День Победы

1 сентября 1998 года, Крепость Темного Лорда

По стилю здешний интерьер разительно отличался от убранства Малфой-мэнора, однако это не значит, что он был менее впечатляющ. Просто вместо сияющего белизной мрамора в нем использовались благородные сорта древесины, полы, отполированные у Малфоев до зеркального блеска, были устланы толстыми коврами, а стены щеголяли не бесчисленными портретами предков, а роскошными пейзажами. Отпустив мои плечи, Темный Лорд отошел к двери и раскинул руки во всеобъемлющем жесте: — Это что-то вроде прихожей. Ничего примечательного. Пойдем, я проведу тебе краткую экскурсию. Он вышел из комнаты, и я последовал за ним, исподтишка поглядывая на мужчину, который, то ли был, то ли не был моим духовным партнером. Эта явно чужеродная мысль никак не желала укладываться в моей голове. Что же я за извращенец такой, если в качестве идеального партнера мне подходит маньяк, страдающий манией величия и тиранизирующий всю Волшебную Британию? Несмотря на мои нелицеприятные мысли, сама идея мне импонировала, вот только пункт с «предназначением» несколько настораживал. Разве Волдеморт сам не уверял меня, что не верит в подобную ерунду? Думаю, я бы на его месте был весьма разочарован, обнаружив, что судьба-злодейка в качестве духовного партнера подсунула мне подростка, как бы тот ни был зрел для своего возраста. Насколько я понял, единственное, что его по-настоящему радует, это его исследования, а я даже С.О.В. еще не сдал... Рассуждая таким образом, я краем уха слушал объяснения Темного Лорда, представляющего новые комнаты и особо любопытные экспонаты. Видимо, Волдеморт реставрировал эту крепость по образу и подобию прославленного жилища Салазара Слизерина и весьма гордился собранным здесь наследием. Впрочем, для воспитанного маглами полукровки это действительно было сродни подвигу. Я угорал над тем, что знакомство с домом один в один походило на экскурсию по магической библиотеке с Седриком, – не вслух, естественно. Правда, вместо Хаффлпафф то и дело звучало Слизерин, но суть от этого не менялась. Ну и рассказ добродушного библиотекаря не изобиловал столь темными и кровавыми подробностями. Пока Волдеморт оживленно разглагольствовал о своих предках, я решил не терять время зря и повнимательней к нему присмотреться. Мне не верилось, что он так безропотно принял ситуацию с родственными душами. Бессмыслица какая-то. Разве не логичнее было бы злиться, что тебя лишили выбора? А вместо этого мне привиделась в нем чуть ли не... уязвимость? Мог ли он настолько мне доверять, чтобы показать скрытые стороны своей личности? Свежо предание, а верится с трудом. Это полностью противоречило моим представлениям о нем. Даже если он всю свою жизнь носил маску, под которой прятал ранимую сердцевину, то... не слишком ли поспешно он ее сбросил передо мной? — А этот коридор ведет в подземелья, где и расположены твои комнаты, — сказал Темный Лорд с таким невозмутимым видом, что я почти ему поверил. Актерского мастерства ему было не занимать. Я окинул его изучающим взором и отважился на маленькую проверку. — Вы действительно собираетесь сгноить родственную душу в одиночестве сырых подземелий? Исходя из моих источников, с ними нужно обращаться совсем не так. Я думал, что новый статус гарантирует мне шикарные апартаменты, — обиженно протянул я. От моего тона его брови дернулись нахмуриться, но он тут же их разгладил. Странно, я был уверен, что он незамедлительно меня заткнет. Я решил его дожать и капризно продолжил: — Может, мне просто заселиться сразу в ваши комнаты? Тогда мы сможем спать в одной постели. Словно мы по-настоящему женаты! — теперь мой голос был приправлен изрядной долей восторга. — Ведь практически так и есть, раз мы оказались духовными партнерами и все такое... тогда мы могли бы поделиться со всеми хорошими новостями! Я заметил, как у него задергался правый глаз. Также мне показалось, что он слегка позеленел, но, возможно, я был обманут игрой света и тени. Почему он до сих пор не велел мне заткнуться? — Нет. Мы никому не будем об этом говорить, — процедил он, едва сдерживая свой характер. — Как это не будем? С кем же я тогда сыграю свадьбу своей мечты, если не с вами? — спросил я, изображая простодушие. Положив руку ему на предплечье, я почувствовал как беснуется внутри него магия. — Поттер, мы не станем жениться! Выброси эту мысль из головы! Если люди узнают о нашей связи, мы оба окажемся в опасности. Они начнут охотиться на тебя, чтобы добраться