Испытание Духа.

    Погода стояла ясная и солнечная, несмотря на ночной ужасный дождь. Трава искрилась в мелких серебристых капельках, яркий солнечный диск чуть нагревал свежий утренний воздух.     Скар шёл по давно известной тропе, в душе его бушевали самые разнообразные чувства. Вчерашняя ночь оставила много дум и впечатлений, с одной стороны воспоминания по-прежнему тяготили душу, с другой после срыва стало намного легче. И всё равно брат великого короля Земель Прайда был угрюм и скучен сейчас, хотя что-то хорошее и светлое всё-таки теплилось в чёрном от грусти сердце. Лев никогда так странно себя не чувствовал, и чем ближе он был к своему дому, тем больше он ощущал потребность с кем-то поговорить о вчерашнем. Но с кем? Родители будут волноваться, Сараби наговорит слишком много премудростей, об остальном прайде и думать нечего! «Может, рассказать Муфасе?» — пронеслось в голове у Скара. Пожалуй, старший брат был самым подходящим вариантом. Он спокойно выслушает, подумает и, не задевая нити прошлого, даст умный совет и поддержит. Честно сказать, черногривый давно не делился с королём секретами, да и не только с ним – со всеми. Он уже давно закрылся в себе, ни с кем не говорил по душам, оттого часто ошибался. Советы всем нужны, даже самым умным... Впереди высилась Скала Прайда, тенью загордив тропку. Когда её тьма легла на тело, Скар ощутил приятную прохладу, да и в глаза больше так не светило. Громадное изваяние было уже близко, можно было хорошо видеть то, что происходит на площадке. А там что-то точно происходило... Скар поднял голову, услышав неясный громкий восклик. Надо же! Да там весь собрался! Интересно, по какому поводу? Неужели его ищут? При этой мысли на морде льва появилась ухмылка. Что ж, видимо Муффи всё же не дотерпел до утра, волновался... Однако такая версия в следующую секунду предалась сомнению – на Скале царило веселье. Только подойдя гораздо ближе, черногривый увидел улыбки на лицах присутствующих, смех и счастливые слёзы. Так, а вот это уже интересненько... Что он такое пропустил опять? «Хотя, может они радуются, что я до сих пор не вернулся? — снова подумал зеленоглазый, — думают, что меня молнией убило?» И он тут же рассмеялся своим же мыслям. Нет, это вздор, как бы несносен был королевский брат, его семья любит его, это он знает точно. Так что причина в другом... — Ну что же, видно, там и правда интересные новости, пойду узнаю, в чём дело... На Скале, как правильно подметил Скар, веселья было выше крыши. Все жители прайда собрались на площадке и праздновали великое событие – в королевство вернулась Сириба. Сейчас все со слезами и смехом кружились вокруг блудной дочери, прижавшейся к груди отца и матери. Львица плакала и проклинала себя, Шака еле сдерживал слезу, а Самавати рыдала от счастья. — Ах, простите, меня, простите! — молила Сириба, обнимая родителей. — Я такая дура! Она ещё крепче прижала к себе их головы, покрывая бесконечностью поцелуев. Она же могла их не увидеть! Не увидеть самых дорогих ей существ! — Прекрати винить себя, — тут же возразил Шака, — кто же не ошибается! Он тоже поцеловал дочь, уже не сдержав крупные горячие слёзы. Слава Судьбе! Слава! Его дочка вернулась домой! Прайд вокруг продолжал веселиться, Муфаса и Сараби сидели у пещеры с детьми. Король успокаивал рыдающую от эмоций супругу, да и сам он был бесконечно счастлив. Его сын оживлённо пересказывал подругам встречу с тётей, не решив вмешиваться в то, что происходило на площадке. Пусть взрослые нарадуются, а им с подругами потом всё расскажут. Но не только малыши не обращали внимания на трогательную сцену. На самом краю спуска, взглядом измеряя саванну, сидела Заха, уже не участвующая во всеобщем "шествии". Нельзя сказать, что она не была рада возвращению Сирибы, нет, охотница просто думала об одном льве, которого очень сейчас не хватало... Но вдруг глаз уловил движение, и львица повернулась назад. Словно прочитав её мысли,  как ни в чём не бывало, к Скале приближался Скар! Причём с какой-то весёлой физиономией. — Оп-п-па... — выдавила Заха, не