Где расцветет дерево Элементаль

      - Ну, наконец-то! – Маккензи снова была сердитая и голая: – Где ты все время пропадешь? Мы же волнуемся!       Дженсен улыбался:       - Я тут был немного занят. Точнее, слегка захворал… Но ты не беспокойся – сейчас уже все хорошо.       - Что произошло? – Дженсен рассказал. Микки слушала внимательно, всматриваясь в отражение лица брата на своем конце «магического водофона». Хмурила тонкие брови: – Ты применил заклинание перетягивания боли? А когда ты успел овладеть им?       Принц смущенно улыбнулся:       - Я его выучил, но ни на ком не успел ни разу опробовать…       - Это уже ни в какие ворота! Зачем ты так рисковал, брат?! – Маккензи всплеснула руками.       - Ты сама знаешь, Микки…       - Знаю, но все же… Это был очень большой риск! Ты мог умереть!       - Мы все когда-нибудь умрем…       Это прозвучало настолько обреченно, что девушка испугалась:       - Ну-ну, перестань! Дженни, все будет хорошо – вот увидишь!       - Я тоже на это надеюсь…

***

      Эклз как раз доделывал с пацанятами второй лук – Дженсен заканчивал обмотку, а мальчики усиленно обтачивали крохотными ножиками стрелы, когда услышал:       - Может, Дженсен сможет помочь?       - А удобно просить его?       - После того, что он сделал для твоего брата, он мне почти, как сын! – во двор вышла Королева Шерон – маленькая и величественная, за ней Мегги и еще какие-то незнакомые фирболги и лепреконы.       Дженсен отложил работу, привстал и вежливо поклонился. Шерон улыбнулась:       - Не надо кланяться, Джен! Я хотела попросить тебя – если тебе не трудно, конечно. Тут в одном из селений…

