Boden's Mate

В старинном обеденном зале было холодно и причиной этому являлся не только снег - неотъемлемая часть Севера, - но и стены этого помещения оставались ледяными всегда, даже в самый знойный летний день. И потому единственным, что указывало на зиму, беснующуюся за окном, был колючий, мокрый снег и истощение. Причина странно тихого поведения всех Старков в этот вечер лишь одна - Нед был не в духе. После его возвращения сегодняшним утром и прочтения письма, принесенного вороном из Речных земель, мужчина надел омерзительную всем маску лорда Винтерфелла и с тех пор не снимал ее. Отношения Хранителя Севера с Робертом Баратеоном уже давно оставляли желать лучшего. Нед всегда считал мужчину своим названным братом и в подтверждение этих слов даже назвал своего первенца в его честь, но с тех пор как Старк отказался становиться его правой рукой, тот был не в состоянии смотреть на друга прежними глазами, понимая, конечно, что тогда Эддард просто не имел права покидать Север, однако, со слов Серсеи, это можно считать предательством. Роберт не оставлял попыток объеденить их дома, используя для достижения этой цели память о былых чувствах Сансы и Джоффри, но все они в конечном счете оказывались безуспешными. Он планировал посетить Старков в прошлом году снова, в надежде на то, что чувства юных наследников вновь расцветут. Он даже был готов к путешествию в разгар зимы, несмотря на довольно агрессивные протесты сына. Но теперь же, когда помолвка была окончательно расторгнута, единственное, что было в его силах - отправить человека в Винтерфелл под предлогом сбора налогов. Нед же считал, что этот поступок Роберта лишний раз доказывал, сколь ничтожна была их многолетняя дружба. Он совершенно не ожидал визита Бейлиша, хотя знал, что тот с его женой когда-то были близкими друзьями и, кроме рассказов Эдмура, за все эти прожитые годы он не услышал от Кейтелин ни слова о мастере над монетой. А потому все его знания об этом человеке ограничивались тем, что тот никогда не предаст Кэт. И тем не менее этот мужчина, присланный Робертом, прибыл в их края собирать налог за Железный Трон, но Нед был ослеплен своей молчаливой яростью и потому не сумел увидеть разницы между королем и подчиненными. Нед чуть заметно вздрогнул, точно вынырнув из омута размышлений и окинул внимательным взглядом обеденный стол, без труда заметив отсутствие Грейджоя. Тяжело вздохнув, Старк пригубил содержимое серебряного кубка и заметно раздраженным тоном обратился к Роббу: - Где Теон? - услышав вопрос, его старший сын нехотя отвел глаза в сторону, точно утаивал что-то. Кейтелин знала их повадки наизусть: Бран всегда смотрел на мыски, прежде чем солгать, а Робб не поднимал глаз. Их отец считал ложь величайшей слабостью мира и всеми известными ему способами старался искоренить ту из своих детей. Его сын не станет лордом Винтерфелла, пока не разучится врать. - Робб, ты знаешь, где он? - Теон не вернулся вместе со мной сегодня. Он захотел остаться, - когда Нед получил известие от гонца о прилетевшем вороне, то оставил Робба и Грейджоя в деревне, зная, что они были способны справиться и без его помощи, поскакав по покрытой слоем мерзлой грязи дороге обратно в замок. Он никогда не переставал опасаться неповиновения своего подопечного и в это раз его опасения перестали быть напрасными. Отсутствие ужина постепенно становилось для Теона в порядке вещей. Это началось после того, как его семья стала стремительно приближаться к состоянию разорения. В Железных островах это началось раньше, нежели в других землях. Они стали первыми. Многие говорили, что железнорожденных разорила их глупость - поднятие восстания против власти меньше чем за полгода до наступления зимы и было ею. Если бы они не вставали на пути Роберта, то все могло бы быть по-другому. Когда эта новость достигла стен замка, Теон воспринял ее очень болезненно, предполагая, что когда вернется на свою процветающую родину, обязательно станет лордом всех этих портов, островов и морей, на которых уже было установлено господство. Но теперь его возвращение на родину перестало