Побег

      Проснувшись, Катара не сразу сообразила, где находится. Вокруг царила кромешная тьма. Не было слышно ни звука, только далекий шелест ветра в листве деревьев нарушал окутывающую дом тишину.       Катара моргнула несколько раз, постепенно возвращаясь из сна в реальность. Она лежала на твердом и холодном полу, но что-то очень теплое прижималось к ее спине, и это ощущение было настолько приятным, что она невольно придвинулась к этому согревающему источнику, неосознанно прижимаясь к нему еще плотнее, и вновь закрыла глаза. Было так уютно лежать в тепле и безопасности, спрятавшись от дождя в заброшенном доме, где солдаты огня не смогут ее найти.       Катару словно молнией прошило, когда воспоминания о происходящем внезапно вернулись в ее слегка замутненное сном сознание. Они с Зуко спрятались в заброшенном доме, и последнее, что она помнила, как они грелись у камина, сидя на разложенных на полу циновках. А потом она, наверное, заснула. А потом…       Затаив дыхание, Катара напряженно замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям. Она лежала на жестком полу, устроив голову на чужом плече, чувствуя чужое теплое дыхание на своей шее, чужое мерное сердцебиение в прижимающейся к ее спине груди, чужую тяжелую руку на своей талии и упирающийся в ее бедро твердый член. Внутри Катары все похолодело. Зуко!       Как это получилось? Почему она спит в его объятиях? Что произошло вчера вечером, что она допустила подобное, и почему она ничего не помнит?       Судя по всему, сам Зуко крепко спал. Катара сперва попыталась осторожно отодвинуться, так, чтобы не разбудить его, однако он не отпустил ее, продолжая крепко удерживать за талию даже во сне. Тогда она резко дернулась, одновременно развернувшись к нему лицом, и грубо толкнула его ладонями в грудь. В густых сумерках она сумела разглядеть, как Зуко вскинулся, замер на мгновение, а затем вдруг разом разжал объятия и отпрянул назад.       – Ты что себе позволяешь?! – сердито рявкнула Катара, торопливо поправляя сбившуюся сорочку. – Кто дал тебе право меня лапать?       – Что? – В голосе Зуко послышалось сильное смятение. – Я не прикасался к тебе!       – Ну, конечно! – саркастично отозвалась она. – Тогда, может, покажешь, кто это был, если не ты?       Зуко промолчал, видимо, тоже приходя в себя после сна. Сперва он сидел неподвижно, а затем медленно поднялся на ноги и подошел к погасшему камину. Вспыхнувший на кончиках его пальцев небольшой огонек пламени разорвал окутывающую комнату темноту, а спустя несколько секунд пламя в очаге вновь ожило, озарив стены неровным красноватым светом.       – Я не знаю, как это произошло, – хрипло проговорил Зуко, и Катара поразилась, насколько смущенным и виноватым выглядел этот наглый высокомерный принц сейчас. – Ты заснула, а я лег вон там. – Он указал на свою циновку, которая лежала чуть в стороне от того места, где они спали. – Клянусь, я сразу отключился. Я даже не представляю, как все это вышло. Я вовсе не собирался покушаться на твою честь, поверь. Я сожалею и прошу прощения. – Он сложил руки в непривычном Катаре жесте, приставив кулак правой руки снизу к вертикально выпрямленной левой ладони, и слегка поклонился ей.       Катара, приподняв одну бровь, еще некоторое время сверлила его недоверчивым взглядом. Судя по всему, все это действительно вышло случайно, просто они во сне в поисках тепла инстинктивно придвинулись друг к другу. Катаре вдруг пришла в голову мысль, что спать в объятиях Зуко было очень даже комфортно. В конце концов, он действительно не сделал ничего плохого.       – Все в порядке. Я верю тебе.       