Капитан покидает судно последним

Через несколько часов во тьме ночной, на палубе стояла Аллен, вылазя головой и грудью через борт и, пардон, блевала по чёрному. - Аллен! Ты как? - подошёл к ней Маркус, положив руку на плечо. - Нормально! - с тяжёлой отдышкой кинула она - Хорошая самогонка! - Она подняла вверх кулак, типа "всё норм братуха!" и выпалила на весь корабль по русски - Я люблю рашн водка! И принялась дальше за своё дело. Будь борт чуть ниже или сама повар чуть выше, она оказалась бы в воде среди акул. - Ребят! У нас ещё один "рашн водка" появился! - крикнул педик ребятам, и снова обратился к девушке - Ты бы хоть не так залпом, мы-то привыкшие. Давай я тебя до каюты проведу? - Нет! - воскликнула кок, вытирая рот рукавом. - Я сама! И шатаясь, поплелась в неизвестную американцу и ей сторону. Она шла, держась о стены и спотыкаясь о каждую неровность на подобие люка. В глазах мутнело, голова кужилась, а ноги практически не держали. Девушка ввалилась в каюту и её бессознательное тело рухнуло прямо на пол. - Мояши?! - чуть ли не визжа прихренел Канда, и от пьяного вида подчинённой и от такой наглости ворваться к нему - Мояши! Может ты обьяснишь, что происходит?! - потребовал хозяин корабля, поднимая пьяную тушку в сидячее положение. Уолкер села покачиваясь, как в псих-больнице и глупо улыбаясь, раз в десять глупее, чем после последнего посещения капитана, пыталась напевать русскую песню. - Капитан, капитан улыбнитесь... У Юу нервно задёргался глаз. - Назар! Он рванулся на палубу, где обычно и засекал пьянствующую русскую компашку, но остановился на пол пути, осознав, что сейчас они ничего разумного не скажут, а потом и не вспомнят, что было сейчас. Поэтому азиат отправился обратно, с мыслью, что завтра потребует рапорт. - Мояши! - злостно зашипел он, при виде блюющей на пол девушки - Нахуя бухать было! - Мана? Это ты? - мягко улыбаясь, встретила вошедшего Аллен. Он замер, поражённо гляда на беловолосую. По коже прошла стая мурашек, а по телу разбегался пульс, словно ток. Эти слова завели юношу в ступор, будто с этим человеком он тоже встречался. Хотя можно сказать, что он действительно встречался и настолько часто, даже возможно и сблизился. Он что-то пытался сказать еле шевеля, губами, но голос так и не выходил наружу. Поняв, сказать ничего не может, а пьяная бредит, Канда, не церемонясь, взял её под локоть и потащил в умывальную, включил холодную воду и впихнул её голову под кран, грубо умывая лицо. Та резко проснулась, в панике ничего не соображала, пыталась кое-как сопротивляться, кричать, брыкалась, но ничего не получалось, она только начала задыхаться и захлёбываться. - Отпусти! - заистирила Уолкер, когда он закончил "водную процедуру" - Пожалуйста, не надо! Голос стал тише и начал дрожать, после долгого откашливания от попавшей в лёгкие воды, глаза с животным страхом бегали по помещению и искали способ побега. - Успокойся! - холодно приказал он - Сколько пальцев видишь? Командир показал на одной руке два пальца. -"Всё-таки дура." Кок со страхом вглядывалась в его руку и ничего не говорила, будто ожидала смертную казнь за неправильный ответ. - Так сколько? - переспросил он. - Три? Четыре? Стоп! Нет их два! "Эврика блять!" - Юу мысленно поопладировал ей и потащил за шиворот - Пошли! - Куда ты меня ведёшь?! - Сколько же хлопот с бабами! Ли смерти не миновать! - пробурчал он себе под нос, не обращая внимания на пьяные истерики. [...] Она сидела в своей темной малненькой комнатушке, на старом дряхлом дивание, который от любого лишнего движения мерзко скипел. По углам сыро, окна зашторены какой то драной шторкой, обои ободраны, где-то жёлтые следы от дорогого бренди. По воздуху витает дым с противным запахом табака. Её тощая рука, покрытая синяками и ссадинами заматывала вторую руку, синее, практически чёрное запястье, предварительно смазанное кремом от синяков. - "Раны почти залечены, уже ходить могу не хромая, сейчас он снова напьётся и по новому кругу," - взгляд опустошённый, но слёзы так и наполняют глаза. Она болезненно щурит опухшие веки, лишь бы не плакать. Разбитые губы дрожат, глотают этот противный воздух, пропитанный алкоголью и сигаретным дымом - "Уже сколько на улице не была? Может пойти прогуляться, подышать свежим воздухом?" - она смотрит на полуразваленный шкаф - "Одену толтстовку и джинсы и синяков не будет видно, а про лицо, скажу, что подралась. Уж мне то поверят!" - она уже оделась, напялила шарф. Длинные полу-седые волосы спадали с плеч, осталось только одеть кроссовки -" Он всё равно не заметит ухода. Да ему похуй, вот возвращаться