быть таким радужным, как представлялось ранее. С тех пор Теон был словно бы потерян для них. Цель его жизни была потеряна. Что он должен был делать дальше? Оставаться в Винтерфелле навсегда в качестве нахлебника? Ходить в подчинении у Старков? Быть им обязанным по гроб жизни? Он просто не знал. - Он снова отправился в тот бордель, да? - с клокочущей в груди злобой уточнил Нед, заранее зная, что ответ окажется утвердительным. Это был не первый раз, когда Грейджой был замечен в подобных заведениях. Он никогда не понимал тех мужчин, которых неминуемо тянуло в места, где женщины продавали свою любовь, словно товар, вещь. - Нед! - предостерегающе воскликнула Кейтелин, бросая взгляд на все еще недостаточно взрослых Рикона и Арью. Последняя же фыркнула в свой стакан, смотря на приподнявшую уголки губ Сансу. - Прости меня, - стушевавшись от замечания жены, произнес мужчина, ловя ее любящий взгляд на себе, зная что это еще не раз вспомнится ими. Со смертью Брана Кэт стала еще больше опекать своих детей, утомляя этими порывами материнских чувств не только самих отпрысков. - Но Теон должен быть здесь и как можно скорее. Мы должны обсудить с ним визит лорда Бейлиша. - Когда он приедет, отец? - будто бы из простой любезности поинтересовалась Санса, сгорая от любопытства и устав гадать. Перед обедом она попросила Арью сказать ей, если та услышит о нем какие-нибудь сплетни, в ответ на что сестра намекнула, что уже знает парочку весьма занятных, но нужно сначала удостовериться в их правдивости. Она обещала, что девушка узнает обо всем первая, ведь замок, словно осиный улей, гудит от беспрестанных шепотков и обсуждений жизни их скорого гостя. - Через несколько дней. Самое долгое - неделя, - напрягшись ответил он, стараясь выглядедь незаинтересованным. Их обычно мягкий и спокойный отец вот уже второй день как на иголках и вряд ли это было от предвкушения встречи со старым знакомым жены. Санса и Арья переглянулись. - Сколько Север задолжал короне? - сдвинув густые брови к переносице, спросил Робб. Нед вздохнул, лоб его изрезали морщины. - Сорок тысяч золотых драконов, - с оттенком беспокойства признался Старк, глядя как брови Кэт неверяще выгибаются дугами от осознания всей сложности предстоящего разговора с Петиром. Она знала, что их долг непомерно велик, но сорок тысяч... Они не достанут таких денег, даже если Санса выйдет замуж за одного из Карстарков. Рыжеволосая девушка без аппетита глядела в свою тарелку и чувствовала ноющую боль вины в районе грудной клетки. Она снова и снова прокручивала у себя в голове недавний разговор с матерью, все больше убеждаясь в собственном эгоизме по отношению к семье, по отношению к родине и всему Северу, но тем не менее.... Она знала, как близок Винтерфелл к банкротству, но не хотела замуж. Не сейчас. Откровенно говоря, ей было плевать на дальнейшую судьбу этого края. В любой момент она была готова отречься от него и фамилии Старк, но она не могла с тем же безразличием покинуть родных, и если удачная женитьба давала гарантию на спасение семьи от участи Болтонов, то Санса была готова принять эти условия, выдвинув лишь одно свое - последнее слово, определяющее выбор мужчины, должно остаться за ней. - Мы можем себе позволить выплатить этот долг? - серьезно спросил Робб, явно о чем-то размышляя. Нед не отвечал на заданный сыном вопрос в течение нескольких минут, словно обдумывая как можно было бы мягче преподнести правду семье. - Мы все знаем, что эта зима была суровой, - осторожно начал мужчина. - Многие семьи, как и мы, несколько лет не были в состоянии платить Баратеонам... даже Карстарки. И мы все знаем, что в итоге произошло с Болтонами. Об этом действительно знали все. Когда поместье Дредфорт, начало терять прибыль, Русе стал еще более безжалостен в отдаваемых приказах, пытаясь пополнить оскудневшую казну и развязывая руки бастарду, слепо веря, что тот поможет ему поднять Болтонов с колен, однако все это оказалось пустым. Рамси не слышал никого, кроме себя, и ни о ком не заботился, видя лишь собственные прихоти и пути их удовлетворения. Пытки - были