Испытание Духа.

    В баобабе Рафики пришлось просидеть весь день. Шаман захотел  удостовериться, что Скар не будет нарушать постельный режим, необходимый для выздоровления лапы. Под строгим надзором мандрила бедный лев чуть не помер со скуки, а Симба переживал, как бы их долгого отсутствия не хватились. Но вот наши герои уже идут дорогой домой. Вечер сиял в алых красках заката, впереди виднелась Скала Прайда. Процессия шагала медленно – Скар не мог некоторое время бегать или быстро ходить из-за своей раны. Родстввенники королевской пары шли рядом и смотрели в горизонт, а их племянник бегал вокруг. Волнение его как рукой сняло, Рафики успокоил малыша тем, что рана заживёт очень скоро, если Его Светлость соизволит слушаться рекомендаций. Поэтому принц весело прыгал, вертясь около льва и львицы. — Я восхищена твоим сегодняшним поступком, Скар. — вдруг проговорила Сириба с милой улыбкой. — Ты готов был отдать жизнь за спасение Симбы... Ты очень храбрый. Она потёрлась носом о тёмную щёку, слова охотницы серьёзно подняли раненому самооценку. Она назвала его храбрым! Она восхитилась его поступком! Скар уже давно не получал подобных комплиментов, поэтому глаза его заблестели от удовольствия и смущения. — А что мне оставалось делать? — по привычке отшутился лев. — Если с этим оболтусом что-то случится, Муфаса отвернёт мне голову... Лучше я умру в ледяной воде, чем от его когтей... На губах появилась усмешка, черногривый живо нарисовал в голове физиономию брата, вдруг услышавшего такие новости о своём сыне. Сириба с интересом вглядывалась в изумруд его глаз, лицо её стало так похоже на лицо ребёнка. — Ты боишься Муфасы? — вдруг спросила она и улыбнулась. Скар отстранённо хмыкнул, одну-две минуты помолчав. — Нет, но в гневе он бывает страшен. Оба засмеялись и обернулись на Симбу, как газель скакавшего в высокой траве. Скару он почему-то напомнил короля в их детстве, такого же милого и миролюбивого львёнка. Муфаса, правда, был поспокойнее... Но, Великие Короли, как же они похожи! — Ну, как я мог не броситься спасать это чудо? — с ласковой улыбкой вдруг сказал лев своей собеседнице. — Я испугался за него... Очень испугался.... — Значит, ты любишь его? — Ну, разумеется... И Скар сказал правду. Действительно, как бы несносен и надоедлив не был маленький принц, его дядя горы свернёт ради него. И пусть он нечасто проявлял свою любовь к племяннику, она была видна. Сириба вдруг тихо захихикала, посмотрев назад, и Скар последовал её примеру. За ними сидел их племянник, огромными сияющими глазами смотря на дядю. Он любит его! Он это сказал! — О, нет! — обречённо выдохнул черногривый, — только не это! — Дядюшка! — завопил счастливый Симба и вцепился в его переднюю лапу. — Я тебя тоже очень, очень люблю! Он замурлыкал от переполнявшей сердце радости, заставив Сирибу таять от умиления. Львица хихикала, смотря на спутника – пойдут они, видимо, не скоро...     Остальной путь до Скалы компания брела в молчании. Каждый думал о своём, даже Симба успокоился и медленно шагал между взрослыми. Его милая мордочка была окутана туманом задумчивости, которая совершенно не шла весёлому детскому лицу. Сириба изредка поглядывала на племянника и улыбалась, а Скар, в свою очередь, улыбался и поглядывал на неё. Мысли льва снова вернулись к дневным намерениям, а именно – к разговору с любимой. За целый день он даже не поухаживал, поэтому стоит что-то стоящее придумать. Льву пришлось призвать весь свой ум и фантазию, хотя в романтике он понимал немало. Ухаживать за львицами – его конёк. Тем более в отрочестве он пытался ухаживать за Захой и Сарафиной... Мозг вспоминал все опыты и склеивал воедино. Лев даже не видел и не слышал ничего вокруг, занятый