скрывая удивления. — Какие гости... Уголки губ невольно поползли вверх, как бы львица не старалась не улыбаться. Надо же, сам Скарик пожаловал! И как раз очень кстати. — Эй, Сириба! — громко окликнула тёмношерстная, чуть не смеясь от радости. — Тебе пора ещё кое-кого увидеть, уверяю, ты будешь в  восторге! Она заговорщицки подмигнула удивлённой львице, и развернулась к спуску со Скалы. Прайд сначала ничего не понял из такого заявления, но скоро по лицам бродили хитрые улыбочки и сдержанные смешки. Заинтригованная сестра Сараби стояла и смотрела на молчавшую Заху, как тут на площадку поднялся лев. — Привет, Скар, а у нас тут праздничек, — предвкушая дальнейшее развитие событий, пропела Заха, — ты только, посмотри, кто нас навестил! Она повернулась к общей толпе, названный последовал её примеру. Поражённая Сириба встала как вкопанная. Сердце её замерло, участилось дыхание, пульс заскакал как бешеный. Бедная львица задрожала, как листок на ветру, голова закружилась и заболела. «Этого не может быть...» — в упор смотря на новоприбывшего, подумала она.  Его внешность – тёмная шерсть, редкая чёрная грива, эти глаза, эта улыбка... этот шрам... Она их помнила всю свою жизнь... — Така!!! — несвоим голосом закричала Сириба, потоком эмоций из её глаз брызнули слёзы и она, упав, зарыдала в истерике. Скар стоял как статуя, но лицо его менялось каждую секунду. Так же лев бился в лихорадке, дрожал, ничего перед собой не видя, и дышал, как будто напуганный. Он видел её во сне... Только вчера о ней думал! — Великие Короли... — одними губами прошептал Скар, — Это ты... ты вернулась... Он ещё секунду стоял на месте, затем бросился к рыдающей львице, схватив её и прижав к груди. Она... она здесь, в его объятиях... она с ним... она вернулась! — Ты жив! — сквозь рыдания воскликнула несчастная львица. — Как, как это возможно?! Собрав все силы, чтобы успокоиться, она подняла голову, смотря в его блестящие от слёз глаза. Как она скучала по этим чертам... Нет, она не верила себе, не верила, что он сейчас рядом. — Тише, тише... — прошептал Скар, обхватив плечи львицы. — Я здесь, дорогая, я рядом с тобой. Лев тихо всхлипнул, не в силах сдержать бурю эмоций. Сердце его одновременно и рвалось на куски, и торжествовало, радость и горе вместе наполняли душу и разум. — Он... он же тебя убил... — всё ещё не веря, продолжала Сириба. Голос её дрожал, но лапы крепко держали льва. Только бы это не снилось ей, только бы было правдой... — Ты что, действительно в это поверила? — ухмыляясь с ноткой самодовольства, ответил черногривый. — Поверила, что эта мразь убьёт меня? Нет... Нет, он недооценивал меня... Я живучая тварь... Он тихо засмеялся, по щеке скатилась ещё одна слеза. Сириба уже перестала плакать, тоже улыбнувшись его словам. Как же она счастлива! Спасибо, Слава тебе, Судьба!...     День был без единого облака, но сейчас его сменил тёмный и так же ясный вечер. Было тихо, тепло и безветрено, звёздочки приветливо мигали животным с сиреневого неба. Скар сидел на пороге пещеры, наслаждаясь сладким запахом воздуха и нежными красками неба. На душе было спокойно, и, единственное, что мешало полностью насладиться этим редким для черноривого чувством, было ожидание. Сириба сразу легла спать после долгой дороги, и сон львицы длился до сих пор. Пока она спала, брат Муфасы сидел и раздумывал, раздумывал о них. «Было бы неплохо пригласить её на свидание, — думалось льву частенько, — расспросить о том, как она жила всё это время... Что-то в ней изменилось, я чувствую». Краем глаза  он уловил движение – в пещеру собирался прайд. Что ж, уже пора спать, похоже... Увы, свидание не состоится... На сердце вдруг легла печаль. Он ведь так скучал, так хотел увидеться, поговорить... И что сейчас? Лев вздохнул и поднялся со своего места, присев на краю площадки и смотря в небо. Неяркого, неброского сиреневого цвета, оно сейчас казалось таким же горюющим, оттого потерявшим все краски. «Я так долго ждал её... Не могу поверить, что она здесь!» — в Скариной голове пронеслись воспоминания из их юности, ещё более