Реконсиляция

      — Какого черта?       Телефон в ладони Кеньи словно пылал, беспрерывно вибрируя и трезвоня нескончаемой трелью. Из-за белого шума, черно-белыми полосками бегающего по экрану, прочитать, что написано, было трудно, но это имя он узнал бы из тысячи. Сатору Фуджинума. Он услышал, как Савада поднялся со своего кресла и, подойдя к нему, заглянул через плечо. Нахмурившись, репортер молча рассматривал мигающий экран. Яркие блики переливались светом в стеклышках его очков.       — Есть какие-нибудь предположения, что это может быть? — нарушил затянувшееся молчание Кенья, переведя взгляд на своего коллегу.       Савада кивнул, скрестив руки на груди и опираясь на спинку дивана.       — Сначала я подумал, что это криптография — то же самое шифрование, однако крайне сомневаюсь, что Сатору способен на нечто подобное, — ответил он. Кенья был с ним согласен. Тот инцидент с кофемашиной еще свеж в его памяти. Даже если у Сатору было все необходимое, чтобы отправить им зашифрованное сообщение, Кенья не был особо уверен, что его молодой человек обладает достаточными техническими знаниями на этот счет.       — Ты пытался открыть его? — спросил Савада.       Кенья покачал головой:       — Пока нет.       Он нажал на кнопку подтверждения и молча наблюдал, как дрожащие полосы разорвали маленький экран мобильного напополам, медленно погасая. Казалось, что перегревшегося телефона на что-то большее уже попросту не хватит, как вдруг на дисплее всплыли слова полученного сообщения. Иероглифы быстро появлялись и исчезали, периодически меняясь, расплываясь на пиксели и шум. Кенья прищурился, пытаясь разобрать хоть что-нибудь, но слова с такой скоростью сменяли друг друга, что у него просто не хватало времени не только чтобы сложить их в предложение, но и просто прочитать.       Не поворачиваясь к своему наставнику, он проговорил:       — Вы не могли бы взять какой-нибудь листок бумаги со стола?       Ничего не ответив, Савада подошел к своему рабочему месту, взял блокнот с ручкой и вернулся к Кенье. Присев рядом, мужчина склонился над маленьким столиком.       — Называй мне все слова, которые получится прочесть.       Это был очень медленный и кропотливый процесс. Кенья полностью сосредоточился на том, чтобы не упустить из виду ни одного иероглифа. Как только получалось разобрать хоть один символ, он тут же диктовал его Саваде, который записывал все в блокнот. Слова получались бессвязными и совершенно хаотичными; мужчинам приходилось по нескольку раз возвращаться к предыдущим символам и менять их значения, особенно если использовалось кандзи. Задачка была явно не из легких, и, когда они закончили, первые лучи нового солнца уже тайком пробирались сквозь жалюзи, а на маленьком столике валялось несколько пустых бумажных стаканчиков из-под кофе.       Блондин потер уставшие глаза, откладывая мобильник в сторону.       — И что у нас получилось?       Савада глубоко вздохнул, хмуро посмотрев на исписанные иероглифами листки. Кенья со своего места видел, как много слов и предложений было нацарапано черной гелиевой ручкой на белых страницах блокнота.       — Я не совсем уверен, правильно ли мы все поняли или же нет, — произнес репортер, скептично оглядывая проделанную им работу. Он молча передал Кенье один вырванный из его записной книжки листок и кончиком ручки указал на четыре короткие фразы, вокруг которых были разбросаны несколько десятков черных иероглифов.       «Яширо везет меня в Ишикари. Это недалеко от той реки, где он пытался убить меня. Ты ни в чем не виноват. Я люблю тебя».       Грудную клетку болезненно сдавило, воздуха неожиданно стало не хватать. Подушечками пальцев Кенья пробежался по получившимся словам.       — Сатору… — выдохнул он; голос охрип. Предложения были короткими и немногословными, но и этого ему было достаточно. Сатору похитили около двенадцати часов назад, однако его отсутствие уже казалось Кенье просто невыносимым. А эти крохотные фразы вновь привязали их красной лентой друг к другу. И не важно, какое расстояние их теперь разделяло. Тепло часто бьющегося в груди сердца стремительно разливалось по всему телу. Он сглотнул, перечитывая сообщение Сатору снова и снова, чувствуя, как медленно уверенность расползалась под кожей вдоль тоненьких голубых венок.       Голос Савады громом раздался в пронизанном тишиной офисе:       — Пока что мы не знаем ничего наверняка.       Кенья неверяще посмотрел на него, сморгнув жгучую влагу, что собралась в уголках его карих глаз.       — Что?       — Нет никаких доказательств, что это сообщение написал именно Сатору, — ответил репортер, опираясь локтями о колени. — Точно мы знаем лишь то, что в три часа ночи его телефон оказался у Яширо, а сам Сатору был без сознания. Мы попросту не можем быть уверены, кто послал нам это сообщение.       Кенья выпрямился.       — Вы думаете, это ловушка.       — Мне кажется, что такое вполне возможно, — учтиво поправил его мужчина. Он откинулся на спинку дивана, снимая очки и потирая чуть покрасневшую переносицу. — Я отчетливо вижу, что ты с этим абсолютно не согласен.       Кенья потянулся за листком и развернул его перед репортером.       — Да, может быть, Яширо специально хочет заманить нас в Ишикари, — кивнул он, указывая на одно из предложений. — А может, чтобы обмануть, написал «я люблю тебя». Но это… — он провел тонкую линию под следующей фразой. — Какой ему будет толк от попытки облегчить мою вину? Разве он не желает обратного?       И звучат эти слова так, будто их вслух произнес сам Сатору. Только он мог думать в такой момент о Кенье, отчего по сердцу блондина будто полоснули остро заточенным лезвием. Он пообещал защитить его, остерегаться Яширо — и снова потерпел полный провал. Да, Кенья давно вырос, но все равно считал себя ничуть не умнее или лучше, чем когда ему было одиннадцать. Он все так же беспомощен, бессильно наблюдая, как Сатору, точно прозрачная вода, проскальзывал сквозь пальцы, уносясь с потоком реки куда-то очень далеко. И все же его любимый сказал, что здесь нет его вины. В любую другую секунду это могло помочь, но сейчас Кенья находился на самой грани. Еще чуть-чуть, и истерика снова настигнет его, как это случилось пару часов назад в полицейском участке.       Савада понимающе кивнул.       — Это лишь догадки, Кобаяши. Но я уважаю твою точку зрения. Это действительно необычно, — задумчиво произнес он, потянувшись за кофейником и парой стаканчиков. — Вот только позволь задать тебе один вопрос.       Кенья с благодарностью принял напиток и сделал глоток.       — Конечно.       — Если ты прав и сообщение впрямь написал Сатору, то остается один не разрешенный вопрос: откуда он узнал, куда именно везет его Яширо? — журналист перевел взгляд на наручные часы. — Раз Яширо отвез его в Ишикари, значит они только-только приехали туда. Он не мог собственными глазами убедиться в том, что это на самом деле Ишикари, да и вдобавок отправить тебе сообщение.       Ладони сильнее сжались вокруг стаканчика, и Кенья посмотрел на свое отражение в темном напитке.       — Значит, об этом ему сказал Яширо.       — Точно, — хмыкнул Савада, одним глотком допивая свой кофе. — Вопрос не в том, можем ли мы доверять Сатору, а в том, насколько достоверной является эта информация.       Верно. Кенья провел ладонью по лицу и раздраженно выдохнул.       — Но игнорировать ее мы не можем в любом случае.       — А я об этом и не говорил, — Савада вернулся к столу, сел на свое кресло и придвинулся к компьютеру. — Нам просто нужно найти какое-нибудь подтверждение. Что-то, что укажет, насколько правдива полученная информация.       Кенья тоже потянулся к своему ноутбуку.       — То, что докажет, правда ли Яширо повез их в Ишикари.       — Правильно, — кивнул мужчина. — По крайней мере, нам теперь есть с чего начать. Я просматривал многие политические отчеты и доклады о Нишизоно. В них перечисляются различные конфликты интересов, его расходы и заявления, что он выдвигал, когда еще служил в политической сфере. Надеюсь, что-нибудь из всего этого окажется полезным.       