Иссушенный

Редактор сонно протер глаза. Он помнил, как вместе с Ридой и Андреем направились утром к её экипажу, состоящему из двух карет, запряженных по две лошади на одну. Было два кучера и один рыцарь, видимо, подумал Редактор, для охраны. Рыцарь обладал мощной мускулатурой, прочным щитом и зачарованным железным мечом. Он ходил из стороны в сторону, поднимая тяжелыми ботинками, пыль с дороги. Когда Рида вышла из чащи, он подскочил к ней, начав активно жестикулировать и шепотом отчитывать за что-то. Девушка в ответ лишь косо посмотрела на него, оттолкнув в сторону. Положив Абстраксиса в карету к Риде, Редактор остался со смутным беспокойством. Казалось, ему должно быть плевать на подобное, ведь произошло это с совершенно незнакомым ему ранее человеком. Но фраза, которую вдруг произнес Андрей за вчерашним разговором, оставляла след в восприятии Абстраксиса, как человека. «Серега вообще-то человек слова. Если и пообещал, то все ведет до конца, даже если будет жертвовать чем-то своим. Однажды, он даже прыгнул перед машиной, закрыв собой маленькую девочку. Потом ещё месяц лежал, не мог шевелиться от боли по всему телу. Возможно, поэтому он и до последнего старался выиграть эту дуэль.» — так он сказал. Редактор думал, вслушиваясь в размеренный цокот копыт, скрип колес кареты, удары об встреченные камни, когда всю карету солидно встряхивало, но она продолжала движение, не смотря ни на какие толчки. Редактор по сути своей был такой же каретой — вечно движущейся куда-то, никогда не останавливающийся на пути и лишь иногда позволяющий себе остановиться на отдых. Только он хотел погрузиться в воспоминания, как рядом заговорил Нинтендо, откусывая яблоко. — Редактор, а расскажи о себе. Судя по тому, как ты себя ведешь, ты уже опытный игрок, никак не новичок. Да и оружие у тебя было мощное…пока его не сломали. Извини, наверное, на больное надавил. Парень скривился, но был рад, что ему не придется делить тоску ностальгии в одиночку. Только это пока и держало его с этими двумя, один интереснее другого. Это веселее, чем просто скитаться от одного города к другому в поисках легендарных заданий от неписи. История Редактора началась по меркам этого мира три года назад. Юноша очнулся в центре неизвестного ему города в окружении людей с испуганными лицами. Он не понимал, что происходит, почему на него смотрят с таким праведным ужасом в глазах. Покосившись на свои ноги, парень обнаружил, что всего его тело испачкано свежей, обжигающе-горячей кровью. В дрожащей руке он держал кинжал из кости скелета, тоже замаранный кровью. Юноша оступился, сделав шаг назад. Но тут же споткнулся обо что-то твердое и упал на спину. Под ним лежал свежий труп человека. Редактор закричал от пронзившего его страха, выронив нож и отскочив в сторону. Вся площадь, на которой он стоял, была усеяна трупами стражников с ровно перерезанными глотками. Броня была разбита всмятку, кое-где даже отвалились цельные куски. Парня, только очнувшегося, будто парализовало, он не знал, что происходит, не понимал, что он сделал и почему. А тем временем народ понял, что убийца по какой-то причине начал трусить, и на него накинулись десяток горожан, избивая, чем попало — камнями с земли, кусками брони, ногами, руками — всем. Потом бессмысленную бойню остановил влетевший на площадь рыцарь на коне. Он подскакал к парню, смерив его презрительным взглядом. Редактор лежал на боку, согнувшись пополам от боли и плача. Его поразила эта ненависть в его сторону, он не мог даже нормально мыслить. Рыцарь слез с коня, взял парня на плечо и закинул на коня. Затем так же стремительно умчался с площади, не дав вспылившим жителям сказать ни слова. Он отвез его вон из деревни, оставил у дороги, усадив у дерева. Оставил кусок хлеба и умчался в сторону столицы, так ничего и не сказав. А Редактор просто сидел, глядя пустым взглядом на черствую буханку — только такие куски теперь и можно было найти в магазинах. Он уже не осознавал ничего — вокруг него был обычный лес, обычная дорога, обычный запах пыли. Его не волновало, что надо прятаться от наступающей темноты, ведь монстры могут его убить. Нет, наоборот, он ХОТЕЛ умереть. Он не хотел больше испытывать эту боль во всем теле, не хотел быть куклой в руках агрессивной толпы. Слезы снова невольно хлынули из его глаз, и парень поджал к телу ноги, уткнувшись лицом в колени. Каждую его кость будто пронзала стрела, но он не мог остановиться от плача и продолжал резать ногтями кожу