Глава 44. Очень сильно люблю
14 августа 2016 г., 07:54
семнадцатое октября 1943 года.
Стивен шёл по коридору базы, держа в руках гору документов и карт, отчётов с линий фронта, намереваясь просмотреть их все, чтобы не упустить ничего важного. С тех пор как… он прервал общение с Тони, капитан как мог старался закопаться с головой в работу, потому что иначе все мысли были только об одном. Он скучал. Он изводил себя тоской, избегал всего, что могло напомнить, и в то же время не отрывал взгляда от фото, тщательно спрятанного во внутреннем кармане кителя. А уж мастерскую обоих Старков Стив обходил самыми длинными окольными путями, чтобы ненароком не наткнуться ни на одного из них, потому что тогда… — И куда мы собрались, Капитан Роджерс? — тихо поинтересовался Говард, хватая его за локоть и поворачивая к себе быстро и резко, чтобы тот не смог сориентироваться. — Дела, да? — Э-э-э… да, тут… дела, — ответил Стив, не ожидавший того, что будет пойман чуть ли не в другом конце базы тем, от кого пытался скрываться. Он огляделся по сторонам в поисках хоть чего-нибудь или кого-то, кто помог бы ему скрыться, но… кажется, он попал в ловушку. — Даже не выискивай лазеек, — улыбнулся Старк, наступая на него, и, когда тот упёрся в стену, вопросительно выгнул бровь, даже не желая церемониться и выжидать, сам начал трудный разговор. — И ты надеялся на то, что я или Тони об этом не узнаем? Ты какого чёрта не предупредил его о том, что он в опасности? Ведь, знаешь ли, мой сын… мой Тони ─ мужчина, он мог бы пойти… и сам понимаешь, что сделать, и тогда бы от всех твоих предосторожностей не было бы никакого смысла, — угрюмо пробормотал он, упирая руки в бока. — Ты знаешь? — глупо было думать, что Говард Старк может чего-то не знать. — Я не хотел, чтобы это всё его коснулось, понимаешь? Они искали его, — Роджерс понизил голос, — им нужен был Тони, а если бы я сказал ему, он бы стал искать разные… варианты. За мной следили, за ним тоже, и мы бы рано или поздно… нас бы поймали, Говард. Лучше так… чем то, что могло грозить ему. — Было заметно, как он волнуется, как запальчиво пытается оправдать то, что считал правильным, но в глазах плескалась дикая тоска и сожаление о том, что всё разрушилось так глупо. — А если бы он пошёл трахаться после того, как ты его бросил? Напился бы где-то и поимел кого-то? — прошипел Старк и поджал губы, внимательно следя за выражением его лица. Капитан побледнел, его зрачки расширились, а сердце ударилось о рёбра с такой силой, что грудь сдавило от нехватки воздуха. — Он… он что… он?.. — Да нет же! — Говард взмахнул рукой, пугаясь того, что стало с мальчишкой от одного лишь предположения. — Я говорю о том… что если бы его поймали тогда? По горячим следам, как говорится. Ведь с горя можно натворить что угодно! А ещё он думал, что ты встречаешься с Пегги, это тоже твоя идея? Ты хоть понимаешь, что натворил? — он огляделся по сторонам, не желая, чтобы их кто-то подслушал, и вернул взгляд кэпу. — Боже, ты меня так… напугал, — выдохнул Стивен, пытаясь унять нервную дрожь и перестать паниковать. — Я надеялся на то, что он всё поймёт. Услышит про то, что двух парней взяли под арест и… А Пегги… Это была идея Баки, он предложил просто отвести внимание, нам достаточно было появиться вместе всего несколько раз, и слежка за мной прекратилась. Ну, я надеюсь, что она прекратилась. По крайней мере, мы не замечали больше ничего такого, — ответил он и с надеждой во взгляде посмотрел на Старка. — Как там… Тони? С ним всё в порядке? — Ну, если ты называешь порядком рычание и швыряние предметов в других, то да, он в полном порядке, — уже без прежнего запала проговорил Старк. — И не смотри так на меня! Эти все штуки… действуют только на одного из Старков, и вообще, я всё хотел тебе сказать, он… может, иногда