Никчемные чувства

Феникс — идеальный город для меня. В Фениксе я почти никогда не чувствую себя одинокой. Два раза в неделю я разговариваю с родителями по телефону, у меня есть пара знакомых, с которыми я могу сходить куда-нибудь, и несколько подруг, с кем я могу выпить кофе. Я не одинока, но именно в такие моменты, как сейчас, я сомневаюсь в этом. Единственное, что я ненавидела, так это климат. Несмотря на солнце, днем было достаточно холодно, хотя сейчас только начало июня. А по ночам так жарко, что я почти каждую ночь отбрасываю одеяло и заматываюсь в несколько простыней. Даже кондиционер, который гудел над моей головой, не помогал, а лишь действовал на нервы. Я посмотрела на стоящие в углу коробки, замотанные скотчем, и тяжело вздохнула. Надо обязательно завтра разобрать их все. Переезд в новую квартиру не пошел мне на пользу. Меня мучила бессонница в старой квартире, и я думала это все из-за вентилятора моей соседки по комнате, без которого она не могла уснуть. Я думала, что смогу наконец нормально спать, когда перееду сюда, но это оказалось неправдой. Из-за переезда голова шла кругом уже два дня. Я не могла обустроить квартиру, не знала с чего именно начать. Я не разобрала половину вещей, не убрала квартиру, даже не выделила себе почтовый ящик. У меня ничего не распланировано, и это напрягало меня. Он жутко утомил меня, и вся эта затея мне не нравилась, а ведь прошло всего несколько дней. Отбросив скомканные простыни, я направилась в соседнюю комнату, зная, что Кейт в такое время вряд ли спит. Как только зашла в её спальню, я увидела свет, исходящий от ноутбука, лежащего на ее кровати. А из ванной доносился её голос. Я расхохоталась. Боже, она пыталась петь, как солист группы «Бон Джови» в одной их песне. — Заткнись сейчас же, Дрю, — крикнула она, и я засмеялась еще сильнее. — Я пою прекрасно. Звуки воды прекратились, и через минуту она вышла в своем любимом розовом халате. Её комната была идеально прибранной, в отличие от моей. Она начала убираться и расставлять по местам, как только мы въехали в квартиру. Узнаю Кейт. — Господи, — фальшиво ахнула я, когда увидела, что она нанесла на лицо какую-то зеленую смесь, кажется, маску для лица. — Мои глаза. Она кинула в меня тапочек, который лежал под тумбочкой, пытаясь сдержать смех самой, но безуспешно. Кейт рухнула на кровать, не заботясь о том, что на её голове полотенце. — Как ты думаешь, — я перекатилась на живот, глядя на нее сверху вниз. — Ему будет хорошо в этом лагере? Прошло всего три дня, а я уже не могу без Джея. Три. Чёртовых. Дня. Всего лишь. Но мне уже плохо. — Конечно, — она начала расчесывать свои влажные волосы, иногда морща точечный носик. — Он найдет там кучу друзей. — Этого я и опасаюсь, вдруг они как-то на него плохо повлияют. Она непонимающе уставилась на меня: — Дрю, ему всего пять. Мы прочесали этот лагерь от и до в интернете, ты лично переговорила с двумя воспитателями и все еще сомневаешься? Кейт старше меня на пять лет, и эти годы действительно ощущаются. Она мудрее, и кажется иногда такой зрелой и опытной, несмотря на свои двадцать семь. То, что мы совершенно разные, было заметно с самого детства. Когда она, будучи семнадцатилетней девочкой, подрабатывала на каникулах няней, я думала, что в моей зубной щётке живет призрак. Она ответственнее, умнее и мудрее, но это не мешает нам бесконечно любить друг друга. Квартиру нашла она, оплату за первый месяц взяла на себя она, даже оформлением квартиры занималась она. Я чувствовала себя её домашним питомцем, который для неё обуза, но она уверяет меня, что все нормально. Я окончила колледж три месяца назад, и наконец съехала с этого места. Это прекрасно. Кейт согласилась снимать вместе со мной и Джеем квартиру и делить арендную плату пополам, когда я найду работу. Она не давила на меня, но меня всё равно это жуть как напрягало. Четыре года и три месяца, которые я провела в колледже, были ужасны. Я с соседкой снимала комнату прямо в колледже бесплатно, но эти дни все равно давались нам нелегко. Мы работали по субботам, иногда на каникулах, и денег еле хватало на еду. Джею, когда я только поступила, было всего полгода, и как для любой матери, дни, когда я его не видела, были для меня настоящим мучением. Все это время его воспитывала Кейт и наши родители. Но