***

      Так славно пахло землей и свежестью! И немножко земляникой. Дорога петляла между стволов дубов и елей, вилась ленивой змеей с холма на холм. Темный лес, омытый летним дождем, ронял на плечи путников тяжелые холодные капли. Но лес не был холодным, потому что в небе светило солнце, пробиваясь сквозь верхушки деревьев, отражаясь бриллиантами в мокрой листве и застревая радужными бусинами в паутине. Потому что на сердце было спокойно, вокруг пели птицы, рядом были друзья, а лошади уверенно преодолевали нетрудный путь – почти все время плавно в гору – туда, где белоснежно и торжественно возвышались снежные вершины.       И еще потому, что Темный и Светлый Принцы ехали на своих конях по лесной дороге рядышком, плечом к плечу, а еще полгода назад Дженсен о таком даже мечтать не смел! В его сердце тоже светило солнце, пробиваясь золотом из лучистых глаз и из веснушек, обильно обсыпавших нос и скулы – из каждого рыжего солнышка, и из капель недавнего дождя, увлажнившего его золотистые волосы.       - Чего улыбаешься? – спрашивал Джаред и улыбался тоже – ему тоже было хорошо. Да и смотреть на улыбчивого туата и не ответить на его улыбку было невозможно, ведь рядом с ним ехало сияющее золотое солнце!       Наконец, добрались – почти под вечер. Встречать двух Принцев высыпало все селение, и любопытные лепреконы потянулись из ущелий и пещер. Как же – такое событие! Подобного в их местности уже не было… в общем, очень давно не было!       Эклз сразу приступил к делу – спешился, подошел к старому колодцу на краю селения – пахло от него ужасно! Вода была ржавой и затхлой – потомок ундин даже пробовать ее не стал. Демонстративно громко захлопнул сверху дубовой крышкой – такую гадость даже овцам давать нельзя! Такое обязательно нужно засыпать и сруб заколотить – навечно!       Речушка здесь была, как ему сказали, но она текла с гор, и, когда в горах сходил снег, то есть где-то к середине лета, она обычно пересыхала, превращаясь в несколько не связанных друг с другом заводей – тоже мутных и дурно пахнущих. Кто вообще додумался строить жилье в месте, где такие проблемы с водой? Эклзу этого было не понять – Светлые жить не могут без открытой воды, где можно купаться, ловить рыбу и совершать ритуалы.       Присмотрелся, прислушался, понюхал воздух. Вода здесь была, и хорошая, надо было ее только найти. Да желательно не сильно глубоко, чтобы облегчить трудолюбивым жителям работу. А еще сказать лепреконам, чтобы аккуратнее в следующий раз выбирали место, куда ссыпать породу из шахты – именно стоки с террикона испортили колодец. А лучше надавать им по твердолобым башкам, чтобы не разгоняли местных русалок, иначе проблема с водой была бы давно уже решена – стоило только попросить. Упрямцы и дуболомы!       Дженсен нахмурился. Ему не мешали – наоборот, расступились и терпеливо ждали в тишине, лишь изредка негромко перешептываясь. Джаред и воины, что прибыли с ними, следили внимательно, предвкушая что-то интересное.       Проще всего было поискать воду лозой – у Светлых это каждый пацаненок умеет, но Дженсен мог найти и без лозы. По травам, что росли на холме и под ним, по почве, по запаху. И по ни с чем не сравнимому приятном чувству в ступнях, которые лучше любой лозы искали то, что нужно. Тем более что магии лозы мог помешать дождик, что снова прошел недавно и промочил все вокруг – и траву, и почву.       Разулся – местные кривились скептически, а Джаред почему-то заулыбался и кивнул воинам, чтобы смотрели. Походил босой – кругами. Спустился немного ниже, походил снова – маленькие ступни почти не оставляли следы на влажной траве, только становились все желтее от прилипающей к ним пыльцы одуванчиков. Пахло цветами и медом, в траве жужжали пчелы, собирая нектар с белых кашек и небесно-голубой вероники.       Остановился, поманил к себе лепрекона с инструментами. Закатав рукава рубахи, взял в руки лопату. Сделал еще несколько шагов, пока ступни не остановились сами, ощутив влагу – в нескольких метрах под ними, а в нос не ударил запах родника. Здесь! Размахнулся и воткнул заступ в почву.       И молча, ни на кого не глядя, начал копать. Все на некоторое время зависли – никто никогда не видел, чтобы Светлый, тем более, Принц, занимался тяжелым физическим трудом. Темные думали, что туаты только поют, танцуют и гоняются за мотыльками целыми днями. Ну, иногда еще доят своих коз, поскольку их козий сыр все пробовали и любили.       А тут – копает! Закатал рукава шелковой рубашки и копает – земля только и летит в сторону!       Спохватились – присоединились тоже! Лепреконы подбежали, повытаскивали свои кирки и тоже начали долбить каменистую почву, фирболги отгребали то, что удалось отковырять, лопатами – в сторону. Джаред слез с коня и смотрел на руки туата – аккуратные, но совсем не девичьи – мускулистые и умелые. Красивые жилистые предплечья и тонкие запястья, на которых тяжами выделялись от напряжения вены.       И пошел помогать – сильные Падалеки и камни потяжелее могут поднять – те, что Эклз не поднимет и что мешают киркам и лопатам вгрызаться вниз – туда, навстречу прохладе и свежести. Лепреконы тут же начали сооружать первые несколько слоев сруба будущего колодца – из тщательно обработанных дубовых бревен, заранее плотно подогнанных друг к другу. Копать они будут, сменяя друг друга, выбирая из середины камни и глину, сруб будет постепенно оседать вниз, а сверху опытные плотники будут наращивать на нем все новые слои дуба – так колодец не осыплется и почва никого не придавит.       Джаред разгорячился, скинул лишние тряпки, даже рубаху. Поработал подъемным механизмом – помог невысоким лепреконам установить над срубом треногу и хорошо закрепить ее, чтобы мешки с камнями было удобно поднимать и высыпать, отведя в сторону и не перевернув их при этом на голову того, кто внизу. Лепреконы и фирболги работали слаженно – любо-дорого смотреть! И строить они умеют. Главное, чтобы чутье туата не подвело, а то, что колодец выйдет прочным и прослужит много-много лет, Падалеки не сомневался. Вон, лепреконы даже вежливо попросили Дженсена выйти из середины сруба – дальше они будут работать сами – подали руку, чтобы он выбрался. Эклз, вытирая потный лоб, был не против уступить кому-то из них место.       Одна из женщин принесла работниками пить – Дженсен пил жадно, держа кувшин двумя руками. Джаред даже залюбовался – туат пролил несколько капель эля, и они потекли по его влажным губам, подбородку и шее, оставляя блестящий след. Вот же… Джаред отвернулся.       Дженсен вытер губы тыльной стороной ладони, улыбнулся раскрасневшемуся то ли от работы, то ли от вида этих сочных губ, Джареду, и передал ему кувшин. Пальцы коснулись пальцев…       Падалеки пил, зажмурив глаза, и не видел, как такой же, как он, раскрасневшийся Дженсен скользнул затуманенным взглядом по его собственному загорелому торсу с буграми мышц, налившихся от физической нагрузки, по поднятому вверх подбородку с темной бородкой и по кадыку, ритмично двигающемуся вверх-вниз. И тоже отвернулся, не в силах смотреть дальше…