и ведёт себя дурак-дураком, но он взрослый мальчик, не стоит сомневаться в его осведомлённости во многих вопросах. Ты… мне кажется, ты унизил его тем, что не удосужился рассказать правду, а выступил бравым молодцом. Это… это неправильно? Ты понимаешь? И дело не в том… что возраст, просто… Посмотри на него? Захочет ли он прятаться в твоей тени, захочет ли он подставлять тебя под удар? Да и вообще, это, конечно, всё очень замечательно и правильно, но тем, что ты умолчал и утаил от него правду, сделал только хуже. В отношениях ведь как: доверие первое, что нужно бояться потерять, — он вздохнул и потёр руки. — Что ж, я был зол на тебя, а теперь думаю, что не так уж и сильно. Но ты обидел моего сына, Капитан, — в голосе затаились опасные нотки, — а это не очень хорошо, даже несмотря на мотивы твоего поступка. Роджерс виновато опустил глаза и кивнул. — Я знаю. Знаю, что очень обидел его, и если бы я мог всё исправить… Но если я сделаю хоть что-то, это ведь даже сейчас небезопасно, прошёл месяц, но… кто знает, может быть, они всё ещё следят за ним. Я не могу подвергать его жизнь риску, но мне так бы хотелось, чтобы, когда всё это закончится, мы могли бы, — Стив замялся. — Он… сильно зол на меня? — А как ты думаешь? — задал наводящий вопрос Говард, не сводя с него взгляда. — Думаю, очень. Я бы… злился на его месте, но… Я сожалею о том, что не смог хотя бы объяснить ему, почему принял это решение, — капитан повернулся и с сожалением встретил его взгляд. Он так сильно хотел всё исправить, потому что сходил с ума от грызущей тоски и отчаяния, от угрызений совести и страха, что Тони забудет его, что найдёт кого-то другого, что всё закончится и уже никогда не будет так, как прежде. — Одного сожаления мало, сынок, — криво усмехнулся Говард, чувствуя себя мудрым старикашкой со всеми этими делами, и похлопал его по плечу. — О, я тут на днях отогнал твой мотоцикл к себе домой, надо было кое-что усовершенствовать, подтянуть, ну и привести его в божеский вид, ты бы заглянул, забрал бы его обратно, а то мне неловко рассекать на таком транспорте. — Что? А-а-а, да, конечно, я… зайду, — Стивен с трудом перескочил с темы на тему. Услышав шаги в коридоре, он быстро спросил: — Когда мне зайти? — Да в любое время, — пожал плечами Старк, думая, куда бы ему смыться в это «любое время». — Ладно, тогда… — он нахмурился, вспоминая, когда должно быть увольнение, — тогда дня через три, хорошо? — Конечно-конечно, я обязательно буду дома, — хмыкнул Говард и пошёл к себе в мастерские. — Если что, свистни. — Да, конечно, — Стив так и остался стоять посреди коридора с кипой бумаг в руках, пребывая в прострации от воспоминаний о Тони.***
двадцатое октября 1943 года.
Стив подошёл к дому Говарда и постучал в дверь. Подождав пару секунд, постучал ещё раз. Тишина. Может быть, Старк перепутал время? Но в СНР его не было, а раз он позвал капитана к себе, значит, должен был быть дома. Обычно, если никто не открывал дверь, Роджерс просто возвращался в другой раз, но сейчас что-то заставило его дёрнуть дверную ручку — открыто. Странно, подумал он и зашёл внутрь. — Говард? Ты здесь? Тут не заперто, и я… Говард? — ещё раз крикнул Стивен, идя по длинному коридору. Ни души. Вообще никого. Но почему тогда открыта дверь? Может, грабители? Решив проверить, всё ли в порядке, он обошёл половину дома и направился к открытой двери, которая вела на задний дворик. Ступив на порог, Роджерс замер, не веря своим глазам. Волна дрожи пробежалась по всему телу, дыхание сбилось. Тони. Провалявшись больше положенного в постели, Старк только полчаса назад приступил к зарядке. Его ноги обтягивали узкие трико синего цвета, а на руках до локтей виднелись напульсники, и он периодически обтирал ими пот со лба, повисая на одной руке. Тони