работой, поэом раз пять-шесть он спотыкался о камень или наступал в яму. Но уже через полчаса умственного труда и ходьбы в голове гения родился план... — Сириба, проводи Симбу до Скалы, — неожиданно попросил черногривый, остановившись, — я должен отлучиться. Он посмотрел на подругу самым невинным взглядом, на который только был способен. Не надо, совсем не надо, чтобы она стала что-нибудь подозревать! Сириба выгнула брови от удивления, в редкого цвета глазах читался вопрос: «Ты куда?» Охотница приблизилась, беспокойно оглядев спутника. Тот позволил себе загадочную улыбку и тихо, чтобы племянник не слышал, сказал: — Это сюрприз. Голос его искренне весело прошептал эту фразу, но был в нём звон из прошлого... Такой голос Сирибе напомнил Таку, он говорил так всегда, когда приглашал на свидания. Скар юркнул в высокую траву и скрылся. В сердце поражённой львицы тут же зажёгся, вспыхнул огонёк, что-то как надежда затеплилось в душе. Дыхание замирало, и билось сердце, словно при первом поцелуе. Аквамариновые глаза смотрели вслед ушедшему. Неужели?... Неужели он тоже любит её?...     Закат уже потухал, оставляя вместо алого пламени сиреневые краски подступающей ночи. От этих цветов приятно было глазу смотреть в небеса, в душе пелась грустная нежная песня. Счастлив тот, кто видел, как в сердце неба сплетаются день и ночь, своими цветами создавая большую малиновую черту, ободом оплетающую широкий солнечный диск. Зрелище это не описать словами, так же как любой рассвет и закат...     На площадке Скалы Сириба ждала прихода Скара, да не одна, а в компании сестры и племянника. Сараби в этот вечер была особенно прекрасна и величественна, заход солнца как-то всегда красил её. В тон нижней части неба глаза и мягкие круглые черты ласкали последние лучи, заставляя тёмную шерсть сиять в их  притушённом свете. Королева любила провожать солнышко, в его золоте она всегда, казалось, светилась. Но сейчас на лице прекрасной львицы не было улыбки, наслаждения или радости, янтарные глаза с каждой секундой округлялись от слов, что ей говорила младшая сестра. — Я тебя не понимаю, Сиба! — чуть не до крика повысив голос, воскликнула королева. — Я, конечно, ничего не имею против Скара, но скажу тебе, что он тот ещё фрукт! После твоего ухода он сильно изменился, его характер стал скверный и... Львица вздохнула, не дрговорив, перед очами всплыли воспоминая, их молодые деньки. Да, в Таку нельзя не влюбиться, но вот в Скара... Как её сестра может говорить, что не потеряла чувств, спустя столько времени? Но Сириба лишь сделала неопределённый жест, повернувшись к небу, и с о чем-то задумалась. Много она услышала таких речей за два дня, но ничто не может поменять мнения охотницы. Она провела всё это время с ним и не видела даже намёка на грубость, горе и злобу! Он прежний Така, она знает это... — После того, как чужаки изуродовали его, — беспристрастно начала Сириба, — его тоже никто узнать не мог... Но рядом со мной он был весел и мягок как всегда, этот лев признался мне в любви и позвал замуж... Я и сегодня не вижу в нём изменений, Сараби. Я уже всё решила, я люблю его и хочу быть с ним... Львица решительно посмотрела на сестру. Та вдруг медленно подняла голову и улыбнулась. А может, Сириба права? Может, именно ей удастся сделать то, что так долго не могли сделать все члены прайда... удастся вернуть его? Под боком королевы завертелся Симба, вылезая и сонно глядя на львиц. Откровение тётушки его очень заинтересовало, особенно рассказ о любви Сирибы и Скара. Глаза львёнка загорелись интересом и некоторой хитринкой, малыш сощурился, пристально смотря в ясные глаза тётушки. — Дядя звал тебя замуж? — переспросил принц с живостью. Ему, по