Глубокие воды

Когда сумерки окончательно опустились на землю, Речному Племени пришлось устроится возле Заброшенного Гнезда двуногих. Холодный ветер посвистывал в ушах и сквозил в полуразрушенный домик. Все, кто поместился вовнутрь, содрогались от холодка, бегущего по шерсти. Впрочем, и все кто был снаружи — тоже. Серебряная Полосочка и Белошерсточка оказались за пределами Гнезда. Они легли под ночной тенью дубового деревца. Недавно разросшаяся ссора разделила их порознь. Они лежали спиной к спине и каждая обиженно уставилась в одну точку, осмысливая трудности и испытания, вставшие на пути родного племени. Мимо прошла Блескоглазка, ее черный лохматый Колтунишка несколько раз проскакал вокруг матери, а потом сладко зевнул, прикрывая глаза. Малыш уже утомился на таком коротком пути, что говорить о последующей дороге? — Мама, а мы вернемся домой завтра? — трепетно поинтересовался котенок, прижимаясь к черной, сливающейся с ночью лапой матери. Королева тяжело вздохнула и лизнула малыша в лоб. — Мы… вернемся. Но не завтра. — А когда же? — изумился котенок, усевшись на землю и вылизывая встопорщенную грудку. Но этот вопрос остался без ответа, что лишь заставляло замереть и гадать о будущей судьбе. Серебряная Полосочка зажмурилась и уткнулась носом в щекочущую тело траву. Она только распускалась и зеленела. Как жаль, что такой безобидный сезон Юных Листьев приносит столько несчастий. Сердце ученицы уже разрывалось от тоски по дому. И неважно, что они прошли короткое расстояние! Она уже скучала заранее. Так вот и приходилось ночевать в незнакомых землях, не ведая, вернуться ли они когда-нибудь в родной дом. Серебряную Полосочку очень волновало ее пророчество и расстраивало искреннее непонимание со стороны Белошерсточки. Почему же она не может дать мудрый совет? Как… Как мама, например? Пятноспинка сама рассказала о пророчестве и сама же не ответила, что же делать и как понять правильно. Вскоре совсем потемнело, прежние сумерки сгустились до тьмы. Среди темноты было видно лишь очертания и силуэты, издалека так сразу и не поймешь, кто идет. Вот и сейчас Серебряная Полосочка лежала и глядела на мелькающие отражения. Сна ни в одном глазу. Краем уха серебристая улавливала дыхание Белошерсточки. Но та упорно не желала заводить разговор. Возможно, уже спит, а может просто думает обо всем случившемся. Но если говорить не хочет — пускай… Кошечка увидела приближающийся к ним силуэт. В нос ударил знакомый запах. Интересно, зачем это Крапиволапик направляется в их сторону? Уж не лечь ли рядом и не поворчать назло всем? Но нет, крапчатый котик вышел ближе и его шерсть осветилась блеклой луной. Серебряная Полосочка прищурилась, разглядывая оруженосца, а затем просто равнодушно уложила голову на лапы. — Белошерсточка, — шепнул он, и белая кошечка легко оттолкнулась от бока сестры, оставив серебристую сестру лежать на месте. Вскоре шаги двух стихли, а Серебряной Полосочке было душераздирающе интересно, куда они направились, да еще и вдвоем. На Крапиволапика было все равно, но Белошерсточка пошла вместе с ним?.. И как бы она не разглядывала их очертания, вскоре на веки ученицы опустилась тяжесть и она свернулась клубочком, с еще большей обидой засыпая без привычного присутствия белой кошечки рядом.

