Шепот Дьявола

      Стив выглядел безупречно в белоснежной рубашке и смокинге. На сегодняшний ужин всем явиться необходимо было согласно оговорённому в приглашениях строгому дресс-коду. Никто понятия не имел, что за повод собрал их вместе. Никто, кроме короля, королевы и принца. Даже Шерон была не в курсе предстоящего объявления.       Поправив удушающую бабочку, Стивен сделал глубокий вдох и улыбнулся своей будущей невесте. На сидящего неподалёку Старка он старался не смотреть так же, как и на своего брата. Слишком больно, не стоит сейчас думать об этом.       Принц выглядел безукоризненно, но Сара видела в его глазах что-то такое отчаянное, страшное, что ей самой становилось не по себе. Её сын страдает, а она ничего не может сделать для него. Не придумано ещё такое лекарство, которым можно вылечить влюблённость.       Стив пригубил белого вина и бросил быстрый взгляд на отца.       Принесли закуску, бокалы наполнили заново, и вечер потёк густой патокой. Джозеф будто нарочно оттягивал момент объявления, и Тони, подозревающий неладное, изрядно нервничал. Он выглядел слегка растерянно, видя Стива таким красивым, собранным, приветливым, потому что сам он, кажется, с каждым часом терял терпение и остатки здравого ума. Мария погладила его по бедру, видя настроение сына, и вздохнула, прежде чем отпить из бокала.       Джонни заговорил об уроках в школе и о том, как ему хорошо даётся химия с физикой, и Старк поддержал разговор, потому что молчать и ждать у моря погоды было по меньшей мере неудобно и неловко. Да и ситуация с королём напрягала так, что хотелось напиться и лечь спать, лишь бы не касаться этого семейства. Но клятва, данная Джозефу с месяц назад, давила на королевского дотторе. Сложно было играть, когда одним адекватным и самым желанным было исполнение засевшей в голове мысли.       Прошло полчаса, когда вилки и ложки были отложены и Джозеф попросил внимания собравшихся. Он не вставал со стула, потому что Тони видел, что ему сегодня нездоровится, и даже порадовался тому, что тот выпил меньшую дозу рома, чем обычно. Всё же старый пень прислушался, боясь свалиться в могилу прямо сейчас, не исполнив волю. Уж сколько он наслушался от него за все эти дни, уши в трубочку свернулись.       Фыркнув в бокал, Энтони сделал глоток вина, вслушиваясь в его густой баритон, разлетающийся над столом. Фраза за фразой, и Тони начал понимать… что здесь происходит. С каждым словом его лицо вытягивалось, и на последнем, завершающем аккорде он встретился с королём взглядами и заметил в его водянистых глазах… насмешку. Сердце сжалось. Тони метнул потерянный взгляд на Стива, которого обнимала Шерон, и впервые в жизни почувствовал, что не может справиться с трудностями. Попал так попал.       — Простите, — Энтони вежливо склонил голову в кивке и, отставив бокал, поднялся из-за стола. — Поздравляю вас с помолвкой, Ваше Высочество, — ровно произнёс он, не ожидая сам от себя такого, и задвинул стул, кладя ладонь матери на плечо. — Мне нездоровится весь день, прошу извинить меня за скорый уход.       Сбегая, как самый последний трус, Старк чувствовал, каким взглядом его сверлят все присутствующие. Особенно Джозеф. Особенно он. Торопится старик. Каццо! Каццо! Так же нельзя! Захотелось вернуться, схватить наследного принца за грудки и приложить его головой о стену, чтобы он очнулся! Мадре дио, только дыши, Тони. Только дыши.       Оставшиеся непонятливо смотрели доктору вслед, и только Джонни втихаря под столом, испуганный таким поведением Тони, набрал ему сообщение, обещая прийти к нему после ужина. Что-то нехорошее прокралось ему в душу, и он посмотрел сначала на отца, потом на мать и на брата. Это что-то… странное. Зато хоть Шерон заткнулась, тупая курица.       