Блондин взглянул на время в уголке небольшого экрана.       — Телефонная компания открывается через десять минут, — оповестил он. — Они должны хотя бы подсказать, в какую сторону нужно двигаться.       Он сделал звонок, как только часы показали ровно девять. Нетерпеливо барабаня пальцами по колену, он ждал, пока кто-нибудь на том конце провода наконец поднимет трубку. Казалось, когда ему ответили, прошло куда больше времени чем на самом деле. Делать вид, что он — хозяин украденного мобильного, было совсем не трудно. Кенья с легкостью отвечал на вопросы безопасности, уперев взгляд в спину своего коллеги.       — Жду ответа, — сказал он. — Прямо сейчас они отслеживают их последнее местоположение.       Репортер вздохнул и потянулся, а затем посмотрел на него в ответ.       — Хорошо. Здесь тоже есть кое-что, и я хочу, чтобы ты на это посмотрел.       Кенья было открыл рот, чтобы спросить, что же это, но его прервал голос секретарши, неожиданно зазвучавший в динамике:       — Г-н Фуджинума?       — Да?       — Мы отследили, откуда и во сколько был произведен звонок с потерянного телефона. Последняя активность устройства была примерно… Секундочку… В 3:13 ночи. Префектура Аомори.       — Аомори? — переспросил он, глядя на Саваду. Кенья заметил, как в бесстрастных глазах мужчины загорелась яркая искра и он подался вперед, задумчиво сжав пальцами подбородок.       — Да, — подтвердила женщина. — Если конкретно, то ближайшая мобильная башня располагается в поселке Ома.       — Ома, Аомори, — повторил за ней блондин. — Отлично, спасибо большое.       Он с хлопком закрыл крышку телефона.       В тот же момент Савада озвучил свои мысли:       — Ома — чрезвычайно маленький городок, — он заглянул Кенье в глаза. — Единственное, чем он славится, так это то, что это место — самая крайняя точка на севере Хонсю. Если кто-то соберется пересекать канал в сторону Хоккайдо на катере или пароме…       Кенья сразу же понял, к чему тот ведет.       — Его телефон свяжется непосредственно с башней в Ома.       Савада кивнул.       — Еще один положительный пункт в пользу Ишикари.       Блондин почувствовал, как от внезапного прилива энергии его тело чуть ли не плавилось. Он поднялся со своего места и, размяв порядком затекшую спину, подошел к столу главы офиса.       — Что вы хотели показать мне?       — И правда, — репортер развернулся к монитору. Кенья заглянул ему за плечо, увидев, как множество вкладок заполонили собой весь экран. Все они выглядели схоже, за исключением дат и одного и того же имени. «Нишизоно Манабу». В основном это были огромные перечни затрат, расходов и встреч, которые тому пришлось раскрыть.       — Я начал с новых и шел к более старым, — пояснил Савада, закрывая ненужные страницы. — Ничего особенного не было, пока я не наткнулся на это.       Он кликнул на одну из записей. В тот же миг Кенья понял, насколько сильно она отличалась от всех предыдущих вкладок. Старая, она была написана от руки, и только спустя несколько лет ее отсканировали. Дата документа лишь подтвердила его догадку: февраль 1994-го. Почти десять лет назад. Он не сразу заметил, что именно так привлекло Саваду, поэтому мужчина, указал курсором на одну из строчек.       — Вот здесь.       Кенья наклонился ближе, пытаясь разобрать мелкий почерк, и его брови тут же удивленно приподнялись.       — Международная поездка?       — Да, — согласился Савада. — Судя по очеркам, он действительно бывал в Сингапуре. Полагаю, это не так уж и подозрительно, однако с тех пор он ни разу не покидал страну. Да и не похож он на человека, что будет путешествовать в свое удовольствие.       Что-то щелкнуло в голове Кеньи, и он тут же пробежался глазами по всему докладу.       — Вы сказали Сингапур, да?       Савада обернулся к нему.       — Это что-то значит для тебя, Кобаяши?       — «Налоговое убежище», — ответил он. — Популярное место для создания оффшорных подставных компаний.       Однажды на суде ему уже приходилось защищать мужчину, который был пойман за неуплату налогов путем скрытия своих активов в сингапурских счетах. Почти все эти компании — пустышки. У них есть только названия, а технически они принадлежат третьей стороне, которая принимает заказы от человека, создавшего вот такой счет. Если Яширо летал в Сингапур, то, скорее всего, именно по этой причине — создать организацию, в которую будут ка́пать его денежки, но которая, по сути, не будет иметь к нему никакого отношения.       — Если он владеет такой компанией, становится понятно, почему мы не можем обнаружить ни одну жилплощадь, зарегистрированную на его имя. Вероятно, она принадлежит одной из созданных им корпораций.       — Это значительно упрощает дело, — проговорил Савада, открывая страничку браузера. — Ишикари ведет реестр собственности в префектуре. Имена лиц он, конечно, не скажет, однако, если недвижимостью владеет какая-то компания, ее название точно должно быть в списке.       Кенья начал нервно отмерять шаги по маленькому офису, ощущая, как адреналин забурлил в жилах.       — У нас нет названия его фирмы, но сами подумайте, скольким компаниям вздумается иметь жилую недвижимость в таком невзрачном городе, как Ишикари?       — Ты прав, — сказал Савада, поднимаясь со своего места и указывая на журнальный столик. — Помоги мне перенести его.       Они передвинули стол к стене. Туда же отправился маленький кожаный диванчик. После того, как место в кабинете освободилось, репортер подошел к одному из стеллажей. Пальцами он пробежался по корешкам дюжины книжек и документов, прежде чем вытащить сложенную в несколько раз карту. Развернув ее, он отошел на шаг, и в считанные секунды у ног Кеньи распростерся знакомый план города.       Савада схватил со своего стола маркер, линейку и циркуль и присел на корточки перед картой. Кенья опустился на колени рядом с ним.       — Вот, — произнес он, отмечая большим крестом конкретное место на плане. — Именно здесь состоялось покушение на жизнь Сатору пятнадцать лет назад.       Кенья осмотрел окружающую этот мост местность. Рядом с ним было не так уж и много жилых домов, но откуда им знать, на каком расстоянии от реки они должны располагаться. Может быть, в пяти минутах от нее, а может, и в получасе.       — Насколько велика должна быть площадь наших поисков?       Мужчина задумчиво хмыкнул.       — Двадцать километров?       Блондин взял линейку и циркуль, быстро отмеряя двадцать километров от места преступления. Затем провел окружность, установив циркуль на злополучном мосте. Кенья отложил инструменты в сторону и посмотрел на обозначенную им область. Если повезет, Сатору действительно должен находиться где-то внутри этого круга. Он указал на маленькие дома, изображенные на плане маленькими квадратиками.       — Теперь нам нужно проверить каждый дом на этой территории на принадлежность к какой-либо корпорации.       Савада согласно кивнул.       — Начнем с тех, что находятся ближе всего к мосту, — сказал он, глядя на черный крест. — Будем идти по порядку. Если ничего не обнаружим, расширим территорию поисков.       — Я начну с востока, — предложил Кенья, проводя линию вправо от центра. — Тогда вы двигайтесь на запад.       Журналист снова кивнул. На секунду могло показаться, что он собирается подняться и вернуться к своему столу, но почему-то остановился. Вместо этого мужчина хлопнул адвоката твердой ладонью по плечу. Кенья поднял на него свои карие глаза и встретился с двумя темными, почти черными. Его наставнику понадобилось несколько секунд, чтобы подобрать нужные слова, но когда он произнес их, прозвучали они уверенно и решительно:       — Мы найдем его, Кобаяши.       — Да, — прошептал Кенья, снова переведя взгляд на круг на карте. — Обязательно.       Пожалуйста, дождись нас, Сатору.