***

Утренние весенние лучи солнца ослепили глаза. Распахнув широко очи, Серебряная Полосочка бодро подскочила и тут же сонно потянулась, с удовольствием хрустя суставами. Размявшись, ученица бегло оглянулась. Соплеменники почти все проснулись и умывались, Медогрив с Голубикой еще не вернулись, а Лунный Лучик был с Речными. Вернулся ночью, на случай всего. Серебряная Полосочка с нескрываемым удивлением уставилась на Белошерсточку. Она уже тут как тут, лежала на своем месте, но слегка поодаль. Кажется, давно проснулась и уже вылизывалась. «Хм, странно… Белошерсточка? Вылизывается? Никогда бы не подумала» Серебристая подошла к ней и прямолинейно поинтересовалась: — Чего вылизываешься? — Нужно привести себя в порядок. — отозвалась белая кошечка, ничуть не смутившись. А раньше-то — шерстинку не пригладь! Крупинки происходящего упорно не складывались, даже для мудрости и ума Серебряной Полосочки. — А вчера куда уходила? — серебристая, словно небрежно, бросала слова и демонстративно стала вылизывать лапу и не смотреть на сестру. — А ты что, следишь за мной? — вопросом на вопрос ответила та. — С Крапиволапиком? — хмыкнула Серебряная Полосочка, понимая, что пора бы уже заканчивать, но впервые ее донимало любопытство. Белошерсточка собралась с мыслями и выпалила: — Он предложил мне стать парой! Вот… У нас вчера был разговор по душам. Он признался, что я ему всегда нравилась, вот он и задирался надо мной… Серебряная Полосочка недоверчиво уставилась на кошечку и так и осела на землю. В каком смысле?! «Что-то не похоже на правду… Он же брезговал, даже когда рядом стоял!» — И что, он вправду?.. Ну, серьезно? Я… своим ушам не верю… — Эй, а ты сомневаешься? — грозно произнесла Белошерсточка, и вмиг рассмеялась.- Я теперь такая радостная, наконец то этот ворчун понял, что у нас взаимная симпатия! Ты только представь, Крапиволапик сам признался мне в любви. Серебряная Полосочка насупилась и покачала головой: — Не рано ли вам становиться парой? И ты мне никогда не говорила, что тебе он нравится! То есть, по тебе было видно…, но ты же говорила что неправда… Ох, я просто не нахожу слов. — Мы бы уже стали молодыми воителями, если бы не этот дурацкий потоп, — фыркнула Белошерсточка и выпустила когти. — Эй, а ты что, серьезно не веришь? И вообще, мало ли что я говорила! А ты, если не можешь порадоваться за сестру… То я еще больше чем ты в шоке! Начинается! Нельзя как раньше — жить спокойно и дружно? Серебристая замялась, подбирая слова: — Понимаешь, мне самой-то… некогда радоваться… у меня пророческая участь… — ей совсем не хотелось портить отношения, но как же, если неугомонная сестра начинает дерзить? Кто же, как не Серебряная Полосочка ее усмирит. — И вот не говори, что ты так же не могла подобрать слов, когда узнала о моей участи. — Да ты мне уже все уши прожужжала этой своей участью! — отмахнулась легкомысленно Белошерсточка. — Это несерьезно! «Опасаться стихии»! Глупый бред какой-то. Да и не верю я, что это Звездное Племя тебе послало знак. Вот представляешь, прямо как ты — не верю! — Как…не веришь… Так ведь я тебе не вру! — ахнула ученица. — Ты что?.. А ведь еще пообещала, что разберемся с этим в горах. — в глазах резко потемнело. Серебристая ошалело подорвалась с земли. — Знаешь, не хотела раззадоривать нашу ссору, но видимо придется! — Да прекрати ты! Разберемся мы, разберемся, только мало я верю во все эти необычайные сны. Уж очень неправдоподобно. — буркнула Белошерсточка. Опять настроение испортилось на весь день. От сестры никакой поддержки! Только осуждения. Серебряная Полосочка резко отвернулась и шагнула прочь, едва не трясясь мелкой дрожью.

***

Вскоре пришел новый предводитель племени. Медозвезд! Его новое имя племя выкрикивало с гордостью. Омраченная Серебряная Полосочка ничего не говорила. Пока все подходили и поздравляли медового предводителя, и даже сестра! Серебристая была очень зла на нее. Почему она так наплевательски относится?! Могла бы что-нибудь сказать. Кошечка не знала, как отвлечь себя от этой горестной темы. Как бы ей не хотелось развеяться и уйти от мрачных мыслей, было только хуже. Еще и идти теперь к горам, в полном одиночестве. Ведь у нее никого не осталось, кроме сестры. Неужели она этого не понимает?! Неужели не хочет в такой же ситуации, когда у нее есть только Серебряная Полосочка, — помочь и согреть теплом и заботой?! А сейчас тем более, этот скользкий Крапиволапик так не вовремя устроился! Не доверяла она ему. Что-то подозрительно неправдивый этот оруженосец. Серебряная Полосочка, конечно, не могла никак утверждать, но его предыдущее поведение и его отношение сейчас заставляло задуматься — а правда ли все это? Уж на таком фоне и пророчество теперь казалось неправдой.

