Тайна зачарованного леса или история о "Кровавом Призраке"

Геральт следовал узенькой и извилистой тропкой, что пролегала меж густых темных зарослей. Вопреки тому, что уже пришла заря — светлее в мрачных пущах не стало. В этом лесу неким образом терялось ощущение времени. Чем дальше ведьмак заходил в сии дикие места, тем больше чувствовал себя оторванным от всего мира. Над землей простирался зловещий призрачный туман. Он становился гуще по мере того как глубоко Геральт пробирался в заколдованные дебри. Природа вокруг теряла свои краски, обращаясь в серое угрюмое загробное царство. Тогда ведьмак лично убедился в том, как хорошо выделялся красный цвет плаща Сильви на фоне этих унылых земель. Таким образом выследить его и ведьму было довольно просто. Шли они оба неспешно, а бабка то и дело ворошила посохом почву, что-то бубня себе под нос. Дорога по которой колдунья и ее воспитанник приближались к сердцу леса заметно сужалась. Деревья росли друг к другу вплотную, создавая высочайшую неприступную стену. Когда эта стена наконец загородила путь лесной властительнице, та провела в воздухе сверкающим наконечником посоха, едва коснувшись им переплетенных между собой ветвей, и они с выразительным треском разошлись по обе стороны. Насупившись, ведьма побрела вперед, шатаясь на своих двоих и с силой упираясь посохом в землю. Шапочка покорно ступал за ней. Геральт же внимательно всматривался в очертания поляны, на которую они вышли, а затем очень осторожно прошмыгнул следом. Деревья срослись вместе заново, ясно давая охотнику понять, что назад дороги не было. Скрывшись за обильными рощами и продолжая следить, ведьмак узрел гигантское дерево, что росло посреди лысой поляны, одновременно служа основой для ведьминского дома. Это было крайне поразительное строение, фантастичное и безобразное. Казалось словно раньше тут когда-то стояла обычная хижина, но потом в виду каких-то странных обстоятельств в нее вросло дерево и этого никто не пытался исправить на протяжении целых столетий. Со временем постройка искажалась, то ломаясь, то растягиваясь, и в итоге приобрела свой окончательный грозный вид. — Ты собрал те ягоды, что я просила тебя собрать?, — прошелестел иссохший голос колдуньи. Геральт прислушался. — Да, Бабушка, — покорно ответил Шапочка. — Не раздавил?, — старуха зацепила рукой его плащ, после чего провела ладонью по спине мальчика, по его плечам, изучая на ощупь. — Нет, — тихо произнес Шапочка, не двигаясь. Ведьма недоверчиво причмокнула губами и медленно обошла непослушного ребенка. — Ты с кем-нибудь говорил?, — допрашивала она. — Ни с кем, — ровным тоном уверил Сильви и опустил голову. — Маленькая бестия, — ведьма, почувствовав, что мальчик смотрит в землю, коснулась его подбородка сияющим камнем, что украшал ее магический атрибут. — Значит, никто в лес не приходил?, — она перефразировала свой вопрос. — Никто не приходил, — мальчик смотрел в лицо бабушки, твердо продолжая лгать. — Сколько же разочарований ты способен мне доставить за один день.., — вздохнула колдунья, — Марш отсюда. — Но, Бабушка, ведь я... Ведьма прервала его резким жестом своей руки, сильно нахмурив косматые брови. — Не смей перечить мне, ты нужен мне живым. Уходи и займись ингредиентами. Я все проверю, когда вернусь. Склонив голову и закрыв глаза, Шапочка с тихим вздохом послушно направился в сторону дома. Но в голове у него уже имелся план побега, ведь далеко не первый раз его Бабушка шла на такие меры предосторожности. Собственно, она давно привыкла считать его бессильным маленьким шкетом и оставалась при своем мнении даже когда мальчик старательно доказывал ей обратное. Сильвестру так даже было легче, ведь колдунья ничегошеньки не знала о его впечатляющих навыках выживания в жестокой среде обитания. Как только дверь за юным отступником закрылась, ведьма небрежно махнула рукой и тут же раздались щелчки всех замков в ее древесной крепости. Удостоверившись, что мальчик остался взаперти, ведьма прислушалась к тишине леса. Геральту вмиг стало очень не по себе. Его медальон задрожал. — А ты хитер, ведьмак.., — ядовито подметила колдунья, — Чего тебе надобно здесь? Геральт понял, что скрываться больше нет смысла и осторожно покинул рощу, доставая свой меч. Его янтарные