висел на турнике и подтягивался. Это был уже сороковой или пятидесятый рывок. Мышцы рук были напряжены, мускулы перекатывались по спине, а блестящие солёные капельки скатывались от волос к плечам. Загорелая кожа без единого изъяна, упругая задница и сила, про которую и не скажешь так сразу, увидев его в одежде. — Уф-ф, — рывок и быстрый вдох, — уф-ф, — ещё рывок и вдох. Зрачки капитана мгновенно затопили радужку при виде этого действа. Он как загипнотизированный следил за Тони, стараясь даже не сделать лишнего вдоха, чтобы не быть замеченным. Боже, как он прекрасен. Сильные руки, подтянутый плоский торс, широкие плечи и капельки пота на лопатках, которые моментально захотелось попробовать на вкус. Тело Стива довольно однозначно отреагировало на увиденное, низ живота сладко потянуло, а форменные брюки стали тесными и неудобными. Бежать. Бежать скорее, пока его не увидели, потому что ещё немного, и его просто сорвёт, сломает и раздавит от внезапно накатившего желания обнять, прижать к себе разгорячённого мужчину, растереть пот прохладной ладонью и целовать, целовать, целовать… Выдохнув, Тони качнулся и, резво подтянувшись, выпрямил руки, вставая и выпрямляясь на турнике в воздухе. Давление в крови зашкаливало, но пока он занимался физическими нагрузками, в голову не лезла всякая ерунда. Сердце загнанно билось о рёбра, и было очень жарко, но он ещё не доделал последние на сегодня упражнения, а давать себе передышку, да где это видано? Не слабак же, да и привык уже. Старк несколько раз потянул носочки, а потом начал поднимать по очереди то левую ногу, то правую, стараясь держать их прямо по линии турника. Стивен закусил губу, не отрывая потемневшего тяжёлого взгляда от такого соблазнительного, потрясающего мужчины, по которому он дико скучал все эти дни. Кровь шумела в ушах, всё внутри пульсировало и рвалось наружу, но капитан приказал себе стоять на месте, тихо, едва слышно делая вдох. Ох ты ж… Трико обтягивали бёдра Тони так тесно, так… Роджерс выдохнул, облизывая губы, сжимая руки в кулаки до побелевших костяшек пальцев. Доделав упражнения, чувствуя, как мышцы горят, Тони крутанулся на турнике и спрыгнул на землю, сразу же утирая потный лоб напульсником. Он пару раз потянулся, касаясь пальцами рук мягкой травы, и, выдохнув, собрался было уже сигануть в бассейн, как слух его привлекло какое-то шуршание в кустистых зарослях каких-то ещё не отцветших к зиме цветов. Подойдя к ним, он встал на колени и, прижавшись едва ли не грудью к земле, полез руками в колючки в поисках того, кто потревожил спокойный и тихий полдень. Стив подумал, что всё, это конец. Конец его выдержке, потому что жалкие крохи самоконтроля покинули предавшее его тело, как только он увидел ту развратную позу, в которой оказался Тони. Перед глазами засверкали белые пятна, а дыхание перешло в сдавленный хрип. Старк, уже ухватившийся за мохнатые лапки слишком уж пушистого щенка, пропустил удар сердца, услышав ещё один звук, до боли напоминающий рычание. Он подумал, что на задний двор каким-то образом забралась и сучка, то есть мать щенка, и, прижав мелкого к груди, резко поднялся с коленно-локтевой, оборачиваясь. — Блять… — испуганно и ошалевше выдохнул он, приметив только покрасневшего Роджерса. — Ну ёба… — Кого? Роджерса? Взгляд моментально наполнился пониманием, тело предательски тряхнуло от ударивших в голову чувств, и он прищурился, не отрывая взгляда от нежданного гостя. — Это ещё что такое? — возмущённо спросил Старк, сам не веря в то, что задаёт такой тупой вопрос. Капитан был не в себе. Пунцовые щёки, голодный и тёмный взгляд без проблеска какой-то адекватности, загнанное дыхание часто вздымающейся груди. Звук голоса Тони слегка отрезвил его, ровно настолько, чтобы из глаз пропало безумное свечение. — Я… — голос