они работали, и Джеем в основном занималась она. Кейт буквально стала для Джея второй мамой. Я буду обязана ей всю жизнь, но в какой-то степени я ненавидела себя за это. Она видела, как он растет: его первое слово, первые шаги, первые зубки и первое падение. Она видела всё это, пока я была счастлива, что вижу его хотя бы на выходных. Мы на месяц отправили Джея в детский лагерь, в Колорадо. Я знаю, что ему действительно будет там хорошо и он наберется сил перед его первым учебным годом, который начнется в конце августа. Но я скучаю по нему. Очень скучаю. Я хотела проводить с ним каждую минуту и была сначала категорически против этого лагеря, но что я могу поделать, если Джей туда очень хотел? Он смотрел на достопримечательности Колорадо в интернете, каждый раз восхищаясь фотографиями и показывая их мне. Я не смогла отказать ему. Я хочу чувствовать себя хорошей матерью. Я хочу быть ею для него. Я не знаю, с какой работой будет связана моя дальнейшая жизнь, но пока есть два варианта, которые мне подойдут: репетитор по французскому языку для студентов или парикмахер в салоне, недалеко от нашего дома. Скорее всего, я выберу первое, потому что отлично знаю французский язык. Я учила его в колледже, также ходила на дополнительные курсы, так что с этим проблем не было. Главное, чтобы меня устраивала плата за каждое занятие. Мне нужны деньги, да и жить на деньги старшей сестры и родителей меня не устраивает. Через месяц я должна внести свою долю в арендную плату за квартиру, я должна покупать продукты, одежду для себя и для Джея, заняться его подготовкой в начальную школу, да и вообще чтобы оставались лишние деньги на другие расходы. У меня ребенок, которого я воспитываю одна, мне необходимо найти работу, даже если и временную. Единственный, кто смог отвлечь меня и подарить хорошее настроение, сейчас, наверное, крепко спит в Колорадо. Я достала телефон и, разблокировав его, взглянула на него, улыбающегося самой прекрасной улыбкой на свете. Это фото я сделала в машине, когда мы перевозили вещи в новую квартиру. Он держит в руках палочку со сладкой ватой и улыбается во весь рот. Он любит улыбаться, даже если он поранится или упадет, через несколько минут он все равно улыбается. Этот малыш — всё для меня. Я благодарна всем сердцем, что у меня есть такое счастье. Люблю его всей душой, хочу уберечь от всех опасностей, хочу подарить ему хорошее будущее, хочу… чтобы он просто был счастлив со мной. С его любящей мамой, которая всегда будет с ним. Я хочу верить, что смогу дать ему все. Он похож на своего отца. Тёмными волосами и большими карими глазами он безумно напоминает мне Крега. Он унаследовал его улыбку, его манеру быстро говорить и, мне кажется, даже походку. Я никогда не хотела, чтобы он был похож на Крега. Чтобы малыш напоминал мне о нем. Напоминал о человеке, который оставил меня и Джея в такой трудный для нас период. Он, скорее всего, сейчас живет беззаботной студенческой жизнью в Сан-Диего. Крег сбежал. Он бросил нас, и я не знаю, что с нами бы было, если не Кейт. Он поступил как трус, когда так был мне необходим. Я нуждалась в нем, мне нужна была его поддержка в то время. Простое «Я с тобой» было необходимым для меня. Я пыталась понять его. Правда. Я пыталась понять, что он сбежал от нас в колледж, в Сан-Диего, потому что испугался. Потому что был молодым. Потому что стал отцом в семнадцать лет. Но я считаю, что это не оправдание для него. Он должен был быть хоть немного ответственнее, хотя бы после того, как мы упустили эту ответственность. Я была глупа, как и он. Но я не жалею, потому что у меня есть Джей. Это главное. Я не хочу искать Крега. Я не хочу, чтобы Джей знал о нем как о своем отце. Я не хочу, чтобы он был для него отцом, пусть даже Крег не будет участвовать в его воспитании. Нет. Я не хочу, чтобы Крег стал для него примером для подражания, потому что не заслуживет этого. Я просто хочу вычеркнуть его из своей жизни, и всё. На самом деле я не чувствую себя матерью-одиночкой. Я чувствую себя молодой, ведь я и вправду молода. Мне двадцать два года, у меня есть пятилетний сын, которого я люблю до смерти, родители и сестра, которые меня поддержат в любую минуту. Они — моя семья. Я не знаю, чем обернется для меня следующий день, но я просто хочу плыть по течению жизни.

