Два колеса для Золушки

* Непонятные слова рассекречиваются под текстом главы. Разбитые ящики громоздились на полу гаража неопрятной грудой, гвозди и шурупы, хлынувшие из них, расплескались широкой железной лужей. Гарри отер рукавом ковбойки лоб, зачерпнул пригоршню скобяных изделий и вздохнул: сортировать эту мелюзгу придется неделю… — А у меня сегодня вообще-то день рождения, — сообщил мелюзге в своей ладони. Та сочувственно помолчала. Зато со двора заорал сильный хриплый голос: — Гарри Поттер! Покажись! Тебя разыскивает сам Сириус Блэк! — Крестный! — Гарри опрометью вылетел из гаража и тут же попал в объятия крепких медвежьих лап. — Сириус, как я рад! — А уж как я рад, парень! Это сколько же мы не виделись, года три? — Блэк смеялся и вертел юношу, как даму в танце, разглядывая со всех сторон. — Тебя Петунья что, совсем не кормит, жлобина старая? — Кормит, кормит, — Гарри улыбался до ушей и жадно рассматривал крестного: широкая байкерская борода трепетала на ветру, кудри волной лились из-под кожаной банданы, а в ярких серых глазах, как всегда, плескалась шалая сумасшедшинка. — Малыш, с днюхой тебя! — Сириус приложил байкерской дланью крестника по плечу, того аж шатнуло. — Ты не забыл, — растроганно пробормотал Гарри. — Спасибо. — Забыл?! — возмутился Блэк. — Еще чего! Уж день твоего совершеннолетия я никак не пропущу, будь спок. Ты лучше глаза закрой и двигай за мною, — жесткая ладонь крепко сжала пальцы юноши и куда-то его потащила. — Айн, цвай, драй, глазки открывай! Гарри поднял ресницы и ахнул — он стоял перед невероятно прекрасным, потрясающим, фантастическим байком. Великолепное чудо техники так дерзко играло в лучах закатного солнца всеми своими отполированными, прихотливо изваянными деталями, что показалось ему не бездушно-холодной массой умело соединенного сверкающего металла, а живым, изящно подобравшимся, готовым к прыжку диковинным зверем — таинственным, загадочным, сияющим платиновой шкурой драконом, глазастым, рогатым, опасно гибким и бесконечно терпеливым в своей могучей силе и вечной преданности. — Это тебе, малыш. Владей по праву. — Мне? — выдавил юноша и помотал головой. — Это… это же Харлей Сильвер Найф! — Вот именно, — гордо подтвердил Блэк. — Теперь можно вступать хоть в Heaven's Devils. Красавчик-байк, ни в сказке сказать ни пером описать. Не стыдно в люди выбраться, — он любовно погладил крутой рог руля. — Ключиком заводится, железяка, не какой-то там дрынь-палкой! Гарри протянул руку и осторожно, словно боясь вспугнуть чудесное видение, коснулся хромированного бака. — Спасибо, Сириус, ты — лучший в мире крестный! — он благодарно обнял Блэка, прижался губами к скрытому шевелюрой уху и зашептал: — Только… Ты прости меня, пожалуйста, байк потрясающий, но можно мне другое? — Что именно? — Блэк отстранил крестника и заглянул в глаза. — Всё можно, Гарри, говори, не мнись. — Я хочу попасть на Бал Женихов, — опустил взгляд Поттер, чувствуя, как загораются щеки. — Пожалуйста. И не смейся. — А я-то думаю, где эта ядовитая грымза, почему до сих пор не набежала с визгами, — процедил Сириус, оглядываясь. — Они, значит, на Бал укатили, а тебя взять и не подумали, да? — Мне просто приглашение не прислали… Но крестный взмахнул рукой, отметая слова: — На Бал Женихов не рассылают приглашений, парень. Туда может явиться любой желающий. Ну, Петунья, ну, стерва, погоди! А ты, Гарри, запомни: очень вредно не ходить на бал, когда заслуживаешь этого. Ты сегодня будешь там, слово Блэка! Итак, начинаем. Он решительно рассек