***

      Ай, да накормили! И воинов, и коней, и обоих Принцев – чуть ли не всем селением ели за одним столом, даже несмотря на дождь и влагу, насквозь пропитавшую одежду и волосы. И смеялись – а почему нет? Хорошо и не стыдно плотно поесть и потрепаться о том, о сем после благородного труда! И пропустить по кружечке ароматного эля. Ну, или по нескольку кружечек…       Джаред заметил, что не только ему нравился туат – к Дженсену тянулись даже нелюдимые лепреконы и даже несмотря на то, что он не разговаривал. Эклз так искренне и тепло улыбался эльфам, эльфийкам и детишкам, и так заразительно смеялся незамысловатым гномьим анекдотам, что в одиночестве не сидел – к нему подтягивались с кружками фирболги, чтобы чокнуться с ундином, нашедшим для них хорошую воду, и просто посидеть рядом, греясь от него, как он солнца. Правда, смеяться он старался без звука – Джаред не знал, почему. Да и так ли уж это важно? Он уже начинал привыкать к странностям гостя, а также к тому, что у него в запасе множество магических фокусов, которые не требуют от него особого напряга. Нет этой беготни с бубном, истошных криков на древне-эльфийском, от которых дети плакали бы и разбегались, нет удушливого дыма от сжигаемых священных трав, как у Бивера. Дженсен просто берется за какие-то вещи, и просто делает. Или признается, если сделать не может – без напускной важности и трагичного излома бровей. Не может – значит, не может. Значит, сможет кто-то другой – на что тогда друид?       А тут у него еще и щечки раскраснелись – от солнца и от эля. А девушки танцы затеяли. Под свирель, визгливые скрипки и барабаны. Девушки Светлых чаще танцуют в хороводе, выстраивая сложные фигуры и не путаясь в замысловатых переплетениях. И еще и поют при этом – своими волшебными голосами, красиво и протяжно – всю душу выворачивают! Танцы Темных – это что-то более приземленное, подсмотренное, видимо, у людей, зато зажигательное и задорное. Но парни обычно знают танцы и тех, и других – на общих праздниках танцующие всегда перемешиваются, а то, что Светлые не женятся на Темных и наоборот, вовсе не мешает позажигать с девчонкой из другого Племени или пригласить ее на танец. А то и сорвать жаркий поцелуй, пока хмель и праздничное веселье немилосердно кружат буйные головушки.       У Темных же вообще чаще приглашают девушки. Вот и сейчас Дженсен не отказался и пустился в пляс. То ли он хорошо танцевал и раньше, то ли быстро учился, но его босые ножки притопывали так бойко, а кружился он так резво, а в перерывах не забывал перевернуть «взрослую порцию» пенистого эля, что все селение буквально влюбилось в него – от малышки с кудряшками, что еще не говорила, но подходила к туату без опаски, чтобы рассмотреть и потрогать пуговки и завязки на его коротких штанах и поковыряться в сумке и кошелечках на его поясе, до хмурого седого лепрекона с ядовито дымящей трубкой во рту. Все были от Дженсена в восторге! С ним было как-то легко, просто и спокойно. Как с давним другом.

