Вне времени

NC-17
Завершён
575
8
автор
twomeninlove соавтор
Фэндом:
Размер:
311 страниц, 134 709 слов, 52 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
575 Нравится 349 Отзывы 240 В сборник

Глава 13. На пьяную голову легче пишется

Настройки

четвёртое декабря 1940 года.

«Тони, Если бы я сказал, что не ждал твоего письма, я бы солгал. Но я рад, что у тебя всё хорошо и ты вернулся. Я… не знаю, как реагировать на то, что ты рассказываешь. Я верю тебе, очень… хочу верить, но согласись, вся твоя история выглядит непонятно и необычно. А ещё ты рассказываешь обо всём так, что можно хоть сейчас писать книгу о фантастическом будущем — ракеты, прибор в груди… Ой, прости, я не хотел обидеть тебя. Я… Просто это всё звучит слишком нереально, понимаешь? Но я хочу узнать всё до конца и обещаю, что пока не стану задавать вопросов, ведь в конце истории я узнаю на них ответы? В любом случае… Мне жаль, что с тобой такое произошло. Плен и дыра в груди… как ты… не сломался? В смысле… наверняка у тебя есть близкие люди, которые тебе помогают, которые рядом, потому что в одиночку с таким справиться… Ты очень сильный. И смелый. И я счастлив, что узнаю тебя. Правда. Ты очень хороший человек, Энтони, и не смей думать иначе. У меня астма. И иногда случаются приступы, вот как… тогда. Но ничего страшного, всё нормально. Я не один, ко мне приходил мой друг Баки, он всегда помогает мне. И миссис Дженнингс приносила лечебного варенья. Порядок. Кстати, мистер Дженнингс чувствует себя намного лучше, а всё благодаря таблеткам и… тебе. Спасибо, Тони. Сейчас у меня всё хорошо. Я рисую, и даже есть заказы. Правда, медкомиссию я не прошёл. Снова. Но я всё равно не собираюсь останавливаться. Я говорил: у меня нет удачных или хороших фото, но, может, как-нибудь я попрошу Баки сделать пару снимков. У его друга есть фотоаппарат, так что… Не пропадай. Стив, который ждёт.»

      Протерев глаза, Тони поднёс письмо к лицу и вдохнул запах. Он, наверное, всякий раз совершал что-то чрезвычайно глупое, когда эти письма приходили, потому что чувствовал в них необходимость и ему хотелось большего.       Тепла, наверное.       Стив такой маленький. Для него жизнь и так… непростая, разве он заслуживает этого? Астма, единственный друг, какая-то странность со внешностью, невозможность попасть в армию, безденежье и одиночество. Ведь Старк знал, как это — жить без родителей. Что бы ни происходило, как бы ты ни ругался с родными, они всё равно будут тебе семьёй.       А терять их… это больно.       Прикрыв веки, он вновь вдохнул аромат чернил и коснулся губами жестковатой бумаги. Сердце запрыгало в груди сильно, быстро, по телу пронеслась волна дрожи, и волоски на руках встали дыбом. Так хорошо, словно ты больше не чужой в этом сороковом, страшном году, который вот-вот кончится, и начнётся ад на земле, и всё будет затоплено кровью.       Чем больше Тони дышал письмом, пытаясь уловить запах Стива, тем больше он уплывал в какую-то прострацию. Будто гипноз. Мальчик спокойный. Мальчик, он мальчик. Для кого-то он будущее, для кого-то он спасение, для кого-то он будет счастьем. Да, для него же он погибель. Старк не мог. Просто не мог думать о том, что лезло в голову навязчивым шёпотом.       Выдохнув так, будто откидывая от себя всё и просыпаясь, Старк отложил письмо и, поднявшись из-за стола, начал мерить шагами комнату.       Людей с экстрасенсорными способностями они не нашли, а тех, кого нашли, так они оказались шарлатанами. Больше Тони не хотел искать и запретил это делать и Эдвину с Говардом. Если ничего не выйдет, он проживёт… вторую жизнь, возможно… и такое, что он умрёт тут и никогда больше не вернётся в своё время.       А он ведь любил всё то, что у него было. Работу, машины, костюмы, свою кровать из Италии, бутылки вина стоимостью от двадцати тысяч и выше, вид за окнами Башни, Малибу и особняк в хайтековском стиле.       Пеппер.       И её он любил. Она, как путеводная звезда, всегда ведёт его к нужной цели, и пусть он спотыкается и падает, сбивая колени в кровь, всё равно находит выход. Всякий раз.       Он хотел домой. Но с приходом в его жизнь этих писем Тони будто что-то нашёл, то равновесие, которого ему не хватало.       Выписывая корявым почерком строчку за строчкой, Старк думал, что ему просто не судьба жить нормально. Он вечно впутывается и вляпывается в дерьмо. Всепоглощающее и разрушающее дерьмо, забивающее его внутреннее «я» бейсбольными битами.       И здесь, сейчас, когда Говард, отец моложе его самого на пятнадцать лет, Тони чувствовал, что они могли бы поладить, но почему-то не смогли. Его разбирало изнутри противоречивыми чувствами, и Старк пытался приказать себе жить, ведь равновесие ты обрёл, осталось только поддаться тому, что будет дальше, и всё, всё будет хорошо. Или станет.