правде говоря, в это слабо верилось, чтоб дядя, да звал замуж? Но Сараби, услышав сына, тихо захихикала. — Ты, наверное, не знаешь, солнышко, но, вообще-то, твоя тётя его невеста... Глаза матери опустились к принцу, изумлённому таким заявлением. Так они обручены? Обручены, видимо, до воцарения отца? Так почему же они до сих пор не женаты?... Но только львёнок хотел задать этот вопрос, как на пороге площадки показался его дядя. Очень важный и, как принцу показалось, очень счастливый, лев подошёл к их компании и склонился в реверансе. — Дорогие дамы... — поприветствовал черногривый притворным тоном. — Симба, привет! Он свежо улыбнулся, в глазах заиграли озорные огоньки. Симба с интересом оглядел дядю и заметил, что такая улыбка, да и улыбка вообще, делает его очень привлекательным. Щёки льва стали круглыми, как у ребёнка, под лучистыми глазами появились горбики. Его возлюбленной, видимо, тоже так показалось – она засмущалась так сильно, что, если бы не шерсть – сидела бы вся красная, как грива Муфасы. От глаз новоприбывшего не укрылось это смущение, при виде подруги улыбка Скара только шире расползлась по морде. — Королева Сараби, — вежливо обратился черногривый, — Вы позволите мне украсть Вашу сестру на вечер? Видите ли, во время нашей экскурсии я забыл один чудный уголок... Он заговорщицки подмигнул львице, и та сразу повесела, поняв в чём дело. — А что это мы такие любезные сегодня? — в тон деверю ответила королева. — Как-то Вы, Ваша Светлость, прям на себя не похожи! Она беззвучно засмеялась, но получила неодобрительный взгляд от Скара. Лев нахмурился, но, кажется, не потерял своего настроя. — Ну, если хочешь, я могу и похамить... — пожав плечами, заявил черногривый, — но только в следующий раз! Он демонстративно развернулся к Сирибе, приглашая прогуляться. Сараби громко хмыкнула, но уголки губ предательски поползли вверх. Вот же паразит остроумный!     Небо уже совсем затянула ночная тьма, сквозь которую проглядывали яркие искорки звёзд. Вокруг тихо и безветренно, но очень прохладно и свежо. Среди тёмной высокой травы шла на свидание наша пара, только его участница не подозревала, что это именно свидание. Она весело смеялась и собирала взглядом звёзды, слушая шутки своего кавалера. Надо сказать, Скар вёл себя очень вежливо и элегантно – в этом джентлмене и не узнать прежнего королевского брата. То он комплимент даме подарит, то восхитится погодой... Эх, тот ещё плут! Но в голове у плута были самые безкорыстные намерения... — Ты помнишь, как мы с тобой гуляли по ночам? — вдруг с нежностью спросил Скар, повернувшись к подруге. Та вдруг изменилась в лице: на место беззаботной весёлости пришла грустная мечтательная задумчивость, красивые глаза львицы прикрылись и опустили на горизонт печальный тоскующий взгляд. — Помню... — выдавив улыбку, сказала охотница. Скар подошёл к ней и встал рядом, едва коснувшись носом мягкой щеки. Лицо снова украсила милая улыбка, от которой глаза засияли и заискрились. — Тогда ты позволишь мне пригласить тебя на ночное свидание? — загадочно произнёс он и повернулся в другую сторону, отгораживая лапой синюю от темноты осоку. — Ты помнишь это место?... Огромная гуща травы плавно отошла в сторону, открывая вид на маленькую поляну, в конце которой стояла скала с водопадом... Вокруг трава была залита водой, совсем не глубокой, искрами сверкающей в свете луны. Сириба замерла перед видом, открывшимся её взгляду. Сердце больно сжалось и застучало, как бешеное. Они... Они же здесь встречались... Он же здесь признался ей в любви... Скар спустился с камня и поманил спутницу к себе. Сириба осторожно ступила на мягкий зелёно-синий ковёр и тут же ахнула: вокруг неё разлетелись тысячи