глаза презрительно впились в облик ведьмы. Услышав грозный звук трения металла, чародейка расплылась в ехидной улыбке, ощерив свои острые зубы. — Ах, понятно, — напыщенно протянула старуха, — А я уж хотела тебя похвалить за твою смекалку... Использовать моего ребенка, чтобы потом подобраться ко мне... как коварно. Геральт не ответил, а лишь крепче сжал рукоять своего меча. — Хочешь убить меня? — Возможно мне не придется заходить так далеко. Все зависит от того насколько сильно ты захочешь мне посодействовать, — промолвил Геральт отчасти деловито, размяв шею. — Ты настолько самоуверен?, — упивалась поведением ведьмака колдунья. На ее худосочном потрескавшемся лице появилась злая ухмылка. — Самоуверенность еще никто не расценивал как грех. — Но она свела в могилу большую часть человечества. Не думаю, что ты хотел бы отправиться за ними, — ведьма предостерегла, — Потому что это непременно случится, если ты решишь навредить мне или моему мальчику.. — Вот уж не думал, что тебе настолько не безразлична его участь, — теперь настало время ведьмака бросаться остротами. — Жалеешь его? Мелкого лгунишку?, — ведьма облизала свои клыки длинным омерзительным языком, — Он врет потому что он маленький, но покорный трус. И знаешь чего он боится больше всего? Боится, что я оставлю его одного. Твой меч его не пугает. Только смешит, как и меня. — Растить ребенка в страхе и бить его палкой за любое проявление любознательности — тебя, непременно, можно считать лучшей в мире опекуншей, — ведьмак осторожно ступал по земле, не опуская оружия. — Его родители от него отказались, — открыто заявила хозяйка леса, — Ему незачем знать о мире, где ему нет места. Его место со мной. И ничто этого не изменит. — Ты не первая, кому так сильно ударяет в голову могущество, — огрызнулся Геральт. — А ты, я смотрю, возомнил себя вершителем чужих судеб, — старуха жутко скривилась, перебирая седые патлы своими костлявыми пальцами и скрипя суставами, — Судьба мальчика была предрешена его отцом: жизнь любимой жены в обмен на жизнь единственного сына, — голос ее страшно исказился, начиная походить на рык виверны. И когда голос ведьмы произнес эти слова, Геральт просто не поверил своим ушам. — О чем ты?, — непонимающе спросил беловолосый воин. Колдунья хрустнула шеей, глаза ее начали загораться зеленым пламенем, а длинные сухие пепельные волосы взъерошились. — Пятнадцать лет назад на свой страх и риск сюда пришел богатый человек с титулом. Он молил меня исцелить его жену от истощения, что поразило ее во время беременности и грозило двойной смертью. Он предлагал мне камни, золото, серебро, вино... Он был согласен на любые жертвы. Но что мне, лесной ведьме, эти побрякушки? Ведь нет ничего дороже жизни. Я предсказала ему рождение сына и он пообещал отдать мне дитя. Сделка была заключена и исполнена, — поведала потусторонним голосом старица. — Так вот оно в чем дело, — прорычал Геральт и, вспомнив слова Войцеха о графине, догадался, — Ты сорвала не один цветок — ты вырвала целый куст с корнем. — Уговор был справедливым, nach еsseath ag breitheamh yn marnu, Gwynbleidd. Граф сделал свой выбор! Mae'r enaid ei descentyn a linbh mianach!, — яростно проклокотала ведьма, разевая зубастую пасть и шипя. Она угрожала ведьмаку своими когтями, творя колдовство, от которого задрожала вся земля. Из почвы потянулись вверх сильные ростки, что вмиг обернулись чудищами древесными. Они встали на защиту ведьмы и Геральт, не мешкая больше, обжег их знаком Игни. Выросшие из земли спригганы затрещали от боли, пуская в ход колючие лианы. Изящно махнув мечом, ведьмак лишил их вспомогательных щупалец одного за другим. Но на этом изуродованные древесные трупы не сдались. Ведьма поднимала все новых и новых стражей на поверхность земли. Почерневшие тучи на небе образовали страшный вихрь, поднялся сильный ветер, ветки деревьев заскрипели... Но спригганы беспощадно кидались в бой, защищая свою госпожу. Ведьмак без устали рубил их, хоть его меч и застревал в мясистой древесине. Высокие и сильные чудища оглушительно визжали, махая руками-ветками и сбивая Геральта с ног. Охотник уворачивался как мог, так же стараясь оглушать противников знаками, сбивать их с толку и взрывать их с помощью бомб. Он пытался подобраться к