Испытание Духа.

     На саванну спустилась ночь. Солнце ушло глубоко под землю, забрав с собою тепло и свет. По Землям Прайда гулял лёгкий прохладный ветерок, покачивая траву и редкие кустарнички. Он мягко шелестел листьями деревьев, и в целом придавал этой ночи такое спокойствие и гармонию, как будто тебя убаюкивает беззвучная колыбельная...       Время было позднее, уже последние звёзды просыпались на чёрном куполе, поэтому на Скале уже все готовились ко сну. Малыши мирно сопели у боков своих матерей, старые охотницы в пол голоса о чём-то переговаривались, а львы спали. Все, что были в убежище. Что, в принципе, не было удивительно, Муфаса и Скар выясняли что-то на Вершине Скалы. Уже довольно долго и довольно громко. —... Ты не можешь выполнить даже элементарные поручения! — Муфаса в гневе ходил из стороны в сторону, низко опустив голову. — Разве я о многом прошу? Нет, лишь о маленькой помощи!      Король громко вздохнул, пытаясь справиться с чувствами, однако при широком поступлении в его адрес оскорблений, эта миллионная попытка оказалась тщетной. Скар же не выглядел таким напряжённым, казалось, что вся эта сцена для него не больше, чем спор с ребёнком. Черногривый сидел на камнях, как всегда в таких случаях, разглядывая свои когти. Этим жестом лев намекал на то, что разговор ему надоел и намеренно подбешивал брата. — Помощи? — наконец холодно отозвался Скар. — А с какой стати я должен оказывать тебе помощь в ТВОИХ делах?      Он поднял острый взгляд на короля, стараясь заглянуть в его алые глаза, дабы уколоть вихрем бушевавших в них эмоций. Но Муфаса не смотрел на брата, он продолжал ходить по краю вершины, изредка замедляя шаг или останавливаясь. Глаза его смотрели только в землю или пустоту. Однако слова, только что вырвавшиеся из уст черногривого, пусть и запоздали, но дошли до сознания и как гром поразили его. Король вскочил, развернувшись всем телом. — А с такой стати, — медленно повышая тон, начал лев, — что ты мой главный советник! Признаю, я давно не прибегал к твоей помощи, но это не значит, что ты отстранён от должности!       Алые глаза сверкнули, но лев не выразил своего гнева, кроме чем через грозный голос. Хотя стараться сдерживать себя ему порядком надоело, но не хотелось оскорбить брата... несмотря на то, что тот в корне не прав. В целом, весь сыр-бор начался из-за очередного пустяка. Муфаса всего лишь попросил брата выполнить одно его деловое поручение, весьма простое и скучное, однако черногривый опять заныл на свою усталость. В общем, слово за слово и прайд уже как полчаса не может заснуть от их неугомонных орев.        Скар смотрел пристально и пугающе. Вот кто точно не старался скрыть своих эмоций, впрочем, они и не были столь бурными... Пока. Черногривый протяжно хмыкнул, показывая своё безразличия. — Я был молодым идиотом, когда соглашался помогать тебе, — надменно протянул Скар, снова переводя взгляд на свои обожаемые когти. Король вспыхнул, но тут же успокоился. Он подошёл к краю вершины и сел, смотря далеко на гаризонт. После этого жеста стоило ожидать худшего. — Не уверен, — цокнул языком король, первый раз за весь разговор подбирая колкую фразу, — по мне ты не БЫЛ молодым идиотом, а ЕСТЬ взрослый идиот.       Лев довольно фыркнул и развернулся к брату, глядя на него с самый властным видом. Вот теперь вспыхнул Скар. — Как ты меня назвал?! — голос черногривого резко возрос до крика. — Идиотом?!     От негодования он даже задрожал. Принимая боевую стойку, лев выпустил когти и оскалился, но Муфаса отнесся к этому не серьёзно... пока мимо его носа не пролетел первый удар. Только успев отскачить, король, позабыв все грани необходимого поведения, громко зарычал, так же готовясь к борьбе. — Решил силой правоту доказать? — усмехнулся он, разом изменившись. — Тогда моя взяла!       