Первым порывом Стива было вскочить из-за стола, догнать Тони, рассказать, объяснить так, чтобы он понял, обнять, да сделать что угодно, потому что это было невыносимо. Единственным лучиком надежды, неоправданной, боязливой надежды было то, что Старку не всё равно. Ему небезразлично, нет. Значит, принц смог задеть в нём что-то, что-то очень важное, раз новость о помолвке довела того до бегства.       Стивен уже сделал попытку подняться из-за стола, но Шерон, висящая на нём весь вечер, прилипла хуже репейника.       Ему нужно было улыбаться, а он не мог и рвался хотя бы подышать воздухом. Стив посмотрел на мать, умоляя глазами, чтобы она позволила ему скрыться на пару минут, потому что… сердце наследника не могло выдержать столько всего в один день.       Сара, поймав взгляд сына, тут же включилась в игру. Ей было небезразлично будущее сына, и она готова была на всё, лишь бы облегчить его участь.       — Милая, садись-ка ко мне, я кое-что тебе покажу, — Сара улыбнулась милейшей улыбкой, маякуя глазами сыну, и подтянула к себе детский альбом Стива. Уж лучше так.       — Ох, это детские снимки Стивена? — воскликнула Шерон, и Джонни решился помочь ей вылезти из-за стола. Отодвинув стул, она кивнула младшему принцу и подошла к королеве, сразу же присаживаясь рядом с ней.       Воспользовавшись этим моментом, Стив быстро встал и через несколько секунд незаметно исчез из столовой.       Руки дрожали, пульс стучал в висках, а он уже бежал по коридору вниз, надеясь, что Старк не успел уйти далеко. Принц понятия не имел, что делает и зачем, какое безумство совершает на этот раз, и точно знал, что дальше будет только больнее, но всё равно упрямо бежал вперёд, пока не увидел удаляющуюся фигуру в ночной темноте улицы.       От злости, переполнявшей сердце, Старк не видел и не разбирал дороги. Он шумно дышал, сжимал и разжимал руки в кулаки, пытаясь воззвать к справедливости хоть каких-нибудь богов. Понятия не имея, почему так болит, почему так цепляет, ему казалось, что последний шанс только что отобрали. Надо было быть счастливым, надо было терпеть.       — Мадонна миа, — зашипел он, всплёскивая руками. — Да какого же дьявола, мадре дио!       С какого чёрта он вдруг начал считать этажи, с каких ему падать? Раньше никогда не считал, а тут удумал не делиться! Господи, как же колет, как же режет. Где найти рейсовый самолёт и посадить его ровно, чтобы найти потерянное равновесие? Боролся бы, идиото. Тупой идиото. Если мать узнает, что её сын идиото, она убьёт его. Проклятый король. Да чтоб его! Он пнул какой-то камень и, развязывая по пути галстук, задрал голову, смотря в небо, которое он делил со Стивом пополам, когда загадывал желание. Одно-единственное желание.       Принц шёл за ним, бежал, а потом снова шёл, и его чувства не уступали чувствам Старка. Что он делает? Не он ли только пару часов назад благословил их союз с братом и пожелал им счастья? Не он ли говорил, что всё в порядке, заверяя в этом маму и себя? Боже, так почему сейчас его трясёт, будто он искупался в ледяном океане? Что делать? Что сказать, как найти слова, да и захотят ли его вообще слушать?       — Тони, — Стивен догнал его и преградил дорогу.       И… замолчал. Губы зашевелились в попытке что-то сказать, но не донеслось ни звука. Он словно остолбенел, глядя в потерянные, как у него самого, глаза.       — Мадре дио, ты что, спятил? — удивлённо выдохнул Энтони, встревая и не смея пошевелиться, вглядываясь в чужие-родные глаза. Пара встреч. Это какой-то чёртов приворот.       — Да. Иначе я не знаю, как это объяснить, — охрипшим голосом ответил принц. — Что произошло после той ночи? Я хочу знать что, — грудь его тяжело вздымалась, а минуты, прежде чем на ужине заметят его отсутствие, таяли на глазах.       