Опасные игры

Древнейший инстинкт зверей и стражников: преследуй всё, что убегает. Терри Пратчетт "Ноги из глины"

Алегра спала крайне плохо. Ее мучили кошмары и отголоски чьих-то голосов. Поэтому девушка проснулась намного раньше Аббадона, что случалось крайне редко. Под боком недовольно заурчал Фархат, цепляясь коготками за простыню. Пленница рассеянно провела рукой по мягкой шерстке, думая о том, как же этот маленький зверек поразительно отличается от того злобного тигра, который защищал ее ночью. Девушка подавила готовый вырваться наружу всхлип и резко вскочила с кровати. Едва не погибшая вчера душа требовала действий, требовала доказать, что она жива и Алегра с радостью бросилась выполнять эту прихоть, чтобы отвлечься от жутких мыслей. Девушка с каким-то остервенением стирала свое грязное порванное платье, куртку и рубашку Аббадона. Зачем Алегра стирала вещи своего мучителя, она точно не могла сказать, наверное, таким образом, девушка срывала свою злость и обиду на самого Темного Князя и на всю ситуацию в общем. Занимаясь нехитрыми хозяйственными делами, пленница вспоминала свое детство, и иногда нервно вздрагивала. Ренал никогда не ругал свою дочь за испачканную и порванную одежду. В этом плане генерал исповедовал исключительную лояльность, но неизменно заставлял ребенка исправлять свои огрехи. Алегре казалось, что у нее в ушах по-прежнему звучит немного усталый голос отца: «Лазила по деревьям в саду и порвала платье? Ничего страшного. Возьми и зашей сама. Упала в лужу и испачкала плащ? Что ж, с кем не бывает, но постирать тебе его придется самой. Зацепилась ногой за корягу и порвала туфельку? Какая жалость. Придется тебе попытаться починить ее. Что значит, не можешь? Ну послушай милая, ведь ты же сама полезла на дерево, это был твой осознанный выбор. Отчего кто-то должен исправлять твои промашки?» И маленькая Алегра, размазывая по щекам горькие слезы, шла чинить испорченную одежду. Сейчас девушка была даже благодарна отцу: он научил ее ценить чужой труд и его плоды. Принцесса устало выпрямилась и откинула назад упавшую на лицо прядь. За размышлениями процесс стирки пролетел незаметно. Девушка сложила чистые вещи в тазик и только тут задумалась о том, что одежде нужно где-то высохнуть, а на улице дождь. Спустя несколько секунд, девушка все-таки пришла к более-менее разумному решению. Алегра просто растопила в кухне камин и развесила вещи на спинки стульев. Девушка устало прислонилась к стене и медленно сползла на пол. Пленница подтянула к себе ноги и положила голову на колени. Жаркий натопленный воздух окутывал Алегру тяжелым удушливым шлейфом, но его тепло было не в силах согреть озябшее сердце. Принцесса закусила губу, пытаясь подавить лихорадочный вой раненого животного, но вот слезы удержать в себе не удалось. Девушка ощущала себя потерянной и разбитой на сотни мелких осколков, которые нерадивый художник-реставратор не смог собрать в правильном порядке. - Что здесь происходит? – Алегра вздрогнула от звука распахнувшейся двери и сквозь слезы посмотрела на разгневанного Аббадона. - Все хорошо, - твердо ответила пленница, резво поднявшись с колен и украдкой вытерев слезы. – Сушу белье. - Я вижу, - тихо выдохнул мужчина, походя к принцессе. Алегра попыталась отступить, совсем забыв, что сзади находится стена. Аббадон медленно, но твердо поднял лицо девушки за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. Алегра нервно облизнула пересохшие губы, потерявшись в том вихре эмоций, которые выражались мимикой и взглядом Темного Князя. Удивительный коктейль из любопытства, осторожности, некоторой доли восхищения пьянил пленницу, подавляя ее волю и самовыражение. Девушка вдруг подумала о том, что ей безумно хочется провести пальцами по щеке Аббадона, зарыться в мягкие черный волосы, а самое страшное и восхитительное ощутить прикосновение губ мужчины. Эта магия продолжалась ровно до тех пор, пока Алегра не прочитала в глазах Темного Князя еще одно чувство, пробудившее в ее душе глубокое отвращение. Это была жалость. Девушка вздрогнула и уперлась руками в грудь Аббадона, пытаясь оттолкнуть его. Впрочем, стало только хуже. Алегра ощущала биение чужого сердца, напряженные мышцы. Пальцы пленницы неосознанно заскользили по голому торсу вдоль шрамов, а Темный Князь…. Он просто отступил назад, вытянув руки вдоль тела, чтобы больше не прикасаться к девушке. - Что ж, - хрипло выдохнул Аббадон, - я вижу тебе уже лучше. Думаю, еще