Ещё бы одна секунда, и браться, прожигая друг друга пристальными взглядами, бросились бы в яростную драку, наверняка крепко подрав один другого. Но, к счастью, этому помешала тёмная львица, откуда не возьмись вставшая между ссорившимися. — Вы чего разорались оба?! — яростный взгляд Сараби перебегал по лицам. — Дети заснуть из-за вас не могут!       Она глухо рявкнула, в первую очередь глядя на Муфасу, мол, ну ты-то что? Это мигом образумило алоглазого, и он быстро отошёл обратно к краю, шумно вздыхая. Похоже, король слишком увлёкся возможностью выпустить пар, даже позабыв о прайде. Эта мысль горячо пронзила его, но вот Скар даже не задумался над словами снохи, а гадко хмыкнул. — Что-то ты быстро сдался, — протянул черногривый каким-то фальшиво довольным голосом. — Даже не ответишь мне на попытку ударить тебя?       Однако морда льва быстро сменила ухмыляющеесе выражение на смертельно мрачное, лев скривил губы и сморщился, смерив брата взглядом. Но король, несмотря на внешнее спокойствие, не сбавил своего пыла, хоть и успешно скрывал его. Лев глядел на небо, словно ища во множестве звёзд какое-то успокоение, неспеша наблюдая за их блеском. Ему не хватало той холодности, что скользила в них, той простоты, но величественной простоты отношения к вещам... Несмотря на всё своё величие, каждому из нынешних королей стоит поучиться у прошлых... — Пошёл вон... — быстро и ледяным тоном приказал Муфаса, даже не оборачиваясь в сторону брата. Он чувствовал, как ярость куда-то уходит, но не глубоко, готовая при малейшем неповеновении снова извергаться лавой из вулкана.       Скар только фыркнул, поведя ушами, и нарочито остался на месте, выждав минуту. — Я без тебя разберусь, — грубо рявкнул черногривый, но Муфаса не зарычал в ответ. Лев лишь повернулся и пронзил брата долгим взглядом, глядя как будто с высока. — Я разговариваю с тобой, не как брат с братом, — медленно повышая тон, начал король, — а как король с подчинённым!      В этой фразе явно выражалось желание к подчинению, хотя в общем Муфаса редко пользовался своим статусом в подобных ссорах. Во-первых, он не любил тыкать своими правами при каждом случае, а во-вторых это было бесполезно. Как и сейчас. Скар наигранно изумился и быстро отвесил корявый поклон. — Ой, Ваше Величество, я и не думал оскорбить Вас! — тонким испуганным голосом пропел Скар. — Но, будьте столь любезны, позвольте мне самому разобраться в своих делах. Без Ваших тупых приказов.       На последнем предложении голос льва сорвался на совсем грубый и резкий, черногривый круто развернулся и ушёл, что-то бормоча про себя. Муфаса ничего не сказал во след. Король только поджал губы с каким-то безразличным видом и повернулся к горизонту, разглядывая даль. Сараби, всё это время наблюдавшая в стороне, мягко ступая, подошла к мужу и взглянула на него. Муфаса выглядел спокойно и непоколебимо, но в глазах его то и дело мелькали эмоции: подавленность, рассерженность, разочарование и много тому подобных. Он был задумчив и словно опустел, застыл, не двигаясь. Королева догадалась, что её супруг вспоминает прошлое, в который раз жалея о том, как изменился его брат... — Прости, я не подумал о вас, — тихо, почти шёпотом признался Муфаса. — я позабыл почти обо всём... Уложи Симбу, я приду немного позже.      Он посмотрел на жену так мягко и виновато, что она тот час растаяла. Сараби глубоко вздохнула, больше не сердясь и поднялась на лапы. Её глаза продолжали непрерывно следить за мордочкой супруга, наблюдая, как все читаемые в глазах эмоции становятся явными во всём образе. — Опять подумать хочешь? — с крохотной долей укоризны спросила львица. Но Муфаса покачал головой: — Нет. Надо решить одно дело, поручение по которому не удосужился выполнить мой брат! Пришли Зазу на секунду, будь так добра.      