***

Не было времени даже поздравить и принять нового предводителя — Медозвезда. А так же новую глашатаю — его сестру, Медолапу. Несмотря на родственные связи, Речное племя одобрило кандидатуру. Она послужит верой и правдой своему племени. Тут Серебряная Полосочка ненароком задумалась: Раньше Белошерсточка хотела быть предводительницей… Интересно, ее мечты еще в силе? И тут же ее мысли сводились, что она сама-то хотела лишь любви и семьи. Но в ее сторону вряд ли кто-то посмотрит. Вот Белошерсточку полюбил Крапиволапик, хотя полюбил — это еще сильно сказано… Хотя сам-то относился грубо. Ну вот, неужели она теперь завидует? Нет, исключено! О каких парах идет речь, когда обстоят такие дела! Это у Белошерсточки все хорошо — она хочет путешествовать и теперь пара с Крапиволапиком… Нет, все-таки, едкие сомнения закрадывались в сердце. Ну не может быть все так безоблачно! Да и сама Серебряная Полосочка не лучше — осуждает сестру. Разве можно так относится? Не стоит повторять ошибочных действий. Чтобы себя приободрить, серебристая направилась к Медозвезду, отдыхавшему в кругу старших воителей. Она потерлась носом о нос наставника, как когда-то давно, когда ее еще только посвятили в ученики. Как же это было давно… Время незаметно пролетело. И вот ее собственный наставник уже настоящий главарь! Медозвезд легко замурчал, и постарался взять себя в лапы. Он с гордостью посмотрел на серебристую кошечку. Тем временем она поздравила с новой должностью и Медолапу. Эх, сейчас бы с Белошерсточкой поговорить об их двоих наставниках — что они настоящие важные персоны племени! Сестра бы раздулась от гордости. — Так когда мы отправимся в путь? Многие перекусили тем, что принес отряд охотников. — с надеждой взглянула в глаза Медозвезда ученица. — Я сейчас хотел сделать объявление, — кивнул медовый кот. Расправив могучие плечи, предводитель одним сильным прыжком оттолкнулся от своего места и продвинулся на середину поляны, где ночевало Речное племя. — Соплеменники! Мы отправляемся в путь! Проверьте, все ли здесь и все ли услышали, то что я сейчас произнес. Воодушевившись окликом Медозвезда, воители стали вскакивать со своих мест и суетиться. Вскоре вокруг медового предводителя начали собираться вереницы котов, пока наконец все Речное Племя не было в сборе. Медолапа всполошилась, когда среди соплеменников не обнаружилось нескольких персон, но ее успокоил Медозвезд, пояснив, что отправил из них отряд для ловли дичи перед выходом. Грядущее великое путешествие должно было отнять много сил, это было ясно, как день. Потому то и нужно было прежде съесть что-либо для восстановления сил и энергии. Серебряная Полосочка подбежала к Белошерсточке. Белая кошечка молча сидела возле Медолапы и поглядывала украдкой по сторонам. Но ее прекрасные янтарные глаза были все с тем же восторгом устремлены на виднеющиеся в дали горы. В них играла такая невесомость и восхищение, что у серебристой кошечки закололо сердце. А что, если их место там — среди горного воздуха и парящих скалах? И вскоре Речное Племя двинулось в путь, когда все были в сборе. Каждый шел друг за другом, кто-то объединялся в небольшие компании и увлекал себя разговорами. А кто-то шел один. Как, например, серебристая ученица. Белошерсточка предпочла общество Крапиволапика. Они шли впереди Серебряной Полосочки, и легкая неприязнь проходила по телу кошечки. «Нет, я не могу завидовать ей. Я могу только радоваться…»