основным его пристрастием. И мишенью чаще всего становились простые крестьяне, слуги, что долгие месяцы терпели его каждодневные издевательства над собой и конечном счете поднявшие бунт. Русе вмешался слишком поздно. Санса вздрогнула. - Мы можем или нет? - неудовлетворенная услышанным ответом, вновь повторила ранее уже звучавший вопрос Кэт, недовольно повысив голос. Мысленно женщина перебрала уже множество вариантов того, кто мог бы помочь Винтерфеллу, не находя ни одного подходящего: долина Аррен не сможет этого сделать для них, не после смерти Лизы, Поречье всегда было к их услугам, однако Петир уже был там, а обирать и без того понесшего значительные финансовые потери Эдмура она не имела права. - Лорд Бейлиш и я навестим каждый крестьянский дом в округе, чтобы собрать денег. Нас будет оправдывать то, что некоторые семьи этой зимой остались без кормильца и крышей над головой, а потому не могли платить. Я не обещаю, что это будет легко и, возможно, на время нам придется во многом ограничить себя, но, я уверен - мы справимся, - в эту минуту Сансе подумалось, что её отец и вправду олух. Он, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера, урезал расходы собственной семьи, потакая низшим классам, рабочим. Его хватка была слишком мягка. Отец не мог сплотить северные семьи, правильно организовать выплаты. Почему из-за него их семья должна будет унижаться перед Бейлишем, лишь потому, что некоторым этой зимой пришлось туго? Зима была одинакова для всех. Раньше она бы восхищалась самоотверженностью Неда, но сейчас она считала это недопустимой наивностью. Санса покосилась на старшего брата, видя на его лице полное согласие с политикой отца. Впрочем, как и всегда. Когда-нибудь Робб займет место Неда и, увы, его ведение государства будет едва ли отличаться от предыдущего. - Летом станет легче, - остаток ужина прошел, погруженный в мрачное молчание. Мысли каждого из сидящих за столом были заняты поиском вариантов уклонения от выплаты налогов и в этом году. Санса знала, что единственным правильным решением этой проблемы была бы помолвка её и Арьи с кем-то, чьи финансы превышали их собственные, однако девушки презирали даже мысль о чем-то близком к этому, потому что знали, что никто и никогда не полюбит их самих больше, чем занимаемое ими положение. По окончании трапезы, Старки разошлись каждый в свою сторону.

***

Санса часто бродила по залам неприступного Винтерфелла, впитывая в себя холод его стен и запах сырости. Факелы, что висели на стенах, дарили нешироким коридорам замка столь малое количество света, что девушка почти не видела своих мысков. Осторожно протянув руку, она невесомо коснулась стен той каменной клетки, в которой выросла, пачкая пальцы мокрой пылью. Санса шла медленно, делая путь до комнаты будто бы длиннее. Спустя некоторое время она остановилась перед картиной, на которой был изображен Бран-строитель, один из ее предков и королей Севера. Именно он основал этот замок. Она часто думала о возможности становления Севера самостоятельным, суверенным королевством. Возможно, тогда она бы сейчас носила титул принцессы, а Робб - кронпринца. Но была бы их жизнь легче...? Вопрос девушки так и остался без ответа. Санса как раз проходила мимо кабинета отца, как услышала голоса родителей за приоткрытой дверью. Решив не обращать на это внимания, девушка уже было двинулась дальше, но, уловив из уст отца собственное имя, мгновенно отбросила эту идею, оставшись на месте и напряженно вслушиваясь в разговор. Внезапно страх быть замеченной точно парализовал ее тело. Да, сейчас она незаметна для них, но ведь они могли услышать шорох её юбок или стук невысоких каблуков по полу и тогда она, должно быть, навсегда потеряет уважение родителей и её перестанут ставить в пример Арье, но несвойственное ей любопытство все-таки одержало победу. - Чем скорее она выйдет замуж, тем лучше, - голос Неда был убийственно спокоен, хотя она знала, насколько на самом деле ему неприятен тот факт, что вскоре дочь придется отдать под знамена того, кто предложит наиболее щедрый выкуп. Как бы то ни было, и