Катара мягко улыбнулась, и лицо Зуко посветлело. Она видела, как из его взгляда исчезло напряжение, и даже сама удивилась собственному осознанию того, что стала воспринимать его гораздо более человечным. Раньше Зуко казался ей монстром, огненным чудовищем, от которого нужно было бежать сломя голову, едва он появлялся в их с Аангом и Соккой поле зрения. Но сейчас она все чаще и чаще начинала видеть в нем обыкновенного парня. Ну, хорошо, пусть не совсем обыкновенного, но, по крайней мере, она больше не испытывала по отношению к нему того леденящего неконтролируемого страха, который возник, когда она впервые увидела этого принца огненной нации сходящим по трапу военного корабля, и не исчезал до недавнего времени. Возможно, дело было в том, что, избавившись от своих неизменных доспехов, Зуко внешне перестал олицетворять собой тех огненных убийц, которые вот уже сто лет держали в страхе весь мир. Или причиной стало то, что Катара узнала, как он ведет себя в жизни, как разговаривает. Увидела, что он умеет улыбаться. Или то, как он самоотверженно защищал ее от солдат огня, приняв весь удар на себя. Конечно, она осознавала, что делал он это исключительно из собственных корыстных соображений, но все равно не могла не испытывать к нему благодарность за это.       Зуко, стремясь скрыть смущение, провел ладонью по голове, на выбритой части которой уже начали отрастать волосы, и принялся торопливо одеваться. Катара вдруг неожиданно для себя отметила, что у него, оказывается, очень красивое тело – стройное, жесткое, тренированное, – и, поймав себя на том, что украдкой любуется им, поспешно отвернулась. Не то, чтобы она никогда не видела раздетого мужчину – Катаре неоднократно доводилось лечить мужчин, да и, в конце концов, у нее был старший брат, – но это было совсем другое. Вид широких плеч Зуко, его рельефной груди, его сильных мускулистых рук вызывал в Катаре какое-то странное, неизвестное доселе чувство, от которого перехватывало дыхание, и внизу живота возникала приятная томительная тяжесть.       Полностью одевшись, Зуко подошел к окну, осторожно приоткрыл ставню и выглянул наружу.       – Дождь закончился, – прокомментировал он. – Скоро рассветет. Пока все тихо, нужно уходить.       Катара тихонько вздохнула.       – Конечно.       Пока Зуко умывался, она сняла с решетки камина высохшее за ночь платье, натянула его, потом, как смогла, привела себя в порядок, и они, не тратя больше времени, покинули гостеприимный дом.              – Солнце взошло.       Оторвав взгляд от дороги, Катара подняла голову и оглянулась. Зуко, который только что шагал с ней рядом, остановился и, подставив лицо пробивающимся через тучи солнечным лучам и прикрыв глаза, неподвижно замер на несколько секунд, словно наслаждаясь их теплыми прикосновениями.       – Любишь солнце? – поинтересовалась Катара, просто так, чтобы поддержать разговор.       Зуко коротко взглянул на нее и, возобновив свой путь, пожал плечами.       – Люблю – это, наверное, неправильное слово, – задумчиво отозвался он. – Я ведь покоритель огня. Я черпаю свою силу от солнечной энергии. Я не просто люблю солнце, само мое существование зависит от него.       Катара одарила его удивленным взглядом.       – Правда? Сила покорения огня зависит от солнца?       – Именно, – кивнул Зуко. – Покорители огня гораздо сильнее днем, чем ночью, благодаря солнечной энергии.       – Хм. – Катара машинально потеребила кончик своей косы. – Знаешь, я всегда замечала, что мое покорение воды ночью становится сильнее. Это потому, что покорение воды зависит от луны?       Зуко слегка повел бровью.       – Наверное. Мы с тобой покорители противоположных стихий. Твоя сила – луна, моя сила – солнце.       Катара задумалась над его последней фразой. Вот уж действительно, абсолютные противоположности. Луна и солнце. Вода и огонь. Девушка и парень. Инь и ян.       Далеко впереди замаячили очертания темных крыш какого-то поселения, и Катара заметно оживилась.       – У тебя есть деньги? – обернулась она к своему спутнику.       Зуко молча порылся в кармане и извлек из него несколько серебряных и золотых монет.       – К сожалению, это все, что есть, – угрюмо проговорил он. – Все деньги остались в кошельке, а он в моей каюте.       