Ты что-то скрываешь? Открой мне свой секрет

      Если Ледибаг и была идеальной в глазах зрителей, то, на самом деле, такой совершенно не являлась. И, поэтому еще больше боялась раскрытия своей гражданской личности.       Зима неотступно накрывала Париж пеленой холода, мелких дождей и стремительно редеющих деревьев. Холодный, воистину декабрьский воздух начисто пропитал небольшую, уютную комнатку Маринетт Дюпэн-Чэн на втором этаже одной из пекарен города. Отопление еще не подключили — время для этого пока не наступило, и от несильного, но, несомненно, неприятного холода спасала только большая печь в служебной кухне.       С первым елочным шариком пришла пора наряжать дома, квартиры, подолгу стоять в магазинах, выбирая подарки. Вместе с тем на многих сайтах появились различные видео- и фото-уроки на рождественскую тематику, в коллежах и институтах развесили яркие, красочные гирлянды, а на лицах многих учеников, несмотря на напряженную атмосферу (экзамены, ага), все чаще и чаще можно было видеть улыбку.       — Думаю, сегодня отменят занятия в коллеже, — произнесла Маринетт, отодвигая штору и глядя на мокрую от дождя улицу. На столе остывала нетронутая яичница, а на стене висел календарь, последнее число месяца на котором было отмечено красным маркером.       — Родная, ты уверена? — С улыбкой поинтересовалась Сабина Чэн, убирая яичницу в холодильник и кутаясь в теплый черный кардиган.       — Мам, ты посмотри, какой там ливень, — возмущенно произнесла Маринетт, задвигая штору обратно. Раздался писк телефона, но Маринетт не обратила на это внимания — наверняка очередная новогодняя реклама. — Такое чувство, будто сейчас не зима, а осень.       Снег в Париже был довольно редким явлением, и если появлялся, то целыми днями, не переставая идти ни на секунду, и в огромном количестве. Обычно же зимой властвовали дожди и бури.       — Давно пора бы к этому привыкнуть, — произнесла женщина и присела на стул, чтобы перебрать елочные игрушки, оставить красивые, а старые, заношенные — выкинуть. — На новогодние каникулы к нам приезжает Бриджит, — как бы невзначай заметила Сабина, а Маринетт досадливо поморщилась.       Все ее друзья любили Бриджит Чэн, все знали Бриджит Чэн. Веселая и добрая, она могла кого угодно заставить улыбаться. Кого угодно, кроме Маринетт.       Маринетт краснела каждый раз, когда смотрела на свою кузину — будто взрослую и улучшенную копию себя, женственную и, пожалуй, менее неуклюжую.       Поэтому ее появления в доме семьи Дюпэн-Чэн были довольно редки и не продолжительны, но, тем не менее, довольно неприятны для Маринетт.       Нет ничего хуже Бриджит. Совершенно.

* * *

      Алья подписала очередное приглашение на новогоднюю вечеринку и отпила глоток из бутылки с апельсиновой газировкой.       — Ты планируешь снимать новое видео в ближайшее время? — Поинтересовалась она у Маринетт и поставила очередную закорючку, смутно напоминавшую ее фамилию, на плотной бежевой бумаге.       Во время большой перемены в коллеже можно было идти домой или в какое-нибудь кафе, чтобы перекусить, но Алья, — да и Маринетт, кажется, — предпочитала сидеть в классе, принося обеды с собой в пестрых пакетах. Правда, сегодня очередной милый ланч с подругой был омрачен просьбой Нино подписать приглашения на его новогоднюю вечеринку.       — В любом случае придется, — Маринетт пожала плечами. — Мне необходимо выиграть эту войну.       — Ты можешь хоть на время забыть о Нуаре и вашей войне? — Проворчала Алья и облокотилась на спинку стула, искоса поглядев на Нино и Адриана, играющих вместе со всем классом, прыгая через лужи, на стадионе коллежа.       — Не могу, я не должна проиграть, — Маринетт уронила голову на сложенные на парте руки, лениво глядя в сторону окна. — И как они еще не замерзли. Как маленькие дети, честно.       Алья усмехнулась, продолжая подписывать приглашения.       Неожиданно за окном началась какая-то суматоха, и всего через несколько минут дверь распахнулась, нарушая уютную атмосферу, и в класс влетела рассерженная Аликс, веселящийся Ким, как-всегда-злая-и-зазнавшаяся Хлоя, Адриан, Нино и…       — Хей, Мари-пай, а у тебя веселые друзья, — задорный голос кузины Маринетт расслышала еще до того, как сама Бриджит сдвинула гору еще не подписанных приглашений и уселась на край стола.       — Мари-пай, а ты не говорила, что у тебя есть сестра, — донесся до Дюпэн-Чэн ехидный голос Адриана. — Мари-пай, мм-м.       — Е-если быть точнее, к-кузина, — неуверенно поправила Маринетт, сжимая ткань черной юбки, а Алья приподняла брови.       Маринетт — не Ледибаг.       И Бриджитт — не Ледибаг, но она может быть уверенной в себе. Значит, и Маринетт сможет (нет).       Дюпэн-Чэн отпустила конец юбки и слабо улыбнулась кузине.       — Бриджитт, а что ты забыла в коллеже?       — Как? — Притворно изумилась Чэн и подмигнула сестре. — А ты не знала, в этом коллеже обучается Ледибаг! И я хочу узнать, кто она.