даже и близко не был похож на обычный. — Я… Старк вскинул брови, ступая босыми ступнями по мягкой траве газона ближе к нему. Он перепугался, что с ним что-то не так, но и не думал даже показывать своё волнение. Взгляд скользнул от губ до груди и ко вздувшейся ширинке, и низ живота пронзила острая судорога. Он же тут устраивал показательные выступления, чёрт возьми! И как давно Стив здесь и наблюдает за ним? Господи, о чём ты вообще думаешь, Тони? — Ну, что ты, Стив? — ещё несколько шагов навстречу, но в относительной безопасности от этого зверя, который бросил его по своей прихоти. — Я к… Говарду… он… мотоцикл… мой… — путано, запинаясь ответил Роджерс, и чем ближе подходил Тони, тем сильнее его трясло. Он не знал, как можно выйти из этого ступора, охватившего тело и мысли. Внутри всё взлетало, взрывалось и распадалось на осколки, а Стивен только смотрел и смотрел на человека, без которого вся его жизнь превратилась в одно сплошное море сожаления, помешанного с тоской и виной за совершённый им поступок. Щенок тяпнул Тони за палец, и Старку пришлось отвести взгляд от Стива. Он заглянул в тёмные шоколадные глаза малыша и ухмыльнулся, находя в его морде что-то от себя. Наглый, беспечный и, скорее всего, очень упёртый. — Тебя проводить до гаража? — спросил он, отгоняя все мысли, которые столпились в его голове при виде мальчика. Он ведь уже свихнулся тут в одиночестве. И да, злился, полыхал и горел изнутри негодованием, но всё ещё не мог свыкнуться и отпустить хотя бы «не навсегда». — Ты давно тут стоишь и пялишься на меня, а? — в голос прорезались одновременно похотливые нотки и осаживающие, больше злые. — Прости, я… я стучал, но мне никто не открыл, а дверь была не заперта, и… Тони, — имя Стив выдохнул, делая шаг к нему. — Тони… — ещё шаг, и ещё один выдох, потому что оставаться на месте было невозможно, совсем невыносимо. Роджерс горел, его трясло, а Тони так близко, совсем рядом, протянуть руку и дотронуться до мягких волос, провести ниже, обхватить за шею и притянуть к себе, прошептать еле слышное «прости», обнять и больше ни за что и никогда не терзать их обоих. Смотря на него во все глаза, Тони замер на месте, непроизвольно напрягаясь. Это было так желанно, и он думал об этом слишком часто, что сейчас просто растерялся. Злился ли он ещё? Да, такое чувство присутствовало. Он хотел высказать мальцу всё, что он думает об этой ситуации и о его поведении в целом. Сомневаться в адекватности Старка? Действовать за его спиной? Нет, такого быть не должно. Ему хотелось сказать, что Стив подорвал доверие, обрёк на сумасшедшие мысли об изменах, заговорах и тому подобное, унизил, в конце концов, перед самим собой и перед отцом. Довёл до отчаяния и нелепой обиды, хотя не такой уж и нелепой. И сердце будто вновь расцвело яркими красными бутонами с мягкими лепестками, но… — Что, Стив? — сипло спросил он, прижимая к себе щенка, который начал ёрзать и вырываться. — Что? Ты хочешь попросить прощения за то, что учудил? Я давно не мальчик… Стив. Я устаю от такого, понимаешь? Знаю, сложно, трудности и всё такое, и я мужик, сильный, но я никогда не встречался с кем-то… вот так, когда много чувств. А ты… ты издевнулся надо мной. Или нет? Ты издевнулся над нами. Ведь, как говорила мне Пепс, бороться со сложностями нужно вместе, иначе никакого толку в этом нет, и знаешь? Я нахожу её слова правильными. По крайней мере, сейчас я это понимаю, хоть раньше и не блистал умишком и не разбирался в человеческих взаимоотношениях. Не знаю, к чему я всё это говорю и почему спокоен, как слон, но… оно того стоило? Стивен сделал ещё один шаг и оказался почти вплотную к Тони. Все слова отзывались в нём острым чувством вины и стыда, но желание защищать то, что дорого и так любимо, не могло сравниться с этим. Он