***

      Ложились спать уже глубоко за полночь. Воины улеглись вокруг костра, кто где – им не привыкать. Хозяйки приглашали гостей в дома, но те отказались, предпочитая ночевать под звездным небом – недалеко от коней и огня. И столов с остатками трапезы и эля.       Местные почти все разошлись, только старый лепрекон все еще курил свою трубку, глядя на пламя, да несколько подростков, просочившихся на взрослое застолье, задержались, уговорив родных остаться ночевать вместе с гостями.       - Дедушка, а, дедушка! Расскажи что-нибудь!       - Спать, неугомонные! – хрипло бурчал лепрекон, дымя трубкой.       Серу из самой Преисподней он в нее заталкивает, что ли? Джареду было терпимо, а Дженсен кривился и даже покашливал. Дед повернул к нему бородатое лицо, сощурил хитрый глаз:       - А ты из Эклзов, так? Тех, что правнуки Озерной Дамы и родственники Диан Кехта в Создатель-знает-каком-колене?       Дженсен молчал. Один из воинов ответил за него:       - Он не может говорить, дедушка – Духи запретили. Из Эклзов, из тех самых…       - Ясно, – кивнул старик, – тогда расскажу я вам, ребятки, одну Легенду, только она не наша, а из тех, что туаты рассказывают своим детям. Только после этого, чур, спать! И старика не перебивать, договорились? Тогда слушайте…

Легенда о Диан Кехте*(14)