Королева молча кивнула и пошла к спуску со Скалы. Голова львицы была чуть опущена, она глубоко задумалась. В последнее время Скар и правда обленился, даже свою главную роль – лидерство над Отрядом Стражей – он выполнял как следует через силу. Чем ещё важным мог заниматься черногривый, она и представить не могла. То и дело льва видели в Малой пещере или на Тенистом утёсе спящего, больше ничем он не занимался. Сараби вздохнула. Что же с ним происходит? И как это остановить? Уже спустившись на то место, где начинались деревца, королева услышала хруст слева от себя. По привычке осторожности охотница резко развернулась, но увидела лишь того, о ком пребывала в думах. Львица хмыкнула. Скар сидел под одним из низких деревьев и рассматривал его кору. Казалось, черногривый даже не заметил прибытия Сараби. — Ты подкараулить его решил? — с тенью насмешки спросила львица, кинув взгляд на самую вершину. Его Светлость соизволил повернуться, но глядел он всё равно отвлеченно. Его глаза ярче любых других светились в темноте и это почему-то внушало нечто, родственное страху. Даже много времени прожив в одной семье с деверем, Сараби становилось жутко от его взгляда в темноте. — Да, — спустя длинную минуту ответил черногривый, — и убить, когда спать будет.      Несмотря на довольно острый сарказм, Сараби не изменила своего настроя ни в одну сторону, продолжая равнодушно смотреть. — А ведь он прав, Скар, — вздохнув, протянула королева. — Ты слишком много времени отдаёшь на уединение...      С этими словами охотница быстро скрылась, поспешно направившись к пещере. Скар лишь фыркнул, услышав её слова. Зелёные глаза долго изучали темноту, стараясь разглядеть стройную фигуру, так быстро ею поглощённую. Однако при еле слышном неопознанном звуке наверху взгляд черногривого оторвался от дали, взметнувшись к самой вершине. Похоже, Зазу прилетел... Скар был уверен, что слышал хлопот крыльев. Убедившись в своей правоте голосом мажордома, лев покинул своё укрытие и медленно побрёл куда-то в сторону.        Глубокая ночь, накладывая всё больше тёмных покрывал на землю саванны, наконец полностью погрузила королевство в темноту и холод. На небе по-прежнему горели миллиарды звёзд, сейчас проснувшихся после дневного зноя. Стояла тишина, ни одной живой души нельзя было заметить.        Скала Прайда будто тоже заснула. Её светлые при солнце камни теперь почти сливались с чёрным небом, лишь бледный луч восходящей луны отделял её прозрачной каймой.         В пещере царила тишина и спокойствие, все давно и мирно спали. Но, как обычно, исключением из общего числа был Скар и ещё невернувшийся Муфаса. Зазу тоже не было на месте, видно оба уснули наверху, решая свои вопросы. Но, несмотря на то, что только вышеназванные личности отсутствовали в убежище, не спал ещё и маленький принц, прижимаясь к тёплому боку матери. Симба ждал отца уже около часа или больше и, несмотря на сильное желание провалиться в глубокий сон, продолжал смотреть наружу. А там всё так же дул ветер и блестели звёзды, никакого намёка на появление Муфасы. Симба зевнул. Нет, ну что можно делать там столько времени? Какие вопросы решать? Львёнок нахмурился и чуть приподнялся, решаясь самому проведать отца. Однако только он поставил все лапы в необходимое положение, как увидел длинную тень, змеёй проскользнувшую внутрь пещеры. Малыш замер, спрятавшись за локтем Сараби. Широко раскрыв глаза, он смотрел на стену входа, откуда и прибежала эта пугающая тень. Однако её хозяин оказался очень даже знакомой персоной – в пещере медленно появилась голова Скара. У Симбы даже камень с души упал, однако ту же вернулся обратно. Выглядел дядя совсем так же, как и его загадочное