Глава 9. Сильных духом не сломить
7 июля 2016 г., 05:51
пятое октября 1940 года.
— Стив, ну что у тебя там? Ты действительно познакомился с кем-то и теперь ведёшь любовную переписку? Слушай, а ты случаем не знаешь, как перестать хотеть зазнакомить тебя с какой-нибудь девчонкой? Я тут, между прочим, из кожи вон лезу, а ты, оказывается… уже романы вовсю крутишь. По письмам. Всё же Джек оказался таким… каким я и думал, но ты? Ты меня удивляешь, дружище, — речь Барнса напоминала пулемётную очередь ─ так быстро он говорил, стараясь не отводить взгляда от Стива, и хоть его губы тянуло в усмешке, он, судя по всему, говорил вполне серьёзно. — Да ты вообще с ума сошёл? Что ты за глупости говоришь, и, вообще, это не Джек, а… неважно, — Роджерс уже не знал, куда деть смущение, отражавшееся яркими пятнами на щеках. — Не кручу я никакие романы, это просто один человек, он поселился в квартире Джека, когда того призвали на фронт, — он спрятал письмо в нагрудный карман куртки, надеясь, что у Баки хватит совести не полезть туда. — А я всё голову ломаю над тем, почему тебе не нравится ни одна девчонка, вот, оказывается, в чём дело, — Джеймс проигнорировал все попытки Стива оправдать себя, впрочем, так было всегда. — Давно ты стал общаться с какими-то незнакомцами? Малыш Стив вырос? — на его губы легла добродушная улыбка, но было не понять: шутит он снова или говорит серьёзно. — Баки! — Стивен гневно сверкнул глазами. — Ничего я не… Ничего такого! Это просто человек, который ответил на моё письмо и был достаточно добр, чтобы рассказать мне последние новости, не придумывай себе ничего такого! Признаться, Роджерсу уже не терпелось открыть письмо, ведь если Тони ему написал, значит, быть может, он узнает его историю, а это было более, чем любопытно. Вот только друг решительно не хотел оставлять его в покое, и Стива это начинало понемногу выводить из себя. — Стив… ну что ты ерепенишься, — усмехнулся Баки и погладил Роджерса по плечу, затем он совершил обманный манёвр и, перехватив его за запястья левой рукой, правой полез во внутренний карман тоненькой курточки, совершенно не замечая недовольного шипения. — Интересно, что он там тебе пишет? А ты что ему? — он сильнее сдавил его руки, не причиняя боли, но давая понять, что отступать не собирается, и ухватился за край конверта. — А ну отпусти! — Роджерс попытался вывернуться и сделать всё, чтобы письмо не попало к наглому другу. — Перестань, это… личное. Ничего такого, что ты там себе напридумывал, но личное, — он ещё сильнее начал выворачиваться из цепких пальцев, оберегая письмо как нечто очень важное, сам не зная почему. Джеймс сильнее сжал конверт и потянул его на себя. Он будто бы не слышал того, что говорит Стив. Когда письмо было у него в руке, он прижал Стива к стене и, всё ещё не выпуская его запястья из хватки, надкусил край конверта, разрывая бумагу зубами. — Так-так… — выдохнул он, пытаясь достать сам лист. — НЕТ! — уже закричал Роджерс, пылая гневом. — Не смей! Это моё! Перестань! — он дёрнулся, но куда уж ему было справиться с сильным и мускулистым Барнсом. Моргнув, Баки заглянул Стиву в глаза и поджал губы, выпуская его и отодвигаясь. Щёки, судя по всему из-за досады, заалели, а во взгляде появилась вина. — Прости, — он одёрнул на нём куртку и протянул письмо. — Это было очень глупо с моей стороны, я хотел пошутить… А вышло то, что вышло. — Не делай больше так, — Стивен забрал письмо и снова запихнул его в карман куртки. — Я пойду домой, — он нахмурился и, развернувшись, побрёл по улице в сторону дома. Ему совсем не понравилось то, как Баки поступил, но друг часто мог заиграться, это было, скорее, в его характере, но Роджерс так и не привык к этому. — Мы встретимся завтра? — спросил Джеймс, догнав его в два шага, и осторожно потянул за рукав, разворачивая лицом к себе. — Да, встретимся, — пробормотал Стивен, всё ещё злясь на него. — Только ненадолго, не люблю я… эти свидания. — Хорошо, ненадолго значит ненадолго, — вздохнул Баки и, отпустив его, пошёл в другую сторону. — Я зайду за тобой, приятель. — Ладно, — Роджерс махнул рукой и поспешил домой, чтобы скорее прочесть письмо.***