      Давным-давно это случилось, еще тогда, когда явилось из-за моря в Ирландию Племя Туата Де Дананн. И начали они предъявлять права на нашу землю. Туаты, правда, говорят своим детям, что поскольку и Светлые, и Темные эльфы – потомки родных братьев, то они имели равные права на землю Ирландии. Но вы знаете, что фирболги прибыли сюда первыми и успели преобразовать и обустроить остров, пока туаты жили где-то далеко, а потом явились на все готовое. Конечно, правители Темного Племени не могли согласиться на то, чтобы отдать часть своих земель Светлым!       И тогда случилась великая битва между нашими народами – Битва при Маг Туиред. Сошлись в поединке самый сильный из Фир Болг – славный воин Сренг, и Король Туата Де Дананн – великий Нуаду. Долго бились они, потому что силы их были почти равны. Но Сренг изловчился, ударил Короля туатов волшебным мечом, и отрубил ему половину щита и правую руку по самое плечо. С тех пор называют этот Меч «Нуаду» – он и сегодня принадлежит нашему народу и носит его за поясом достойнейший из наших воинов – Принц Джаред.       Так вот, товарищи не дали Сренгу убить раненого Короля туатов – заступились за него, унесли с поля боя. Много воинов полегло в тот день – всю ночь обе стороны хоронили мертвых, насыпая над их телами земляные холмы. Таких холмов великое множество по всей Ирландии.       А раненых туатов лечил их бог-врачеватель, один из внуков богини Дану – Диан Кехт, делая воду в источниках целебной и заставляя воинов купаться в них. Но руку раненому Королю он вырастить не смог.       Наутро сошлись снова те воины, что выжили. Сренг вызвал Короля Нуаду на поединок. Нуаду предложил Сренгу связать правую руку, чтобы бой между ними был честным. На что Сренг отвечал, что он в честной борьбе лишил Нуаду руки, и связывать руку отказался.       Предложили тогда Туата Де Дананн Сренгу мир и возможность выбрать землю, где могли бы в Ирландии жить воины Фир Болг, и вынуждены были Темные воины согласиться.       По обычаям тех времен, Король, что получил увечье, обязан был отказаться от престола, поскольку было предсказано, что увечный правитель никогда не приведет страну к благоденствию, и Нуаду передал свой трон Бресу. Меж тем, Диан Кехт взялся лечить Нуаду и сделал ему руку из серебра, только она была похожа на живую и двигалась, как живая. Не понравилось это сыну Диана – Миаху. Он направился к отрубленной руке и сказал: «Сустав к суставу и мышца к мышце!»       Так исцелил он Нуаду за трижды три дня и трижды три ночи. До исхода трех дней держал бывший Король руку у бока, и наросла на ней кожа. Вторые три дня держал он ее у груди. А напоследок прикладывал к ней белую сердцевину тростинок, обугленных на огне. И стала его рука, как прежняя.       За это разгневался Диан Кехт на сына и убил его. Потом он похоронил Миаха, и на его могиле выросли триста шестьдесят пять трав, ибо столько было у Миаха мышц и суставов. Тогда Аирмед, дочь Диан Кехта, расстелила свой плащ и разложила на нем эти травы по их свойствам. Но приблизился к ней Диан Кехт и перемешал их, так что теперь никто не ведает их назначения, кроме, разве что Духов и старых друидов…       - Дедушка? – поднял голову от подстеленного под него шерстяного пледа один из мальчишек: – А Принц Дженсен тоже такое умеет? Ну, раны излечивать и от верной смерти спасать?       - Слыхал я, что умеет, – дед покосился на лежащего неподалеку туата.       - А если бы он был рядом с Королем Джеральдом, когда в него попали горячим железом, он бы Короля спас?       - Может, и спас бы. А, может, и нет. Те знания, что были у Бригиты и Диан Кехта, утеряны. Да и спасти можно только того, кого не наметили Духи, чтобы забрать к себе…       - А Короля Джеральда Духи пометили?       - А кто деда перебил? – рассердился вдруг старик: – Кто нарушил уговор? Вот и спи теперь без ответов! – и поднялся, кряхтя. Пошел по тропинке в свою землянку, пыхтя трубкой и качая головой.       Джаред тоже хотел бы знать ответы. И тоже вынужден был без них уснуть…