чёрное отражение – пугающе и подозрительно. Глаза льва были сильно прищурены, в них сверкало что-то недоброе. Внимательно обведя придирчивым взглядом присутствующих, он остановился на месте брата. При этом Симба чуть прикрыл глаза, стараясь, чтобы дядя не заметил его не вхождения в число спящих. Однако племянник явно не интересовал черногривого, его глаза, изучив место, где обычно спал Муфаса, закончили осмотр. Лев вдруг скривился и тихо прорычал, закатив их кверху. Симба воспользовался отвлечением и принялся спешно, но внимательно рассматривать Скара, дабы раскусить его. Что это он пришёл так поздно, да и ещё и рожу кривит? Видно, ему что-то не понравилось. — Не пришёл ещё, зараза, — злобно фыркнул лев, поворачиваясь в сторону. — Значит, придётся в обход идти...      Последние слова только укрепили подозрения Симбы. Львёнок тут же вскинул голову, как только Скар скрылся из виду. Ему очень не нравилось странное поведение дяди, и тут в голову прокралась мысль разбудить кого-нибудь из взрослых... Но эта мысль быстро сменилась новой и, как показалось принцу, более хорошей, — самому пойти за львом, проследить за ним. И львёнок тут же сорвался с места, удовлетворённый своим замыслом. И даже ничего не шевельнулось в голове об опасности, неведомости ночной саванны... В прочем, это же Симба, а у него таких помыслов не возникало никогда, как бы таинственно не было новое приключение.       Аккуратно пригнувшись к земле, как учили на охоте, малыш не спеша покрался за тёмной фигурой, как только поймал её взглядом. Это оказалось довольно непросто, но как только он спустился на мягкую траву, лапы как будто сами понесли принца вперёд. Оказавшись маленьким и незаметным, даже при своей неопытности, львёнок не отставал от черногривого, при этом успевая отмечать обстановку вокруг. Первое, за что он уцепился – они шли не от Скалы, а огибая, с задней её стороны. Бросив короткий взгляд на Вершину Скалы, львёнок разглядел еле видную точку, наверное, Муфасу. Как следовало из слов дяди, он шли «в обход», то бишь так, чтобы их не заметили. Рассудив должным образом, Симба просиял от предвкушения интересной прогулки, которая им предстоит. Если дядя так избегает кого-либо, значит он задумал что-то запретное... Симба прибавил шаг, заметев, что от своих рассуждений чуть отстал от жертвы преследования. Однако его глаза невольно продолжали изучать округу, которая быстрая изменялась. Они всё больше углублялись в ночную и незнакомую саванну, и в сердце львёнка начал закрадываться страх, но думать вдруг стало некогда. С каждым шагом теперь Скар ускорялся, следовать за ним становилось труднее. Симба набрал приличную скорость и, слава высокой траве, мог не сильно пригибаться. Однако тут дядя выбросил новый сюрприз. Неожиданно лев вовсе остановился, да так резко, что Симба чуть не налетел на его лапу. Оказавшись слишком близко, принц был вынужден снова пригнуться. Скар же продолжал стоять, и стоять с явным наслаждением. Он долго всматривался в даль рисовавшегося вида и блаженно вдыхал ночной прохладный воздух. Наконец-то! Свобода! Лев вдруг резко задрал голову и что-то невнятно проорал. Вдогонку его крику последовал короткий смех, и тут лев изо всех сил помчался прочь. Не предугадав такого действия, Симба не успел сорваться вовремя и сильно отставал. Да и бежал дядя настолько быстро, словно за каждым его шагом следует неумолимая молния, та незабываемая, страшная, бьющая до земли. Силы покидали львёнка через каждую секунду. Он бежал так быстро, как позволяли его короткие детские лапки, но силуэт всё равно терялся в дали, за высокой травой... И вскоре он бесследно растворился. Малыш перепугался не на шутку и прибавил шаг, но напрасно. Не в силах бежать дольше, львёнок рухнул на землю, жадно глотая воздух. Перед глазами поползла рябь, тело сковала слабость, ощутимая до боли. Львёнок еле поднял взор, стараясь найти знакомую фигуру... Но она умчалась глубоко в темноту ночи.       