Блять, словно удар под дых! Старк подумал, что его в реальности согнёт пополам, это ведь дробью прямо в сердце. Как же точно подгадал этот старый чёрт! Тони даже не смог сдержать яростных слёз, набравшихся в глазах. Его затрясло.       — Да ничего не случилось… Тебе нужен престол, я в этот гениальный план не вхожу, — усмехнулся Старк, желая, чтобы его ущипнули и он проснулся в Нью-Йорке, отмотав на полгода назад.       — Мне нужен не он, — Стив покачал головой и сделал шаг навстречу. — Я не выбирал эту жизнь, не хотел этого. Я знал, что это рано или поздно случится, но тогда я не знал… тебя. Что. Случилось. После. Той. Ночи? — делая паузы между словами, снова спросил он, всё ещё надеясь на ответ.       Руки тянулись к Тони, и казалось, что сам он состоит из жирных таких букв, что всё написано на его лице, только посмотри, шагни навстречу.       Старк был связан по рукам и ногам клятвами. Клятвой врача и клятвой человека, обещавшего не раскрывать чужую тайну. Если бы он знал раньше, если бы он мог намекнуть… как же много этих «если бы». Он не мог ставить всё на чувства, не мог выбирать и ставить условие Джонни, не мог подставить короля, но вполне мог жертвовать своим счастьем ради блага других? Кажется, отец говорил именно так в одну из последних встреч. Умей делать правильный выбор, Тони, который строится не на твоих эгоистичных порывах. Сердце бахало громом, в мозгу разгорелась агония. Просто шагнуть, ничего не говорить, можно ли это?       — Ты только что… Король только что объявил о твоей помолвке, ты считаешь, что можешь требовать от меня чего-то? — сипло спросил Тони, понимая, что не может рисковать, но ведь… можно попробовать тайно, смириться, если горит. Нет! Никогда! Он будет спать с ней, а ты будешь грызть себя ночами. Он будет с ней, а ты будешь на вторых ролях. Не она, так другие. Потому что не ты, Тони, вовсе не ты будешь засыпать с ним и просыпаться. — Стив…       — Король объявил о моей помолвке, и я должен быть там, но я здесь, — принц сделал ещё один маленький шаг к нему, оставляя небольшое расстояние. — Тони… Я вижу, я чувствую, что тебе не всё равно. Я не могу ничего требовать, я не могу ничего дать и обещать, разве что… разве… своё сердце? — последние слова стали откровением даже для него самого.       Их время истекало, Стиву нужно было вернуться во дворец, иначе будет скандал, но он словно прирос к земле, трепеща в ожидании своего приговора. Он в руках Старка. Он весь, его сердце, его душа. Порабощён, как сказал Стефан. И он ждал ответа, слыша оглушительный стук своего сердца.       — О, мадонна, что же ты делаешь со мной, проклятый упёртый муло, — застонал Тони, пытаясь понять и рассчитать хоть какой-никакой вариант, дающий ему возможность быть с принцем, да так, чтобы король об этом не знал и не узнал, а помолвка принца не сорвалась, по крайней мере до тех пор, пока Старк что-нибудь не придумает. В конце концов, он на стороне Дьяволо, он должен, должен извернуться, должен пройти все круги ада, лишь бы добраться до желаемого. — Мадре дио, я убью тебя, идиото, когда-нибудь я приду к тебе ночью и придушу тебя подушкой, — выдохнул он, делая последний шаг, прижимая к себе этого проблемного дурака.       Стивен сначала не понял, что произошло. И, только почувствовав такие желанные, крепкие объятия, он облегчённо застонал, уткнувшись носом в его шею, крепко стискивая руками этого невозможного, но необходимого человека.       — Что угодно… что захочешь, только не исчезай, — прошептал принц, покрывая поцелуями его шею, поднимаясь выше, накрывая губами его губы.       Нужно идти. Сейчас же нужно бежать, он и так задержался надолго, а вкупе с уходом Старка это может вызвать весьма определённые подозрения. Но Стивен не мог остановиться, он будто пил, измученный жаждой, насыщая себя и своих демонов необходимой пищей.       