Глава 47. Одна любовь на все дни
17 августа 2016 г., 08:38
десятое мая 1944 года.
Последний месяц весны выдался на удивление холодным. Люди кутались в дождевики, обувались в резиновые сапоги и лишний раз не показывали носу на улице. Ист-Ривер вышла из берегов, океан поглотил Лонг-Айленд, а система городского водоотведения едва справлялась с дождевой водой, устремляя её по подземным канализационным каналам. Температура стойко держалась в районе пятнадцати градусов, и Говард чувствовал себя разбито. В такую погоду хотелось лежать в кровати под пуховым одеялом и разгадывать кроссворды. Возможно, попивать горячий кофе, приготовленный Джарвисом, и чувствовать себя в своей тарелке. Утро не задалось с того момента, как только он спустил ноги с кровати, успев вляпаться в лужу, оставленную либо Джекки, либо Клайдом. Повозмущавшись на собачье нетерпение, Старк, апатично настроенный и, кажется, разучившийся тараторить и выглядеть заинтересованным, быстро собрался и, заведя «малышку Долли», помчал в СНР. От работы его никто не освобождал, да и, пока Старк Индастриз готовится к одному из главнейших прорывов своего времени, нужно было утешаться хоть чем-то. Стоя у стола и разглядывая инструменты, Говард потирал щёку, не зная даже, за что взяться первым делом. Кажется, всё из его рук сыпалось, и против воли он ощущал себя потерянным. Печаль и тоска, кто бы мог подумать? Грустно усмехнувшись, он надел перчатки и, присев за стол, схватил пинцетом кристаллик, который ему привезли ещё неделю назад. Объект внеземного происхождения, ради этого стоит отвлечься от тяжёлых мыслей. Капитан Роджерс ровным, размеренным шагом шёл в мастерскую Старка. Здоровался с мимо пробегающими агентами, излучая уверенность и силу, но кто бы мог подумать, что он еле сдерживается, чтобы не сорваться на бег. Сердце выпрыгивало из груди, кровь стучала в висках, отбивая отчётливый ритм в ушах Стива: «Сейчас-сейчас-сейчас я увижу Тони». Господи, как он этого ждал. Всё тело покалывало от напряжения, а прошлую ночь Роджерс вообще не смог сомкнуть глаз, изнывающий от нетерпения, подстёгиваемый эмоциональной бурей из предвкушения, ожидания и тоски. Остановившись у двери, Стив улыбнулся. Сейчас. Сердце замерло. Он постучал и вошёл, сразу же ища взглядом Тони. Но его не было. — Говард, — поздоровался он, делая шаг на встречу старшему Старку. — Рад видеть тебя здесь. Если бы Старк стоял, он бы рухнул, потому что самообладание подвело его, отзываясь ломотой в ногах. Неловко прочистив горло, он поднял голову от микроскопа и посмотрел на Стива, стараясь выглядеть не слишком уж ущербно, искренне улыбнулся. — О-хоу! — воскликнул он, путаясь и запинаясь в мыслях, не зная, как себя вести. — Какие люди! И какими… это ты судьбами здесь? Сейчас? Почему я… почему я не в курсе? — Я писал Тони, что, возможно, у меня получится выбраться ненадолго, — улыбаясь и наклоняя голову набок, сказал капитан. — Он не говорил тебе? Кстати… где Тони? — ему не терпелось скорее увидеть его. Как в замедленной съёмке, Говард увёл взгляд в сторону и отложил пинцет с кристалликом в железную ванночку. Сердце при этих словах испуганно забилось, и он проклял весь белый свет, потому что именно ему выпала доля… объявлять о таком. Пытаясь подобрать слова, он снова посмотрел на Стива. В тёмных глазах Старка плескалась тоска и печаль. — Стив… — и это был тот максимум, который он смог выдавить из себя в эту минуту. Улыбка моментально исчезла с лица Роджерса, а руки непроизвольно сжались. Он внимательно посмотрел на Говарда, не решаясь даже предположить, что такого могло случиться. — Что? — тихо переспросил Стивен, делая шаг к нему. — Где… Тони? Боясь не совладать с самим собой, Говард спрятал руки под столом и крепко стиснул пальцы. Он должен. Он должен. Он собственными глазами видел то, что произошло, и теперь ему нужно рассказать об этом не только Джарвису, но и… Стиву. — Стив… — Старк растерянно покачал головой, быстро соображая. — Он… его… Неделю назад Тони засосало во временную воронку, и