***

десятое декабря 1940 года.

«Бруклинский мальчик, я вновь к тебе с приветом. Схожу с ума от скуки, пью виски, мешаю его с водкой и думаю о том, как же тяжко в этом мире. В этом году. Он скоро кончится, и начнётся страшное, непоправимое. Я мог бы рассказать то, что знаю, но я боюсь, что это каким-то образом всё изменит. В конце концов, я не знаю даже, зачем я здесь, почему тут оказался, но говорить о том, что мне известно, — дико. Вдруг я разгневаю богов? Ай, да плевать. Я рад, что ты читаешь меня, парень. Мне хочется узнать тебя лучше. Хочется пойти к тебе и увидеть тебя. Не слушай, я пьян:) В таком состоянии мои мысли вряд ли могут быть адекватны. Не знаю, может, я даже пишу с ошибками. Не хочу врать тебе, Стив. Это низко. Я чувствую себя гадким из-за того, что недоговариваю всего, но иначе не могу. Ты понимаешь? Мне жаль. Но я ни разу не написал обмана, в конце концов, мы с тобой можем не увидеться никогда, зачем врать? Я правды не боюсь, но она не самое приятное, что может быть между нами в этих письмах. Мой прибор в груди… он… чуть не убил меня. И мой отец с того света спас мне жизнь, зашифровав послание. Это чудо, наверное. Ведь мы не очень-то ладили, когда он был жив. А сейчас, ты знаешь, он так молод, так вспыльчив, весь из себя кудахтающий гений, всё у него в жизни хорошо да гладко, и это пугает. Я не понимаю, почему, когда я родился, он был таким здоровенным куском дерьма? Я сейчас… даже жалею, что вижу его другим. Мне кажется… я проникся им. А я ведь всегда обижался. Эта смена положений ─ не самое лучшее, что могло произойти со мной. И опять выглядит, как бред. Я идиот, Стив. У меня есть Пеппер. Точнее, она была. Но она осталась далеко впереди, да, именно впереди, и я, возможно, никогда не увижу её. Она друг. Таких женщин днём с огнём не сыщешь. Сейчас она, наверное, управляет компанией моего отца, той самой, доставшейся мне по наследству. Ведь меня нет там. Сложно. Да. Очень сложно. Может, и сломался? Сам не знаю. Всё хорошо было, а потом это, и я не пойму, почему я тут, почему мне нужно быть здесь, а не у себя? Это бесит. Если у тебя астма… послушай, может, это можно вылечить? Может, тебе нужна помощь? Я ведь не только с деньгами дружу, но и… точнее, мой отец мог бы найти подходящего доктора, который осмотрел бы тебя, и, возможно, мы бы что-то придумали? Жить так… ты ведь можешь… Нет, не хочу думать о таком. И армия тебе не нужна. Да и вряд ли с таким заболеванием ты пройдёшь куда-то. Здесь уж без обид, я верю, что ты многое сумеешь выстоять, что ты смелый где-то в душе и очень способный малый, но… у тебя нет шанса выстоять там из-за твоего недуга. Больше не спрашиваю про фото, просто хочу знать: какого цвета у тебя глаза? Ты наверняка лучше, чем говоришь о себе. Считай, что мой внутренний голос так подсказывает мне, а я ему верю :) Слушай, тебе, наверно, скучно живётся? Ты ведь учился где-то? Чем ты вообще хочешь заниматься по жизни? Пойти в армию и сделать карьеру военного? Я не хочу предполагать… что ты можешь Что в США начнётся война, а ты не вернёшься с фронта. Вот. Расскажи. Расскажи всё, что хочешь. p.s В следующий раз я не буду пить и обещаю рассказать тебе что-то забавное. Например, про команду Мстителей. Тони, который допил виски и не смог допить водку:) p.p.s Надеюсь, мне не будет стыдно за это письмо, хотя я старался держать себя в руках.»

      Бруклинский мальчик. Стив не смог сдержать улыбку, прижимая письмо к груди. Эта забота и участие растопили его, да и разве много нужно мальчишке, который сам привык заботиться о себе, выживать и добиваться всего в одиночку? А тут искренний интерес и предложение помощи, от которого так тепло на душе и нет возможности перестать улыбаться.       Роджерс подошёл к столу и достал из ящика фотографию Тони. Он мог бы быть его… старшим братом? Как-то так? Стивен очень любил Баки, и тот действительно очень помогал ему и заботился, но… это было чем-то другим. Тони старше, сильнее и опытнее, с ним столько всего произошло, его история завораживала и подстрекала любопытство. А ещё он очень сочувствовал ему, потому что по рассказам было видно, что у Энтони выдалась непростая жизнь.       Услышав шум соседей внизу, Стив спрятал письмо в ящике стола, пообещав вернуться к нему вечером.
575 Нравится 349 Отзывы 240 В сборник
Отзывы (5)