пару дней и ты окончательно придешь в норму. Алегра неуверенно кивнула, скорее ради того, чтобы показать, что она слышит мужчину, но не от решительного согласия. Под внимательным взглядом Темного Князя девушка подошла к стульям, на которых было развешано белье, и удивленно выдохнула: оно было абсолютно сухим. Пленница даже побоялась мысленно представить, сколько времени она просидела без движения, уставившись в одну точку. Откинув невеселые мысли в сторону, девушка принялась за исполнение второго пункта своего плана, а именно за починку одежды, справедливо рассудив, что если они в ближайшее время собираются выходить из леса, то ни полуголый Аббадон, ни Алегра в обруганных религией и общественной моралью штанах, не произведут положительного впечатления. Однако, если с платьем особых проблем не возникло (пленница просто сшила его по месту разрыва), то на куртку и рубашку Темного Князя не возможно было взглянуть без слез. Обгоревшая и оборванная в местах попадания заклинаний одежда годилась только на роль половой тряпки, но Алегра вопреки всему не сдавалась. Ей казалось важным подарить вторую жизнь уничтоженным вещам, словно это было дело ее чести. Долго не думая, девушка в качестве восстановительного материала использовала одну из простыней с кровати. Фактически, ей необходимо было полностью заменить воротник, половину спинки и одну из полочек. Особого страха Алегра не испытывала, хотя это был ее первый опыт починки мужской одежды – хуже, чем есть она бы точно не сделала. Еще одним препятствием стало отсутствие метра, но пленница достаточно лихо выкрутилась из этой ситуации, использовав тонкую полоску ткани, отмечая на ней мерки кусочком угля. Как ни странно, Аббадон покорно предоставил себя в руки начинающей портнихе, а потом и вовсе сел помогать. Худо-бедно, но в четыре руки они смогли привести рубашку в нормальный вид, а вот с курткой дело не заладилось. В конце концов, Алегра просто зашила прореху на боку и обрезала воротник. - Спасибо, - улыбнулся Аббадон, надевая одежду. – Не ожидал от тебя такого. Девушка устало пожала плечами и тряхнула головой. Несмотря на показное безразличие, пленнице были очень приятны слова Темного Князя. - Аббадон, - хрипло позвала мужчину Алегра, - ты помнишь, что мне обещал тогда в лесу, когда мы шли к этому домику? - Помню, - медленно протянул Темный Князь. – Я обещал отпустить тебя, если ты выведешь меня из леса. - Так вот, на улице, кажется, закончился дождь, а слякоть не такое уж сильное препятствия, и мы могли бы… - девушка затихла, не решаясь закончить предложение. Аббадон внимательно посмотрел на Алегру, словно отыскивая что-то в ее напряженной фигуре. Пленница нервно закусила губу, ожидая вердикта Темного Князя. Почему вдруг девушка так загорелась идеей продолжения похода, она не могла сказать и сама. Возможно, это было та самая потребность в действии, которая толкнула Алегру на начало большой стирки, но, скорее всего… Девушка просто хотела домой. Она безумно скучала по утреннему туману в горах, по огромным снежным массивам, по большой отцовской библиотеке и мягкому кожаному кресле в его кабинете. Алегра помнила, как любила забираться на него с ногами, смотреть на неторопливый танец снежинок. Замок находился так высоко в горах, что даже в самые жаркие летние дни, был неизменно укутан белоснежным ковром. - Собирайся, - жесткий голос Аббадона вырвал девушку из плена грез. - Только, - Алегра замялась, не зная, как продолжить, - мне нужно сходить кое-куда, но это быстро. Буквально полчаса, не больше. - И ты думаешь, что я тебя отпущу? – хмыкнул мужчина. - Это недолго, - тихо прошептала девушка. – Я вернусь. Клянусь жизнью, любовью, честью и силой. Если Темный Князь и был удивлен, то виду не подал. Только хмуро ухмыльнулся, словно напоминая Алегре, что в его власти найти ее в любом уголке света. Аббадон молча наблюдал за лихорадочными сборами девушки, и лишь только тогда, когда пленница стояла на пороге безразлично бросил: - Элизиум? - Не твое дело, - вспыхнула девушка и выбежала из домика. А мужчина приготовился к тому, чему его уже давно научила жизнь. Ждать. И упорно пытаться пробиться сквозь стену, которая отделяла его от магии. *** Влажные руки заскользили по камню. Девушка всем телом прижалась к стене, пытаясь удержаться на неверной тропке. Вообще-то в Элизиум можно было попасть двумя путями, и естественно для посетителей предусматривалась более тяжелая дорога. Возможно, для