до меня, — предпринял он очередную попытку меня урезонить. Его самообладание было достойно восхищения, но я не понимал, какого гоблина он мне так долго потакает. — Кому понадобится вас убивать? Уверен, все будут только рады, что вы, наконец, остепенились! И завидовать моему счастью! Волдеморт закрыл глаза и медленно выдохнул. Он выглядел так, словно готов был отодрать от себя мою руку и запихнуть меня в самый темный угол своих подземелий, предварительно запытав до полусмерти. Я никак не мог понять, почему он еще этого не сделал. Я не сдержался и громко хмыкнул над абсурдностью ситуации. Он напрягся и вперил в меня острый взгляд. — Ты притворялся, — в его голосе явственно прозвучало облегчение, и в этот раз мне не нужно было гадать почему. — Что меня выдало? — с улыбкой поинтересовался я. — Такое поведение совсем тебе не свойственно, зато оно напомнило мне один старый кошмар, преследовавший меня после победы. Я невольно распахнул глаза, удивившись его откровенности. — В послевоенные годы, — продолжил Волдеморт, — я подумывал о наследниках, но прежде чем переходить к конкретным предложениям, я устраивал любовнику небольшой тест, пытаясь выяснить смогу ли ужиться с ним в долгосрочной перспективе. И всякий раз, стоило мне слегка ослабить поводок в отношениях, они превращались в мелодраматических героев, навроде того, что ты мне тут пытался изобразить. Они липли ко мне, беспокоили по пустякам, мешали моим исследованиям и отвлекали от размышлений. Причем по неведомой мне причине все это делалось высоким плаксивым тоном, от которого меня обуревала жажда убийства... Он поднял руки и сжал пальцами воздух, изображая удушение, но тут же резко выдохнул и расслабился. — Думаю, излишне говорить, что я быстро распрощался с идеей жениться, не говоря уже о наследниках. Судя по моей крайне нетерпимой реакции на капризы взрослых, не думаю, что я смог бы ужиться с детьми, родные они мне или нет. Кроме того, дети крайне плохо переносят Круциатос. Какое удовольствие я получу от их воспитания, если даже не смогу приструнить их как следует? — закончил он с ухмылкой, подстрекающей меня возмутиться. К сожалению, я был слишком шокирован его цинизмом, чтобы дать достойный отпор. Когда же я, наконец, собрался с мыслями, я понял, что кричать на него бесполезно, как и попадаться на столь явные провокации. Даже если его слова были правдивы, у него, по крайней мере, хватало ума держаться от детей подальше. — Так вот почему вы не хотели, чтобы Драко навещал меня здесь? Он напоминает вам их? — шутливо спросил я. Он едва заметно передернул плечами. — Частично. Никогда не любил избалованных детей, — он помолчал немного и добавил: — Кстати, раз уж ты снова стал самим собой, не объяснишь, к чему был этот жуткий спектакль? Я поморщился и осмотрелся, медля с ответом. Должно быть, на каком-то этапе экскурсия вывела нас наружу, так как вокруг простирался сад. Приметив поблизости скамейку, я со вздохом плюхнулся на нее, уперся локтями в колени и обхватил голову руками. Почувствовав, что он садится рядом, я повернул лицо к нему. — Я действительно не знаю, как относиться к информации о родственных душах. Она, конечно, объясняет странную связь между нами, но, честно говоря, ваше… мягкое обращение меня пугает. Он фыркнул. — Знаю-знаю, видимо, мы все же чем-то похожи... Даже представлять не хочу, как будет звучать ваш голос, если вы надумаете покапризничать. — Увидев, что он открывает рот, я быстро добавил: — Пожалуйста, не надо! Вы травмируете мне психику на всю оставшуюся жизнь. — И не собирался, — сердито зыркнул он. — Могу тебе это гарантировать. Я нахмурился, снова вспомнив о своих сомнениях. — Тогда почему вы так мягки со мной? Он отвел взгляд и уставился прямо перед собой. Его губы изогнулись в этакой самокритичной усмешке. — Очевидно, я полагал, что именно так следует вести себя с человеком, когда вдруг обнаруживаешь, что от него зависит твоя жизнь. — Ах, так вы пытались уберечь меня от суицидальных мыслей? Или предотвратить мое предательство? — Такая трактовка его поведения не вызывала во мне противоречий. Он вскинул брови в картинном удивлении: — Ты умнее, чем я думал. — Надо же, какая высокая похвала, — фыркнул я. — Не советую привыкать, негодный мальчишка, — он хорошенько пихнул меня в бок. — Осторожнее, дедушка, — парировал я, восстановив равновесие, — вы можете пораниться, и вам придется уйти на пенсию. Будете играть в плюй-камни с другими стариками и вспоминать былое. Он смерил меня грозным