Симба содрагнулся. Ощущения усталости на удивление быстро прошли и принц спешно поднялся. Кругом царила мрачная и пугающая тишина, ни души не было видно. Лишь ласковые звёзды успокаивали взор своим туманным светом. Симба вздохнул, подавшись вперёд. Проделав несколько шагов, он оказался на поляне с резко понизившейся травой, должно быть, пастбище каких-нибудь копытных. Отсюда было лучше видно окрестности, но они по-прежнему не предвещали ничего опасного. Львёнок протяжно выдохнул. Только бы найти здесь дядю...        Колющий своей резкой прохладной ветер то успокаивался, то вновь поднимался с возрастающей силой. Он уже нагнал на небо лёгкую дымку, прикрывая яркое сияние звёзд.         Скар наконец остановился, как ни странно, не чувствуя усталости. Хоть он пробежал довольно долго, лапы лишь приятно тяготило, а сердце билось так часто, что даже шерсть на груди еле заметно покачивалась. Однако не время наслаждаться погодой. Он здесь по делу. Не успел черногривый и подумать об этом, как за спиной раздались сдержанные, но внушающие голоса, похожие на чьё-то противное хохотание. Скар вздрогнул, но не сказал ни слова, только довольно улыбнулся. — Я уж думал, что придётся вас искать, — он медленно развернулся, встретившись с парой горящих во тьме глаз. — Я надеюсь, ты привела много добровольцев? У вас намечается большая охота...       Черногривый ухмыльнулся и величественно расселся на невысоком камне в нескольких шагах от себя. Из тени тут же показалась серая пятнистая голова, за ней ещё и ещё... Невозможно было не узнать этих персон – к Скару медленно подступали гиены. — Моих ребят хватит, — ответил грубый голос в тон довольной речи льва. — Мы рассчитывали на целого буйвола.      Прямо перед камнем остановились Шензи, лениво потягиваясь и глядя на Скара. Черногривый снова улыбнулся и сошёл в тёмную тучу, проводя матриарха за собой. — Как-нибудь зайду в гости, — подмигнул он, однако его морда вмиг стала серьёзной. – Начните оттуда, прямо по курсу, от холма... Сегодня на там собирались несколько стад, уверен, хоть одно из них осталось... — Спасибо, Скар, — не дослушав, мягко перебила гиена, но тут же хитро прищурилась. — Надеюсь, Его благородное Величество не будет сердиться за сие ослушание?      Она вдруг громко рассмеялась, и лев последовал за ней. Несмотря на неприятное воспоминание о брате, он позволил себе улыбнуться. — Идите, – спустя минуту продолжил Скар. — Время не ждёт. Шензи коротко кивнула и обернулась к своим. Через секунду в воздухе раздался протяжный свист – сигнал готовности. Матриарх спустилась с холма и быстрыми шагами помчалась к указанному месту. Остальные последовали за ней, округа вновь наполнилась их противными хохочущими криками. Скар чувствовал себя как в море из гиен, огромная толпа "плыла" через его место. Черногривый спокойно дождался, когда вся процессия прибудет на место и осторожно пошёл в ту сторону, делая остановки и озираясь по сторонам. Как бы никто не заметил! Зелёные глаза зорко выискивали, однако пропустили одну мелочь – за спиной льва тихо пробралась маленькая группа пятнистых, направившись в совершенно другую сторону... С каждой минутой становилось холоднее. Симба уже полчаса побродил по окрестностям, пытаясь отыскать тёмный худощавый силуэт. Хотя, с этой целью он всего лишь начал свой поход, сейчас же принц просто наслаждался свободой и видом ночи. Его опасения быстро исчезли, стоило только убедиться, что никого поблизости нет. Изредка малыш поглядовал на чёрное небо, пытаясь различить среди кучи звёзд заветный треугольник, о котором только