того, чтобы родственники похороненных здесь воинов, сотню раз подумали, а нужно ли им это посещение? Алегра часто и глубоко задышала, а затем продолжила спуск. Медленно, осторожно, то и дело, отыскивая руками дополнительную опору. Девушке часто приходилось наклоняться, а иногда и вовсе продвигаться ползком по узким пещерным коридорам. Благо, что работали магические светильники, иначе пленница точно бы заплутала в хитросплетениях тайных ходов. Ободранные в кровь руки сильно саднили, да и сбитые коленки удовольствия уж точно не доставляли. Поэтому, как только впереди показался большой зал, Алегра выдохнула с огромным облегчением. Девушка устало выпрямилась, осматривая помещение. С момента похорон Роберта ничего не изменилось. Невероятные кристаллы разных цветов, форм и размеров придавали этому месту особую таинственность и мистичность. В центре располагалась статуя виде меча, обвитого живыми белыми розами. Как и в прошлый раз, девушка поразилось невероятной живучести и силе растений, которые даже глубоко под землей умудрялись цвести и радовать глаз редких наблюдателей. Алегра шагала по одному из многочисленных коридоров, которые вели непосредственно к самим саркофагам. Место захоронения Роберта она нашла достаточно быстро: память не подвела ее. Девушка долго стояла подле огромной ледяной глыбы, в которую было заточено мертвое тело, не решаясь прикоснуться к ней руками. Ее охватило странное чувство: и сам Роберт, и это место остались неизменными, а вот она сама, словно воплощала собой разлом и непостоянную изменчивость внешнего мира. Но было еще что-то и эту пугало девушку куда сильнее. Она пыталась отыскать внутри себя горячую тоску по возлюбленному, но натыкалась на едва тлеющие угли. Алегра обхватила себя руками, с ужасом понимая, что только ненависть к Аббадону подпитывала костер ее влюбленности. Теперь же, когда она простила Темного Князя, когда отпала необходимость мести, когда фактически пропал последний смысл жизни, девушка хотела вцепиться хоть во что-то неизменное в ее душе – в любовь к Роберту, но как оказалось, ее там уже давно нет. Алегра с ужасом кинулась прочь от мужчины, плутая в бесконечных переходах и развилках, пока не присела отдохнуть прямо на каменный пол. Впрочем, и отдых получился рваным и кратковременным. Девушка устало подняла глаза и едва не убежала прочь. По бокам коридора выстроились мертвые воины в полном облачении, неся свой последний караул. У ног каждого стояла меленькая плошка, в которой светился огонек. И цветы. Так много цветов живых и уже истлевших источающих противный гнилостный запах. Алегра медленно шла вдоль коридора, не в силах отделаться от ощущения, что за ней кто-то следит. Наконец проход закончился, образовывая небольшой грот. Девушка содрогнулась от шума воды, стекавшей по одной из стен и тут же уходившей в землю, удивлялась, как могла не услышать такого раньше. На огромном постаменте располагалась величественная ледяная глыба, словно подсвеченная изнутри сотнями осколков звезд. Алегра приблизилась к постаменту, читая эпитафию, посвященную ее отцу, но удивлялась не количеству высокопарных и поэтических слов, а совсем другому. Ледяная глыба оказалась пустой. Свет мешал увидеть это из прохода, но вблизи становилось ясно – могила Ренала пустовала. Вернее вместо мертвого тела там покоился, словно какой-то призрак, отдаленно чертами лица напоминающий генерала. Девушка догадалась, что эта иллюзия должна была поддерживать обман, но видимо заклинание дало сбой, что часто случалось в этих местах. И уже в который раз за сегодняшний день пленнице стало страшно. Выходит, что…. Алегра нервно тряхнула головой, боясь даже додумать эту мысль до конца. Девушка бросилась прочь от этого места, на этот раз окончательно. *** Приставленный к горлу нож явно не добавил сегодняшнему дню позитивных моментов. Алегра облизнула пересохшие губы и нагло соврала: - Нет. Он там не один. Еще десять человек охраны. Элитные идеально обученные воины-убийцы. - Значит Торнак ошибся, - хмуро заключил здоровый небритый детина, который и угрожал девушке. Остальные разбойники стояли полукругом и ждали вердикта своего главаря. Внезапно Алегра пожалела, что не добавила ее несколько мечников и магов к мнимой охране, но было уже слишком поздно для каких-либо изменений. - А ты кто такая? - Дочь купца Рисхарда, - девушка надеялась, что если этот обман и дойдет до старого торговца, то уж он точно простит его своей любимой