воздух длинной палочкой, вдруг возникшей в его руке. Несколько непонятных слов, и с ошеломленно вытаращившегося Гарри слетели старые джинсы и рубашка. Тут же сверху обрушился поток пахучей мыльной воды, по телу заелозил весьма недружелюбный гибрид мочалки и терки, повеяло горячим воздухом, одновременно немилосердно дергая волосы в попытке расчесать, — Гарри взвизгнул, попробовал увернуться и получил полновесный воспитательный шлепок по макушке. Его мгновенно побрили, натерли кремами, брызнули в глаза туалетной водой — и все это так быстро, что жертва подготовки к балу не успела и дух перевести, как ее уже оставили в покое. Сириус, улыбаясь, вновь взмахнул своим удивительным инструментом, и старая одежда сама собой облекла тело юноши, на ходу преображаясь в комбинезон и короткую куртку из мягчайшей белой кожи, украшенную серебряными заклёпками и бахромой по швам. Еще одно движение, загадочная команда, и Гарри увидел себя в зеркале во весь рост — и ахнул! Красавец с обложки журнала, робко улыбающийся за зеркальным стеклом, никак не мог быть им, Гарри Поттером, простым парнем из захолустья: матово сияющая лайка плотно облегала поджарое сильное тело, короткая куртка подчеркивала разворот прямых плеч, а высокие байкерсы — стройные ноги. Каскад темных блестящих волос потоком ниспадал на плечи, косая рваная челка с серебристыми прядями придавала возбужденно сверкающим зеленым глазам необычную яркость. — Это я… такой? — пробормотал Гарри и протянул руку к себе нереальному, тому, что в зеркале. Отображение послушно потянулось к нему, и юноша, наконец поверив, счастливо рассмеялся. — Зыко! — удовлетворенно крякнул Блэк. — Надо бы тебе эскорт какой дать, негоже такому принцу одному на бал являться. Он решительно развернулся в сторону дома, и Гарри подавился смешком — на черной кожаной спине крестного красовалась надпись: «Читаешь это? Значит, моя телка опять свалилась с байка». — Кись-кись-кись! — умильно засюсюкал бравый байкер, заметив любопытно выглядывающих из-за угла Тилли и Вилли. В руке его вдруг оказалась живая трепыхающаяся рыбешка, которую он показательно продемонстрировал котам со всех сторон. Глупые животные не придали значения хищному огоньку в глазах человека и, повинуясь неусыпной жадности, прирысили поближе к халявному пропитанию. За что и были тут же наказаны: хоп! — и перед Сириусом стояли и растерянно озирались два блондинистых здоровяка в черных байкерских прикидах и с белыми усами торчком. Хоп! — откуда-то прилетели два лягушонка и превратились в кривоногих карликов в зеленых бархатных костюмчиках и неимоверно длинноносых туфлях. — Алохомора! — Сириус нырнул в дверь сарая, погрохотал там рухлядью и извлек на свет божий пару старых примусов. Хоп! — и во дворе стояли два байка-боббера. — Для эскорта, — объяснил Блэк раскрывшему рот крестнику. — Не пешком же им за тобой нестись. А так — солидно и достойно. Вам транспорт колдовать не стану, — махнул он карликам, — зажопниками сядете. — Как ты это делаешь? — потрясенно спросил Гарри. Крёстный пробормотал нечто вроде «трансфигурация» и в доказательство научности волшебства превратил цветок белой лилии в роскошную полумаску со стразами и серебряной вышивкой. — Надевай, сынок. Шапка-невредимка тебе не понадобится, отправлю вас порталом. А назад сами осторожно вернетесь. Только запомни, Гарри, — Блэк стал очень серьезным. — На волшебство надеяться нельзя, оно мимолетно и нестабильно. То, что я сотворил, продержится лишь несколько часов, до полуночи, потом всё станет прежним. Так