на руках, лишь бы болью заглушить другую. В таком состоянии его нашел проходивший мимо путешественник на осле. Он вез вещи в город на продажу и решил свернуть по этой дороге. Видимо, это была судьба. Непися звали Кардифф. Он попытался успокоить медленно сходившего с ума подростка, потратил на него личный запас зелий, чтобы залечить все синяки и разорванные куски кожи на запястьях. Отпустить его в таком состоянии, Кардифф не решался, привязал лошадь к дереву, развел костер. Затем усадил ничего не распознающего парня перед огнем, укрыл своей курткой, так как на самом Редакторе осталась лишь разорванная и испачканная в крови рубашка и штаны до щиколоток, которые находились в том же состоянии. Кардиффу хотелось узнать кто он, откуда и почему весь в крови, почему сидел под деревом на этой забытой Божествами дороге, но понимал, что паренек сейчас не в себе. Так они и уснули. На следующее утро, Кардифф обнаружил Редактора сидящим на самой низкой ветке дуба и глядящего перед собой пустым взглядом. Не смотря на абсолютную беспомощность, выглядел паренек уже лучше, поэтому путешественник решил взять его с собой в город и показать местному лекарю. Лекарь честно осмотрел пациента, попробовал говорить. Но, оставив парня в кабинете, а сам выйдя к Кардиффу, тот лишь пожал плечами и произнес. — У него помутнел рассудок. Простите, достопочтенный, но у меня нет средств для лечения подобных случаев. Я обработал его раны окончательно, вы правильно поступили, дав ему зелья мгновенного восстановления, но этого недостаточно для разума. Может он и придет в себя, но шансы низки. Кардифф это отлично понимал, принимая решение оставить его с собой и попробовать привести в порядок. Так они и отправились по делам в старый город Лоренсию, что на севере от столицы… Редактора прервали нарастающий скрип и шорох, а затем и толчок. Кое-как удержавшись в сидении, он посмотрел в окно, отодвинув штору. Они остановились в каком-то дворике с небольшим мраморным фонтаном, в котором плескалась блестящая и серебристая вода. «Мы… в поместье?..» — задал сам себе вопрос Редактор, задумчиво осматривая дорогу, ведущую к какому-то огромному зданию из желтого кирпича с множеством кварцевых колон. Вдоль неё тянулись ряды изумрудных декоративных кустов с различными формами — зверей, деревьев, цветков-переростков и прочих. Выйдя из кареты, он столкнулся взглядом с Абстраксисом, который подавал руку Риде. Судя по всему, они приехали в именно её поместье или её знакомых, потому что Редактор отчетливо понял со слов Андрея, что они новички и даже не успели ознакомиться с основными правилами. Сергей выглядел лучше, по сравнению с тем, когда он видел его в последний раз — когда затаскивал в карету Риды. Девушка казалась обеспокоенной чем-то, но держалась гордо и с какой-то ноткой гордости в походке. Вдвоем они подошли к Редактору и Андрею. — Серег! Чел, ты чего! Заставил меня понервничать, а! — довольно выкрикнул Андрей, обняв товарища. — Кхм, я прошу прощения, — подал голос Редактор, которого раздражала подобная сцена «воссоединения», — но вы все ещё не наедине, голубки. — Придурок! — воскликнул Андрей, отскочив от друга, — ты кого геем назвал?! — он схватил мага за воротник. Тот победно улыбнулся — он задел за больную тему для шуток. — Уж извини, но голубая кровь меня не интересует. — Ах ты сопляк!.. — начал Нинтендо, замахиваясь, но Абстраксис положил руку ему на плечо, спокойно ответив Редактору. — Редактор, проигрывай с достоинством и не опускайся до примитивных оскорблений, а то противно становится от такого зрелища. Маг опешил, замерев с полуоткрытым ртом. Рида напряженно переводила взгляд с него на Абстраксиса и обратно. Наконец Редактор нахально ухмыльнулся и самодовольно произнес: — Убедил. — А где мы все-таки находимся?.. — поинтересовался Андрей, отпуская обнаглевшего парня. Рида смущенно улыбнулась. — Это мое поместье. Не очень люблю большие особняки, но Король поручил выделить. — Сам Король?! — подавился Нинтендо, ошеломленно посмотрев на девушку, — да кто ты такая?! — Я же сказала вроде как… — зарделась Рида, отведя взгляд в сторону, — столичный священник, не более… — Ясно, — кивнул Редактор, задумчиво окинув взглядом кованый забор вокруг поместья, — Король любит своих близких помощников, не так ли? — Даже слишком, — буркнул Абстраксис, Рида напряженно рассмеялась. Они молча пошли за ней по той самой дорожке, которую осматривал Редактор из окна. Подобное он видел пару месяцев