поскорей отсюда выбраться. — Да. Твоя техника существенно облегчила задачу, так что второй взлом подряд больше не грозит мне полным истощением. Не хочешь хлебнуть Бодроперцового? Ты плохо выглядишь. Преисполнившись недовольства, Драко выпрямился и немного задрал нос. — Пусть время, проведенное в этом ужасном месте, и оставило на мне свои следы, но Малфои никогда не выглядят «плохо». И да, я не откажусь от Бодроперцового... Гарри закатил глаза и протянул ему флакон. Блондин осторожно его понюхал. Фи, еще одно зелье плохого качества. Северус его придушил бы, если бы узнал, что он пил такую гадость. Но, это все же лучше, чем ничего. Он осушил его, призвав на помощь всю малфоевскую невозмутимость, чтобы спрятать отвращение. Да уж, вкус этого зелья рядом не стоял со стандартным. Он поблагодарил Гарри кивком, и тот развернулся к чарам на дверях. — Когда чары рухнут, я воспользуюсь невидимостью, а ты наденешь мою мантию. Иллюзия на двери нам уже не поможет, так как они сразу заметят неполадки в чарах. Я возьму тебя за руку, не вырывайся, пока мы не выйдем за пределы охранного контура, ясно? Ты можешь заблудиться в окружающем поселок лесу. — Ясно. Гарри сделал глубокий вдох и, вооружившись новыми приемами, атаковал защиту. Проследив за медленно собирающимися на лбу его спасителя каплями пота, Драко надел мантию. Когда с чарами будет покончено, они оглянуться не успеют, как на них ополчится весь лагерь. Чары лопнули с громким хлопком. Гарри глубоко вздохнул, стукнул себя палочкой по голове, накладывая невидимость, и взял Драко за руку липкими пальцами. Рывком распахнув дверь, он вывалился наружу и вытащил за собой Малфоя. Увидев сбегающихся к ним повстанцев, палящих во все стороны оглушающими заклинаниями, Драко потуже запахнул мантию-невидимку. Гарри обогнул сарай и нырнул в лес, легко продираясь сквозь ветви и отыскивая в темноте тропинки. Драко бросил последний взгляд на покинутый ими лагерь. Большинство его обитателей теперь сосредоточились на Гоменум Ревелио, постепенно охватывая им все большие площади. Некоторые бежали по главной дороге, ведущей вглубь леса. Гарри дернул его за руку, намекая, что неплохо было бы ускориться. Локтевой сустав болезненно хрустнул, и Драко, зацепившись от неожиданности ногой за корень, чуть не уткнулся носом в землю. Спасибо, что квиддичные тренировки хоть как-то подготовили его к этому суровому испытанию. Без них он не выдержал бы столько грязи, боли и изнеможения в одном «флаконе». Удалившись от лагеря на приличное расстояние, Гарри буркнул: «К черту» и сбросил с себя дезиллюминационные чары. Затем велел Драко снять мантию-невидимку. — Мы должны первыми добраться до охранного контура – если они опередят нас, то заблокируют чары. В таком случае мне вряд ли удастся их разрушить. Нам нужно бежать. Драко снял мантию и рысью потрусил за Гарри. Судя по скорости последнего, тот точно знал, куда направляется. Он так ловко маневрировал между деревьями, что изрядно измочаленный в плену Драко едва за ним поспевал. «Цирцея, когда же это закончиться?! Все тело ломит, легкие горят огнем, а каждый новый шаг все сильнее бередит раны. Не смертельно, конечно, но болит зверски». Через несколько минут между стволами проявилось мягкое свечение защитного купола. До него оставалось метров пять-десять, когда рядом раздался крик: — Экспеллиармус! Гарри нырнул влево и, перекатившись по земле, тут же вскочил на ноги – с уже направленной на напавшего человека палочкой. — Невилл? — удивленно произнес Гарри. Спиной к чарам стоял мальчик и целился в них немного трясущейся палочкой. — Я не дам вам уйти, Гарри. — Почему нет, Невилл? — напряженно спросил Поттер, напористо приближаясь к нему на пару шагов. Однако пухлый мальчик ни на дюйм не сдвинулся с места. — Потому что, мы нуждаемся в Малфое. Малфой наш шанс покончить с войной. Его отец, чтобы вернуть наследника, подпишет мирный договор, — уверенно ответил он. Драко насмешливо фыркнул. А Темный Лорд, по их версии, просто закроет глаза на отцовское самоуправство? — Это Муди тебе сказал, да? Он солгал. Они пытали Драко ради информации. Их не интересует мирный договор, если, конечно, это не безоговорочная капитуляция, собственноручно подписанная Темным Лордом. Но ты сам знаешь, что из-за Малфоя он на это не пойдет. Уйди с дороги. — Нет, — в мальчике вдруг проснулась недюжинная твердость, он даже дрожать перестал. — О боги, Невилл! Муди просто манипулирует тобой, лепит из тебя послушную марионетку. Неужели ты этого не видишь?! — устало воззвал к нему Гарри. Похоже, магическое истощение все же давало о себе знать. — Я все равно не пропущу вас. Ты освободил заключенного. Ты – тот предатель, которого они ищут. Гарри вздохнул. Драко нервно огляделся. Не слишком удачное время для подобных разборок. Гарри, словно подслушав его мысли, взмахнул палочкой, и Невилл с болезненным стоном выронил свою. В два прыжка подскочив к противнику, Гарри кулаком врезал ему в лицо. Вскрикнув, Невилл рухнул на колени, зажимая рукой пострадавший нос. По его пальцам потекла кровь и закапала на землю. Ногой отпихнув подальше чужую палочку, Гарри повернулся к Драко: — Проблема решена. Давай поспешим. Они вместе разбежались и сиганули в голубую завесу. Приземлившись уже по ту сторону чар, парни рухнули на живот. На мгновение они замерли, с улыбкой глядя друг на друга. Дело сделано. Они успели удрать до блокировки чар. Только Драко порадовался их успеху, как едва заметная голубая завеса превратилась в почти непроницаемый серебряный купол. Как, однако, вовремя. Повернувшись вправо, он увидел, что Гарри расслабленно положил голову на траву, и тоже на несколько секунд прикрыл глаза в кратковременном отдыхе. Ему до сих пор не верилось, что он сбежал из лагеря повстанцев. — Итак, Гарри, готов к посещению Малфой-мэнора? — жизнерадостно чирикнул он (хотя если бы кто-то указал ему на это, Драко отрицал бы все с пеной у рта). Поттер поднял голову, посмотрел на него и кивнул. Устало поднявшись на ноги вслед за блондином, Гарри взял его за руку, и они дизаппарировали. Драко так и не заметил, что назвал его Гарри, а не Адрианом.