***

      Пот лился с Джареда градом, даже глаза заливал. И ладони скользили – хоть бы сзади не подошел никто, а то, не ровен час, молот еще выскользнет и кого-нибудь убьет. Оглянулся, «кышнул» мальчишек, которые вертелись тут же, поднял глаза. И встретился взглядом с Дженсеном. Жадным таким, оглаживающим. Эклз, конечно, тотчас же отвел глаза, но Джаред этот взгляд засек. Странно он смотрел – как голодный зверь...       Впрочем, может, ничего странного? Ну, крупное у него тело, словно специально созданное для грубой физической работы! Бицепсы, как у Дженсена голова, и на груди мускулы бугрятся. Это гномья кровь дает о себе знать, проявляясь в фигуре, да еще в густой бороде и в черной жесткой шерсти на теле. А вот ростом Падалеки не в мамину родню явно – в тех эльфов, что были когда-то – рослых красавцев со светлыми волосами и голубыми глазами. Тех, что прибыли из-за моря и в море возвратились. Но было это очень давно, и такой типаж встречается уже среди сидов крайне редко! Темные смешались с гномами-лепреконами, Светлые с ундинами. А теперь туаты глядят на крупных фирболгов и завидуют росту и силе. Как Дженсен. Джаред опустил молот на землю, вытер ладонью пот:       - Джен, хватит хренью страдать! Пока ты один мешок принесешь, я тут смотри, сколько накрошил – на два колодца хватит!       Дженсен поднял глаза – его взгляд был уже другим – спокойным и дружелюбным. Он сбросил с плеча мешок, полный щебня, тоже вытер лицо – тяжко. День выдался жарким, на небе – ни облачка! Слава Создателю, лепреконы колодец уже заканчивали, и вода уже пошла – из шахты доставали все более влажную глину. Надо будет еще дождаться сутки-двое, пока муть осядет, да воду пару раз выбрать ведрами всю, но уже было ясно, что вода будет хорошая, свежая и ее будет вдосталь для всего селения. Так что и Светлые молодцы – кому-то надо молотом махать и рыть, а кто-то, между прочим, должен был и головой подумать, и супер-чувства включить, чтобы найти правильное место и чтобы колодец удался. И чтобы за такой вкусной и прохладной водой приезжали эльфы даже из соседних селений.       Пока лепреконы заканчивали, Джаред решил перед отъездом накрошить побольше щебня, чтобы уже был готовый материал для каменистой подушки, что покроет дно колодца. Это как фильтр, чтобы вода была чище и чтобы ведром со дна не зачерпывалась каждый раз глина и не поднималась муть. Крупный щебень Джаред надробил из валунов, что достали отсюда же, из шахты, мелкий тоже, да и Дженсен часть принес от ближайшего кряжа, что осыпался от времени и солнца, а чистый песок воины скоро привезут с реки – они отправились туда еще утром, на конях и с возом. Ну, а доделать верхний сруб, бадью к нему приладить, накрыть крышей и прочее – это уже мелочи, это мужчины селения уже и без них смогут сделать.       Дженсен отвернул ткань, показал Джареду то, что принес, тот подошел ближе:       - Я понял – мельче надо? Хорошо, сделаю. Дай отдышусь и дальше пойду молотом махать… А ты почему не скинешь рубаху? Вон, землей перепачкал всю! Или у вас не принято? Жарко же!.. – Падалеки снова вытер чумазый лоб: – Эль остался?       Дженсен раздеваться не стал, протянул Принцу кувшин – Джаред пил прохладный напиток.       Джей – такой красивый, такой мощный – так близко! Длинные пальцы обхватили горло кувшина почти по окружности, на ладони мозоли – сбил в кровь. Дженсен осторожно взял Джареда за свободную руку, повернул ладонью вверх – та же картина! Джаред отмахнулся:       - Чепуха! Скоро закончим уже... Что? – улыбнулся, когда Джен нахмурил брови: – Я бы эликсир на такое не тратил – само заживет! Я же не такой неженка, как… – как «туат», чуть не ляпнул. Быстро исправился: – …как пятилетняя девочка!       Не факт, что все туаты такие, но Дженсен точно не неженка – копал наравне со всеми, камни тягал, обтесывал топором бревна, помогал поднимать мешки с мокрой глиной снизу… В общем, работал, как настоящий мужик! Хотя, если так, чисто внешне, и не скажешь! Странно даже…       Джаред отмахнулся снова – и от Дженсена с его беспокойством о таких незначительных ранах, и от мыслей. Вытянул ладонь из цепких пальцев туата, пил снова. Глотал жадно и дышал, западая грудиной.       Дженсен смотрел. Наглядеться не мог! Любовался.       А потом еще долго смотрел на спину фирболга, пока тот снова взялся крошить и измельчать неподатливый камень. Замахивался и мощно бил с высоты всего своего исполинского роста! Крошил и дробил камень, замахивался снова. Рельефный и лоснящийся – каждую выпуклость видно, каждую ямочку и желобок.       Ха! Джаред думал про плечи и грудь – это он еще спину свою не видел! Неимоверно красиво! Совершенство! Бог!       Падалеки оглянулся, подмигнул:       - Фу-х, жарища! Щас бы водички согреть, да погорячей, а?       От мыслей о горячей водичке Дженсену стало еще жарче…