боялся. Очень сильно он боялся того, что с Тони что-то случится из-за их отношений. Если бы Тони просто взял и ушёл, оставил его, нашёл другого или другую, Роджерс мог бы смириться с этим, но если бы по его вине пострадал тот, кого он любит… Стив никогда бы себе этого не простил. — Говард не сказал тебе? Ты не… Им нужен был ты, Тони, им нужен был ты, а не кто-то абстрактный, они следили за тобой, а по роковой случайности нашли двоих ребят, и… — капитан посмотрел на него, не скрывая того, что чувствует. — Но я не должен был делать этого у тебя за спиной. Мне так стыдно, я думал… что ты поймёшь, но из-за шока ничего толком не объяснил, и вышло… так. Прости меня… Тони… Старка будто парализовало. Он смотрел в потемневшие глаза, напоминающие морскую гладь, и не знал, что сказать. Ну, даже если так, разве это имеет значение? То есть тем более! Если его хотели арестовать, за ним и Стивом охотились, а он был не в курсе, то это… это… — Ты серьёзно? — шокировано спросил он. — То есть… ты ещё и… утаил от меня такую информацию? Стив… ты глупый безрассудный мальчишка! — в сердцах бросил Тони, не в силах двинуться с места, будто прирос к земле. — Я хотел защитить тебя! — парировал Роджерс, выходя из оцепенения. — Да, я знаю, что поступил не очень хорошо, но я не мог допустить, чтобы ты и дальше был под подозрением. Понимаешь? Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! — вспыльчиво произнёс он, сверкая глазами. — Да чтоб тебя! — воскликнул Тони и посмотрел на щенка, потом снова на Стива, и опять на щенка. — Это я должен защищать тебя, а не ты меня, — процедил он сквозь зубы, не поднимая головы, ища в шоколадных глазах мелкого подобие хоть какой-то поддержки. — Да нет же! Мы оба… мы… оба можем так, но да, я должен был сказать, я… поступил глупо, но в тот момент… Я был напуган, мне было… страшно, Тони. Я боялся, что потеряю тебя, — уже тише проговорил капитан, несмело признаваясь в своих слабостях. Тони снова поднял взгляд на Стива, на автомате поглаживая щенка за мохнатыми ушами. Мелкий тоже повернул мордашку к нему и склонил голову набок. — Ты сделаешь ещё раз что-то подобное? — спросил он. — Если сделаешь, я не стану ждать, я вытрясу из тебя всё, ты понял? Ещё чего надумал! Идиота из меня делать, — съязвил Старк и, не дожидаясь ответа, пошагал к веранде, намереваясь зайти в дом и сделать себе чашку кофе с ромом, чтобы найти равновесие. Роджерс растерянно посмотрел на отдаляющегося мужчину и, вздохнув, пошёл за ним. Ну а что, собственно, он ожидал? Что Тони простит его и перестанет злиться? Хотя Стивен даже не ожидал его увидеть здесь, он шёл к Говарду, который наверняка всё специально подстроил. И капитан был ему за это очень благодарен, потому что сам бы не решился сделать первый шаг из страха снова навредить Тони. — Я не стану больше ничего решать, не поговорив с тобой, — послушно сказал он, заходя в дом. — Обещаю. — Ты так говоришь, потому что я злюсь или потому что ты и правда понял свой промах? — Старк закрыл за ним дверь и, отпустив щенка на пол, посмотрел на Стива. — Мы должны стараться быть вместе, как бы там ни было. Доверять и всё такое, и пусть звучит как сказка, но именно этого я и хочу. Чтоб, мать твою, душа в душу! — Но я ведь тоже этого хочу. Я всё понял, я виноват и… больше так не стану делать. Тони… иди сюда, — пробормотал Стивен, протягивая руку. И вот сейчас, в этот момент, стоя с протянутой рукой, он так боялся, что Тони оттолкнёт его, что пальцы дрогнули, и только усилием воли Роджерс заставил себя не отводить взгляд от укоризненных тёмных глаз напротив. У Старка от этого жеста в голове помутнело. Сердце сделало кульбит, а в следующую секунду, потный и грязный, он прижался к Стивену, обхватывая его за шею руками, чувствуя острые грани пуговиц кителя