недавно слышал от дедушки. Но небо было так густо усыпано мерцающими огоньками, что ни одного созвездия невозможно было разглядеть. Поэтому вскоре принц бросил надоевшее занятие и просто прохаживался по мелкой траве, созерцая всю прелесть саванны в это тёмное время. И почему он раньше не додумался прогуляться вот так? Свобода, тишина, полное уединение! Чего ещё может желать такой любитель независимости? Однако выходить львятам ночью было строго запрещено, и то не могло остаться без причины. Как раз сейчас за спиной Симбы каралось пять таких причин... — А кто это у нас вышел погулять? — раздался сзади как гром поразивший голос. — Не поздновато ли для таких маленьких? У Симбы всё внутри похолодело. Это был голос Хингера, уже так отчётливо впечатавшийся в память. Львёнок круто развернулся и увидел перед собой гиену. На его морде нескрываемо читалось ликование и злорадство, два самых ненавистных принцу чувства. А сзади покрались ещё тени, смыкаясь в один круг. Симба встрепенулся. Он окружён. — Познакомьтесь, господа! — протянул Бруиз, ехидно улыбаясь. — Это сын самого короля! Поэтому давайте будем повежлевее и очень нежно разорвём его на части! Но спине принца прошёл холодок. Шерсть на загривке по велению рефлекса поднялась, стала дыбом, но из уст не вылетело не звука. Уповать на свои права не было смысла. Хоть он и находиться на родных землях, никто тут его не защитит... Кругом ни души. В сердце быстро закралась паника, и малыш был готов отчаянно закричать, но это только подбодрило бы его врагов. Перед глазами блестели огромные гиеньи зубы, не менее страшно отражали свет их горящие глаза. Малыш попятился назад. Что ему придумать?... Однако решение пришло само и неожиданоно. Один из дружков Хингера и Бруиза вдруг громко рявкнул и бросился прям на принца, но тот вовремя отскачил. Все разом вдруг начали суматоху, и то и дело попадало их саратникам. Симба с криком бросился бежать, воспользовавшись разрывом окружения. Но бежать было бесполезно. С удвоенным желанием враги бросились в погоню и очень быстро очутились в двух шагах, на всю округу гремели их рычание и детский крик, но Симба держался стойко. Благо, ему не впервой было убегать от проворных собак, и малыш ловко уворачивался от их напастей. Но бегать по саванне слишком долго он не мог, силы иссякали с огромной скоростью. Лапы уже не слушались, и львёнок приложил огромное усилие, перескачив через бревно. Но враги следовали неотступно. Обернувшись и убедившись в этом, принц прибавил ходу, но с боку снова налетел один из гиен. Львёнок оглушительно вскрикнул и отскачил в сторону, но не смог приземлиться. Лапы больно ударилась о землю и малыш рухнул. Враги подоспели вовремя. — Пооооомоооогииитее! – что было силы прокричал малыш. В воздухе стояла тишина, за исключением лишь перешёптываний сзади. Скар внимательно рассматривал горизонт, пытаясь разглядеть нежелательные фигуры. Но, к счастью, никого постороннего не было, и это придавало покой душе. Однако лев то и дело поторапливал гиен, которые уже успели окончить охоту. Они осторожно переносили тушу, и, глядя на них, лев невольно представлял стайку муравьёв, так же активно шныряющих туда-сюда и перетаскивающих добычу. Только Шензи стояла в стороне, наблюдая за работой и высказывая какие-то притензии. Всё было под контролем, и она надеялась, что эта вылазка пройдёт без приключений. Несмотря на грубые ругательства за спиной, уши Скара испытывали относительную гармонию, не улавливая других неприятных звуков. Только щебетания ночных птиц, шум реки... Внезапно левое ухо черногривого дёрнулось в сторону. До слуха долетел знакомый звук, кажется, рычание гиены... Но он шёл издалека, словно кто-то отбился. — Неужели эти олухи что-то да поймали? — прозвучал насмешливый голос