Втроем нам тесно

      Стив шёл по улице, неся в руках несколько бумажных пакетов с едой из ближайшего к дому супермаркета. На улице светило солнце, но за бейсболкой и очками вполне можно было спрятаться от обжигающих лучей.       Пару недель они прожили в Африке, но пользоваться добродушием Т'Чаллы и наглеть хотелось не очень, а посему они сменили место дислокации так сразу, как только смогли. Уже несколько месяцев Стив снимал небольшой коттедж в городке Хантингтон вместе с Сэмом и Вандой. Городок находился всего в пятидесяти милях от Нью-Йорка, что было им на руку: не слишком близко, чтобы обнаружить, но и не очень далеко, чтобы быть всегда рядом на случай, если что-то случится.       К слову, за это время трое экс-Мстителей успели обезвредить две небольшие группировки ГИДРЫ, оставаясь при этом незамеченными.       Всё началось с того, что после возвращения из Ваканды Роджерс наведался в передвижную подводную тюрьму и сделал то, что должен был и не мог не сделать — освободил свою команду, которой очень досталось из-за всего произошедшего.       Стив запоздало начал понимать, что же он натворил, когда Клинт окинул его нечитаемым взглядом. В нём не было осуждения, но было видно, что и ему крепко досталось от Росса: давление на семью, о которой непонятно как узнал Таддеус, дало о себе знать. Капитан очень долго разговаривал с ним по пути в город, и к концу этой беседы взгляд Бартона смягчился.       Через пару дней Сэм и Ванда узнали, что Роджерс отвёз Клинта, Лору и детей в одно из самых надёжных мест, где какое-то время им будет спокойно. А дальше он надеялся, что всё уляжется и они смогут вернуться домой.       За предложение пожить пока с ними Скотт был благодарен, но вежливо отказался, сказав, что Хоуп точно не простит ему, если он исчезнет. Да и есть у него, где отсидеться. Капитану ничего не оставалось, как только согласиться, поблагодарив его за поддержку и пообещав, что он будет доступен в любую минуту, если что-то произойдёт.       Ну а верный Сэм лишь пожал плечами — куда он денется от Стива? Капитану Америка нужна помощь, а то ведь зачахнет один.       — Ты же знаешь, я там, где ты, и это мой выбор, — как-то ответил ему Уилсон.       А вот с Вандой было сложнее всего. После случившегося она замкнулась в себе, и несколько дней до неё нельзя было вообще достучаться — пустые безжизненные глаза и вечный ответ «всё в порядке». Девушка корила себя за случившееся с полковником Роудсом, за то, что не остановила Вижена, за Лагос, оставшийся в памяти, отзывающийся кошмарами во снах. Стивен тогда ходил из угла в угол в каком-то придорожном отеле, готовый пробивать стены от отчаяния, потому что Ванда закапывалась в себя всё глубже и глубже и не было ничего, что могло бы разбить скорлупу из самоуничижения, воздвигнутую ею. Как ни странно, в тот момент ей очень помог Сэм. Видя терзания Максимофф, он как-то зашёл к ней в комнату с кофе и булочками и не выходил до самой поздней ночи. Роджерс слышал, что он что-то рассказывал ей, были слышны и громкие всхлипы, и обрывки историй Уилсона о военных командировках. И на следующее утро Ванда сама вышла к ним, неловко улыбнувшись Сэму.       — Спасибо, — единственное слово и тёплая улыбка. У капитана отлегло от сердца.       Поскитавшись по гостиницам и мотелям, они приехали в Хантингтон и нашли старенький коттедж на окраине города. Тут было относительно спокойно. Поразмыслив, что в соседнем городке по логике правительства их искать не будут, а Росс точно должен подумать, что экс-Мстители покинули штат, они вздохнули свободно, но не стали пренебрегать осторожностью, тщательно прячась за очками и бейсболками, теряясь в толпе оживлённых улиц.       Что касается самого Стива, то его ни на минуту не отпускало безжалостно режущее душу на части чувство острой вины. Перед их командой, перед своей страной, но больше всего его терзали вина и стыд перед Тони.       