подливая масло в огонь. Прошло столько времени... А что теперь? Смогут ли две души, разделённые годами, чувствовать как и тогда, в поре влюблённости? Все эти мысли крутились в мозгу, сильно усыпляя бдительность. Но вдруг что-то светлое проскочило мимо. Скар поначалу не отреагировал, но, когда дошло, быстро развернулся и, надо же, увидел свою львицу! Сириба спускалась вниз к подножию. — Подожди, ты куда? — тут же всполошился Скар, — Сириба! Он в один прыжок нагнал охотницу, та немного испугалась такому громкому оклику. — Я хочу прогуляться немного. — увидев черногривого, сообщила она с милой улыбкой. — Видишь ли, я целый день спала, а сейчас и глаз не сомкну до утра... Ясные глаза весело заблестели, и Скар невольно улыбнулся. О, эти глаза... Эти чудесные глаза, словно два аквамариновых ободка, окружающих бездонные чёрные жемчужины... Как же лев любил в них смотреть, в их безграничную, детскую прелесть. — Ты что, хочешь пойти одна? — деловито нахмурившись, осведомился черногривый. — Нет уж, тогда, мадам, позвольте мне составить вам компанию. А то наткнётесь ещё на какую-нибудь шайку... Он развернулся и встал чуть впереди, показывая свою готовность к походу. Сириба засмеялась, явно смущённая. — А тебе спать-то не хочется? — поровнявшись со своим спутником, спросила львица. Скар покачал головой с самым уверенным видом. — Вы что, сударыня? Я обожаю ночные прогулки! Эти слова прозвучали весьма убедительно, и Сириба решила больше не спорить. Что ж, они же не будут гулять всю ночь... Придут и поспят оба... Но как только пара сделала первые шаги, за спинами их раздался громкий недовольный кашель, и грубый старческий голос выкрикнул имена обоих. «Ох, нет... — подумал про себя Скар. – Только не это...» — Куда это собрались, голубки? — на пороге пещеры стоял Шака. Черногривый обречённо завыл, а Сириба лишь усмехнулась. Н-да, старик-отец ничуть не изменился... — Мы пройдёмся немного, — обьяснила она и быстро подбежала к Шаке, — и не надо говорить, что это опасно, Скар защитит меня, если что... Львица поцеловала отца, а тот долго стоял и молча думал, кряхтя и бормочя что-то. — Этого я и боюсь. — ответил он на последнее заявление. Спутник львицы при этих словах выпрямился и зло сдвинул брови, однако решил промолчать. Сириба покачала головой и, что-то нашептав старику, спустилась к Скару, оба скоро растворились в вечерней темноте. Тьма покрыла каждый уголок саванны, надёжно укутав одеялом сна. Вокруг не слышно ни звука, даже не рычат ночные охотники, не зовут кого-то неспящие птицы. Только травка чуть колышется от дыхания ветра, дарящего сладко спящим свою прохладу. Даже звёзды сияют как-то осторожно, всё вокруг будто замерло, в ожидании наблюдая за двумя фигурами... — ... Я сразу же вернулся, пусть и не верил в то, что прайд жив. На границе мы повстречались с Муфасой, а там уже и наш враг подоспел. К счастью, жертв не было, только отец лапу сломал. Скар вдохнул ночной воздух, словно очищаясь от камня этой грусти и печали прошлого. Теперь-то ему не больно о нём говорить, ну, почти что... Сириба шла рядом и сосредоточено молчала, обдумывая весь рассказ собеседника. О, Судьба! Пять дней... Каких-то там пять дней и она увидела бы его! Не пришлось бы уходить, скитаться неделями в пустыне, не пришлось бы каждую ночь, просыпаясь, плакать, потому что видела его во сне... У львицы вдруг сжалось сердце, слёзы подступили к глазам. Великие Короли, сколько же лет потеряно... — Ну, а какова твоя история? — неожиданно прервал её размышления Скар, — Что случилось с тобой после того дня? Он заглянул ей в глаза, немного взволновавшись. Сириба натянула на лицо улыбку, ударяясь в поток воспоминаний. — Не буду подробно рассказывать, — сразу предупредила львица, — мне не приятна эта тема... В общем, когда я покинула Скалу я долго пробыла в пустыне, совершенно потеряв дорогу. Я не знала, куда пойти... И вот, когда силы уже меня покинули, я отчаялась и просто сидела на одном месте несколько дней. Там меня нашла львица, забрав и поселив в своём прайде. О, она была чудным добрым созданием... и