он… Тони здесь… больше нет, — последние слова прозвучали жалко, и Говард не смог заглянуть Роджерсу в глаза, потому что чувствовал себя виноватым: не смог удержать сына, а теперь они все в неведении — жив ли Тони, здоров ли, всё ли у него хорошо? — Нет. Нет, этого не может быть, — замотал головой капитан, отказываясь верить. — Нет же, нет. Он не мог, он… он ждал меня, он обещал… обещал… дождаться, — пробормотал он, отступая назад. Нет. Так не бывает, так не может случиться. Стив просто спит и сейчас проснётся. А Тони рядом. Он не может исчезнуть, не сейчас, не так. Нет. Со стороны могло показаться, что Роджерс как умалишённый качал головой, шагая назад, пока не упёрся бедром в столешницу. Взгляд смотрел в никуда, а лицо резко приобрело сероватый оттенок. Что в этот момент происходило внутри него, нельзя даже было описать словами. Тони… Тони больше не существует. Не… существует. Его нет. Нет нигде. Нигде нет. Стивен с трудом опустился на стоявший рядом стул и закрыл лицо руками. За что? За что так с ним? Почему сейчас? Почему? Так ведь… так нельзя. Нельзя давать человеку всё и всё отбирать. Тони нет. Он не зайдёт сейчас в мастерскую, не обнимет его, Стив не услышит больше его голоса. Он прикусил щёку изнутри, боясь, что позорно расплачется, как девчонка, потому что перед глазами уже стоял туман. Говард подскочил со стула и, чувствуя чужую боль физически, подошёл ближе к Стиву, всё ещё боясь контактировать с ним столь тесно, мало ли что? Он тяжело вздохнул и сделал ещё один шаг, положив ладонь ему на плечо, неуклюже притянул его к себе, позволяя ощутить поддержку, и прокашлялся, крепче обнимая Стива за плечи. — Мне… мне жаль, — прошептал он побелевшими губами. — Я так хотел бы… чтобы… А-а-ай, я даже не знаю, чего хотел бы больше: жениться раньше или никогда не отпускать его от себя, — продолжая шептать, высказался он, отгоняя боль за грудиной, стараясь быть мужественным и сильным, но страх за жизнь ребёнка, которому сорок с лишним лет, никак не хотел отступать, а ещё Стив. Господи, такое разве возможно? Роджерс отнял руки от лица и взглянул на него покрасневшими глазами. Он идиот. Если капитан потерял любимого человека, то Старк… он же отец, а это намного больнее. — Прости, — едва слышно шепнул ему Стив. — Ты… тебе тоже… больно. Я не… я не знаю, как теперь… я… — он поднял руку и коснулся ей тёплой ладони на своём плече. Что же теперь делать? Как жить без него? Как вообще можно жить, потеряв часть души, часть жизни, часть сердца? Капитан ещё не мог полностью осознать, что это конец. Конец всем его мечтам, желаниям, стремлениям. Без Тони всё теряло смысл. Без него ему ничего не нужно. Будь проклята эта война, отнявшая столько сил и времени, которого у них и так было мало. — Ты… Он будет у тебя, он… будет… у тебя, — хрипло проговорил Стивен, думая о том, что Говард сможет обнять сына, сможет быть с ним, любить его, а у него… у него больше не будет Тони. Старк пытался слушать слова Стива, но выходило плохо. Он не мог сообразить, если Тони вернулся в будущее, возможно ли такое, что там они с капитаном вместе? Жизнь ведь ─ непредсказуемая штука, неизвестно чем и как повернулось то, что они натворили в сороковых, в двухтысячных Тони. Говард мгновенно заболел этой мыслью. Он покрепче сжал плечи Роджерса, рвано выдохнул и, слыша, как сердечный бум набирает обороты, заглянул ему в глаза. — Стив, мне правда… жаль, но, может быть… в будущем он найдёт тебя? Ты ведь… не пустой звук, — пробормотал Говард, вглядываясь в потерянного человека. — Я… я не знаю. Это… невероятно. Но он… любит тебя, ты ведь знаешь об этом? Четыре года не выкинуть из головы, а ход времени не изменить. Он не… он не забудет нас вот таких. Ты знаешь, да? Ты мне веришь? — Я… — капитан с болью во взгляде смотрел на него. — Я… верю, но… Он же… А я… Мне будет… я буду стариком в его времени, мне будет под сотню… если будет. Я не… я не знаю, — мысли путались, а от возникших теорий становилось ещё мучительнее. Стиву казалось, что мир рухнул ему