взглядом, и я проказливо подмигнул ему, но тут же посерьезнел. — Вы разочарованы? — спросил я. — Чем? — Тем, что оказались связаны с подростком? Не знаю, мне казалось, что родственные души должны... иметь больше общего. — Думаешь, мне легче было бы поладить с таким же амбициозным и безжалостным тираном, как я? Нет, это была бы не жизнь, а постоянная борьба за власть. И я никогда не смог бы ему доверять, даже в бытовых мелочах... Некоторое время я размышлял над его ответом – в нем прослеживалась определенная логика. Значит, родственные души не обязаны быть схожи характерами, а скорее должны дополнять друг друга? Ну, в таком случае, моя неуверенность компенсируется его гигантским самомнением. Мое небрежение риском – его паранойей. Мой юный возраст – прожитыми им годами. А некоторая моя… миниатюрность – его высоким ростом. Пожалуй, пора закругляться, это уже попахивает идиотизмом. Мои бестолковые рассуждения были прерваны гулким хлопком. Перед нами возникло странное существо, довольно хлипкого морщинистого вида. Его голова выглядела неправдоподобно огромной на фоне тощенького тельца, завернутого в подобие тоги с гербом Слизерина на груди (все-таки я не все объяснения Темного Лорда прохлопал ушами). Разрезом глаз оно напоминало рептилию, но кожа была без чешуи. Из его рта выскользнул раздвоенный язык, ощупал воздух и снова спрятался. Костлявые лапки были заняты подносом с напитками. Почтительно поклонившись, существо без единого слова поставило свой груз на низкий столик, возникший из ниоткуда прямо перед нами, и беззвучно сгинуло. Я был так поглощен его разглядыванием, что застигнутый врасплох его исчезновением вскочил на ноги. — Это всего лишь домовой эльф. Я недоверчиво уставился на Темного Лорда: — Я знаю, как выглядят домовые эльфы, и эта… крокозябра на них совсем не похожа. — Мои выглядят именно так. Мои брови удивленно поползли на лоб. — Что вы с ними сделали? Слушая рассказ Драко об эльфах, заколдованных Темным Лордом для пущего послушания, я представлял это себе немного иначе. Видимо на самом деле он пошел гораздо дальше. И смотрелось это довольно отвратительно. — Я сделал их неотъемлемой частью Слизеринских владений. Этот ритуал использовался прежними поколениями семьи, пока она не пришла в упадок и не растеряла свои знания. Я просто нашел их позабытые владения и заявил на них права. — И что делает этот ритуал? — Хм, ну, главным образом, он не дает им извращать мои слова и тихушничать за моей спиной. Они просто не способны ничего сделать без моего прямого приказа. Поначалу это немного раздражало, но я быстро привык четко формулировать распоряжения. Оно того стоило. Домовики, недовольные своими хозяевами, склонны к пассивному саботажу. Помнится, у Люциуса был эльф, который раз за разом намеренно искажал его приказы. Например, велели ему, подавать к завтраку свежий выпуск «Волшебного финансиста», и на следующий день Люциус обнаружил его в своей тарелке с едой. А когда он указал точное место для размещения газеты, то эльф стал громоздить поверх нее разные вещи. Мне такие проблемы с эльфами не нужны. Пусть лучше у них не будет своего мнения и возможности меня предать, даже в меру их ничтожных способностей. Я, конечно, не ждал, что он позволит своим слугам какие-либо вольности, но его выбор свидетельствовал также о совершенно наплевательском отношении к разумной жизни, или, по крайней мере, к той ее разновидности, что существенно отличается от гомо сапиенс магикус. Я пополнил этим список того, что мне в нем не нравится. Этот список мне еще не раз пригодится, с моей-то склонностью забываться в его присутствии. — Почему они так выглядят? — спросил я, силясь подавить в себе отвращение к их внешности – они ведь не виноваты в том, что их прокляли. — Ты имеешь в виду их схожесть с рептилиями? Это воздействие заклинания, привязывающего их к потомкам Слизерина. Они говорят только на парселтанге, благодаря чему я застрахован от утечки конфиденциальной информации, так как общаться они могут только со мной. Я постарался сохранить нейтральное выражение лица. Еще когда мне было лет десять, мы с Сириусом обнаружили мою способность к парселтангу. Мы были в магловском зоопарке, и я случайно натравил змею на ничего не подозревающих (но крайне грубых) маглов. Мы с Сириусом тогда договорились, что это будет нашим секретом – чем черт не шутит, вдруг эта тайная способность когда-нибудь меня спасет. — Значит вы единственный змееуст в мире? — спросил я. — Увы, нет. Греция, к