уже не стоит." - однако идти больше некуда, кроме как к пьянице-опекуну. - Аллен! - раздался голос из самой прокуренной комнаты - Ты это куда собралась? Дверь со скрипом открывается и из неё выходит пьяный мужчина. - Ты куда собралась, я спрашиваю? - Обжигщая пощёчина и девичий взвизг, не от того что, больно. Привыкла. Инстинкт самосохранения никуда не делся. Она медленно поворачивается к нему и смотрит опустошёнными глазами, будто сейчас скажет: "Делай, что хочешь. Мне всё равно." - Гулять. - холодно говорит с хрипотой в голосе. - Я тебя отпускал?! - Вы мне никто! Он берёт её за шиворот и тащит в свою комнату. Кидает куда то вперёд и она ударяется головой о деревянный угол кровати. - Никто говоришь?! Удар за ударом сыпятся с глухой болью по всему телу. В глазах начинает мутнеть. Лицо всё в крови. Дальше он снимает с пояса ремень, и боже... Лучше бы он действительно отлупил её по отцовски... Он связал им ей руки и начал раздевать... - Блять! - она вскочила на кровати в холодном поту и начала себя общупывать, ничего ли не болит, нет ли синяков, но кроме головной боли с похмелья и пересохшего горла ничего не нашла. - И тебе здравия желаю! Девушка повернулась в сторону источника голоса, рассеяно уставившись на него. - З...здравия желаю... Товарищ старший лейтенант. - "Вот влипла!" - Мы остались без завтрака... - отчитывающе проговорил Лави, протягивая стакан воды - Надеюсь обед хоть будет? - Виноват... - повар встала с постели игнорируя предложение выпить и неловко пошла к выходу - Так точно... - открыла дверь - А что с коридором? - С коридором-то всё впорядке, ты в нашей с Юу каюте. - ... Как? - Не помнишь? Стой! Кухня в другой стороне! - Ага... [...] Кухня быстро ожила когда на её территорию ступила сама кок. Жизнь бьёт ключом и кипит вместе с содержимом кастрюль и сковородок, ножи стучат по деревянной доске разрезая на ровные куски мясо, овощи и остальные прелести трапезы. Нежный аппетитный запах разносится по всему кораблю. Очередь дошла до картофеля. Уже со вчерашнего вечера ,заранее почищенные овощи были залиты в большой кастрюле водой. Она достаёт каждую тонкими пальцами, нарезает на мелкие кубики и сбрасывает в огромную посудину с будущим супом. - Уолкер! - раздался строгий голос на кухне, и в неё вошёл мужчина с заплетёнными в золотистую косу волосами. - Сука! - злостно шикнула от испуга кулинар, ещё один отрезанный кусок картофеля и почти палец - То есть... Я! Она закрыла в другой руке порез, что бы не кровоточил и от нарастающей боли ссутулилась, зажимая руку с пальцем между коленками. - Почему волосы не собраны?! - Виноват. Уолкер кинулась к аптечке, которая висела на стенке у выхода из кухни, и принялась обрабатывать рану, сняв прорезаную перчатку, залив пострадавшее место перекисью и заклеив пластырем. Поскольку еда на плите никого не ждёт и всё может перекипеть или подгореть, действовать приходилось быстро и она в спешке уронила стеклянную бутылочку пероксида, а кипящий бульон полез наружу оставляя жирные следы на плите и на полу, когда повар уже подняла взор на действующее кухонное оборудование. В миг будущий обед был спасён. К счастью, как оказалось, капитан-лейтенант тоже разбирается в кулинарии. Суп больше не шипит и не грозит испачкать всё вокруг себя. Блондин спокойно уменьшил огонь и сейчас с невозмутимым выражением лица помешивает содержимое. - С работой не справляетесь... - вздохнул он - Виноват. - только и смогла ответить - "Блять, а хули ты тут ошиваешься, сам отвлекаешь а потом что-то не нравится!" - Аллен одела перчатку, завязала волосы в непонятную гульку и вернулась на свой пост, недовольным взглядом указывая на выход, что бы он ушёл и не мешался. - К сожалению я не могу вас покинуть. - Вы мои мысли читаете? - вопросительно посмотрела она с нотками не ушедшего недовольства. - Нет. Пока капитан будет управлять, вы будете находится под моим надзором. Так же он требует от вас рапорт о вчерашнем. Это его приказ и он не обсуждается. Про рапорт и так всё было понятно, больше волновало другое: - Может нас ещё в одну каюту поселят?! - Так точно. - твёрдо ответил он. "Что за день, такой?!" - усталый вздох выходит из её груди, рука прилипла к лицу, а задумчивый взгляд устремился на почти сваренный суп - Присмотрите пока за готовкой, я пойду, этому капитану пиздов надаю. - Отставить! Думаешь я сам хочу нянчиться с безответсвенным поваром? - Вот и отлично! - она приветливо, но с злобным оскалом хлопнула в ладоши - Тогда я довариваю суп и мы вместе идём ебашить его! - Стерва! - буркнул Ворон себе под нос и уселся на единственную табуретку на кухне.