на голову, осыпался пеплом, и ничего нельзя сделать, чтобы хоть как-то унять боль, острыми когтями царапающую сердце. Как он мог допустить это? Как мог оставить Тони, зная, что его время здесь ограничено. Боже, да сколько ж времени они потеряли?! Сначала Старк гонялся по всему миру, желая вернуться в своё время, а когда они только-только обрели друг друга, это желание догнало его само. Это несправедливо. Нечестно. Нет. — Я не знаю… как быть без него, — прикрыв глаза, признался Роджерс очень тихо. — Стив… — начал было Говард, но осёкся. Он совершенно точно не понимал чувств Роджерса как влюблённого человека, но мог разделить боль потери. Это странное ощущение, будто от тебя отрезали кусочек чего-то очень важного и заставили жить инвалидом. Так не бывает, конечно, но, кажется, мир совершенное и неизведанное таинство, приносящее не только счастье, но разочарование и тоску. А ещё теперь возможны путешествия в прошлое и будущее, судя по всему… тоже. Мысль яркой вспышкой разрезала сознание, и Старк встрепенулся, встряхивая Стива за плечи. — Если он попал в прошлое, то ты… мог бы… Стив? — Если бы я мог, если бы… — глаза капитана распахнулись, зрачки расширились. — Но как? Я бы всё отдал за то, чтобы оказаться там, с ним. Как… как это было? Можно ли это повторить? Нет… Говард, нет, это безумие. Это мираж, призрачная надежда. Лучше… не думать о таком, потому что потом будет больнее, — выдохнул он, качая головой. Сейчас они напридумывают с горя, а когда поймут, что это невозможно, будет только хуже, будет больнее, когда надежды совсем не останется. Старк разочарованно выдохнул. Даже если у него получится, то когда это получится? Каким образом можно отправить человека на много лет вперёд, при этом не повредив жизни обоих? Наверное, это всё ещё не настолько изучено, чтобы можно было создавать какую-то базу знаний. Сердце заболело ещё сильнее. Так не должно быть. Влюблённые сердца, разделённые временем. И как им со Стивом узнать, что там, в двухтысячных, всё в порядке? — Стив… мне очень жаль, но мы… наверное, мы не сможем узнать, как и что там, — он грустно вздохнул, и глаза его заблестели из-за влаги. Он будет скучать по сыну. А впереди ещё двадцать лет. — Если… только если мы выживем? У тебя ведь сыворотка… она не даст тебе состариться, ты знаешь? — Наверное, я буду стареть, просто медленнее, — потерянно выдохнул Роджерс, качая головой. — Я не… знаю. Не думал об этом, а сейчас… Я потерял столько времени, зная, что он может исчезнуть. Мы потеряли. Он поднялся со стула и коснулся рукой предплечья Говарда. Вот так бывает: ты просто живёшь, а в какой-то момент в твою жизнь врывается один человек и меняет всё для тебя. Тони изменил их, ворвавшись, как ураган, моментально растапливая сердца обоих мужчин. — Я не знаю… что сказать. Нам остаётся надеяться, что у Тони всё хорошо там, в будущем, — тихо сказал Стив, заглядывая в печальные глаза Старка. — Я так… люблю его, — впервые признался он ему. — Если бы только ещё раз его увидеть… Неуверенно ответив на взгляд, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке, слыша эти слова, которые должны были принадлежать сыну, Говард несколько раз усиленно моргнул, прогоняя туман из глаз. Он не знал, что сказать и как быть дальше, как теперь мириться с этим пусть не ему, но Роджерсу? — И он… он тоже тебя любит, — поделился Старк, вглядываясь в красивое, но какое-то пустое лицо капитана. — Возможно, так и будет, возможно, вы… встретитесь. Стивен не верил в это. Слишком много лет между ними, слишком много времени, слишком… для того, чтобы это было правдой. Наверное, ему уже не суждено быть с единственным человеком, который был для него единственным лучиком света, ради одной улыбки которого стоило сворачивать горы и переплывать океаны. — Я… пойду, — капитан отвёл взгляд и в последний раз коснулся плеча Говарда. — Нужно время. Выйдя из мастерской, Стивен побрёл в самый дальний конец базы, ища место, где можно было побыть одному и подумать о том, что теперь ждёт его впереди.