Шензи. Гиена выплыла из тени к Скару и сощурила глаза, пытаясь разглядеть в далеке отличившихся. Скар быстро повернулся к ней, обеспокоинно нахмурившись. — Хингер и Бруиз? — спросил лев тревожным голосом. Признаться, ему не очень-то хотелось видеть этих особ на своей территории, ведь они совершенно никому не подчинялись и могли натворить дел. — Да, увязались за нами, — брезгливо поморщилась Шензи, словно её заставляли съесть жука. — Вот идиоты, без ушей что ли? Их-то нам и не хватало... Однако договорить она не успела, из далека вдруг послышался крик, и последовавший за ним призыв о помощи. Скар подскачил на лапы. Нет, этот голос не мог ему мерещится... Сердце льва забилось часто и тревожно, мозги начали быстро рисовать ситуацию. Только не это... Неужели там... — Симба! — в ужасе закричал черногривый. — Только не это! Через секунду лев сорвался с места и понёсся в сторону, откуда шёл тот крик. Шензи бешено зарычала. — Ты можешь убить их, Скар! – прокричала она вслед другу. — Мы будем очень рады! Несмотря на опасную ситуацию, сердце матриарха не тронули тревога. Она была уверена, что с Его Высочеством всё неприменно обойдётся, ведь тот уже не раз попадал в такие передряги. Да и не до переживаний сейчас. — Уходим! – приказала гиена оставшимся на этом берегу. — А то засекут! Она быстро перепрыгнула на небольшой камень, обмываясь волнами холодной реки, но подчинённые не торопились выполнять её приказа. — А как же отставшие? — неуверенно возразила молодая помощница. Но матриарх даже не двинулась. — Мы их не звали, так, стало быть, не должны забирать. — просто и резко отозвалась гиена. — Пусть сами выкручиваются... Скар мчался, что есть сил. Ни о чём он не мог думать, кроме как о спасении племянника, и, что уж тут скрывать, как убьёт его потом. Только одна мысль не давала покоя – что он тут забыл?! Какого чёрта шляется по саванне среди ночи?! Ещё больше распаляясь, черногривый прибавил шагу и уже завидел сборище ненавистных врагов. Только бы не опоздать... Через секунду раздался оглушительшительный рёв, и гиены разлетелись от первого удара. Симба лежал на земле, он был в сознании, но сильно перепуган. Львёнок распахнул глаза, услышав сигнал, и душа его возликовала. Он в безопасности... Наблюдая за боем, малыш невольно успел отметить, что дядя дерётся вовсе не так, как отец... Лев ловко перекручивался и выскакивал из окружения, ударов наносил не много, но очень точно. И при этом черногривый почти не рычал, как другие львы. Весь он стал похож на разъерённую змею, бросаясь и отдёргиваясь. Симба невольно спрятался в траву и закрыл глаза. Зрелище боя было невыносимо. Скар беспощадно резал когтями несчастных гиен, оставляя глубокие и длинные раны, а те отчаянно скулили, пытаясь укусить. И самое страшное – он не давал им шанса убежать, словно хотел убить, разодрать в мелкие клочья... Звуки ужасной битвы резали уши малышу и ему даже стало страшнее, чем во время погони. Но неожиданно всё стихло. Принц с опаской открыл глаза, боясь увидеть разорванные тела, но, к счастью, гиены всего лишь убежали. Скар изрядно потрепал их, но весьма жестоко. Простояв на месте несколько секунд. Черногривый молча обернулся, пронзая племянника таким взглядом, словно тому грозила не лучшая участь. Ожидая жестокой отчитки, малыш вдавился в землю и прижал уши к голове. Скар громко и протяжно рявкнул. — Ты что тут забыл?! — в гневе закричал лев. — Какого чёрта ты выперся ночью?! Глаза льва нещадно метали молнии, готовые сжечь до тла несчастного львёнка, Симба никогда не видел дядю таким злым. Всегда глядя на отца перед отчиткой, принц мог видеть, что тот яростен, но ничего, кроме выговора, ему не грозило. А вот Скар выглядел так, словно сейчас перегрызёт глотку несчастному племяннику. — Я... я, — Симба