***

Целый день был потрачен на ту дорогу, то расстояние, которое пришлось пройти до самых гор. Большая часть племени утомилась, вновь стало холодно и проснулось чувство голода. А так как день близился уже к сумеркам, приходилось искать дичь по дороге и быстро, чтобы потом не остаться без всего. На небольшой перекус племя реки устроилось внизу у высокого холма, от которого открывался вид на широкие размашистые ущелья и скалистые горы. Наконец они почти достигли цели. Оставалось лишь попытаться найти способ взобраться на них. Холодные отчужденные каменные глыбы казались непреодолимой преградой на большом пути. По пути племя нашло много полевок и несколько диких птиц, которые летали медленно и даже осмеливались спуститься наземь. Отряд племенных охотников поймал столько добычи, сколько было в их силах. Серебряная Полосочка ела полевку с большим удовольствием, чувство голода утолялось с каждым кусочком. Но даже этого было мало. Большее отдавали королевам и старейшинам, конечно, это было неоспоримо. Но при этом каждый мог нарушить преграду знакомого закона племен и словить себе дичь помимо пойманной собственными лапами. «Если только какая-либо найдется, » — прибавлял предводитель. Белошерсточка уплетала по обе щеки две жирных полевки. Вторую ей принес Крапиволапик, и серебристая с удивлением заметила, что крапчатый оруженосец искренне преподносит ей свой подарок и даже мурчит от радости на ровне с белой кошечкой. Эх, дела… Странные события складывались для молодой ученицы. Она, почти воительница, и совсем без родных… и… и друзей. Так еще и много трудностей опустилось на ее хрупкие плечи. Белошерсточка всегда находила общий язык с соплеменниками, могла найти к ним подход. С ней общались даже Тучелапик и Крапинолапка. И вновь эти мрачные мысли, которые заставляли сердце сжаться. А может, она была лишь тенью своей сестры? Белоснежной красавицы с янтарными глазами и задорным смехом. Да, Серебряной Полосочкой гордились. Но гордились ее умом. Она его применяла на отработках боя, а вот хорошо словить дичь у нее бы вряд ли вышло. Да, она умная… мудрая для своего возраста…, но неужели это все, на что она способна?.. «Мне нужно меняться. Даже Тучелапик перестал со мной общаться… Нужно привлечь его внимание… Да, я изменюсь! Я изменю себя саму… и плевать на это пророчество! Белошерсточка ведь легкомысленно отнеслась? Вот и почему бы отбросить все беды и последовать ее примеру? Просто отдаться горному ветру и думать только о будущем…» Мысли перетекли из мрачных в воодушевляющие. Серебряная Полосочка приосанилась и приподняла мордочку вверх.

***

Уже в поздний вечер коты направлялись к подножию гор. Климат резко сменился на более леденящий, холодный. Некоторые даже содрогались от порывов свистящего ветра. Даже густой мех у многих Речных их не особо спасал. — Я здесь заледенею в большую глыбу раньше времени! — проворчала идущая сзади Крапинолапка. Серебряная Полосочка согласно тяжело вздохнула. Ну что, предстоял подъем? Только как быть уверенным, что не свалишься и не оступишься? Горы казались очень равнодушными. Их не сдвинешь с места, не вызовешь сострадание. Они холодные, каменные, обреченные всегда стоять на одном и том же месте и просто быть. Слишком мерзлые… Слишком ледяные… — Представить даже не могу, будь сейчас Сезон Голых Деревьев… — раздался голос Белошерсточки. К ее боку прижался Крапиволапик. Крапинолапка продвинулась вперед и оказалась на ровне с Серебряной Полосочкой. Скривившись и кивая в сторону парочки, крапчатая ученица строила кривляющиеся эмоции. — Ну и ну, когда успели соединить свои узы, — фыркнула она, глядя на серебристую, словно пытаясь услышать ответ. Но Серебряная Полосочка лишь покачала головой и пожала плечами. Сама то пятнисто-крапчатая Крапинолапка давно влюбилась в кого-то, но упорно молчала. Подозрения падали на Ежелапика, так как кошечка стала часто общаться с его сестрой Озеролапкой. Но в целом, серебристой было все равно на какую-то там Крапинолапку. Ее переживания всегда были только о родной и любимой сестре, которая при всех ссорах и раздорах оставалась все той же. Не верилось как-то, что за один день можно было идти бок о бок и крепко прижиматься друг к другу, а через некоторое время идти порознь, порой лишь переглядываясь.