Ник Ричардс и Лорд Шотландских равнин

      За время каникул Арктос успел соскучиться по своим студентам. Проходя по коридорам можно было почувствовать гнетущую атмосферу, которая появилась сразу после отъезда студентов. Замок словно скучал без своих обитателей. Это чувствовалось в его стенах, лавочках, скверах, в каждой снежинке, лежащей на поверхности его крыши. Наверное, в эти минуты и можно было ощутить настоящее волшебство, которым здесь было пронизано всё вокруг. Так продолжалось две рождественские недели. Надо заметить, что в этот период с юными искателями не произошло совсем ничего мистического. Словно вся чертовщина дала им немного передохнуть…, а может это была только подготовка к чему более значимому, кто знает? Жизнь вернулась в Арктос с приездом первых студентов. Юноши и девушки вернулись из дома счастливыми и отдохнувшими. Каждому из них не терпелось обменяться новостями из дома, а потому болтающие парочки, или даже группы студентов можно было встретить на каждом углу Академии. Каждый из них привёз из дома какие — то новые вещи, которыми непременно хвастались. Такими были первые дни вернувшейся в Арктос жизни. Нельзя не сказать, что все студенты были искренне обрадованы тому, что в расписании появился новый предмет, позволяющий обучиться полётам не метле. Но, как вскоре выяснилось, у этой медали была и обратная сторона. Ею был жуткий профессор Уортингтон — высокий и крепкий мужчина с широким лицом и светлыми волосами, собранными в конский хвост на затылке. И жутким он был не только по мнению Ника. Как оказалось уже после первого занятия, на него жаловались. Отовсюду можно было слышать разговоры о том, что новый профессор ведёт занятия так, будто каждый студент попал в королевский военный полк, а не на учёбу в Академию. Взять, к примеру, последнее занятие, которое проходило в первую среду после выхода студентов с каникул. В тот день, каждый студент третьего курса Арктоса получил сову с расписанием, в котором было указано, что на урок полётов необходимо надеть спортивные костюмы, которые представляли собой тёплые свитера и спортивные брюки; тонкие, но тёплые перчатки и спортивные мантии под цвет корпуса, к которому принадлежал студент. У корпуса света это были белые мантии с золотым подбоем и золотыми полосками, а у корпуса тьмы это были чёрные мантии с кроваво — красным подбоем и красными полосками. Занятие проходило на поле для квиддича. Все студенты, сгорая от нетерпения, стояли на поле и пожирали глазами тренировочные мётлы, аккуратно разложенные в ряд. Урок обещал получиться странным, ведь кто — то уже умел летать, а кто — то только собирался осуществить свою давнюю мечту. Не повезло лишь Нику, который сидел на трибунах, грустно оглядывая неподвижно висящую руку. Профессор Уортингтон пришёл на занятие без опоздания. Сурово осмотрев пришедших к нему студентов и сделав пометку в журнале, он громким командным голосом объявил о начале урока.  — Меня зовут профессор Франклин Уортингтон. На моём уроке не потребуются волшебные палочки и умение болтать. Всё что вы будете делать — летать и слушать меня. Если кто-нибудь посмеет меня ослушаться, нарушить правила общего полёта или ход урока — я буду снимать баллы. Если вы будете невнимательно меня слушать и однажды свалитесь с метлы — я отведу вас в лазарет и сниму баллы. Это ясно? — Студенты коротко кивнули. Было заметно, что энтузиазма в них поубавилось. Сам урок прошёл очень мучительно. Профессор Уортингтон гонял ребят по полю и то и дело кричал на них за то, что они неправильно летали, брали мётлы и садились, а одному бедняге из корпуса тьмы он и вовсе отвесил оплеуху за то, что тот попробовал возмутиться относительно слишком резкого