обнажённой грудью и животом. — Ты так взбесил меня, дурак благородный, — фыркнул он, вдыхая родной и любимый запах, потираясь лицом об изгиб плеча и шеи, как кот, желающий ласки. — Какой же ты… а… — Тони… — капитан стиснул его в объятиях, начиная скользить руками по его телу в попытке почувствовать ещё больше, всего, целиком и полностью. — Я так скучал, я думал, что ты больше не захочешь… — слова закончились, потому что ему перестало хватать воздуха. В голове больше не было ни единой мысли, осталось только одно желание: ощущать тепло разгорячённого тела, вжиматься в него со всей силы, целовать губы, щёки, глаза — лишь бы больше, сильнее, ближе, насытиться и восполнить то, что было упущено за долгие дни одиночества. — А я и не хотел… до того момента, как ты не появился на моём пороге… со стояком… — прохрипел Тони, выпутывая пуговицы из петель кителя, держась за шею одной рукой. — Ты слишком… слишком долго не являлся… я хоть и терпеливый… но… — подтрунивая над мальчиком, бормотал он, сильнее расходясь, чувствуя жар, концентрирующийся между ног, вкупе с кровью, отлившей от мозга к паху. — Блять… разве ж можно отказаться от этого, будучи… в своём уме… ах-х-х… — Его заткнули грубым и жадным поцелуем, а сильные ладони сжались на ягодицах, прижимая эрекцией к эрекции. Стив застонал, притираясь сильнее, и если раньше он невозможно смущался всего этого, то сейчас стеснение отошло на второй план, давая возможность быть полностью открытым в изъяснении своих желаний. Он воздал хвалу Всевышнему за то, что Тони был почти раздет, оставалось в одно движение стянуть с него трико вместе с бельём. Сам не понимая как, Стивен оказался на коленях перед сгорающим от возбуждения мужчиной, напряжённый ствол которого оказался напротив его губ. От смеси запаха пота и острого аромата мускуса Роджерса повело, и он поднял обезумевшие глаза на Тони. Так… ещё не было. Он… принимал подобные ласки от Тони, но сам… ещё никогда… Старк уже не соображал. Он боялся, что просто рухнет на пол, придавит скачущего щенка или сломает себе копчик, но эти глаза, огромные, блестящие и безумные, сорвали с катушек все доводы разума, пуская паровозик самообладания чухчухать далеко и надолго. — Бля… бля… ты как принцесса фей, малыш… возле своей любимой волшебной палочки с кучей колдовства внутри… — ошалевше пробормотал Тони, разводя колени шире и опускаясь ниже, чтобы член был точно напротив рта Стива. — Это потрясно… просто потрясно… даже ты… если и не трогаешь… — затаил дыхание, опираясь одной рукой на его плечо, а второй перехватывая член за основание. — С ума сойти, боже ты мой, так близко… близко, — дурея от вида невинности мальчика, который оказался развратнее любой девочки по вызову, он провёл влажной головкой по его приоткрытым покрасневшим губам и застонал в голос от нахлынувших ощущений. Перед глазами Роджерса всё поплыло. Он сделал глубокий вдох, втягивая запах Тони, и… его накрыло. Приоткрыв рот, капитан высунул кончик языка и едва ощутимо коснулся головки. Лизнул, ещё и ещё раз, пробуя на вкус, не отрывая мутного взгляда от глаз Старка. Облизав губы, он обхватил ими пульсирующую плоть и, спрятав зубы, двинулся навстречу, издавая полузадушенное хриплое нечто, похожее на рычание. Ноги Тони подкосились, бёдра свело судорогой. Ему уже сорок три, а он сходит с ума, как подросток, от этой незатейливой и неумелой ласки. Глаза в глаза и неотрывно, пока Стив принимал его член, неловко обхватывая губами, пытаясь повторить все действия, которыми одаривал его сам Тони. Старк помог ему немного, крепче сжимая плечо, и въехал почти на всю длину, толкаясь упругой головкой в горло. — Малыш… скажи, если что… — попросил он, вплетая пальцы ему в волосы и осторожно выходя. — Я осторожно… да-да, так чтобы ты… о-о-ох, какой ты красивый, — губы