* * *

      Снятый Нино караоке-клуб, по началу показавшийся довольно просторным, сейчас был забитым до отказа. Казалось, будто весь коллеж «Франсуа Дюпон» собрался в одном месте, собираясь отпраздновать Рождество. У стен приятного, темно-бежевого цвета стояли столики, за которыми сидели те, кто пришел без пары и друзей, или просто уставшие танцевать.       После того, как Алья принесла ей какой-то коктейль, Маринетт ощущала странную легкость во всем теле, будто на ней сейчас маска, будто ей все по плечу.       Она игриво соскользнула со стула и направилась прямиком к небольшой сцене для караоке, где вовсю сейчас распевалась Аликс.       — Эй, Мари-пай, спорим, что ты не сможешь спеть со мной в дуэте? — Громко произнес Адриан, перекрикивая вопли Кубдел, чья песня уже заканчивалась. И почему-то вызов Агреста вовсе не показался Маринетт идиотским, и она расплылась в широкой ухмылке.       — Спорим, Котик, — произнесла она, и Адриан потащил ее на сцену, быстро назвал Нино песню и стал напротив микрофона.       Нет, Маринетт никогда не умела петь. Вот совсем не умела, словно так и родилась без голоса и музыкального слуха.       Она знала эту песню и с первых слов начала петь, а Адриан подхватил.       Чертов Нуар пел гораздо лучше нее, но Маринетт это почему-то не волновало.       Она видела лишь огни ламп, что отражались в ядрено-зеленых глазах одноклассника, слышала легкую, приятную, как шелк, мелодию песни и красивый голос Адриана Агреста, что по-видимому еще и петь умел. Кто-то из стоящих рядом друзей хлопал им, но Маринетт не обращала на это внимания. Она чувствовала приятный, терпкий запах, исходящий от Адриана. Запах алкоголя.       Ее легкие наполнял этот аромат, и Маринетт вдыхала его всем сердцем. Песня заканчивалась, и Дюпэн-Чэн ощущала, как утекает сквозь пальцы волшебство этого момента.       Адриан приобнял ее за талию, когда Маринетт потянулась носом к его шее, в последний раз вдыхая чудесный аромат.       Алья широко распахнула глаза, чувствуя, как алкоголь быстро выветривается из головы. Стоящая рядом Бриджит довольно ухмыльнулась и похлопала ее по плечу.       — Ну, моя сестренка дает. Всегда бы такой была, — отозвалась Чэн, потягивая коктейль через трубочку.       — Мари меня убьет, — шокировано изрекла Сезер, наблюдая за подругой, стоящей на сцене.       Маринетт почувствовала чужие губы на своих, и ответила на легкий, как дуновение ветра, поцелуй. В зеленых глазах напротив отражались звезды, а может, северное сияние.       Плевать, ей нравится запах.       Адриан Агрест крепко обнял ее, продолжая целовать, и Дюпэн-Чэн закрыла глаза, почему-то сильно доверяя этому парню в этот момент.       — Знаешь, а я — Ледибаг.