назад, когда прибыл в культурную столицу, Росфел, что западнее основной столицы, всего-то пару дней пути верхом. Но Редактор, совершенно без денег, шел пешком порядком недели, при том часто останавливался, чтобы перевести дух и попить воды из ручьев. Они подошли к дверям особняка, и Рида вышла вперед, толкнув их. Те со скрипом, будто с недовольством, открылись, пропуская компанию внутрь. Абстраксис постоянно хмурился, будто ему было не по себе, подобным образом вел себя и Андрей. Редактор же даже не пытался скрывать свое подозрение, косясь на все подряд. — Кое-кто после того, как я сообщила о вашем приезде сюда, захотел с вами поговорить. — И кто же? Рида на минуту замолчала, замерев посреди лестницы. Затем развернулась и зачем-то поклонилась. Редактор опешил на секунду, пытаясь прочесть на лицах остальных что они об этом думают, но те спокойно, но удивленно выгнули бровь. Такой реакции, маг явно не ожидал. — Надо было вас предупредить. С Абстраксисом соизволил встретиться сам Король. Лично. Теперь уже Сергей вздрогнул, нахмурившись. И Редактор понимал почему — он же только новичок, а с ним происходят такие дела. Маг сокрушительно покачал головой, отвернув взгляд в сторону. — Король это еще ладно, — наконец выдал Абстраксис, беззаботно пожав плечами, — вот с монстрами я ещё не готов встречаться. Редактора и Риду одновременно, будто током прошибло, вздрогнули, ошеломленно уставившись на парня. Король был неписью, которого по законам самих неписей, все уважали и трепетали в страхе. Но Абстраксис был бессмертным, поэтому и реакция его была слабоватой. Он спокойно продолжил движение по лестнице. Когда прошел мимо оцепеневшей Риды наконец подал голос. — Так что? Где Его Величество будет восседать? Надеюсь, что не в кладовке, а то там грязно по любому… — Второй этаж, комната 101… — на автомате пискнула изумленная девушка, а затем мотнула головой и, схватив Редактора за запястье, потянула следом за Абстраксисом. На лестнице остался стоять лишь Андрей, не понявший, что произошло. Абстраксис стянул на ходу с себя свою разорванную в некоторых местах куртку, закинув её на плечо. На лице бродила уверенная улыбка, так и говорившая «да плевать я хотел на Королей». Рывком толкнув дверь в комнату 101, он поморщился от света, неожиданно ударившего в глаза. А когда постепенно открыл глаза увидел, что к его горлу приставлены два скрещенных меча. Обладателями, нет, обладательницами этих мечей были две девушки, которые были ниже Абстраксиса на голову. Холодным взглядом своих серых глаз они сверлили лицо осмелевшего так беззаботно войти в комнату с Его Величеством. Рида, стоящая позади вместе с Редактором, обессилено глотала ртом воздух — она явно была поражена происходящим, да и Редактор не особо понимал, что вообще твориться. Он часто моргал, пока наконец не наклонил голову набок и не встретился взглядом с Королем. Он сидел в голове длинного обеденного стола, облаченный в королевскую мантию из красного бархата, на голову как влитая сидела золотая корона с голубыми и красными камнями. Король поднял руку, крикнув девушкам. — Эйри, Айри, вольно. Стражницы послушно кивнули, не хотя отведя своим мечи в сторону и грациозно спрятав их в ножны за поясом. Абстраксис все это время нагло ухмылялся Королю, будто встретил старого друга, а не всеми известную непись сервера. — Присаживайтесь, — коротко произнес он, показав рукой на стулья. Абстраксис молча кивнул, направляясь в сторону стола. Рида и Редактор засеменили следом. Итак за столом сидели четверо — Король в голове, Сергей справа от него, и Рида с Редактором слева. — Итак, Ваше Высочество, что вы хотели от меня? Я всего-то обычный бессмертный… — Не вешай мне лапшу на уши, сопляк, — грубо отдернул его Король, — ты Иссушенный. А значит, в твоих корнях есть кровь Божеств. Рида покраснела, отведя взгляд в сторону, когда Абстраксис в шоке обернулся к ней, молча сверля взглядом. — Не знаю о чем вы… — Я сказал не вешать! — рявкнул Король, ударив ладонью по столу, Абстраксис покорно замолчал. Ему не хотелось портить отношения с Королем при первой же встрече. — Что вы от меня хотите, если так? — наконец выдал Сергей, хмурясь все сильнее. Его нервы тоже не железные. — Ты опасен для нас. И поэтому я ограничиваю твою свободу де… — Король не договорил. Абстраксиса будто с цепи сорвало. Он вскочил со стула, вцепившись руками в стол. Скрипнув зубами, он с жадным удовольствием смотрел, как по его рукам растекается чернь. Его Высочество