тона профессора, по отношению к студентам. Однако пожаловаться, почему — то никто не решался. Что ни говори, а летать профессор, всё — таки, учил. Сам Ник, в свободное от полётов время, нередко сталкивался с ним в коридоре, и каждый раз эта встреча сопровождалась изучающим взглядом, в котором не было ничего хорошего или доброго. Взгляд профессора, всегда был наполнен каким—то холодом, но открытием стал тот факт, что профессор Уортингтон способен разговаривать тихим, холодным голосом, от которого кровь стыла в жилах. Этот голос Ник впервые услышал на матче по квиддичу. Случилось это так: С момента рождественских каникул прошло уже около трёх недель. Профессорский состав решил объявить первую пробную игру за ежемесячный переходящий кубок по квиддичу. Шла тридцатая минута первой игры. Все игроки летали по полю, пестря то белыми одеждами с чёрными полосами, то чёрными одеждами с белыми полосами. Так было легче различить команды, в противном случае они сливались с оформлением стадиона. Корпус света лидировал по количеству очков…  — Джеймсон из корпуса Света вновь берёт в руки квоффл и забрасывает его в кольцо противоположной команды! Какой удивительный бросок! Счёт 50 — 20! Кажется, я знаю, кто будет звездой этого матча! — Громко кричал Ник, нажимая на счёты. — О! Что я вижу! На поле появился снитч! Выпускайте ловца!!! На поле началась настоящая битва. Ловцы из обоих корпусов вылетели на поле и устроили погоню за небольшим золотым шариком, однако оживились и другие игроки. Обе команды помогали своему ловцу и чинили неприятности другому. Так продолжалось примерно часа полтора, пока снитч не был пойман командой корпуса Тьмы. Громогласно возвестив победу, Ник пожелал всем доброго дня и хорошего настроения, после чего матч был окончен. Закрыв счёты и обнулив результаты на табло Ник уже хотел было идти, но вдруг услышал низкий, холодный голос за своей спиной…  — Ник Ричардс.  — Да? — Ник повернулся и инстинктивно спрятал левую руку под мантию, где украдкой сжал волшебную палочку.  — Блестящий матч. Жаль, тебя самого не было на поле.  — Я не играю, сэр, Вы же знаете — Сдержанно отвечал Ник, чувствуя, как подрагивают колени. В конце концов, трибуна была на достаточной высоте, для того, чтобы превратиться в лепёшку, а рядом уже никого не было.  — Напомни, почему? — Профессор стал сверлить взглядом мантию Ника, как раз в том месте, где находилась его правая рука  — Видите ли, я… Я… — В какой — то момент Ник подумал о том, что не стоит говорить профессору о своей травме. Словно после того как он узнает, произойдёт что — то очень нехорошее. — Эм, боюсь высоты.  — Что? — Изумлённо и даже с некоторым раздражением ответил собеседник. Но уже через пару секунд залился громким смехом. — И поэтому ты ведёшь матчи на такой высоте?  — Ну, дело в том, что у меня совсем нет выхода, сэр. Я отрабатываю наказание. В прошлом семестре я прогулял много уроков и поэтому…  — Ник! Вот ты где! Мы тебя обыскались! Пошли есть, гуляка! Ой… здрасьте, профессор… — На трибуне появились Ярослав Акимов и Феникс Дизастер. Шмыгая носами, они оглядели картину, представшую их глазам, после чего забрали Ника и быстро увели его в замок.  — Ну, а теперь рассказывай! Чего там стряслось? — Начали допрос парни, едва оставшись с другом наедине. — Мы были на противоположной трибуне и вдруг увидели, что он тебя не выпускает. Мы подумали, что тебе нужна помощь.  — Вы очень вовремя — Признался Ник — Ничего особенного не стряслось. Просто он расспрашивал меня, почему я не играю в квиддич.  — Я так и знал что он больной ублюдок! — Выпалил Ярослав — А он нигде тебя не трогал? Если что, можно подать на него заявление!  — Эм… нет, всё в порядке. Но что — то с ним не так. Он жуткий  — Мда, негусто. Ладно, в общем, ты живой и это хорошо. Впредь будь осторожнее. Друзья махнули Нику и оставили его одного, убравшись восвояси, а Ник же решил отправиться в таверну к Джеку. Сейчас ему хотелось почувствовать себя защищённым. Не то чтобы Ник испугался, нет, ведь он уже сражался с врагами, но тут дело было в другом. Он совсем не знал, что ожидать от этого нового профессора, и вот именно неизвестность пугала его больше всего. Как относиться к человеку, который не проявлял открытой агрессии, но и не выражал симпатии? C такими мыслями Ник добрёл до таверны, но попасть в неё ему было не суждено, так как его остановил вышедший навстречу профессор Аран Авалар.  — Аа! Мистер Ричардс! Здравствуйте! А у меня к Вам разговор особенной важности. Надеюсь Вы уделите мне минутку?  — Конечно, сэр. — Согласился Ник и двинулся вместе с профессором в сторону замка. Конечно, такая перспектива ему совсем не нравилась, но к профессору Авалару Ник испытывал куда большую симпатию, чем к профессору, преподававшему полёты.  — Я наслышан о Ваших приключениях. Довольно занятные истории. Вы никогда не думали о том, чтобы заняться писательством?  — Нет, сэр.  — Зря. Я бы написал книжицу, и читал бы её до дыр всем знакомым! Вам ещё не встречались драконы?  — Нет, сэр… — Задумался Ник, попутно размышляя о том, можно ли было посчитать огненного жителя пещер — Бериала, драконом.  — Хорошо. А какие у вас оценки по ЗОТИ?  — Хорошие, сэр. Но к чему Вы клоните?  — Абсолютно ни к чему! — Профессор Авалар выпучил глаза, приняв вид глубоко оскорблённого человека — Это просто беседа. Позволите экзаменационный вопрос?  — Да, профессор. — насторожился Ник  — Хорошо. Может Вы помните… сказано ли в справочниках по защите от тёмной магии как распознать человека, принявшего оборотное зелье? — В этот миг профессор посмотрел на Ника так, словно подозревал его в чём то. Ник забегал глазами… Сердце его начало стучаться так бешено, как ни стучалось с момента последнего посещения Зазеркалья. Он чувствовал себя жертвой чьего — то заговора.  — Нет, профессор, я не помню.  — Не помните. — Утвердил профессор. — Очень жаль. Ну что же, тогда я желаю Вам удачи в Ваших приключениях, и впредь будьте осторожны. — Профессор Авалар сочувственно улыбнулся и покинул Ника, удалившись во тьму. А Ник же, тем временем, остановившись на несколько минут, погрузился в раздумья. Мысли его были тяжёлыми, но вывод ещё тяжелее и страшнее. Подняв голову, он ринулся в сторону замка с единственной целью — предупредить Би о том, что пришедший профессор, вероятнее всего, не тот, за кого себя выдаёт. *** Было далеко за полночь, когда профессор Аран Авалар патрулировал коридоры замка. В коридоре пятого этажа, в том, что ведёт в библиотеку, он увидел тёмную промелькнувшую фигуру.  — Попались. — Прошептал он и двинулся следом. Войдя в библиотеку, профессор Авалар, сперва, замер, а затем отправился по следу уходящих в темноту шагов. Он старался передвигаться как можно тише, и, судя по всему, ему это удалось, так как вскоре он догнал эту мистическую фигуру, в аккурат возле дверей в запретную секцию. Подняв палочку наизготовку он замер.  — Я знаю кто Вы. Могли бы снять капюшон… Кем бы Вы не притворились, я вижу Вас насквозь. Я же предупреждал, мистер Ричардс. Будьте осторожнее, так как это не может кончиться для Вас добром. — Фигура в плаще медленно повернулась и сняла капюшон, заставив профессора обомлеть.  — Вы?! Но… как… ведь Вы же… Профессор не договорил, так как фигура выхватила меч и отрубила ему голову, запечатлев на ней выражение ужаса. Так погиб профессор Авалар, а вместе с ним и образ Есении Блэк, в тёмной мантии и мечом в руке…