У Катары глаза на лоб полезли от изумления. Она в жизни не держала в руках столько денег сразу, а он считает эту сумму совершенно незначительной? Да уж, хорошо быть принцем, нечего сказать.       – Отлично, – отозвалась она вслух, немного справившись с собой и сделав вид, что ничего необычного не произошло. – Значит, мы сможем купить в поселении еды. Я умираю с голоду.       Судя по взгляду Зуко, он целиком и полностью разделял это ее чувство.       Катара между тем окинула его критическим взглядом и удовлетворенно кивнула.       – Все в порядке. Никто не заподозрит, что ты – человек огня.       – Что? – Зуко удивленно уставился на нее. – Я вовсе не намерен скрывать свою личность. Зачем мне это?       – Но…       – Нет, – резко перебил он и высокомерно хмыкнул. – Я – член королевской семьи. Эти люди должны знать, с кем имеют дело.       Катара мысленно хлопнула себя ладонью по лбу. Неужели Зуко не понимает, что, раскрыв свою личность, он не вызовет у местных жителей ничего, кроме неприязни и ненависти, и рассчитывать на их помощь тогда можно будет и не надеяться? Они сейчас вовсе не в том положении, чтобы нарываться на неприятности.       – Но ведь… – снова неуверенно начала Катара. – В поселении ведь могут быть… Могут быть… Люди Джао! – неожиданно нашлась она. – Если хоть кто-то из местных узнает, кто ты, то слух моментально распространится, и они нас снова арестуют.       Зуко молчал, быстро шагая вперед и мрачно глядя в землю перед собой. Судя по его нахмуренному лбу и плотно сжатым губам, хотя он и согласился с доводами Катары, внутренние убеждения не позволяли ему просто принять необходимость притворяться кем-то другим. Глупая, никому не нужная гордость.       – Ну, хорошо, – наконец, проговорил он. – Но, если в этом поселении и правда сейчас находятся люди Джао, они узнают меня и так. – Не глядя на собеседницу, он быстрым жестом указал на свое лицо.       – Я могу пойти туда одна, – осторожно предложила Катара.       – Нет, – отрезал Зуко. – Я не отпущу тебя одну.       Катара ехидно прищурилась.       – Боишься, что я сбегу от тебя?       – Боюсь, что тебя схватят, а меня не будет рядом, чтобы защитить тебя, – огрызнулся он. – Пойдем вместе. Вот. – Он придержал Катару за руку, вынудив ее остановиться, и высыпал почти все имеющиеся у него монеты ей в ладонь. – Займешься покупками, а я буду рядом. Если только заметим людей огня – сразу уходим.       Катара, взяв деньги, спрятала их за пояс, и ребята, внимательно глядя по сторонам, торопливо пошагали по утоптанной грунтовой дороге в сторону поселения.              В столь раннее время на улицах деревни людей было очень немного. Лавочники только начинали открывать свои магазины, кто-то спешил на работу в поля и в мастерские, кто-то нес ведра с водой от колодцев. Все были заняты своими делами, и на пришельцев почти никто не обратил внимания. Как Катара и предполагала, местные не заподозрили в Зуко человека огня: его одежда никак его не выдавала, и они с Катарой выглядели обычными путешественниками, каких на бескрайних территориях Царства Земли можно было встретить очень много.       Закупив в одной из продуктовых лавок немного еды в дорогу, ребята сразу же покинули поселение, не заметив, как в это же время на дороге появился тот самый небольшой отряд людей огня, с которыми они прошлым утром столкнулись в лесу.              – Вон те горы.       Катара указала рукой на виднеющиеся над деревьями вершины горной гряды, которая тянулась на юго-восток вдоль всего побережья.       Зуко, слегка прищурившись, вгляделся в том же направлении.       – Ты уверена? Тут везде горы.       – Уверена, – кивнула девушка. – Мы пролетали как раз над тем пиком, а потом снизились и разбили лагерь возле леса.       – Хорошо, – спокойно отозвался он. – Тогда идем туда. Если повезет, то уже завтра будем на месте.       У Катары недоуменно округлились глаза.       – Завтра? Ты шутишь? Мы летели от монастыря всего несколько часов.       – Летели, – с ударением повторил Зуко. – А мы идем пешком. Да еще и через горы. Неизвестно, есть ли там дорога, может, нам вообще придется в обход идти. – Он устало вздохнул. – Это было самым сложным в погоне за вами. Найти-то вас ничего не стоит, а вот догнать эту штуку, на которой вы летаете, просто нереально.       – Эту «штуку» зовут Аппа, – хмыкнула Катара. – И это наш друг. Так что, будь добр, отзывайся о нем повежливее.       – Непременно. Приглашу его при встрече на чашечку чая, – саркастично отозвался Зуко и вдруг резко замер на месте, задрав голову и вглядываясь в затянутое тучами небо.       Катара испуганно уставилась на него.       – Что случилось?       – Драконий ястреб. – Зуко перевел взгляд на свою спутницу, и в его глазах промелькнуло беспокойство. – Драконьими ястребами люди огня отправляют срочные почтовые сообщения.       – Ну, может, он несет сообщение на какую-то военную базу, – предположила Катара.       – На какую? – Зуко подобрал с земли прут и, быстро начертив в пыли несколько изогнутых линий, напряженно уставился на получившуюся импровизированную карту. – Мы здесь. Военные базы народа огня располагаются вон там, на западе. На северо-востоке нет ни баз, ни колоний. Сообщения могут отправляться только с юго-востока или с моря. Путь ястребов никак не может проходить через горы, а этот ястреб пролетел прямо над нами.       Катара только недоуменно хлопала ресницами, безуспешно пытаясь вникнуть в то, что он сейчас говорил.       – И что это значит?       – А это может значить только одно. – Зуко поднял на нее мрачный взгляд. – Этот ястреб послан нашими преследователями. Они вышли на наш след и послали сообщение на патрульный корабль, чтобы те нас перехватили.       И без того огромные глаза Катары расширились еще больше.       – К-как ты это делаешь? – пролепетала она.       Зуко вопросительно нахмурился.       – Что?       – Как ты по одному только пролетевшему над нами ястребу понял, что происходит?       Он пожал плечами.       – Не знаю. Есть, конечно, вероятность, что я ошибаюсь. Но обычно в таких вещах я не ошибаюсь.       – Теперь понятно, как тебе удается постоянно нас находить, – пробормотала Катара. – Хотя нет, мне все равно ничего не понятно.       – Давай обсудим это позже, – перебил ее Зуко. – Нам нужно уходить. Может, нам удастся скрыться в горах прежде, чем встречный отряд выйдет на нас.       Он взял Катару за руку, и они быстро пошагали по горной дороге, надеясь суметь уйти от возможного преследования.              Капитан Клэн уверенно правил комодо-носорогом, внимательно вглядываясь в расстилающийся перед ним унылый однообразный горный пейзаж. Получив сообщение о том, что принц Зуко в сопровождении девушки из племени воды был обнаружен на этой горной дороге направляющимся на запад, он сразу же отправил небольшой отряд на перехват, возглавив его лично. Правда, кое-что в полученном сообщении его сильно смутило: ну не могли двое подростков просто так отбиться от шестерых солдат и снова сбежать. Клэн лично руководил арестом принца Зуко на его корабле, он своими глазами видел мальчишку и мог бы руку дать на отсечение, что этот избалованный высокомерный пацан не способен ни на что, кроме громкого ора и безосновательных угроз. Мнение адмирала Джао на счет принца Зуко полностью подтверждало такие умозаключения. Конечно, побег арестантов из-под стражи прямо с адмиральского корабля стал для Клэна большим сюрпризом, но он все же склонялся к мысли, что тогда детишкам просто повезло. Однако их противостояние двум поисковым отрядам явно говорило о том, что на самом деле эти ребята отнюдь не так просты.       