***

Кейт предупреждала меня, что в ванной с водой могут быть проблемы. И конечно, проблемы должны появиться именно в тот момент, когда я принимаю душ. Вода перестала идти, мокрые волосы слиплись от шампуня, а кожа раздражена от количества геля на коже. Замечательное начало дня. Подождав минуты четыре, я поняла, что вода вряд ли скоро пойдет, и, стуча зубами от холода, отыскала в ванной белое полотенце и обернула вокруг себя. Кожа начинала зудеть от геля, который нужно срочно смыть. Оставляя после себя лужицы воды на полу, я направилась в коридор, чтобы с мобильного позвонить Кейт на работу. Она попросила ей позвонить, если такое вдруг случится. В правом верхнем углу экрана телефона не было ни одной палочки. Отлично. Еще и сети нет. Я блуждала по всей квартире, вытягивая или опуская руку с телефоном, но сеть как назло и не собиралась появляться. В комнате колледжа, в которой я жила долгое время, тоже были неполадки с водой и часто с напором воды. Я привыкла к этому, но думала, что хотя бы на новом месте такого не будет. Конечно, плюсов было больше. Моя комната, по сравнению со старой, была шикарной, с огромной кроватью, которая была у меня только в детстве. Огромная ванная была вторым плюсом новой квартиры, а про просторную гостиную я, наверное, промолчу. Для Джея мы выделили комнату, смежную с моей спальней, чему я была ужасно рада. Он спал от меня буквально на расстоянии вытянутой руки, и я была спокойна. Уже продрогнув до костей от холода, я натянула на голову еще одно полотенце, надела тапочки и тихонько открыла входную дверь. Высунув голову в коридор, проверила, нет ли никого, и вышла, надеясь, что хотя бы тут смогу откопать гребанную сеть. Я вытянула руку вверх и прищурилась, проверяя, появилась ли палочка. Её не было, и я чувствовала, что начинаю раздражаться. — Э-э… Привет, — раздался глубокий голос за моей спиной, и я вздрогнула от неожиданности. Голос был явно мужской. Я стою в одном полотенце на чертовой лестничной площадке. А за мной какой-то парень, наверное, ждущий, что я обернусь. Покосившись на распахнутую дверь в квартиру, я подавила желание проскочить обратно, потому что это как минимум выглядело бы ненормально. Прочистив горло, я обернулась. Ну, конечно, это парень. Поправка: незнакомый и симпатичный парень. Дорогой новый дом, ты просто чудо. Его взгляд метнулся к моим оголенным ногам и задержался там дольше, чем позволяет обычное рассматривание незнакомого человека. Я натянула полотенце выше, и когда взгляд вернулся на мое лицо, я выгнула бровь, стараясь придать лицу презрительно-удивленное выражение. Уголки его губ немного вздернулись, но он не улыбнулся и всего лишь немного пожал плечами. Он был в темно-синем костюме-тройке, на груди которого красовался незнакомый для меня знак. Похожий на эмблему чего-то, может, спортивной команды, но зачем пришивать эмблему спортивной команды на шикарный, дорогой костюм? Один этот пиджак, я уверена, стоил не меньше, чем всё мое обучение в колледже. По его телосложению было видно, что он — завсегдатай спортзала. Он не был очень высоким, но был выше меня на несколько дюймов точно. Думаю, если я его обниму, его щека удобно устроится у меня на макушке. Его темные волосы неопределенного оттенка, передние пряди, которые слегка свисали на лоб, были на несколько тонов светлее, чем на затылке. Они были густые и явно нуждались в стрижке, но, думаю, если бы он зачесал их назад, выглядело бы весьма недурно. Хотя не могу сказать, что это ему не идет. — Я так понимаю, ты ищешь сеть? — Он кивнул на мой телефон, который я крепко сжимала в руке. Было приятно слушать тембр его голоса, низкий и звучный. И почему он к незнакомой девушке обращается на «ты»? У него, можно сказать, не слишком мягкие, но и не резкие черты лица. Что-то среднее. Острые скулы сочетались с худыми щеками, на левой выступала ямочка, в глазах пылало