светлячков, поднимаясь целым солнечным морем. Подобно отражению звёзд, они еле дрожали в воздухе, замеяя влюблённым свечи. Сириба не могла сказать ни слова, восхищённая таким сюрпризом. И это всё он сделал для неё! — Пойдём к водопаду? — предложил Скар, коснувшись её носом. Львица кивнула. Она зашагала возле льва со счастливой улыбкой, глаза её сияли сильнее всего светлячкого моря. Скару в радость было видеть её улыбку, её восторг, горящий взгляд. Они медленно прогуливались до водопада, Сириба прижималась к плечу своего спутника и лапами поднимала живые звёздочки. Светлячки вертелись вокруг них, будто в быстром вальсе, шелест деревьев играл тихий романс. Два сердца всё чаще и громче стучали, две души хором пели любовную серенаду. Ни Скар, ни Сириба не говорили ни слова, они словно чувствовали настроение и любовь друг друга. Скоро пара подошла к водопаду. Ступая на глинистое дно с сантиметровой кромкой воды, сестра королевы вспомнила один день их юности – как они играли, боролись здесь, их самый сладкий поцелуй в бриллиантовых брызгах воды... Львица подошла к водопаду, тихо льющиму свою воду, и подставила тело под его холод. Но вода оказалась не очень холодной, и это принесло ещё большее наслаждение. Ах, Скар... Сколько же он принёс ей счастья в эту ночь... Сириба обернулась и увидела любимого на камне рядом, в душе что-то загорелось, как в вечер перед свиданием. Как он смотрел на неё! Как улыбался, так нежно и ласково, в глазах его светилась чистая искренняя любовь и радость с умилением. Он смотрел на неё, как отец на играющего львёнка, и под этим взглядом Сириба растаяла. — Я хочу кое-что сказать тебе... — подойдя к ней горячо прошептал Скар. Лапами он обнял одну из лап львицы. — Помнишь, как я однажды сказал тебе, что ты для меня солнце, освещающее мой путь? Так вот когда ты ушла, это солнце пропало, и я больше не видел своей дороги... Я погряз во тьме, я перестал знать, что такое радость! Во всём в жизни я видел лишь горе и отвращение, без тебя мир просто потерял свои краски! Я стал таким же, как после того, как получил шрам, даже ещё хуже... Ты, наверное, знаешь об этом, но прошу, не отвергай меня! Я обещаю, что исправлюсь, ведь моё солнце вернулось на небосвод, с тобой я всегда знаю и вижу свою дорогу. Я люблю тебя, Сириба, выходи за меня замуж!... Внутри всё грохотало и тряслось от волнения, лев никогда не умел хорошо говорить... Однако сегодня его речь была чувственней ти трогательней любых стихов... Скар поцеловал любимую, с тревогой глядя в аквамариновые глаза. В них не было ни удивления, ни восторга, но была радость и облегчение. Хитрая улыбка появилась на лице львицы, она толкнула Скара на пол пещеры, сама легла на его спину, обвив лапами чёрную шею. — А ты знаешь, почему за сколько лет я не родила львят? — прижимаясь к смольно-чёрным локонам, спросила львица. — Нет. Не знаю... — Потому что я отказалась быть женой вожака... А знаешь, почему отказалась? — Нет. Сириба вдруг села рядом со Скаром, смотря прямо в его яркие глаза. На лице львицы была серьёзность, нежность и любовь, она прижалась к груди люмибого, ранняя крупные горячие слёзы. — Потому что я любила только тебя. — твёрдо сказала охотница, подняв голову и улыбнувшись. — Потому что видела тебя каждую ночь во сне... потому что верила, что ты вернёшься... Она неожиданно задрожала, затряслась и громко заплакала. В груди бушевали все пережитые чувства, все надежды и печали тех дней. Они ведь могли никогда не увидеться! Она могла никогда не видеть его! — Так ты ждала меня всю свою жизнь?! — поражённо воскликнул Скар и тут же обнял любимую. — Но не бойся! Теперь всё закончилось. Теперь мы вместе. Я люблю тебя, милая... И сердце моё с тобой...