Клэн раздраженно фыркнул. Каким бы изворотливым ни был принц Зуко, сбежать ему все же не удалось. Его и девушку заметили в одном из поселений на побережье, когда те, закупив в местной лавке продуктов, отправились пешком в горы. Солдаты из обнаружившего их отряда не рискнули повторно нападать на беглецов, чтобы вновь не спугнуть их, и, отправив сообщение о необходимой поддержке группы перехвата, незаметно последовали за ними. Так что теперь принцу Зуко ареста не избежать: дорога через горы была одна, обратный путь ему отрезан, а проскользнуть мимо отряда Клэна невозможно. Не далее чем через несколько часов принц Зуко и девушка из племени воды будут закованы в кандалы, переправлены на адмиральский корабль, и Клэн больше не должен будет потакать самодурству адмирала Джао и сможет вернуться к своим должностным обязанностям.       Комодо-носорог обогнул очередной горный уступ, и Клэн вдруг заметил на тянущейся впереди дороге одиноко бредущую человеческую фигуру. Он даже привстал в седле и зорко вгляделся вдаль. Сомнений нет: принц Зуко. Клэн самодовольно усмехнулся и, отцепив от пояса сигнальный рожок, поднес его к губам.              Оказавшись в окружении десяти солдат огня, принц Зуко, понимая всю безнадежность ситуации, даже не стал пытаться сопротивляться или бежать. Он беспрекословно позволил себя арестовать, и теперь, сохраняя на лице выражение королевского достоинства, молча стоял на месте, ожидая неторопливо приближающегося к нему командира группы захвата.       – Рад снова встретиться с вами, принц Зуко, – с легкой насмешкой в голосе проговорил капитан Клэн, спешиваясь с носорога, и слегка поклонился арестанту.       – Не могу ответить вам взаимностью, капитан, – надменно бросил тот.       Клэн усмехнулся.       – Однако вы ведь не надеялись всерьез, что вам удастся уйти от преследования?       – Я всего лишь пытаюсь покинуть запретную для меня территорию, – процедил пленник сквозь зубы, – но вы и ваша свора не даете мне этого сделать.       – Мы выполняем указания адмирала Джао, – спокойно ответил Клэн. – Нам приказано захватить вас и вашу спутницу. Кстати, а где она?       Зуко высокомерно хмыкнул.       – Понятия не имею, о чем вы говорите.       – Принц Зуко, – с нажимом проговорил Клэн, подходя к нему ближе. – Нам прекрасно известно, что всего несколько часов назад вы отправились в горы вместе с девушкой из племени воды, вместе с которой прошлой ночью сбежали из-под ареста. Адмирал Джао крайне заинтересован в ней. Ведь именно она даст нам возможность выйти на Аватара. Если у вас осталась хоть капля чести и преданности своему народу, вы скажете мне, где она.       Зуко изменился в лице. Маска высокомерия исчезла, вместо нее появилась растерянность. Клэн не торопился, молча стоя на месте и сверля принца испытующим взглядом.       – Ну, хорошо, – наконец, проговорил принц Зуко. – Мы расстались несколько часов назад. Она направилась на побережье, а я продолжил свой путь через горы. Где она сейчас, мне неизвестно.       Клэн быстро переглянулся с командиром отряда.       – За ними все время следовали наши люди, – тихо проговорил тот. – Если бы она свернула с дороги на склон, они бы это заметили.       – Где именно вы расстались? – вновь обратился Клэн к арестанту.       – У водопада, – ответил Зуко, кивнув головой куда-то назад. – Девчонка – покорительница воды. Она как-то сумела спуститься прямо по воде, я не знаю, как.       – Понятно, почему ее бегство осталось незамеченным, – пробормотал Клэн и, сложив руки в знак пламени, почтительно поклонился Зуко. – Спасибо вам за ваше сотрудничество, принц Зуко. Мы сейчас же отправим людей на ее поимку.       Зуко презрительно поджал губы и отвернулся. Клэн снова усмехнулся.       – Мне очень жаль, но я вынужден вернуть вас в камеру заключения. Сейчас вас доставят на мой корабль, а оттуда уже переправят на судно адмирала Джао. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся при более благоприятных обстоятельствах.       Отдав своим людям соответствующие распоряжения, Клэн вновь оседлал носорога и в сопровождении нескольких солдат направился навстречу преследующему беглецов отряду. Пленника же усадили на другого носорога и под конвоем отправили на морскую военную базу, в порту которой было пришвартовано патрульное судно капитана Клэна.