Письмо, написанное сразу после того, как он оставил Баки в Ваканде, не принесло ему облегчения. Да и Старк наверняка порвал его на мелкие кусочки, а телефон выбросил, избавляясь от того, что могло ему напомнить обо всём случившемся.       О том, как сильно он виноват перед Тони, Стив понял на следующий же день. В запале драки, в желании уберечь двух дорогих ему людей от убийства друг друга капитан и не заметил, как предал то, что было ему очень дорого — доверие друга. То самое доверие, которое уже ему не вернуть. Он ушёл. Ушёл и бросил Тони одного на белоснежном снегу морозной Сибири, и теперь ему никогда не получить прощения за то, что он сотворил.       Стиву не жаль было свой щит. Потому что именно в ту минуту, как только слова Старка сорвались с окровавленных губ, он понял: это правда. Не заслужил. Предал себя, Говарда, доверие Тони.       О том, что Зимний Солдат убил Говарда, капитан узнал из той папки, что дала ему Наташа возле мемориального памятника Ника Фьюри. Сначала не поверив своим глазам, Стивен вчитывался и вчитывался в строчки рапорта от шестнадцатого декабря 1991 года, и каждое слово его отдавалось тянущей и скребущей болью в сердце. Пальцы дрожали, и руки тряслись от мысли, что Тони об этом узнает. И захочет найти и убить Баки. Сейчас Роджерс понимал: он оттягивал неизбежное. Это должно было случиться, и лучше бы ему сразу всё рассказать Старку, который имел право знать, но… Стив смалодушничал. Вот такой вот он «герой». Решил: не знает, тем лучше и меньше сложностей. А вот чем оно обернулось в итоге — расколом Мстителей и потерей друга. О том, что Тони может его простить, он даже не думал. Но каждый раз, каждый день мысли о Старке не давали ему покоя. По истечении двух месяцев капитану нужно было признать: он сильно скучает. По базе Мстителей, по Наташе и Клинту, по своей работе, по… Тони. Вина смешивалась с раскаянием, тоска разъедала душу, а желание набрать номер Старка доводило до того, что пора бы уже на стену лезть. Но он не мог. Не мог набраться смелости и позвонить, справедливо боясь того, что его пошлют, отследят звонок и сдадут властям, ведь теперь он не национальный герой, а беглый преступник. Предавший своё дело и доверие друзей.       К середине третьего месяца эти изощрённые терзания начали сводить Стива с ума, да и Сэм, заметив неладное, предложил другу уже взять себя в руки и заняться делом. Он не знал, что происходит с Роджерсом, потому что тот ни словом не обмолвился о том, что произошло в Сибири. И решив, что пора бы уже встряхнуть капитана, он достал ноутбук и занялся поиском оставшихся агентов ГИДРЫ. Они хоть и беглые преступники, но руки не складывали, и могут ещё быть полезными. Уилсон выступал в их троице сдерживающим фактором, амортизатором между нестабильной Вандой и угрюмым капитаном, которого порой вообще было не узнать.       Таким образом, используя кое-какие обходные пути, они искали, находили тех, кто состоял в ГИДРЕ, и прослеживали пути их обезвреживания. Но, являясь отступниками и беглыми бывшими Мстителями, без оборудования и примочек не особенно-то поможешь своей стране.       Сэм как раз сидел в гостиной, пытаясь хоть что-то найти на того, с кем работал Рамлоу до того, как они его… как произошёл инцидент в Лагосе, когда услышал открывающуюся дверь и увидел заходящего капитана с пакетами в руках. Нужно обсудить с ним это. Пусть свяжется с Тони, может, тот сможет чем-то помочь.       — Стив? О, слушай, у меня тут есть кое-какое дельце, нам бы не помешала помощь, — начал он, вновь уставляясь в ноутбук, разглядывая секретную документацию. Даже отсюда без особого риска ему удалось заручиться кое-какой поддержкой Лэнга, и они изредка связывались для обмена информацией. — Нам нужно оборудование, деньги, нам просто необходимо что-то серьёзнее, чем эта херня, — кивнул на скинутое в углу оружие.       — Да, я знаю, Сэм, нам действительно нужно что-то посильнее обычного ноутбука, — согласился Роджерс, начиная раскладывать продукты. — Я что-нибудь придумаю. Есть несколько счетов, с которых я могу снять деньги, но нужно позаботиться о том, чтобы эти операции не отследили, — сказал он, доставая из пакета газировку. — Будешь?       — Давай, — согласился Уилсон, протягивая руку, даже не отрываясь от экрана ноута. Получив уже открытую бутылку, он сделал пару глотков и вернул её Стиву. — И ты молчал, что у тебя есть деньги? Ну ты и гоблин, кэп.       — Да где бы мы их сняли? Ноутбук вот только появился, тем более я в этом не силён, сам знаешь. У меня есть только номера счетов, но как снять деньги, не засветив себя, я думаю до сих пор. До уровня Нат мне расти и расти, жаль, что она не с нами ─ всё было бы намного проще, — вздохнул Роджерс, присаживаясь рядом.       Покосившись на него, Сэм фыркнул и, закинув ноги на стол, сложил руки на груди. Романофф и рядом? Она, конечно, сослужила им служебку, но здесь ей не место. Такие, как она, притягивают к себе слишком много взглядов.       — Ладно, я как-нибудь решу этот вопрос. Лэнг же у нас мастер маскировки и всё такое, — усмехнулся он и тут же посерьёзнел, окидывая его цепким взглядом. — Я всё хотел спросить, где твой щит, приятель? Ты его из рук никогда не выпускал, ну, не считая моментов, когда бил им головы, словно кегли в боулинге, а теперь… Так куда ты его засунул?       Стивен мгновенно изменился в лице. Бегающий взгляд и хруст пластика нарушили минутную тишину. Всё это время он избегал этой темы и надеялся, что и дальше никому в голову не придёт расспрашивать о том, что произошло.       — Он… в надёжных руках, — пространно ответил капитан, и его ответ не являлся ложью. — Мне он сейчас ни к чему.       Не заслужил. Да, он больше не Капитан Америка, он человек, предавший это звание, предавший память того, кто подарил ему возможность быть им. Не заслужил.       — Ты что, просто так его оставил у кого-то? — неверяще спросил Уилсон и даже подался вперёд, снимая ноги со стола. — Кэп, ты серьёзно? Я тебя не узнаю. А у кого? Кто этот счастливчик? Я бы захватил его в горы, покататься по снегу, — попытался разрядить обстановку и закашлялся, заметив взгляд Стива. — Прости, я так… как всегда. Не могу поверить в то, что ты говоришь это.       — Он правда в надёжных руках, Сэм, там, где искать не станут. Зачем он мне? Какой из меня Капитан Америка? Надень я форму и возьми щит, через минуту окажусь под водой, а возвращаться туда мне совсем не хочется, — пожал плечами Роджерс, медленно выдыхая. Кажется, пронесло, и вопросов на эту тему больше не будет.       Пожав плечами, Сэм частично согласился с утверждениями Роджерса, но звучало всё как-то слишком продуманно. Будто он заранее подготовил ответы. Это странно. Разговор ведь не миссия, которую нужно заранее обговаривать, и знать о ключевых моментах: когда отступить, когда приступить. Отодвинув ноут и закрыв крышку, он упёрся локтями в стол и вздохнул, желая перейти от малого к большему.       — Стив, нам нужна помощь, — уже настойчивее повторил он, надеясь, что Капитан правильно поймёт.       Стив понял. Тут только идиот не понял бы, к чему ведёт его друг.       — Нет, — жёстко, сразу, не оставляя надежды на обсуждение. — Нет. Это невозможно, и ты это знаешь, — уже мягче ответил он.       Рано или поздно это должно было случиться. Рано или поздно всё равно бы возник вопрос, чтобы сделать то, что они делали постоянно на протяжении почти пяти лет — просили помощи у человека, который безотказно исполнял все их желания, разрабатывал лучшее вооружение и броню, давал им дом и… свою дружбу, не жалея ничего для них. Роджерс бы отдал всё за один разговор с ним, за одну возможность объясниться и просить прощения, но это было так же невозможно, как и просьбы о помощи. Он потерял эту возможность, когда ударил его. Когда оставил одного на холодном белом снегу.       