вскочило, обнажая меч, следом это проделали и стражницы. Рида обеспокоено подняла Редактора, оттащив его подальше от стола. Когда столешница была поглощена чернотой наполовину, по центру прошлась трещина с сухим треском. Половина стола разломилась в щепки. Король ошеломленно смотрел, как Абстраксис поднимает с пола оставшуюся целой ножку стола и направляет её на Его Высочество. — Король, как насчет дуэли. Здесь и сейчас. Если я выигрываю, вы оставляете все как есть и принимаете меня на работу к вам в качестве слуги. Если я проигрываю, то вы лишаете меня ВСЕЙ свободы, а не частично. Также лучше для нас обоих, не правда ли? Его Высочество нахмурилось, расстегивая мантию. Скинув её с плеч, он отложил корону на стул и встал в боевую стойку. — Я принимаю твой вызов. Айри, дай ему свой меч. Девушка с розовыми волосами возмущенно пискнула, но таки протянула свои ножны. Вытащив ножны, Абстраксис небрежно кинул их обратно Айри, замахиваясь. Он закрыл глаза. Сердце отбивало привычный ритм, не загрязненный Иссушением. Он не хотел, чтобы эта гадость завладевала им. Но также он понимал, что не победит Короля просто так. Мужчина с пронзительным боевым выкриком кинулся на парня, замахиваясь. Сердце пропустило удар. Абстраксис распахнул глаза, белки которых почернели, а зрачки с желтых стали белоснежными. Отойдя назад, Сергей нанес диагональный удар. Мечи коротко звякнули, скрестившись. — Что с твоими глазами, уродец? — не забыл подстегнуть соперника Король, но Абстраксис молча разорвал дистанцию и отвел меч назад. Вокруг него начал клубиться черный дым, как тогда в битве с Редактором. И он это отлично понимал. Схватив вилку со стола, маг кинулся к Абстраксису, выскочив перед ним и Королем, и вонзил вилку ему в грудь. Иссушенный вскрикнул, обронив от неожиданной боли меч. Упав на колени, он вырвал из груди прибор и схватился за неё. Из раны повалил серый дым, смешавшийся с черным. Новообразованный из черного и серого, дым разлетелся вокруг и вскоре испарился. Но удар нельзя было остановить — меч Короля полоснул по спине Редактора, пустив волну алой крови. В глазах мага помутнело, он упал лицом вниз и замер, без движений. Напоследок он услышал женский вскрик позади себя. Открыв глаза, он обнаружил себя стоящего на палубе корабля с мечом в руках. Единственный оставшийся в живых капитан стоял к нему спиной к спине с таким же мечом. Редактор отлично помнил этот момент своей жизни — по его вине погиб весь экипаж, выжил лишь он. Из воды выскочил очередной Морской Страж, но Редактор подскочил к нему, разрубив монстра пополам. Следом выскочило ещё двое, но уже с обоих сторон. Одного маг без проблем пронзил в единственный глаз, а второго заморозил магией льда. Морские стражи представляли из себя иглобрюхов переростком с одни единственным, растянувшимся на все лицо глазом с рыжеватой роговицей. Все их лазурного цвета тело покрыто острыми шипами с парализующим ядом, а луч света, который издавал их глаз в случае опасной ситуации, при попадании в лоб, заставлял жертву прыгать в воду к другим Стражам и оказаться разорванным на куски. Поэтому их так и боялись морские путешественники в своих плаваньях. Капитан пронзительно вскрикнул и затих. Теперь навсегда. Редактор развернулся в тот самый момент, когда старик сделал шаг за борт. Услышав бульк воды, сердце парня сжалось от досады и ненависти к себе, что он не смог уберечь и того. Вдруг прямо перед ним в лицо ударила вода, а на него запрыгнул Страж. Иглы вонзились в тело, заставляя конечности неметь от яда. Редактор зажмурился, понимая, что ему конец. И вдруг все звуки стихли — пропал свист, который издавали Стражи, пропал шум ветра в ушах и удары волн об борт. Он вспомнил, почему начинал вспоминать всё это. Редактор умирал, Король сделал глубокое отверстие в его спине. Он явственно помнил, как спину обожгло, будто лавой, как он упал без сознания в небытие, как спас Короля от силы Абстраксиса. Маг помнил всё, но, увы, уже не вспомнит. Кое-что Редактор утаил от друзей. На самом деле, парень был неписью, то есть его смерть будет окончательной. Сознание Редактора медленно затухало, гулким эхом отдавался каждый, уходящий удар сердца. Парень не боялся смерти, он давно смирился и желал её. Покончить с собой у него не хватало смелости, но пасть в бою, защитив самого Короля — было достойной смертью. И когда Редактор был готов встретить костлявую, его окликнул голос, заставив сознание снова вспыхнуть, а сердце забиться чаще…