что гуляй на Балу от души, но следи за временем. А усечешь, что стрелки к двенадцати подбираются — вали оттуда во всю дырку! — Он задумчиво подергал бороду. — Что-то мне в нежном детстве читали эдакое. Злая тетка должна была еще заставить тебя отделить пшено от риса и посадить десять розовых кустов, не? Сказок на ночь Гарри никогда не рассказывали, но он знал, о чём речь — лет в восемь, убираясь на пыльном чердаке, нашел и прочитал книгу сказок, и потом долго учился не обращать внимания на ехидные реплики Дадли: «Золушка ты наша!». — Приблизительно, только кустов — двадцать, и вместо крупы шурупы с гвоздями. Да бог с ними, Сириус, тётя ведь не надеется, что я всё сделаю за одну ночь. Это так… — Гарри понимающе пожал плечами. — Вот фигнища, — поморщился крёстный и тут же заискрился злорадством. — Ну нет! Именно что не ожидает. Представляю, как выпучатся её рыбьи гляделки, когда узрят, что всё сделано в срок. Розы посадил? Не? Ладно, как там профессор Стебль учила? — И он описал палочкой размашистый загогулистый крендель, бормоча: — Розэ, вестра нота локум! Гарри любопытно вытянул шею, но увидеть, что случилось с саженцами, решительно не повезло — розарий находился с другой стороны дома. Следующими были разбитые ящики с мелюзгой. «Репаро!» — и ящики вновь стали целыми, «Акцио, шурупы!» — и те отделились от гвоздей и охотно ссыпались в свою тару. Гарри уже даже не удивлялся, сегодня явно был вечер чудес. — Поджопник бы украсить тебе чем подороже, малыш! — озабоченно насупился крестный. — Щас! На темной коже седла байка холодной изморозью пророс сверкающий узор. — Зыко, — выдохнул Гарри, — серебряная вязь. Сириус дернул плечом: — Вообще-то должны быть бриллианты и платиновые заклепки. Ну и фиг с ними! Гарри дрожал от счастья. «Пусть так будет и дальше», послал он запрос неведомым высшим силам и с благоговением устроился в седле Дракона Харлея. — Погоди! — Сириус выхватил из кармана пару серебристых перчаток с обрезанными пальцами. — Вот, держи. Чуть не забыл. Их друган мой сшил, Люпин, специально для тебя. Заливал, что из настоящей оборотневой кожи, — он хихикнул в бороду. — Брешет, волчара, конечно, но тебя он младенцем когда-то на спине катал и оборотня изображал, так что помнит и поздравляет с совершеннолетием. Гарри мельком осмотрел свой свежий маникюр и ладони с твердыми бугорками мозолей — их никакими ухищрениями убрать не удалось. Осторожно натянул перчатки, те затрепетали, словно живые, и мягко обтянули кисти теплой второй кожей. — Мы дружили все вместе в школе, я, Джеймс и Римус, — Сириус мечтательно уставился в небо, улыбаясь. — Вот это были времена!.. Ну ладно, — спохватился он. — Пора выдвигаться. Ты всё запомнил, сынок? Гарри счастливо кивнул, восторг и предвкушение острыми толчками бились в груди вместе с сердцем. — Тогда вперед, парень! Прикольной тебе веселухи! Порталус! **** Heaven's Devils — Дьяволы Рая, пародия на известную байкерскую организацию Hells Angels, Ангелы Ада. Железяка — ласковое название байка. Дрынь-палка — ножная педаль стартёра, кривой рычаг, который нажимают ногой, чтобы завести двигатель. Современные байки с электростартёром, заводятся ключом, как машины. Байкерсы — байкерская обувь, напоминающая "гриндерсы" или "камелоты", из толстой крепкой кожи. Зыко — хорошо, интересно, отлично, здорово. Зажопник — пассажир на заднем сиденье. Поджопник — седло. Шапка-невредимка — шлем. Валить во всю дырку — открывать газ на полную, ехать быстро. Розэ, вестра нота локум! — Розы, знайте своё место! (лат.)