«И снова привет, Стив. Да, у меня был вечер, и как ты угадал? Я даже улыбнулся, когда читал первые строчки твоего письма. Да, собственно, не об этом. Сам не знаю, почему я пишу. Но и не хочу знать, мне достаточно и того, что есть, вдумываться в происходящее больше положенного я просто не могу: не те обстоятельства. Разница у нас с тобой двадцать лет, парень. Мне… без года как сорок. Но разве же это проблема? Бруклин. Мне нравится этот район. Правда, мои родители были из Манхэттена. Хотя, почему были? Они всё ещё из Манхэттена. Тут такой небольшой особняк размером с Белый дом, так что… мне даже жаль, что я вроде как единственный ребёнок. Хотя за своего отца ручаться не могу — он слишком непредсказуемый. Ха, так о чём мы там? А, да, я сейчас живу здесь, в этом большом доме, а переехал я… Стив, ты подумаешь, что я сумасшедший, а мне бы не очень этого хотелось. Ты вроде нормальный, но кто знает? Кто, если не я, пойдёт напролом? Кому, если не мне, нужно обязательно проверить дыру в полу? Я не слушаю советов, пока сам не пойму. Кто-то считает это дерьмовой чертой характера, а мне всё равно. Но дыру я заделал, теперь её там нет:) И всё равно спасибо, что пытался предостеречь или что ты там пытался? Призвать в армию меня не могут, я уже староват для этого всего, и помогать стране… Я учился в Эм-Ти-Ай, инженер, так вот, я, получается, гений, и я могу кое-что сделать, но только не впутываться в эту грязь. Её в моей жизни хватает. Считай меня трусом или дураком, но фронт… Для армии и фронта есть другие люди, а я лучше помогу этим другим людям чем-нибудь… весомым. Сконструирую что-нибудь. Такие дела. Хотел бы увидеть тебя. Хотя бы на фото. И не спеши умирать, Стив, у тебя такая длинная жизнь впереди. Если получится, я начну историю в следующем письме или потом, далеко-далеко, пока ты не поймёшь, что я не псих. p.s Деньги есть? p.p.s Не стесняйся, ты ведь всё равно вернёшь их, когда будет возможность. Скоро зима, нужно что-то тёплое, да и ты наверняка помог своему соседу с его воспалением лёгких. Я сильно не наглею, посылаю столько же, сколько и в первый раз, но мне почему-то не хочется, чтобы ты нуждался. Понимай, как хочешь:) Тони»
Выдохнув, Стивен положил письмо на стол и ещё раз пробежался по нему взглядом. Щёки окрасил лёгкий румянец, когда он узнал, сколько лет его знакомому по переписке. Это же… Он ему в отцы годится, с ума сойти. А Роджерс к нему на «ты» обращался. Стало как-то неловко, что он поступил вот так, сразу не поинтересовался о возрасте или хотя бы не начал с уважительного обращения. Интересно, а как теперь ему писать? Просто Тони или мистер… А вот фамилии его Стив так и не узнал. Но спрашивать теперь было ещё более неловко, придётся писать так, как есть. Роджерс вскочил со стула и начал мерить шагами комнату. Значит… Энтони инженер и живёт в особняке. Тогда понятно, почему он прислал ему деньги… снова. Может себе позволить. Но почему тогда он снимал ту потрёпанную годами квартирку Джека, если мог жить с родителями на Манхэттене. Кстати, о деньгах… Стивен нахмурился: он не хотел больше принимать деньги от Тони, потому что это было… унизительно? Странно? Так ведь нельзя, он не сможет это всё вернуть. Но отказаться, когда они так нужны… Он вздохнул и потёр щёки. — Странный вы, мистер… Тони, — пробормотал Стив, присаживаясь на кровать. Нужно будет хорошо обдумать ответ, сказать про деньги так, чтобы не обидеть нового знакомого.***
шестое октября 1940 года.
— Стив? Ты собрался? — входная дверь без стука отворилась, и в комнатку вошёл Барнс как всегда при параде, когда они собирались прогуляться с девушками. — Стив? Ты что… тут, — он нахмурился, глядя на него, и подошёл поближе. — Это что… Ты купил новую куртку? Я, что… вчера разорвал старую? — Э-э-э… — Роджерс замялся. Не мог же он сказать другу, что у него внезапно появились деньги от нового знакомого. — Нет, просто я… решил купить новую куртку. Я готов, — он подтянул штаны, поправил рубашку и улыбнулся. — И… как зовут наших… спутниц? — Неплохо, но откуда у тебя деньги? Тот Рори… если бы я его нашёл, я бы… убил его, — как-то пугающе мягко произнёс Джеймс, сжимая кулаки и игнорируя заданные ему вопросы. — Я… накопил, — Стив знал, что не умеет врать, но надежда на то, что Баки не станет задавать ещё кучу вопросов, всё же не угасала. — Ничего страшного, такое случается. По крайней мере, со мной точно. Не бери в голову, Бак, всё нормально, — он ободряюще улыбнулся. — Хорошо, — Баки коснулся его локтя, прощупывая ткань, и вздохнул. — Если я его встречу, то начищу ему зубы, — он подмигнул Стиву и подтолкнул его к двери. — Девушек зовут Марта и Глория, блондинка и брюнетка, уж не знаю, как так вышло, но… деваться некуда. Надеюсь, в этот раз всё пройдёт нормально. — Так… Тебе больше нравится Марта или Глория? — спросил Роджерс просто из вежливости, уже зная, что обе дамочки не сведут глаз с его друга. Так всегда было, и так заканчивались подобные вечера: Стивен уходил домой под