Лето. Озеро. Пляж. Любовь.

      — Хотите, я вас нарисую?       Маринетт смотрела на него удивлённым взглядом. Тело всё онемело от чего-то, она и сама не поняла, и, глупо улыбнувшись она выдала:       — Ну давай.       Какой-то там предлог и глагол заставили просиять художника, он встал со своего места и подвинул стул для Маринетт. Девушка следила за его нервными и поспешными действиями. «Это я толстая или он такой худой? — спросила себя Дюпен-Чен. — Он рыжий, а веснушек нет. Даже у меня есть… Эх. Несправедлива жизнь. Интересно, у него какого размера джинсы? — прищурилась она, а потом её взгляд пал на его руки и она медленно сглотнула. — Аккуратные… Он точно парень?! А если он би? Или ещё того хуже…»       — Стоя или сидя?..       «Чё?». — У Маринетт глаза чуть на лоб не полезли, за одну секунду она столько себе представила, что самой стыдно стало.       — Э-э… В смысле, в полный рост рисовать или портрет? — быстро исправился художник, а карандаш чуть из рук не выронил от своей оплошности. «Ну я и дура, — вздохнула она, — нет, извращенка. За такие мысли в тюрьму надо, боже… Парень мне тебя жаль, что ты встретил меня».       — Так что? — спросил художник, заметив, что та застыла.       — Э… Давай портрет. — И, улыбнувшись, села на складной стульчик.       Художник заточил карандаш по острее, закатал рукава, открывая вид на вены, которые были хорошо видны на худых руках, и приступил к работе. Всматриваясь в черты лица Маринетт несколько секунд, он тут же принимался водить карандашом по листу, практически не надавливая на него. Несмотря на медлительность в жизни или некую тормознутость, как показалось Маринетт, парень очень быстро рисовал и управился меньше, чем за час.       — Как тебя зовут? — спросил он, посмотрев на неё правым глазом, ибо левый закрыла чёлка.       — Маринетт, — улыбнулась Дюпен-Чен, смотря, как парень, примерно на год или два старше неё, пишет её имя на портрете. — А тебе не мешает чёлка?       Он поднял на неё взгляд и протянул работу.       — Готово, — негромко проговорил он.       — Потрясающе! Сколько я должна?       — Нет-нет, нисколько, — замахал руками художник. Маринетт нахмурилась.       — Погоди, я знаю, чем тебе заплатить, — улыбнулась она и стала рыться в портфеле. — Вот, держи, — она кинула ему яблоко, которое купила недавно.       — С-спасибо…       — Я думаю, тебе всё-таки мешает чёлка. Возьми, — она протянула заколку. — Теперь будешь видеть двумя глазами.       Ошарашенный парень не смог и слова сказать, а когда хотел поблагодарить Маринетт, та уже помахала ему рукой и направилась дальше.       Любуясь своим портретом, девушка шла в приподнятом настроении. Уже ничто не могло его испортить!..       Опираясь о багажник мотоцикла, Адриан смотрел по сторонам. Ветер раздувал волосы, колыхал одежду и не был холодным, а таким тёплым и приятным. Нино, сконцентрировавшись на дороге, ловко управлялся за рулём. Через пятнадцать минут езды, Лейф привёз друга на набережную Бурже.       — Ты домой как добираться будешь? — спросил он.       — Как-нибудь, — ответил Агрест. — Ладно, я пошёл.       Развернувшись он пошёл прямо по набережной аллее, где тротуар был отгорожен от дороги деревьями. Нино посмотрел ему вслед, закрыл забрало и уехал.       Адриан, смотря в землю, шёл о чём-то задумавшись. Он проходил мимо людей, сидящих на скамейках и смотрящих в сторону озера мельком о чём-то перешёптываясь или ведя беседу. Вроде всё ничего: хорошая погода, лето, настроение плевать, что на нуле, но вот живот… Эх, чувак, зря ты не поел мамины сырники. А так бы шёл себе спокойно и живот, как кит, не горланил бы тебе песенки.       — Чёрт, — выругался парень, остановившись. Вдруг послышалось «уррр» (или типа того) и Адриан напрягся. Две, сидящие на скамейке, девушки вдруг повернулись в его сторону, а потом захихикали в ладошку. «Класс! — сарказмом подметил он и поспешил идти дальше. — Агрх, есть хочу. Блин, и ни какой тебе забегаловки, кафешечки. Спасите меня!»       