Сэм совершеннейшим образом, как и должен был любой другой на его месте, растерялся, услышав этот тон. Нехорошее сомнение закралось в душу, и он снова не сдержал вздоха.       — Ты ведь знаешь, что нам не справиться без него, почему ты упрямишься? Он ведь пошёл помогать тебе туда в Сибирь, рискуя не только собой, но и своей командой, неужели он сейчас откажет? — непонятливо спросил Уилсон. — Это вполне возможно провернуть, если этого захотеть. Разве нет? Он уже один раз оступился, так чем второй раз будет хуже? Это же, мать твою, Старк! Старк, Стив, а не какой-то там левый мужик.       — Нет, Сэм, нет, — безапелляционно отрезал капитан, качая головой. — Это Старк. И я не могу просить его об этом. Я всё это начал, и из-за меня мы попали в это, пора разбираться во всём самому, не перекладывая ответственность. А Тони… Мы и так его достаточно втянули в это, сомневаюсь, что Росс оставил его в покое после того, как я… После побега. Хватит добавлять ему проблем, он не обязан вечно вытаскивать нас, нет. Не в этот раз. Я что-нибудь придумаю. Возможно, придётся связаться с Нат через Бартона, и, может быть, она сможет чем-то нам помочь, — он прикусил губу, отводя взгляд в сторону, открывая газировку.       В общем-то, Стивен и Романофф не хотел привлекать, зная, что она тоже под прицелом и под надзором властей, но Уилсон прав — им нужна помощь, а Наташа слишком умна и слишком шпионка, чтобы не подставиться и не обнаружить своей связи с беглым символом нации.       Нет, ну разве это возможно? Роджерс отказывается от помощи единственного человека, который может помочь не только словом, но и делом. Хотя вот аргументы у него были весомые. Росс, правительство ─ всё это… полная засада для Старка. Они сами всё это начали, им и разгребать, вот только как это сделать без помощи Тони? Он был… тылом. До Уилсона только теперь дошло, что они, в принципе, никто без него. Без его денег и разработок. Принять это казалось непостижимым. Но это чистая правда. Поморщившись на свои умозаключения, он провёл ладонью по столу, собирая невидимые крошки.       — Между вами что-то стряслось? — прямо спросил он, заглядывая ему в глаза.       — Нет. — Быстро. Слишком быстро для того, чтобы это было правдой. — Не совсем… Не хочу говорить об этом, Сэм, прости, — Стивен встретил взгляд, и в его глазах пронеслось отчаяние, смешанное с растерянностью и чем-то неуловимым, но очень нехорошим.       Роджерс не хотел рассказывать о том, что произошло в Сибири, хотя понимал, что его друзья — те, кто остался с ним в это трудное время ─ имеют право знать правду. Знать то, что их капитан малодушный кретин, позволивший себе слишком много, настолько много, что теперь не знал, как с этим жить. Они имели право знать правду, но Стив не знал, как им рассказать. Это было тоже подло и низко: молчать, боясь разочарования в глазах друзей, боясь их обвинений и упрёков.       Повисло гнетущее молчание. Сэм пытался разложить по полочкам услышанное, полное чужих сомнений, и этот взгляд, пробирающий до костей ─ он понял, что между Стивом и Тони произошло что-то куда серьёзнее, чем можно было бы предположить до этого неловкого разговора совсем не по душам. Роджерс оберегает произошедшее так страстно, что добиться правды у него будет непросто. Что, если самому позвонить Старку? Он мог бы, но как потом объясняться перед другом? Да уж, вся ситуация чернее, чем любая ниггерская жопа, и именно им угораздило в ней очутиться.       — Хорошо, я понял, — примирительно поднял руки вверх. — Но, получается, нам теперь не светит поговорить с ним? Мы даже не можем обсудить что-то по поводу наших жизней, — немного растерянно буркнул Сэм, понимая, что это всё было только для того, чтобы спасти чувака, который разъебал его машину и несколько раз неслабо заехал по морде. Да уж.       — Я поговорю с Клинтом, попробую через него как-то связаться с Наташей, — сказал Стив, кладя ладонь ему на плечо. — Мы выкарабкаемся из всего этого, Сэм, обещаю. Я не оставлю всё так, и мы не будем вечно прятаться. Но нужно ждать, пока всё уляжется, а там… Всё будет хорошо. И… спасибо. За то, что ты здесь. Ты не обязан был, но ты здесь, — он похлопал его по плечу. — Где Ванда? Она в порядке? Я собрался приготовить ужин, так что… — капитан улыбнулся и развёл руками.       Сэм прикусил язык, чтобы не спросить о том, что Баки-то теперь в безопасности, а они должны отвечать за всё это. Он бы тоже не отказался завалиться в криокамеру годика на пол и вылезти только тогда, когда от собственной тупости придумают лекарство. Хорошая позиция. Но только потому, что Капитан был для Уилсона дорогим другом, он не стал говорить ничего подобного. Он мог бы не оказывать свою помощь, мог бы послать его куда подальше, но сам на это подписался. За любой выбор нужно нести ответственность, и неважно, насколько велики и серьёзны последствия.       — Порядок, кэп, — усмехнулся он. — Она наверху, пойду схожу к ней. О, а ты купил яблоки? Зелёные и кислые? Наша маленькая ведьма очень хотела яблок.       — Конечно, целый пакет зелёных и кислых яблок, — Роджерс кивнул, на стол. — Давай, и спускайтесь через полчаса, ужин будет готов. Я, конечно, не повар, но должно быть съедобно. — Он направился на кухню, чтобы приготовить пасту, мясо и овощи.       Слушая отдаляющиеся шаги, Стивен включил плиту и налил воду в кастрюлю. Недолгий разговор лишил его равновесия в считаные секунды, заставляя снова вспоминать и думать о Тони. Как он там? Наверняка устал, измучен нескончаемым надзором Таддеуса и сломлен тем, что узнал правду. Роджерсу очень хотелось сейчас быть с ним, чтобы объяснить, поддержать, рассказать о том, что ненависть не излечит его раны, она только сильнее станет выжигать душу изнутри, и ему всё равно ничего не изменить. Он хотел присесть рядом, положить руку на плечо Старка и сказать, что ему тоже больно. Что он сам был в ужасном шоке от того, что узнал из досье. Стивен дорожил дружбой с Говардом, и для него это всё тоже было непросто. Но… всё это оказалось невозможным из-за его истории с Баки.       Наверное, только через несколько недель после того как Джеймс был заморожен, Стивен признался себе в том, что это всё не стоило таких разрушительных последствий. Ведь… согласись он тогда с Тони, то мог бы просить его о том же самом, что сделал для него ТЧалла — заморозить друга на время, пока они не найдут решение. Старк бы не отказал. Он уверен, что Тони бы пошёл навстречу, подпиши капитан Соглашение.       Но в тот момент всё навалилось, закрутилось снежным комом — последствия в Лагосе, подавленная Ванда, смерть Пегги, и Баки, который остался единственной нитью, что связывала Стивена с его прошлым. Он остался один в этом мире, а его друга, измученного и искалеченного ГИДРОЙ, хотели просто устранить. Нет человека — нет проблем. И навалившееся одно на другое привело к неверным решениям, к полной потере ориентиров и точно не стоило растоптанного доверия дорогого ему человека и подставленных под удар жизней друзей.       — Какой ты дурак, Стив Роджерс, какой дурак. Сам всё испортил, теперь ищи выход, иначе они тебе этого не простят, — пробормотал капитан себе под нос, опуская пасту в кипящую воду.       Поднявшись наверх, Сэм оказался в спальне Ванды и, улыбнувшись девушке, бросил ей яблоко. Она моментально поймала его своими красными нитями и неловко дёрнула уголками губ в подобии ответной улыбки.       — Вот и яблоки ─ всё как заказывали, — фыркнул он, заваливаясь к ней на кровать и заводя руки за голову. — Ты не знаешь, почему Стив без щита? — сразу к делу перешёл Уилсон, решая не ходить вокруг да около.       — А он без… — Ванда нахмурилась, припоминая те два раза, что они сталкивались с ГИДРОЙ. — Да, он был без щита. Это странно, так? Но я не знаю, может, он не хочет светиться? Ведь очень трудно не заметить широкоплечего блондина со звёздно-полосатым щитом, не находишь? — она откусила кусочек и блаженно улыбнулась. — Вкусные.       — Нет, оно и понятно, но почему он не здесь? Ладно, что он не хочет светиться, но оставить его где-то, может, кому-то… Это не в его стиле, — задумчиво пробормотал он, живо качая ступнями и выискивая на потолке трещины. — Это как-то не по-капитански. Даже не по-роджеровски. Мне кажется, в Сибири стряслось что-то непоправимое, потому что… Потому что Стив отказывается просить помощи у Тони, а ведь Старк там, в подводной тюрьме, просил, чтобы я рассказал ему об их местоположении, чтобы помочь. Что могло подвести их к ссоре? Ничего же не предвещало беды, Старк выглядел воодушевлённым, как мне показалось, — скосил взгляд на девушку, понимая, что вопросы начали возникать как-то слишком поздно.       Улыбка исчезла с губ Ванды, она повернулась к Сэму и озадаченно нахмурила брови. Щит капитана не здесь? Собственно, она даже не знала этого, не придавая значения, или была так погружена в свои мысли и чувства, что не заметила того, что происходило в реальности.       — Он рассказал тебе, что произошло там? — спросила Максимофф, перекладывая яблоко в другую руку, приподнимаясь на локте. — Я как-то пыталась спросить Стива, но он сделал вид, что не понял вопроса или просто не хотел говорить об этом. Ссора. Ну это и так понятно, учитывая то, что произошло между всеми нами.       — Ты не понимаешь, — покачал головой Сэм, тоже переворачиваясь набок, чтобы смотреть в глаза. — Старк летел туда, чтобы помочь, а после этого всего Стив явился один, без Баки, и объявил, что тот теперь в заморозке. Но что произошло такого на заброшенной базе Гидры, что теперь-то он не хочет говорить об этом? Я не могу вот так обсуждать его у него же за спиной, но… Я сомневаюсь в том, что это всё так просто и он всего лишь не хочет говорить. Что-то темнит наш кэп. Я только сегодня задумался об этом всём более-менее внятно, но он отказался рассказывать, сказал что-то вроде «не совсем поссорились» или что-то похожее.       — Сэм, — сказала Ванда, прожевав кусок яблока, стирая пальцем капельку сока с губ. — Это и правда странно, я тоже думала об этом, но… Мы ведь не можем лезть к нему в душу? Если Стив захочет и это будет важно, он расскажет нам. Он не станет скрывать чего-то очень важного… Я так думаю. Если тебя это сильно беспокоит, мы всегда можем спросить его об этом. Знаешь, я думаю, если бы мы чаще говорили обо всём, ничего бы этого не случилось. Вместо того чтобы драться, мы все должны были поговорить. Я тоже в этом виновата, если бы я знала тогда, что так будет… — девушка тяжело вздохнула. — Я скучаю. По Клинту, по Тони и по… Вижену, — тут её взгляд изменился, стал теплее, глаза наполнились слезами. — Он же хотел как лучше, а я пробила им полы. А теперь я даже поговорить с ним не могу, потому что это опасно. Но… за все наши действия нужно платить.       Уилсон смотрел на неё, как на младшую сестру. Наверное, будь у него сестра, она была бы счастливой.       — Эй, подруга, ну-ка. Я знаю, точнее, я видел, что он вроде как пытается подкатывать к тебе. Но это странно? Даже несмотря на то, что прикольно, — улыбнулся он, осторожно кладя ладонь ей на талию. — Мне уже нечего терять, понимаешь? А ты, ты ещё молоденькая, у тебя всё ещё впереди, и Вижен твой краснощёкий никуда от тебя не денется. А насчёт Стива, я больше тревожусь об его состоянии в психическом плане, а не из-за того, что он что-то утаивает. Он винит себя в произошедшем, а я ещё сегодня начал загонять ему про Старка. Вот же дурак, ну ты подумай, а? Тони, конечно, далеко не идеальный мужик, но он же… Страшно то, что он пытался искупить грехи, срок годности которых уже вышел, а никто этого не понял, пользуясь всем, что он давал, даже не отдавая взамен. Не знаю даже, как теперь это исправить, и исправить ли вообще? — поджал губы и поскрёб щёку.       — Я даже не знаю, Сэм, — Ванда посмотрела на него, придвигаясь ближе, и устроила голову на его плече. — Не знаю, что нам теперь всем делать. Команда распалась, и у всех большие проблемы с доверием. Тони хотел защитить меня, а я не поняла. Конечно, он тоже мог бы поговорить и объяснить, а не сажать под замок, но у него тогда наверняка голова была занята совсем другим, — девушка прикрыла глаза, ощущая, как ей становится теплее. После смерти Пьетро она страдала от нехватки человека, который её поддержит и поймёт, подставит плечо, погладит по голове. И неожиданно для себя в один из дней в придорожном отеле обрела нужную поддержку в лице Уилсона. Он не стал ей заменой брата, но давал то самое тепло и понимание, которое ей было так необходимо. — Я часто вижу, как Стив грустит. Иногда он замирает посреди разговора, а в глазах появляется что-то ужасно тоскливое. Наверное, он тоже скучает по друзьям. По нормальной жизни и по работе. И не говори, что тебе нечего терять ─ это неправда. Ты же совсем нестарый, ну, — она подняла глаза и посмотрела на него.       Приобняв её и прижав к себе, Уилсон чмокнул её в лоб и тяжко вздохнул. Он не знал, что ещё ему нужно потерять, чтобы что-то обрести.       — Я тоже замечаю за ним провалы. Возможно, он думает о своём Баки. Так целых два года было, и теперь снова расстались, пусть и для блага обоих. Хотя, разве это благо ─ прятаться от мира? Не знаю, Ванда, я начинаю путаться в этой слезливой драме, но мы ведь и правда были Мстителями, а теперь от нас вряд ли что осталось. — Голова от всего шла кругом, но ему было с кем обсудить наболевшее, а вот Стив, судя по всему, не очень и доверял им. — Ну да, мне есть что терять, тебя, например, — усмехнулся и пощекотал её бок, — а ещё звездно-полосатый символ нации с комплексами ребёнка.       — Мы поговорим с ним, — ответила она, улыбаясь Сэму. — Только не сейчас, нужно подождать и найти нужный момент. В то, что он появится, я точно верю. Нам всем есть что терять — друг друга. И пусть многое разрушено, было бы желание — всё можно склеить, если постараться. — Ванда зевнула и посмотрела на часы. — А что там с ужином? Опять готовлю я?       — О-о-о, нет, сегодня наш герой Америки готовит ужин, — фыркнул Сэм. — Мне хватило твоей подгоревшей картошки, так что уж лучше он, чем ты, — рассмеялся он, отгоняя от себя все тревожные мысли.       — Это было-то всего один раз, ну что ты за человек, а? — улыбнулась девушка, начиная его щекотать. — Пойдём вниз, составим Стиву компанию, — она поднялась и потянула Уилсона за собой.       — Я лучше поем переваренные макароны, чем твою пережаренную и подгоревшую картошку, — насмехался Уилсон и, подхватив подругу на руки, начал прыгать со ступеньки на ступеньку, зная, если что ─ Ванда подстрахует его ноги от перелома.       — Ты ещё не пробовал то, что готовит Вижен. Моя картошка по сравнению с этим — чудо кулинарии, — фыркнула она, обхватывая руками его шею. — Не урони меня, смотри.       — Ты бы научила его, и вообще! Зачем про мужика так говоришь? Он же старался, — фыркнул Сэм, оказываясь внизу, и, приметив взглядом Стива, усадил девушку за стол, а сам хлопнул по столешнице ладонью. — Где. Мой. Ужин? — сурово произнёс он, едва сдерживая губы, желающие разъехаться в улыбке.       — Я же не со зла, — улыбнулась Ванда, силой призывая к ним тарелки и приборы. — Он очень милый, правда.       — О, я как раз хотел разложить, но спасибо. — Роджерс посмотрел на друзей и непонимающе вскинул бровь. — Кто милый?       — Вижен милый, — ответила Максимофф, принюхиваясь к ароматам, доносившимся из кастрюли. — Это что, макароны?       — Будет вам ужин сейчас, — засмеялся капитан, хлопая Уилсона по плечу.       Через несколько минут все трое уплетали приготовленную Стивом пасту и весело болтали, хоть ненадолго забывая о своих проблемах.