Репортаж для школьной стены

Проснулась я около восьми, хотя за окном было так же темно, как и вчера, и позавчера, и на прошлой неделе. Я живу в этот чертовом доме полторы недели. У Слендера откуда-то оказались вещи моего размера, а душ и туалет были проведены, всё не так плохо, как казалось! Только мне было очень больно понимать, что родители, друзья сейчас ищут меня, а я тут спокойно живу, ожидая увидеть модельера. Я спускаюсь вниз и сажусь на диван. Телевизор показывает множество каналов, среди которых есть и пара «человеческих». Новости на первом канале. «Разыскивается девушка. Темные длинные волосы, карие глаза и рост 170-175 сантиметров, особые приметы: глубокий шрам на внутренней стороне предплечья, проколоты уши. Когда видели в последний раз, была в черной толстовке с капюшоном, армейских штанах и берцах. Всем, кто хоть что-нибудь знает о ней или видел, пожалуйста, свяжитесь с её семьей по телефону…» Я выключила телевизор. Без вести пропавшая. Как же переживают за меня родители… Слендер прошёл мимо и остановился. Нагнувшись, он поднял мою руку. — Не знал, что у тебя есть шрамы, — задумчиво проронил он. — А?.. — я уставилась на него, а он продолжал держать руку над головой. — После операции остался… — Да, что я пришёл сюда… Сегодня должен приехать Трендер. Меня, если что, нет. Я кивнула и уселась удобней на диване. Приедет сегодня? Отлично! Часа через два в дверь раздался стук. Так как никого не было, я пошла открыть. Высокий человек, безликий, с очками в тонкой оправе выглядел весьма колоритно в этом поместье. Мы уставились друг на друга. — Ты кто? «Я ваша тётя.» прозвучало в голове, но ответить пришлось совсем другое. — Я Вика, репортер, — «Репоржоп,» — подумала я и пропустила одного из хозяев поместья. — Извините, Слендера нет, он попросил передать свои извинения. — Неужели ты репортер? Сколько тебе? 16? — 14. Но возраст не имеет значения, так ведь? — Верно, — он уселся на диван и облокотился о спинку. — Не видела, где мои братья? — Вроде на охоте. — Прости, конечно, но давай на ты? — Хорошо. Ты был в Милане? — Да… Яркие принты и асимметрия опять входят в моду. Ужас! — Викторианский стиль тоже будет моден осенью. — Ты была на показе? — Нет, классика не выходит из моды никогда… С лестницы спускался Сплендор. Из-за жары, так не вовремя нахлынувшей на сумрачный лес, он оделся в майку и шорты. Увидев брата, улыбнулся и подошёл к нему. Шепнув мне на ухо «Сейчас всё устрою.» намекнул, что мне надо бы уйти. Я и ушла. Просидев с «Мастер и Маргарита» пол-часа и остановившись на Бале Сатаны, меня наконец позвали вниз. Комната модника расположилась внизу и занимала половину этажа. По дороге меня перехватил Сплендор. — Он согласился дать тебе интервью, если ты согласишься примерять его одежду и будешь «манекеном». — Ладно. Надеюсь, найду общий язык с ним. А тебя отчитали за одежду? — Как ты узнала? — он улыбнулся, пока мы шли к двери. — Хотя… Он тебе замечаний не делал, да? — Мне Слендер одежду дал до прихода Трендера. Так что нет, обошлось. Мы остановились у входа. Я постучала в дверь. «Да-да?» послышалось оттуда. И тут автор вспомнил про ученого из сталкера — Удачи… — сказали мне вдогонку и грубо запихнули в слишком яркое помещение. Повсюду валялись какие-то кусочки ткани, манекены, а сей «творческий срач» развел никто иной как сам Трендер. Он сидел в кресле, отвернувшись к письменному столу и что-то чертил. — Извини? — О! Ты уже пришла! — он пришёл в какую-то степень радости, ставя кресло передо мной. — Садись! — я уселась на самый краешек, настраивая камеру и доставая блокнот. — Итак, запись пошла. Доброго времени суток, Дамы и Господа, сегодня с нами историк моды Александр Васильев Трендер, — он поправил очки. — Итак, первый вопрос. Ты часто уезжаешь на выставки, показы и прочее? — Довольно часто. Поэтому меня обычно нет в особняке годами. — Какой стиль тебе больше всего нравится? — В принципе мне нравятся все. Можно тебе вопрос задать? — Можно, — я немного не была подготовлена к тому, что спрашивать будут меня, но ладно… — Тебе какой стиль больше всего нравится? — Классика и армейский… А теперь можно я буду спрашивать, ладно? Он кивнул. — Почему у тебя нет векторов? — Не знаю… А почему у тебя их нет? — Я человек, подневольное существо, не имеющее ни быстрой регенерации, ни крылышек, ни векторов. Обидно даже. Я к тебе вопросы-то не особо готовила, поэтому просто расскажи, как на показе? — С каждым годом всё хуже и хуже… Безвкусная одежда, не сочетающиеся цвета, это ужас какой-то! Какие самые нормальные сочетания цветов? — Черно-белый, черно-красный, черно-синий, черно-… — Да черный со всем сочетается, это понятно! Но там! — он уже не замечал, как сорвался на крик и ходил по комнате из стороны в сторону. — Приличного слова нет, чтобы описать, что там было! Представь! Розовый топ, кислотного цвета, кислотно-зеленые лосины и синие платформы! А на голове — воронье гнездо! Я потихоньку выключила камеру, внимательно слушая безликого. Видно достала его современная мода, если он так открывается, можно сказать, первому встречному. Тирада затянулась на полчаса. Потом мы пошли перекусить. Я сидела рядом со Сплендором и предательское сердце постоянно замирало, как только Слендер обращал на меня свой «взор». Закончив поскорее ужинать, я понеслась к модельеру. Я ведь не выполнила свою часть сделки. Выкроив на мне достаточно много одежды, он вечно менял мою позу, смотря, как сидит по фигуре, стройнит ли? И был безмерно счастлив, что я его слушаюсь. Через пару часов этой «примерки» я ушла в свою комнату, слушая наставления по подбору правильного наряда… Когда я легла в кровать, мысли гуляли в голове. «Зачем я поперлась дышать воздухом?»