***

      Дженсен глядел с высоты. Там, далеко, его дом. А между домом и этими холмами – Долина, где уже отцвели деревья, и теперь пасутся козы туатов. Бегают детишки – смеясь, плетут венки из одуванчиков. Парни объезжают молодых жеребцов, а девушки поют свои волшебные песни над рекой, играют на арфах и расчесывают длинные золотые волосы…       - Устал?       Эклз вздрогнул – Джаред опустился рядом, прямо на траву, взял в рот соломинку. Дженсен заставил себя не смотреть на его губы… Кивнул – какой смысл врать? Они все вымотались! Устать после достойно выполненной работы не стыдно.       Джаред тоже кивнул:       - И я… Тоскуешь?       Туат снова поглядел вдаль – отсюда до Долины – рукой подать! Несколько перевалов, и к полночи можно было уже оказаться там. Не факт, что кто-нибудь из родных сейчас в Долине! Что, летом, другой работы, что ли, мало? Они могут быть в Замке, или на болотах, или в дальней части Затерянного леса, но – как знать! Могло же и повезти! А Долина – территория общая, въезжать в нее не в свое правление не воспрещается. Просто, на то время, пока Жезл у Светлых, если возникнет спорная ситуация в Долине, приоритет на стороне туатов. Зимой – наоборот. И еще свой скот туда гнать нельзя – на лето фирболги угоняют своих коней и овец в горы, на луга, а туаты своих коней и коз из лесов выгоняют в Долину. На зиму меняются – в горах слишком много снега и есть животным нечего, а в Долине они могут прокормиться, а козам Светлых зимой и в лесу корма полно! Вот и вся разница. Дорога к городу, если надо съездить к людям, проходит по Долине, и эта дорога общая. И друиды здесь часто «пасутся» – в любое время года – собирают свои тайные травы и коренья, совершают какие-то свои обряды у дерева Элементаль.       Так что посещать Долину не воспрещено. Только разрешено ли это Дженсену?       - Можем съездить! – неожиданно предложил Падалеки: – Заодно и искупаемся!       И засмеялся – такое лицо, наверное, было у Дженсена в тот миг – и немного растерянное, и счастливое, и не верящее своему счастью. И грустное – ведь родных в Долине может и не быть… Темный даже похлопал его по плечу:       - Вот и решили! Сейчас поздно уже. Поужинаем, поспим немного и поедем – к рассвету будем на месте.       И упал на спину – в траву, пожевывая стебелек и улыбаясь. Вытянул длинные ноги, подложил руки под голову. Улыбался, а на щеке, выглядывая из бороды, темнела милая ямочка… Эклз отвернулся. Подумал и прилег рядом – тоже подложил под затылок руки. Смотрел в безоблачное небо – там пел жаворонок. Заливался серебристыми трелями, спускаясь дерганой волной, трепетал короткими крылышками. Поднимался снова выше и снова щебетал, спускаясь вниз. Так красиво…       Дженсен смотрел в небо и тоже улыбался. От ямочек и от планов на завтра.       И от того, что их локти соприкасались, а Джаред этого не замечал…       *Сноски:       • (1) Легенда о Диан Кехте – Источники: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B8%D0%B0%D0%BD_%D0%9A%D0%B5%D1%85%D1%82 , https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B8%D1%82%D0%B2%D0%B0_%D0%BF%D1%80%D0%B8_%D0%9C%D0%B0%D0%B3_%D0%A2%D1%83%D0%B8%D1%80%D0%B5%D0%B4 и http://www.e-reading.club/chapter.php/65633/9/Shirokova_-_Mify_kel'tskih_narodov.html.