вновь приоткрылись, принимая, и Старк толкнулся опять, заполняя собой гладкую теплоту, видя, как чернеют большие глаза Стива. Роджерс, кажется, был не в себе. Его самого пробирала крупная дрожь, когда он смотрел на Тони, кровь шумела в ушах, но не было ничего удивительнее того, что сейчас происходило. Низ живота скрутило от желания прикосновений, но сейчас Стив мог только отдавать, ласкать губами и языком горячий, бархатный ствол Тони, оттягивать рукой крайнюю плоть для большего доступа. Он дышал сорвано, прерываясь на глотки необходимого воздуха, голову туманили стоны и хрипы, которые служили ему лучшей наградой. Успевая только двигаться навстречу бёдрами, толкаясь внутрь божественного рта Стива, с которого только что была сорвана девственность, Тони жалобно и как-то высоко стонал, переставая болтать на несколько минут. Пальцы сильнее сжались в светлых волосах, стягивая их в кулак, и он уже бесстыдно опирался на плечо мальчишки, ища опоры, чтобы не рухнуть. То, что они делали посреди прихожей в отцовском доме, среди его вещей и рядом со скачущим щенком, было поистине невероятно. — Ты… ты… мой мальчик, — вновь подал голос Старк, въезжая на всю длину, и, не давая Стиву вздохнуть и отстраниться, излился ему в горло, сотрясаясь мелкой судорогой, едва не падая на пол от удовольствия, скрутившего тело. Роджерс закашлялся от неожиданности — это было слишком странно, солоновато-горько и очень непривычно. Он проглотил всё, и, когда Старк всё же выскользнул из него, Стив дрожащей рукой вытер влажные губы. Его всё ещё трясло от невысвободившегося возбуждения, лихорадочный румянец полыхал на щеках, а руки тянулись к Старку, чтобы почувствовать его, ощутить его прикосновения, убедиться в том, что он не исчезнет, он рядом… рядом… — Тони… — севший охрипший голос и ладонь, скользящая по его животу. Старк несколько раз с силой зажмурился, прогоняя туман из глаз, и посмотрел на Стива, стоящего перед ним на коленях. Невинность, такая порочная невинность, что зудело в черепе. Он опустился рядом, с трудом координируя движения, и, кое-как с горем пополам расстегнув ширинку, коснулся напряжённой плоти. Короткий взгляд в потемневшие глаза, и он прижался губами к губам, врываясь языком внутрь рта. Чувствуя свой вкус, Тони начал двигать рукой, доводя мальчишку до разрядки, чтобы тот тоже ушёл за ним в мир расслабленной неги. — Стив, — шепнул он, прижимая его к себе, пряча головку в кулак, сжимая её лёгкой лаской, — ты мой. — Да-а-а… — простонал Роджерс, изгибаясь дугой, подставляясь под умелые и очень желанные движения сильной руки. Ему не понадобилось много времени для того, чтобы излиться белыми густыми каплями в ладонь Тони, закатывая глаза от ошеломляющего удовольствия, волной прокатившегося по всему телу. Грудь вздымалась тяжело и быстро, дыхание прерывалось на судорожные вздохи, а сердце колотилось с бешеной скоростью, доводя его хозяина до полуобморочного состояния. — Прости… — выдохнул Стивен, приоткрывая подёрнутые дымкой глаза. — Я так скучал по тебе, очень, — он еле справился с голосом, который теперь звучал очень низко. Тони собрал тёплую густую жидкость с пульсирующего члена и, слизав её, прикрыл глаза. Мальчишка даже так вкуснее, чем чтобы то ни было, а уж Старк мог похвастаться тем, что он пробовал всякого на своём веку. Выдохнув, он приоткрыл веки, чувствуя, как в спину ему что-то тычется и гавкает, и поцеловал Стива в щёку, потом в уголок губ, стараясь не обращать внимания на их мохнатого гостя. — Ты уже попросил прощения, больше не нужно, — тягуче произнёс он, уже не чувствуя былой обиды, возмущения и злости. — Но больше так не делай, пожалуйста, Стив. — Не стану, — виновато улыбнулся Роджерс, переводя взгляд на собаку. — Когда ты успел завести щенка? — он удивлённо приподнял