скрытое пламя, становившееся темнее и темнее. Очень-очень симпатичный. На вид ему было около двадцати пяти, может, чуть меньше. — Да, сети не было в доме, а мне срочно нужно позвонить, — пробормотала я, натягивая все выше полотенце. Я не знала, что делать дальше, я просто стояла и отводила в сторону взгляд, а когда смотрела на него, его глаза были направлены на мои оголенные плечи или ноги. Это нехорошо. Совсем. Меня осенило. Ну конечно. Это наш сосед напротив, о котором мне говорила Кейт на прошлой неделе. Это тот самый «ну очень горячий парень», которого она видела, когда договаривалась насчет квартиры. Незнакомец — мой сосед по лестничной площадке. И это нехорошо. Я буквально ощущала этот наэлектризованный воздух вокруг нас. Я чувствовала этот взгляд, блуждающий по моему телу и лицу, и хотела провалится сквозь землю. Ноги будто приросли к полу. Я точно ощущала, как румянец поднимался к шее и выше, к щекам. Он засунул руки в карманы и начал раскачиваться на носках, продолжая разглядывать меня. Его поза была обыденной, даже скучающей. Это очень плохо сочеталось с его взглядом. Черт бы его побрал! — Ты — моя новая соседка? — спросил он низким голосом с малой долей хрипотцы, и я кивнула, думая, какие вещи он мог произнести этим голосом. — Я, конечно, знал, что мне часто везет, но не настолько ведь. Этим предложением он буквально сжал невидимой рукой мое горло. Я чувствовала покалывание во всем теле, которое отдавалось не совсем приятной тягой внизу живота. Этот взгляд, изучающий тело и прожигающий насквозь, заставлял румянец распространиться по всем неприкрытым полотенцем участкам тела. Я всмотрелась в него пристальнее. Он был на достаточном расстоянии, чтобы я не смогла почувствовать его запах, но я чувствовала эту связь. Вопрос в том, чувствовал ли он то же самое? Он не улыбался, но уголки его идеального рта загибались чертовски чувственно. За всю жизнь я никогда в не ощущала такую тягу к незнакомому парню. Я быстро опустила голову и, невнятно что-то пробормотав, что мне пора, буквально вбежала в квартиру, остро ощущая жар в теле. Захлопнув дверь, я приложила холодную руку к горячей щеке и тихо выругалась. Не может быть этот парень, имени которого я не знаю, быть моим соседом. Но это не помешало мне раскраснеться от одного его лишь взгляда. Он — оружие с нескончаемой возбуждающей меня энергией. И с этим нужно сейчас же кончать. Я что, никогда не видела симпатичных, горячих парней? Да, но они не действовали на меня вот так. Я, конечно, знал, что мне часто везет, но не настолько ведь. У меня, конечно, были парни после Крега. Я провела два вечера подряд с разными парнями в баре на какой-то студенческой вечеринке, и оба вечера закончились пьяным, ни к чему не обязывающим сексом. Все было просто: познакомились выпили потрахались может, поговорили на какие-то отвлеченные темы забыли друг друга. Я была категорически против такого случайного перепиха, но на эти две ночи меня побудили романы Николоса Спаркса и бесконечная жалость к себе, что у меня нет и не будет парня. К моему счастью, это хорошо закончилось. Я быстренько проверилась, и никакой заразы у меня не обнаружилось. Случайный, пьяный секс для меня теперь — запретная тема. Я думала, что могу контролировать свое поведение с парнями, что обаяние какого-то парня не сможет действовать и как-то повлиять на мое тело. Я не ошибаюсь. Но этот горячий-парень-сосед-который-пожирал-меня-глазами заставил меня задрожать и пожалеть, что я вообще переехала сюда. У меня никогда не было настоящих отношений с парнем, не считая подростковой влюбленности с Крегом, так что я начисто разучилась флиртовать. А этот парень, если я не ошибаюсь, был мастер в этом. Я, конечно, знал, что мне часто везет, но не настолько ведь. Я услышала шум воды и побежала в ванную, радуясь, что не нужно искать эту сеть. Прохладный душ сейчас мне не помешает.