Стирая ластиком старые пометки в книжках

Его почему-то считают идеальным. Идеальная прическа, идеальная одежда, идеальное лицо, идеально-сделанная домашняя работа — слишком приторно и сладко, но так и есть. На самом же деле он совершенно не идеален, и это, в принципе, доказывает Нуар практически всю его чертову сознательно-самостоятельную жизнь, начавшуюся с тех пор, как он пошел в коллеж и нашел кольцо с Плаггом в начале этого года. Ша Нуар далеко не идеален, как и Адриан, вообще-то. И если бы хоть кто-то копнул глубже, он бы разглядел все его недостатки. Например, он совершенно не умеет влюбляться. А если и влюбляется, то как-то неправильно, со слепым обожанием во взгляде и пустыми комплиментами каждую-черт-побери-секунду. И, пусть он хоть провалится на этом самом месте, но Адриан не знает, что с этим делать. Просто потому что у всех есть недостатки. *** Если бы у него спросили — разбивать чужие сердца не больно. Больнее, гораздо больнее видеть боль разбитого сердца в глазах самой чудесной, самой искренней и, пожалуй, самой идеальной во всех смыслах одноклассницы. Маринетт Дюпэн-Чэн, если быть точнее. Адриан не знает, в какой момент весь мир перед ее глазами меркнет, и она просто кивает, показывая тем самым, что все-все прекрасно понимает. Она упрямо сжимает губы, чтобы не разрыдаться прямо перед ним и спешит покинуть кабинет, в котором они занимались. Она обязательно придет на следующий день с неизменно-доброй улыбкой, наскоро склеенным скотчем сердцем (спасибо Алье, лучшей-подруге-на-все-времена) и пустыми, никчемными словами. — Я все понимаю. Прости за мое поведение вчера. И Адриан рад бы простить. Обязательно рад, но… ни черта она не понимает. Он и сам-то не до конца понимает, чертов идеальный мальчишка. *** Адриан не осознает, в какой момент приторно-розовое обожание туманом оседает на самое дно зрачков, и Ледибаг предстает перед ним такой, какая есть. — Знаешь, люди считают меня идеальной, — шипит Ледибаг, когда он произносит очередной каламбур вкупе с шутками. — Но я совершенно не идеальная, Кот! Первые несколько секунд Адриан лишь усмехается и говорит что-то вроде «Ты всегда идеальная», и даже не понимает, когда Ледибаг вдруг вся сжимается от непонятного ему гнева и бьет его. По щеке, конечно, но оттого не менее больно и неприятно. Наверное, именно в тот момент пелена слишком сладкой и неестественной любви спадает с глаз, и Адриан видит Ледибаг такой, какая она, в общем-то, и есть. — Я не идеальная, у меня множество недостатков, а главный из них — ты, Нуар! Ты, вечно со своими нелепыми и совершенно-не-смешными каламбурами, как бельмо на глазу. Ты возомнил себя героем, хотя ни черта не делаешь для этого! Нет, Ледибаг не идеальная. Совсем нет. — А я — я! — все делаю для этого, но ты постоянно срываешь, — она буквально рычит и прыгает от злости. И ненависти к нему, скорее всего. — Срываешь все планы к чертям! И Адриан, он тоже не идеальный. Просто он желает всем доказать и показать это, в отличие от Ледибаг. Та же старается гнаться за идеалом, быть идеальной. Адриан не такой и, кажется, больше не питает к супергероине Парижа ничего, кроме отвращения. — Знаешь, ты не идеальная. Ты ничтожная. И это было бы смешно, если бы не было так грустно. *** Адриан не понимает, почему на следующий день Маринетт смотрит на него с какой-то грустной, липкой злостью, и к концу учебного дня не выдерживает — подходит к ней, понимая, что сделает все только хуже, кладет руку на плечо и учтиво интересуется: — Что случилось? И Маринетт буквально взрывается. — Что случилось? Ничего не случилось, совершенно ничего! Все говорят, что ты идеальный, что нет человека добрее, чудеснее и прекраснее. Но у тебя есть недостаток, Адриан Агрест. Всего один, но оттого еще ужаснее и отвратительнее. Адриан не осознает также, в какой момент пелена обожания спадает и с глаз Маринетт, и она начинает заикаться уже просто от усталой злости и волнения. — Ты не умеешь любить. Ты не умеешь чувствовать. И он подходит к ней и крепко обнимает, прижимая к себе, покрывая невесомыми поцелуями мокрые от слез щеки. — Да, Маринетт, я не идеальный. Совершенно не идеальный, — Адриан наконец находит ее губы своими, улыбаясь сквозь поцелуй. — Но тут ты немного не права, я умею чувствовать. И… кажется, я люблю тебя. Она отчего-то снова смотрит на него так, будто все прекрасно понимает и наконец отвечает на поцелуй. И Адриан тоже понимает и принимает в этот момент. Принимает Маринетт такой, какая есть. — А мой главный недостаток — это то, что обычно я не замечаю недостатков в тех, кого люблю, — шепчет Маринетт. — И тебя я тоже люблю. Научишь меня замечать твои недостатки? Да, Адриан научит, обязательно научит, просто потому что не бывает идеальных людей…

…и Адриан тому не исключение.