моей лучшей подругой... Я жила в том прайде много лет, его вожак был добр и ласков ко мне, но никого кроме Мбари я не считала новой семьёй... Признаться, я скоро начала понимать, что хочу вернуться, но бросать подругу с её львятами было тяжело, тем более я не знала дороги... Она вдруг замолчала, остановившись и смотря в звёздное небо. Ветерок нежно ласкал её тело, даря облегчение душе. Нет, она не виновата в том что произошло... Она всё равно ничего не бы изменила... — Но ты вернулась, — напомнил Скар и приблизился к львице. Та подавила судорожный вздох, стараясь сдержать бурю нахлынувших эмоций. Вдруг она выпрямилась и гордым взглядом обратилась внекуда. — Мой прайд захватили чужаки, — бесцветным тоном продолжила охотница, — мы с Мбари бежали, спасали её сыновей... Но, увы, в песочной бури я отстала от неё... а ведь она была беременна... Голос Сирибы задрожал, она замолчала, тихо заплакав. Ну как же! Как же она могла бросить ту, которая спасла её! Скар понимал чувства львицы, он сам всё это испытал в горном королевстве... Лев не мог смотреть на слёзы спутницы, он быстро подошёл к ней и осторожно приобнял за плечи. — Мне очень больно слышать, что ты пережила такое... Оба повернулись к горизонту, думая каждый о своём. Наступила пауза, но она не была неловкой, оба прекрасно понимали, что сейчас незачем что-то говорить... Сириба старалась отмахнуть от себя грустные мысли, но те никак не уходили. В голову так и лезли ненавистные образы... Образы тех, кто сломал её жизнь... — Так, значит, вы прогнали его... — неожиданно заговорила львица, не освобождаясь от объятий. — Ну, Сакрасу... Последние слова она произнесла очень тихо, по телу от них прошла холодная дрожь. Сколько же было с ним воспоминаний... Самых ужасных воспоминаний насилия, страха, зла... Львица поёжилась и обернулась к Скару, смотря прямо ему в глаза, глаза, полные гнева и ненависти к названному. — Сакрасу... — рыча от злости, прошипел Скар. — Эта бессердечная сволочь... Он оскалил зубы, напрягаясь всем своим телом. Как же он ненавидел, как же презирал, сетовал... Он же льву всю жизнь отравил... Это из-за него они с Сирибой расстались! Лев выругался и отстранился от спутницы, но та ещё ближе придвинулась к нему. Голова львицы легла на тёмные плечи, и сразу Скару стало спокойнее. Он опустился с львицей на траву и закрыл глаза, предавая ей возможность себя успокоить. Та нежно теребила его макушку, что очень нравилось льву... — Я надеюсь, ты не убил его? — стараясь не выдать дрожи в голосе, спросила Сириба. Скар хохотнул и обернулся, смотря на спутницу наглым, вызывающим взором. — Я порвал ему ухо. — он отозвался с ноткой самолюбия. — Хотя сейчас жалею, что остановился на этом... При этих словах черноривый поморщился. Его глаза покосились на собеседницу, но та явно осталась недовольна ответом. Она лежала рядом и глядела на звёзды с какой-то сдержанной печалью и разочарованием в ясных глазах. — Ты стал очень жесток, Скар, — холодным тоном заметила львица. Её взгляд покосился на фигуру собеседника, как-то изучающе осматривая. Сутулость, неспрятанные когти, сморщиный нос и постоянно выгнутые брови... Всё это словно подтверждало её слова. Однако сам Скар такому замечанию ничуть не смутился. При словах львицы он громко хмыкнул смотря на неё оценивающе. — Ты тоже не Божий Одуванчик! — тут же вставил он с усмешкой. — Хотя когда-то им была... Оба вдруг рассмеялись, но смех этот был грустный и горький. Ах, а когда-то они были парой... Были помолвлены, хотели пожениться... Но сейчас что-то словно отдалило влюблённые сердца друг от друга, и это «что-то» было время. Да-да, прошло слишком много лун, всё уже не то, что когда-то было... Сейчас уже не подойдёшь и не скажешь: «Мы же с тобой обручились в юности, давай жениться, а?», сейчас лев и львица не могли друг друга узнать... Оттого на душе становилось ещё мрачнее – не лучше ли думать, что твой любимый погиб, чем видеть его каждый день, когда ты лишён воли сказать хоть слово о своих чувствах... Ах, что же будет дальше? Они же друг друга так любят...