ведьме, но это было невозможно, ведь она надежно укрывалась за спиной своего свирепого лесного войска. — Ты обманула их!, — закричал Геральт ведьме, настырно преодолевая живую стену из спригганов. Но в последний момент те решили отвлечь его: ветки, что образовывали их грудную клетку разомкнулись, выпуская на волю стаи плотоядной саранчи. — Подлая тварь!, — ведьмак палил крылатых вредителей на лету, тем самым зля спригганов еще сильнее, — Ты сама заставила их натравить на тебя полчища охотников! Ты сама подвергла себя опасности! — Ошибаешься, Белый Волк. Единственная опасность — это я, — ведьма издала оглушительный вой, магией заставляя все вокруг нападать на ведьмака. Каждая ветка, каждый корешок, каждая впадинка в земле были настроены против незваного гостя. — Я научу их сдерживать свои обещания!, — подняв из земли огромные мощные корни, колдунья стала использовать их вслепую, как щупальца. Ее "руки" швыряли ведьмака прочь, сотрясая весь лес. Геральт больно ударился спиной о камни. На своих губах он почувствовал привкус крови и провел по ним рукой, стирая алые струйки. С трудом он поднялся на ноги, ища равновесие, чтобы снова замахнуться мечом на надвигающегося на него лесного стража, как вдруг гигантское дерево сзади него зашевелилось и смело прочь сприггана своими ветками. Озадаченный ведьмак, обернулся назад, но тут услышал голос Шапочки: — Геральт, уходи!, — мальчишка сбивал лесных мутантов на своем пути мощными волнами телекинетической энергии. — С ума сошел?!, — разразился негодованием ведьмак. — Не больше, чем ты!, — Шапочка подбежал к беловолосому бойцу, загородив его собой и снова обрушив силу своего заклинания на неотступных спригганов, — Ты ослушался меня, но сейчас ты просто должен уйти. Тебе одному с ней не справиться! — Это бессмысленное геройство! На чьей вообще ты стороне?, — Геральт оборонял мальчика от чудищ, что все равно умудрялись обступать их. — Ни на чьей я стороне! Я хочу, чтобы это прекратилось! Если ты погибнешь, никто не поможет мне разобраться с кошмарами!, — Шапочка топнул ногой, вызывая ураган, который поднял защитников ведьмы в воздух. — Мелкий изменщик! Вот, значит, кого я вырастила? Неблагодарный!, — недовольно заверещала ведьма, усиливая свои чары. — Геральт, я прошу тебя, уходи, — процедил Шапочка сквозь зубы, сдерживая магию бабушки своей. — Я не оставлю тебя одного!, — возразил ведьмак. — Оставишь! Я нужен ей живым! А тебя она убьет! Уходи!, — Сильви с трудом удавалось противостоять силе старой колдуньи, но он упрямо продолжал защищать Геральта. Могучая стена из переплетенных деревьев разошлась, давая ведьмаку возможность сбежать. Но Геральт не мог покинуть это место и оставить мальчика наедине с тем чудовищем, в которое превратилась его бабушка. — Я не могу уйти, Сильви, у меня нет выбора! Это нужно закончить! — Нет, есть! Я хочу, чтобы ты ушел! Уходи!, — закричал Шапочка в истерике, ведь непрерывный поток магии слишком быстро ослаблял его, — Уходи, Геральт!! Уходи! Уходи!! Но поскольку ведьмак стоял на своем, мальчику пришлось заставить его уйти. Он выхлестнул большую часть энергии, чтобы вытолкнуть Геральта за пределы ведьминской поляны. Воздух подхватил ривянина и унес куда-то далеко. В ушах громко загудело, а потом он свалился на землю, прокатившись в пыли добрые два метра. Собравшись с духом и силами, ведьмак медленно приподнялся. Он тут же осознал, что находился уже за пределами поля боя, где сейчас бушевала страшная гроза. Стена из деревьев замкнулась, не давая увидеть что же теперь там происходило. Наладив свое дыхание, Геральт встал на ноги, пошатываясь. — Твою ж мать, — выругался он, ища глазами свой меч на земле. Как он мог это допустить? Чтобы мальчишка вытолкнул его оттуда? Теперь неизвестно чем оно там все закончится. Очень вряд ли, что ведьма оставит поступок своего воспитанника безнаказанным. Как бы только он остался жив. Геральт надеялся на это всем сердцем, поскольку вряд ли уже мог чем помочь на данный момент. Бежать из лесу и искать помощь? Все его знакомые маги и чародеи были слишком далеко. А чтобы связаться с ними понадобится время. Не было ни единого человека, у которого ведьмак мог попытаться сыскать какой-то поддержки в этом деле... Но теперь он хотя бы знал правду.