любым предлогом, оставляя Баки с обеими его спутницами. — Марта, наверное, — хмыкнул Барнс и задумчиво закусил губу, следя за тем, как Стив закрывает дверь. — Глория… такая… возвышенная и все дела, ей интересны чувства, в общем… всякая ерунда, а Марта… она более приземлённая, — он пошёл вниз по лестнице, поправляя воротник лёгкой куртки. — Ну значит… я присмотрюсь к Глории, — Роджерс повторил за ним его движение, как бы прихорашиваясь, но всё равно заранее зная, что ничего не выйдет. И зачем он продолжает ходить на все эти свидания с другом? Ведь стоит ему увидеть красивую девушку, язык сразу прилипает к нёбу, а щёки краснеют так, будто их прогладили утюгом. Стив-то и двух слов связать нормально не может, свидания ещё. — Не переживай… ты хороший парень, и мы оба это знаем, — ободряюще пробормотал Баки и, приобняв его за плечи, ухмыльнулся. — Дамочки любят уверенных в себе, тебе надо просто… немножечко уверенности. — Ну я же не ты. Ты… вон какой, привлекательный, на тебе все чуть ли не как на вешалке виснут, — фыркнул Стив, закатывая глаза. — И чего? Даже если ты худой и… может, не очень симпатичный, это ничего не значит, — серьёзно заявил Джеймс и поспешил к остановке. — Ну, конечно, тебе легко говорить, — Роджерс пожал плечами и последовал за ним. На улице уже ощутимо похолодало, но новая куртка была тёплой, грела и спасала от встречного осеннего и пробирающего до костей ветра. Спасибо, Тони, мысленно поблагодарил своего знакомого Стив, засовывая руки в карманы. Они добрались до автобусной остановки и, усевшись в автобус, поехали к одному из парков Бруклина. Барнс обещал что-то хорошее, может быть, сначала они прогуляются, а потом зайдут выпить пару пинт пива. Добравшись до места встречи, парней встретили девушки, блондинка и брюнетка, обе как с постеров к фильмам. Марта оказалась очень говорливой, а вот Глория вела себя так, словно перед свиданием проглотила палку — будто нарочно. — А вы… какую музыку любите? — спросил у неё Стив, перебрав уже почти все темы для обсуждения. — Разную, — немногословно ответила девушка. — А-а-а… да, я, в общем-то, тоже разную люблю, — Роджерс вздохнул, решив предпринять ещё одну попытку. — Я… неплохо рисую, знаете… картины, портреты, а вы… это… ну, хорошо бы… э-э-э… смотрелись на портрете, — пробормотал он, надеясь, что Глория поймёт такой своеобразный комплимент или предложение нарисовать её. — Спасибо, — только и всего. Стивен посмотрел на весело болтающих Баки и Марту, идущих чуть впереди, и десять раз пожалел, что согласился на это свидание. Ничего не меняется. Обернувшись через плечо и посмотрев на Стива, Баки нахмурился, поймав его взгляд. Он извинился перед Мартой и, дождавшись пока её подружка подойдёт, взял его под локоть и отвёл в сторону. — Совсем плохо? — обеспокоенно спросил он. — Я ровным счётом не понимаю, что нужно женщинам, — тихо ответил Роджерс, пожимая плечами. — Я ей неинтересен, кажется. Не знаю, интересно ли ей хоть что-либо, — он вздохнул, совсем отчаявшись. — Стив… — Джеймс вздохнул, то ли он устал от этого всего, то ли действительно сочувствовал ему. — Я не знаю, ты снова пойдёшь домой прятаться в четырёх стенах? Да ты сам себя не любишь, думаешь, кто-то полюбит тебя? Я не в счёт, но ты мой друг, — он покачал головой. — Так можно и всю жизнь прожить, кляня себя за то, что ты такой… подумай об этом. — Я не говорю, что никогда не найду кого-то, я просто… Может, не сейчас? Может, потом? Прости, Бак, я провожу Глорию и правда пойду домой, а вы развлекайтесь, Марта очень симпатичная, и ты ей нравишься, — Роджерс натянуто улыбнулся и хлопнул друга по плечу. — Порядок, Бак, я в норме. Отдохните и за меня тоже, — он попрощался с другом и подошёл к Глории, чтобы предложить проводить её до дома.***
Налив себе горячего чаю, чтобы согреться, вынув баночку малинового варенья, которое ему так любезно всучила миссис Дженнингс в благодарность за лекарство, Стивен уселся за стол и достал чистые листы. Он уже мог себе признаться, что с нетерпением ждал не только того момента, когда придёт письмо от Тони, ему и самому нравилось проводить вечера за письменным столом, рисуя или думая, чтобы такого можно было рассказать новому знакомому по переписке. Но сначала… Роджерс отложил два небольших листка, взял карандаш и задумался, глубоко погружаясь в свои мысли. Спустя час с небольшим Стив взял ещё один лист, ручку и чернила и приступил к написанию. Закончив писать, Роджерс аккуратно вложил в конверт два своих рисунка, письмо и наклеил марку. Завтра он отправит его и будет ждать ответа.