Целуя в ответ, покусывая и посасывая желанные, сладкие, пьянящие губы, забирая всё то, что ему пообещали, дьявольский доктор думал, что он вляпался. По самые уши, и без последствий, скандалов и чьей-нибудь испорченной жизни это всё так просто не кончится.       — После Монако я приду к тебе, — пообещал Старк, за время отсутствия принца решивший как-нибудь извернуться, надеясь, что его не казнят прилюдно, если правда выплывет и если Стив не дай бог решит… избавиться от Шерон. — Иди, идиото, иначе… иначе всё это приведёт к ещё большим и ужасающим проблемам, — прошептал он, отстраняясь от него, последний раз целуя в щёку и в уголок рта. — И умойся… у тебя… Ты прогоришь. Господи боже! Да ты даже врать нормально не умеешь! Если что, скажешь, что курил, а потом зажевал вишнёвыми листьями, это всё же лучше… чем покусанные мною губы.       Улыбка истинного идиото заиграла на этих самых губах.       — Я буду ждать тебя, Тони, я… — но по взгляду Старка принц понял, что тот и без слов знает то, что видит перед собой.       Напоследок сжав пальцы Тони своими, Стивен побежал во дворец.       Зайдя в уборную, он посмотрел на себя в зеркало и усмехнулся. Да уж, ну и видок. Покрасневшие припухшие губы, помятая бабочка, выбившаяся из брюк рубашка и растрёпанные волосы. Виновен ─ гласил вердикт.       Быстро умывшись и приведя себя в порядок, подождав, пока лихорадочный румянец чуть сойдёт со щёк, Стив вернулся в зал, незаметно подошёл к матери со спины и прошептал ей:       — Спасибо.       Сара вздрогнула и тут же посмотрела на Джозефа, который насел на ром. Всё будет хорошо, точно, иначе и быть не может. Муж поймёт, а их мальчик будет счастлив.       Улыбнувшись Стивену тепло, не скрывая нежности и мощной материнской любви, она посмотрела в альбом и перелистнула страничку, а на страничке был белобрысый мальчишка в пиратских сапогах, белой рубашке и с банданой на голове.

***

      Вечер плавно подошёл к своему концу, и Мария, не находившая себе места с исчезновения сына, едва ли не подорвалась со стула, желая поскорее оказаться дома и узнать, что этот несносный мальчишка тут устроил. По кое-каким соображениям она предполагала, что это отчасти связано со Стивом, а скорее, с его неожиданной помолвкой. Тут-то как раз и ожидаемой, но, видимо, кто-то из них надеялся, что этого не произойдёт.       Накинув на плечи тёплый пиджак, так как вечером на улице прохладно, а заболеть не хочется, Мария направилась на выход, но её нагнала Сара.       — Милая, что-то стряслось? — спросила миссис Старк, остановившись и взяв подругу под руку.       — Пойдём прогуляемся, поговорим, — ответила королева и, вздохнув, потёрла пальцем губы. Нужно было узнать, что именно знает Мария об отношениях своего сына и Стива, и готова ли она вообще к такому повороту событий. О том, что в этом ещё замешан и Джонни, Сара предпочитала пока не думать. — Сегодня Тони выглядел взволнованным, — начала она издалека, гадая, как же подготовить подругу к таким новостям.       — Сара, он последнее время вообще неугомонный. Вечно куда-то убегает, дома почти не живёт, гуляет где-то, остаётся в медцентре ночевать или в домике… нашем с Говардом домике и не разговаривает со мной толком, даже кантуччини перестал есть, — пожаловалась Мария, с тревогой смотря подруге в глаза. — Почему он потерял покой? Ты знаешь что-то?       — Ох, дорогая, кажется, я знаю то, что предпочла бы не знать, — королева покачала головой. — Стив тоже сам не свой, вечно прячется по углам, почти ни с кем не разговаривает. Мне самой еле удалось вывести его на откровенность, он замкнут, а ещё с Шерон совсем не всё гладко. И такая перемена в нём произошла… после того скандала на карнавале. Они с Тони… — она сделала паузу, пытаясь подобрать нужные слова.       — Мадонна! Так у них всё серьёзно?! — воскликнула Мария, не веря своим ушам, глазам и гадкому предчувствию, которое преследовало её с того последнего разговора по душам с сыном.       — Настолько, что один, услышав о помолвке, не смог сдержать себя в руках и сбежал, а второй, рискуя навлечь на себя гнев отца, исчез с ужина, чтобы догнать его, — Сара развела руками, сама не зная, чем закончился их разговор, но, судя по тому, что Стив вернулся уже не бледным, а с горящими щеками и слегка растрёпанный, всё для него прошло удачно. — Я ума не приложу, что делать с этим. Кажется, наши мальчики перешли черту.       Мария прижала ладонь к груди. Ещё никогда она не была так напугана. Ещё никогда Тони не вёл себя настолько безрассудно. Это ни в какие рамки! Неужели он не понимает, что обрекает себя на муки? Что Стив… никогда с ним не будет? Тревога в её медовых глазах готова была расплескаться, и она тяжело вздохнула, вглядываясь в Сару.       — С этим нужно что-то делать, я знала, что Тони… встречается с мальчиками, но Стив?.. Я и подумать не могла… что они… что это всё примет такой оборот. Если Джозеф узнает, он спустит с них шкуры, и мы вряд ли… сможем остаться здесь, в Белиспонде, — пробормотала она, оглядываясь по сторонам. — Они же… испортят друг другу жизни.       — Дио мио! Я сама в ужасной растерянности, не представляю, что можно сделать, — пробормотала королева, отвечая подруге встревоженным взглядом. — И в мыслях представить не могла, чтобы Стивен с мужчинами… Он не распространялся о своих увлечениях во время учёбы, но я была уверена, что он встречался с девушками. А теперь… Не дай бог узнает Джо, хотя он и так очень подозрителен после фото и видеоматериалов и не раз уже предполагал, что между мальчиками могла быть связь, но я уверяла его в обратном. Мария, Стив так влюблён, он… если б ты видела, какие несчастные глаза были у него сегодня утром. Похоже, Тони решил порвать с ним, я не знаю всех причин, но выглядел он ужасно. А после того, как сбежал с ужина и вернулся обратно, у него изменились глаза, появился румянец. Это всё так… Мы должны что-то предпринять, иначе они натворят глупостей.       — Сара, мне следует поговорить с Тони, узнать у него, в чём дело, что они задумали! Причём оба, — выдохнула миссис Старк, беря подругу за руку, не скрывая дрожи. — Я понимаю, что… они могут быть влюблены, но… разве же у них есть будущее? — произнести это было ужасающе, будто она своими словами поставила крест на отношениях сына.       — Я… я не знаю. Боюсь, что нет, потому что Джозеф никогда не примет этого. Он сошлёт Стива в Ирландию, запрёт его под замком до самой коронации или свадьбы, но не допустит такого скандала, — тихо проговорила Сара, прикусывая от волнения губу. — Быть матерью сыновей так трудно, а если твой сын ─ наследник престола, у которого связь с мужчиной… это просто тупик. Поговори с Тони, может быть, он будет разговорчивее Стива, из которого всё клешнями нужно вытаскивать. Если мои догадки окажутся верными, а судя по взгляду сына это так, то они оба о чём-то договорились, и теперь нам нужно приглядывать за ними.       — Я думала: он отступится, ведь мы говорили с ним по поводу снимков, но… Старк, одно слово ─ Старк, — вздохнула Мария и, обняв подругу, поцеловала её в щёку. — Будь начеку, кажется, мы ввязываемся в новую авантюру, если что-то узнаю от него, я тебе перезвоню. Господи, как агенты ноль ноль семь, — невесело усмехнулась она и направилась на выход, пытаясь придумать, как разговорить сына.       А Сара поспешила вернуться в свои покои, где ей ещё предстояло понять, как поступить так, чтобы не повредить счастью своего сына и одновременно спасти свою семью от ужасного скандала. Быть матерью и королевой очень непросто.