заикнулся, стараясь подобрать нужные слова. — Просто когда все спали, я видел, как ты зашёл в пещеру и... ушёл куда-то... я хотел узнать, куда, пошёл следом... а... потом отстал... Сбивчивое объяснение львёнка не дало ясного ответа на вопрос, но спрашивать подробно Скар не стал. Единственное, что он понял, это слежка, которую организовал Симба. Данная информация привела льва в настоящую ярость, но он решил не выдавать подробностей этого дела. Возможно, племянник забудет упомянуть данную деталь, и всё обойдётся, а если что Скар знает, что сорвать. Не сказав больше ни слова, черногривый грубо схватил львёнка зубами за шею, заставив вздрогнуть и поднял над землёй. В свете бледной луны виднелась Скала, и он быстро направился к ней. Холод начал достигать своего пика, предупреждая о уже скором приближении утра. Хоть небо не стало ни капельки светлее, оставалось всего около трёх часов до рассвета, может чуть больше. В пещере наконец-то утих гул, чему несказанно обрадовался Скар. Всё время отчитки племянника он находился снаружи, дабы его не замешали в этом деле. К счастью, Симба ничего не упомянул о странном поведении льва, только сказал, что дядя поздно покинул Скалу. Сам черногривый отмазался прогулкой на свежем воздухе, и ему все безаговорочно поверили. Сейчас прайд наконец успокоился, а Симба, видно, уснул, насколько позволяло зрение, его дядя разглядел малыша между передних лап матери. Наступил долгожланный покой для ушей, и лев блаженно вздохнул. Но его уединение было сразу нарушено. Чуткий слух уловил явно скрываемый вздох прямо позади себя. Но Скар не шевельнулся, он узнал голос. — Скар, — мягкое обращение, но лев снова остался недвижим, — спасибо. Прямо перед ним появился Муфаса, встав с боку от брата. Но черногривый опять не реагировал на него. Однако король терпеливо ждал ответа, всматриваясь в мерцающие звёзды. Как же он сегодня испугался! Стоило льву только зайти в пещеру и увидеть, что сына нет на месте, он тут же поднял на уши всю Скалу. Однако сейчас сердце короля стало спокойно, его сын остался в целости. — Побереги его, Муфаса, – покачав головой, подал голос Скар. — Будь же с ним построже, иначе он и не перестанет где попало лезть! Черногривый не громко фыркнул, однако король заверил его, что будет бдителен. Снова наступило молчание, но никто из братьев не уходил. Скар изредка поглядовал на короля, надеясь, что тот наконец оставит его в покое, но Муфаса словно ждал чего-то. Младший ещё не забыл их недавней ссоры, а вот старший говорил, как ни в чём не бывало. — И ещё кое-что, — наконец заговорил Муфаса. — Я, конечно, не поменял мнения о твоём сегодняшнем поведении, но знай – я больше не хочу сердиться. Возможно, стоило сказать что-то ещё, но король замолчал, продолжая глядеть в даль. Всё-таки, Скар спас его сына от гибели, и забыть о недавней ссоре было бы не лишним. Однако черногривый тянул с ответом, долго рассуждая. Честно сказать, в нем ещё не угасла прежняя обида, но держать её на сердце он тоже не мог. Лев глубоко вздохнул, решил не портить настроение брату. — Считай, я тоже, — деланно усмехнулся Скар, но брат распознал его истинный настрой. Лев глубоко вздохнул, но ничего больше не сказал, лишь слабо улыбнулся. — Спокойной ночи, Скар, — мягко попрощался король и быстро зашёл в пещеру. Глаза его отыскали тёмный силуэт львицы, спавшей в обнимку с сыном. Муфаса вздохнул. Потерять их было самым страшным его сном, и почти каждый раз этот сон готовился стать явью. Симба чудом выбирался живым из своих приключений, и это не могло не беспокоить родителей. Ему стоит найти спокойное занятие, где-нибудь поближе к дому. Но никакие мирные игры или учёба не интересовали малыша. Муфаса снова вздохнул. Как ему сейчас хотелось, чтобы что-нибудь изменилось...