примеру, может похвастать несколькими змееустами. Это отдаленные потомки выдающегося целителя Древней Греции, который в свое время прославился изучением змеиных ядов и составлением противоядий. По миру, скорее всего, разбросаны и другие, но в Британии, думаю, больше никого нет... — он помолчал, рассеянно потирая подбородок. — Также не исключено, что мой покойный дядя, который всегда отличался скотским поведением и не гнушался насиловать женщин, успел наплодить ублюдков... В этом случае у меня есть неизвестные кузены и кузины-змееусты. Но если они и существуют, объявлять о себе они не торопятся. «Если змееусты столь редки, как же я оказался в их числе? Может, это следствие нашей духовной связи? Спросить у него? Кхм... нет, лучше придержать этот козырь в рукаве. Так, на всякий случай», — заключил я. Все-таки я еще не полностью ему доверял. — Похоже, эта вероятность не слишком вас волнует... — То, что лидер Волшебной Британии – змееуст, широко известно. Если бы они хотели со мной связаться, давно бы это сделали. Остается еще вероятность, что они лишены дара магии. Среди последних поколений Гонтов часто рождались сквибы или почти сквибы. Тогда будем надеяться, что в их потомках проснется магия, и мы вернем их в волшебный мир. Загадывать наперед в этом случае бессмысленно. Я кивнул, соглашаясь с разумностью его доводов. Хотя... мысль о том, что где-то могут шастать его потерянные родственники, меня встревожила. Двоюродные братья Темного Лорда! Только представьте! Если бы я заподозрил, что у меня есть тайная родня, я бы точно попробовал с ней связаться... то есть попробовал бы, если бы не мое запутанное положение. Я отхлебнул чай из стоящей передо мной чашки, вдохнул полной грудью свежий воздух и обвел глазами окружающие нас экзотические цветы и растения. Некоторые из них я даже смог опознать, благодаря репетиторству Ремуса. В этом саду, рядом с Темным Лордом, я вдруг почувствовал удивительный покой. Я бросил косой взгляд на соседа: его глаза были закрыты, а запрокинутое вверх лицо подставлено лучам послеполуденного солнца. Я не смог сдержать довольной улыбки, обнаружив, что Волдеморт не чужд человеческих слабостей. Сейчас он выглядел гораздо человечнее, чем когда демонстрировал мне свою уязвимость. Упершись локтями в ляжки, я склонился над чашкой. Сегодня выдался очень насыщенный день. Я снова скосил взгляд влево – на Темного Лорда. Однако, в целом, он был неплох. А еще даже обед не наступил! У меня вырвался короткий смешок. Краем глаза я заметил изучающий взор Темного Лорда. Внезапно он поднялся, подождал, пока я последую его примеру, а когда я встал рядом с ним, обнял меня за плечи. Его магия лениво обволокла меня, принеся с собой тепло и удовлетворение. Он увлек меня внутрь и остановился перед одной из дверей. — Можешь освежиться перед обедом, если хочешь. А мне нужно заняться делами. Познакомься со своим временным пристанищем. Не подземелья, конечно, но не волнуйся – я постарался сделать его как можно более холодным и неприветливым. Я фыркнул и решил поддержать его игру. — Но я думал, что буду спать в вашей комнате... — протянул я разочарованным тоном. Он нарочито передернул плечами и усмехнулся. Потом шагнул ко мне и, упершись руками в дверь по обе стороны от моей головы, склонился к моему уху. От его близости у меня перехватило дыхание. — Если ты когда-нибудь заночуешь у меня, боюсь, на сон у тебя времени не останется... — вкрадчиво прошелестел он у меня над ухом, выпрямился и уже нормальным голосом продолжил: — Сперва освойся в этой комнате, а там посмотрим. Не будем торопиться и перегибать палку, раз у тебя проблемы с… самоконтролем, — закончил он с ехидной ухмылкой. Он развернулся и удалился по коридору, по-видимому, направляясь в свою комнату, – уверенной твердой походкой, решительно чеканя шаг и щеголяя идеальной осанкой. За спиной у него развевались полы мантии. Несмотря на спокойную обстановку и мою расслабленность, во мне зашевелилось беспокойство – уж очень подозрительно выглядела эта ситуация с родственными душами. Я нахмурился. Вот опять: только Темный Лорд исчез с горизонта, как я весь в сомнениях. Почему его присутствие так на меня влияет? Я встряхнул головой, не желая забивать голову тупиковыми вопросами, и зашел в свою комнату. «Лучше оставить свои сомнения при себе. Но и рисковать своим сердцем не стоит. Буду относиться к этой ситуации, как к возможности поразвлечься. Тогда и терять мне будет нечего» — решил я, в конце концов. И, естественно, ошибся.