Арья, и Санса были рождены женщинами, а для них другой участи в Вестеросе не было. И обе знали своё место, были воспитаны и образованы - всякий мужчина будет рад такой спутнице жизни, в отличие от нее самой. - Долина Аррен сейчас процветает. Там ей будет гораздо лучше, чем где бы то ни было еще в Семи Королевствах, - уверенно ответила мужчине Кэт. - Я слышал Гарольд Хардинг заинтересован в поиске невесты, - озвучивал свои мысли отец. Это имя было незнакомо ей, как и земли, опекаемые им. За эти дни подобное повторялось уже дважды. Она знала гербы, девизы и имена людей правящих династий, а так же уступавших им семейств, как, к примеру, Мортеллы, но об этом мужчине никогда не слышала. - Он может понравиться Сансе - уж очень похож на тех рыцарей, о которых она говорила. Я пошлю ворона лорду Ройсу и, если Хардинг действительно ищет жену, то можно будет пригласить его в Винтефелл. В помещении повисло напряженное молчание, прежде чем Нед продолжил: - Я знаю, что прошло немало лет с тех пор, как я последний раз был в Орлином Гнезде, но уже тогда мальчишка Робин был болен. Если тот все еще не здоров, лорд Хардинг является его полноправным представителем, а в случае смерти юноши, и вовсе становится лордом Долины. Санса сможет стать настоящей леди. Шумно выдохнув и не имея более сил слушать, как её жизнь решается без присутствия её самой, девушка смело постучала, услышав в ответ глухое "войдите". Она зашла внутрь медленно, с выражением поддельной, но такой убидетельной неосведомленности на бледном лице. Уголки ее губ привычно приподнялись в нежной улыбке, ничем не выдавая напряжения, обуявшего её. Она отнюдь не желала быть пойманной. - Тебе что-нибудь нужно, дорогая? - заботливо поинтересовалась мать, глаза которой ничем не выдавали недовольства прерванной беседы с мужем. - Мейстер Лювин сказал, что скоро станет совсем тепло и я хотела спросить, где мой летний плащ, - Санса понимала, что её появлению на пороге этой комнаты требовалось обоснование, иначе бы оно выглядело неправдоподобным и вызывало подозрения. Сансе тоже было интересно. Она любила своих родителей, но не всегда доверяла и мнению. Ведь если они по-прежнему считали, будто их дочь денно и нощно грезила о свадьбе, то они крупно ошибались, действуя якобы в её интересах. Она всей душой ненавидела это. Ненавидела быть защищенной. Защищенной от жизни. Если родители хотели, чтобы Санса рассматривала лорда Хардинга в качестве кандидата на роль её будущего мужа, то должны были обсуждать это вместе с ней, а не обособленно и уж точно не скрывая. Они должны были дать ей возможность отказаться. Кейтилин обещала ей предоставить таковую, в тот же день нарушив свое слово. Она обманула, сказав, что у неё нет никого на примете. И что еще хуже - её дочь стала свидетелем этой неправды. Нед и Кейтилин лгали ей. Лгали и выручали из этого прибыль. В последние дни зимы девушка обнаружила, что любой блеф даётся ей куда легче, если в нем есть толика правды. Ведь накануне утром Лювин действительно сказал ей о том, что снег стал светлее и легче, а это явный признак скорой оттепели. Да и плащ не был бы лишним, хотя до настоящего лета наступит никак не раньше чем через полгода. Она помнила, куда убирала его. - Крайний раз я видела его в том сундуке с твоим алым платьем, - без труда ответила Кэт. - Когда найдешь, обязательно принеси мне. Возможно, тебе придется сшить новый - за последние шесть лет ты очень выросла, как и Арья. Вам обеим стоит пошить новые плащи и платья, - женщина вопросительно посмотрела на мужа. Ткань была дорогой. - Мои леди, быть может сначала дождемся лета, а уже после начнем обновление гардероба? - полушутливым тоном отозвался отец, но Санса понимала - он пытается не тратить деньги на материалы, не выплатив хотя бы части долгов. Поспешно распрощавшись с родителями на ночь и поцеловав обоих, девушка вышла в темный коридор и, оказавшись вне пределов их слышимости, прислонилась к стене, тяжело дыша и обдумывая все то, что успело произойти за вечер. Каков был этот Гарольд Хардинг? Будет ли он добр к ней или же окажется копией Джоффри?