покупательнице. – Папочка прислал мне письмо, в котором срочно просил вернуться домой, а я еще, между прочим, не успела закончить обучение в Школе благородных искусств. У меня же почти грамота с отличием в кармане была, а тут… - Алегра задохнулась от весьма ощутимого толчка под ребра и захрипела. - Хорошо заливаешь, дрянь, - хмыкнул один из разбойников. Несмотря на свое бедственное положение, девушка едва не попала под очарование этого головореза. Главарь банды словно сошел со страниц женских бульварных романов, воплощая собой предел мечтаний. Но в отличие от своих книжных аналогов в его взгляде не было ни тоски, ни обреченности, ни жажды любви, а только холодная жестокость садиста. Возможно, для настоящей Анаэль Рисхард такой тип мужчин и был привлекателен, но Алегра нутром чуяла всю фальшь. Да и что говорить, даже Аббадон вызывал у девушки больше положительных эмоций. - Бедняжка Анаэль убежала со своим любимым, - тут главарь противно хмыкнул и добавил, - то есть со мной. Так вот, это я к чему. Мне ли не знать, как выглядит девушка, которую я ограбил и продал в обшарпанный бордель. Ты гораздо симпатичнее. Алегра нервно сжала кулаки, пытаясь унять накатившую панику. Пленница испытывала презрение и брезгливость к недалекой дурочке, которой вечно потакал во всех ее прихотях отец, но даже она не заслуживала такой участи. - Поэтому не ври. Тебе же хуже будет, - разбойник подошел к Алегре и наотмашь ударил ее по щеке. Девушка непроизвольно дернулась, лезвие ножа слегка царапнуло нежную кожу, а по шее побежала струйка алой крови. - Хочешь выслушать мою версию событий? – как ни в чем ни бывало продолжил тать, срывая с пленницы кулон. – Ты, волочайка, повелась на сладкоголосые обещания своего полюбовника, и вы сбежали, скорее всего, прихватив некую сумму денег у твоих родственников. Так ведь? - Отдай украшение, - выкрикнула принцесса и тут же согнулась от неожиданного удара в живот. Если бы в этот момент нож по-прежнему угрожал девушке, она бы уже лично жаловалась Силам на свою несправедливую судьбу. - Так да или нет? - Да, - прохрипела Алегра. - Ну вот, - удовлетворенно протянул главарь. – Что и требовалось доказать. А побрякушку свою получишь за хорошее поведение. Так что веди нас к своему мужику, да побыстрее, а то неизвестно чего нам больше по дороге захочется: отомстить за наших товарищей или тебя под деревом разложить. Обратная дорога к домику пролетела практически незаметно. Алегра пыталась придумать способ, как можно предупредить Аббадона о надвигающейся опасности, но при этом и самой не рисковать. Ничего толкового в голову не приходило, да еще и постоянные сальные шуточки и щипки разбойников вводили пленницу в жуткое состояние, словно кто-то раз за разом опрокидывал на нее ведро с грязью. - Смотри мне, - напоследок прошептал главарь, прежде, чем вытолкнуть девушку из кустов, - его точно не спасешь, а вот сама пострадать можешь. Так что давай зови его и без глупостей. Алегра потерла подбородок, а потом во весь голос закричала, пытаясь пародировать воркования влюбленной по уши клуши: - Котеночек, я вернулась. Почему ты не встречаешь свою рыбку? Где же ты мой львенок? Девушке стоило огромных усилий не рассмеяться в самый ответственный момент, но кажется, разбойники поверили ей, а Темный Князь быстро смекнет, в чем тут подвох. Пленница медленно шагала по протоптанной среди деревьев дорожке, как вдруг из тех кустов, где затаились разбойники, послышалось сдавленное бульканье и крик ужаса. Принцесса упала на землю, прикрывая голову руками, неподвижно уставившись на вонзившуюся в дерево стрелу. В кустах происходило, что-то жуткое, Алегре чудились рык дикого зверя и всполохи магии. Неизвестно сколько бы девушка пролежала без движения, если бы Аббадон не поднял ее рывком, толкнув вперед. И девушка побежала. Так, как не бежала никогда в жизни. Она не обращала внимание на разрывающуюся от боли грудную клетку, дрожащие от усталости руки и ноги. Стоило ей только остановиться, как Темный Князь тут же бил ее по спине, и Алегра против воли бежала дальше, чувствуя, что еще немного и ее тело и душа побегут отдельно. - Осторожно, - закричал Аббадон, пытаясь удержать девушку на краю ямы. Беглецы кубарем скатились с обрыва, но что удивительно стоило падению прекратиться, как Алегра перестала слышать погоню. Девушка даже испугалась, что оглохла, но тут минутную идиллию нарушил мелодичный голос: - Кто вы? И как прошли сквозь защитные чары эльфийской общины?