Пока кит горланил в его животе, Адриан свернул с аллеи и пошёл искать что-нибудь, лишь бы там была еда.       Спустя полчаса поисков, он не смог найти кафе, в магазинах ничего сытного не было и он пошёл в сторону большого рынка. Практически на входе он случайно налетел на женщину с коляской и сколько бы он не извинялся раз в минуту, она всё одно «да как так можно? Смотри куда прёшь! Хам. Негодяй». А когда заревел ребёнок, дамочка слетела с катушек. «Правильно, что хоть на природу выходит, — подумал Адриан от ходя от истерички». И опять это «урр».       — Оох… Что бы купить? — Думал парень, вертя головой. — А что я вообще хочу?       Он тяжело вздохнул и пошёл к лавке с фруктами. Взяв три банана и жуя их на ходу, Адриан думал, наестся ли он или нет? В общем-то трёх хватило, когда в конце рынка он заметил Маринетт. От удивления чуть не выронив последний кусочек, он заглотил его и с пакетиком, в котором лежали кожурки, помчался за девушкой, в надежде догнать её.       — Хей! — крикнул он, почти догнав. Девушка повернулась и… это была не Маринетт. Парень застыл, странно полу улыбаясь. «Нужно как-то выкручиваться. Не ловко вышло… — подумал он», а в слух понеслась:       — Хей, — он повернулся к прилавку, в надежде, что там что-то стоящее, но увидел бабулю, торгующую колготками. Чего только на рынке не увидишь! — Я нашёл бабуле колготки! — воскликнул Адриан и схватил вещь, пытаясь игнорировать удивлённый взгляд девушки. — Ох, я так долго искал именно такие!       У продавщицы чуть челюсть с асфальтом не поцеловалась. Девушка, которую окликнул Адриан хихикнула, прикрыв улыбку кулачком, а сам «мистер-везунчик-сегодняшнего-дня» с особым интересом разглядывал колготки.       — Мирей! — крикнул кто-то.       — Тео, я здесь, — обернулась Жат.       — Ух, я тебя нашёл, — вздохнул молодой человек примерно старше двадцати лет. — Ты почему отстала?       Мирей посмотрела на Адриана, хихикнула и, взяв своего парня под ручку, ушла. «П-пронесло, » — сглотнул Агрест.       — Эй, парень, — обратилась к нему бабулька, — ты будешь брать колготки?       — Пожалуй я приведу бабушку сюда и мы решим, — улыбнулся он и ретировался с места позора к выходу, а там в сторону набережной.       Выйдя с рынка, Адриан стал осматриваться, в какую сторону ему лучше идти, ведь он зашёл с другой стороны, с той, что ближе всего к набережной, и теперь, ему придётся либо идти обратно, либо обходить. Даже не сомневаясь он пошёл обход.       Хоть и светило яркое и палящее солнце, но на небе плавали облака, спасающие людей от него на пару минут, закрывая собой. Адриан шёл не быстрым шагом, но довольно-таки быстро дошёл до аллеи, по которой гулял полтора часа назад. В этом месте, рядом с озером, было прохладнее, ведь с него дул прохладный ветерок. Походу, люди специально сюда пришли к этому самому ветерку, что заняли все скамейки! И пока парень шёл, не видел ни одной свободной…, но если человек действительно хочет посидеть, он сядет где угодно. Как например одна девушка, уткнувшаяся в свой блокнот, с иссиня-чёрными волосами, причудливыми хвостиками, сидела под деревом на траве… вот теперь он точно не обознался.       Решив подойти к Маринетт, парень был позитивно настроен, но потом почему-то разволновался и остановился. «Чувствую себя бабой, — упрекнул он себя. — Я же Адриан Агрест, чёрт возьми!» Он медленно сглотнул и, глубоко вздохнув, пошёл, как ни в чём не бывало.       — Маринетт, — воскликнул он, — вот так встреча!       Девушка подняла взгляд.       — Адриан?! Т-ты как здесь?       Дюпен-Чен на столько удивилась, что даже разнервничалась и решила встать, но парень её опередил и сел рядом, заглянув в её блокнот.       — Что делаешь? — спросил он.       — Рисую, — ответила Маринетт и стёрла ластиком, который держала левой рукой, ненужный штрих, а потом продолжила рисовать правой.       — Ты художник? — спросил Агрест, мысленно удивившись, что девушка работает двумя руками. Обычно рисуя правой рукой, люди откладывают карандаш и берут ластик.       — Я только учусь, — улыбнулась Маринетт, не отрываясь. Адриан заценил её шуточный ответ и усмехнулся. — А вообще я буду учиться на дизайнера.       — Правда?       — Не знаю, — ответила она и приостановила рисование, — я ещё не поступила. — И продолжила. — А ты, чем занимаешься?       — Спортом…       — Каким?       — Мама водила с детства на разные секции, но в итоге я остановился на фехтовании. Ещё играю на пианино и учу китайский.       — Здорово, — улыбнулась она. — Теперь понятно, почему ты так хорош в волейболе. — Адриан удивился.       — Ты тоже, — сказал он, пытаясь подбодрить Маринетт.       — Правда? — оживилась она, повернувшись к Агресту, и он кивнул, продолжая сохранять улыбку. Они сидели и смотрели друг на друга, может этот момент длился бы дольше, пока его не разорвал звонок телефона Адриана. Маринетт сразу же отвернулась к блокноту, сильно покраснев. А Адриан достал из карман шорт телефон. На экране было высвечено «отец», от чего Агрест нахмурился и сбросил вызов.       В этот момент мимо пролетали три чайки, заметив их, Маринетт притянула к себе блокнот.       — Ты чего, чаек испугалась?       — Ну, кто знает, куда и когда они свои катапульты сбросят.       — Ха-ха-ха-ха… — рассмеялся парень и поднялся с места. Маринетт проследила за ним взглядом, отметив про себя, что вчера не слышала, что бы он так смеялся, только она ржала, как последняя тронутая. — Слушай, — неуверенно начал он, а Дюпен-Чен закрыла блокнот, — не хочешь погулять…       — Мы же итак…       — …со мной?       Адриан протянул ей руку, чтобы она встала. Удивлённая таким предложением, Маринетт застыла, не отводя взгляд от стоящего перед ней парня.       — Да, — улыбнулась она и вложила свою руку в его. Сжав её, как показалось Адриану, маленькую ручку, он помог ей встать. — Идём?       Сделав шаг, Адриан только сейчас понял, что держит Маринетт за руку. До сих пор. Видимо, тоже это заметив, Маринетт неловко улыбнулась и, расцепившись, они пошли прямо по аллее. Слева Бурже, а справа дорога. На небе солнце и кучевые облака. Впереди пляж, а дальше пристань с большим количеством лодок: и на прокат, и частных.       — Куда пойдём, моя леди? — спросил Адриан, ухмыляясь, смотря вперёд и держа руки в карманах. Маринетт, улыбнувшись, приподняла одну бровь.       — Пытаешься быть крутым?       — Да.       — Не надо, — помотала головой она, а парень виновато улыбнулся.       — Сколько тебе лет?       — Тебе не говорили, что спрашивать у девушки о её возрасте, не прилично?       — Хитро. Так сколько?       — Ммм… пятьдесят пять.       — Да ты молодо выглядишь! — воскликнул Адриан. — Но я ещё моложе в свои шестьдесят.       — Вижу ты ещё тот бодрячок, раз в свои годы спортом занимаешься!       — Я-то да! А вот ты, в какой раз на дизайнера поступаешь? — усмехнулся он, не заметив, что девушка подбежала к воде и, когда он повернулся, в него полетели капли воды.       — Получай! — брызгалась девушка.       — Ладно, ладно, — молил Адриан. — Маринетт, сжалься…       — Так и быть, — поднялась с колен та и посмотрела на Агреста. — Ха-ха-ха-ха… Ты весь сырой!       — Всё я пошёл, — буркнул он.       — Ты чего, обиделся? Вообще, это мне стоит обижаться, — нагнала его Маринетт. Парень искоса посмотрел на неё. — Не бойся, высохнешь. Лето же.       — Не смешно, — продолжал дуться Адриан. Маринетт вздохнула и тут ей пришла безумная мысль столкнуть парня в воду.       — Ха-ха-ха, — посмеялась она. Решив, что девушка смеётся над ним, Адриан разозлился.       — Ну всё, берегись, — грозно сказал он. От этих слов Маринетт бросилась бежать, а смех сам стал вырываться.       Так просто и непринуждённо, знакомые меньше сорока восьми часов люди, начали своё общение, а вскоре это общение перерастёт в дружбу. Может быть, ведь случайности, не случайны.