брови. — Такой хороший. — Я нашёл его в кустах буквально до того момента, как увидел тебя, — Старк перевёл взгляд со Стива на мохнатое чудовище и потрепал его за ушами. — И что же мы делать с тобой будем? — спросил он щенка, и тот, плюхнувшись на попу, склонил голову набок, внимательно следя за мужчинами своими тёмными шоколадными глазами. — Понятно, ответа ждать не следует. — Оставь его, Тони, — Стивен потянулся и погладил малыша по голове. — Будешь хорошим мальчиком, правда? — ладонь его казалась огромной по сравнению с головкой пса. Тот сразу издал счастливый писк и запрыгнул на капитана, виляя хвостом. Роджерсу ничего не оставалось, как прижать пушистый комочек к себе и посмотреть на Тони глазами, полными умиления и просьбы. Щенок повторил его взгляд и тоже уставился на мужчину в ожидании своего приговора. Старк посмотрел сначала на Стива, потом на щенка и закатил глаза, фыркая. Эти взгляды, полные надежды и мольбы, причём обоих, сыграли с ним злую шутку, и Тони понял, что не смог бы отказать Роджерсу ни в чём, лишь бы тот был доволен. — Ладно-ладно, оставайся, чудовище, — согласился он, корча недовольное лицо, и коснулся мокрого щенячьего носа. — Всё равно отец никогда не разрешал заводить мне домашних животных, вот хотя бы в сорок лет отыграюсь. — Эм-м… — Стивен подумал, что неплохо бы привести себя в порядок после столь бурного примирения. Отпустив пса на пол и ещё раз потрепав его по ушам, он застегнул брюки, всё ещё немного смущаясь того, что произошло. — А где Говард? Он сказал мне… И почему мне кажется, что он специально меня сюда позвал? — спросил он, придвигаясь ближе к Старку, касаясь пальцами его ладони. Щенок куда-то побежал, а Тони тоже придвинулся поближе, заправляя опавший член в трико для тренировок. Ну, собственно, этого и стоило ожидать. Говорил, что разрешит ситуацию, вот и разрешил. Усмехнувшись, Старк приобнял Стива за плечи, прижимаясь к его широкой груди, наслаждаясь спокойствием, вернувшимся в жизнь. Это невероятно. Мальчик имел такую власть над ним, что можно было вить верёвки и желать чего угодно, но он хотел его, Тони, и всё было более, чем взаимно. Подарок судьбы? Только Старк не отсюда, и рано или поздно… — Да, я думаю, он мог бы это спланировать, — тихо заметил он, с любовью смотря в красивые глаза напротив. — В доме никого нет, мы одни… это многое объясняет. Даже если Говард… это всё придумал, ты здесь. Ты на пару часов или у тебя увольнительная? — с надеждой спросил он, касаясь носом кончика носа. — Увольнительная до позднего вечера, — ответил Роджерс, прихватывая губами его губы, медленно и нежно скользя по ним языком, очерчивая контур. Они потеряли столько времени, и сейчас Стив пытался наверстать упущенное, не желая ни на минуту отрываться от Тони, прижиматься к нему, ловить каждое его слово. Все ночи и дни в казарме без возможности видеть и нормально объясниться довели его до полного отчаяния, и, если бы не хитрый план Говарда, Стивен бы сам не смог продержаться долго. Нашёл бы и объяснил причины своего опрометчивого поступка. — Я весь твой на сегодня, — тихо сказал он, опаляя шею Старка горячим дыханием, потираясь носом о чувствительное место за ухом. — Вообще твой, насовсем. Старк не мог понять, что чувствует. Его сердце рвало от нежности, от желания подарить ласку, и это «твой» и «насовсем» сделали его самым счастливым человеком. Говорят, влюблённые люди творят глупости, и, судя по всему, они оба влюблены настолько сильно друг в друга, что мозг отказывается работать на полную мощность и выдавать логичные выкладки. Здесь и сейчас Тони жил и надеялся, что его жизнь в сороковых растянется на подольше. — Это самая лучшая новость за долгое-долгое время, — признался Тони, приобнимая его за плечи. — Всё будет хорошо, Стив, всё будет хорошо.
