Мактуб

Самира рожала долго и очень тяжело, порой впадая в забытье. Исмаил был вне себя от волнения. В его уме одна за одной проносились ужаснейшие варианты исхода родов. - Аллах, ведь Ты не позволишь Исмаилу снова овдоветь! Я совсем недавно был убит горем, после смерти моей первой жены Лейлы и стоило мне открыть сердце другой женщине, как снова над ней нависла опасность! Не дай свершиться страшному, Господи! Вызванный мужчиной врач тоже был в комнате Самиры и оказывал ей всю возможную медицинскую помощь, а Зораиде, Зарине и Латифа выполняли все его распоряжения. Наконец, до истово молящихся мужчин донёсся крик младенца. Иса поспешил было наверх, к жене, но врач остановил его у дверей. - Поздравляю, сид Исмаил, у вас дочь. Но её мать без сознания и я сейчас же везу её в клинику. Положение довольно серьёзное, она потеряла много крови. Не волнуйтесь, опасности для жизни нет, но скорее всего она не сможет больше иметь детей. - Как я могу ей помочь? - Сейчас никак. В клинике сделают всё, что нужно. Займитесь поисками кормилицы для девочки, пока ситти будет на лечении, ребёнку необходимо питаться. - Да, конечно. Я сделаю всё, что нужно. Подъехавшие санитары с носилками вошли в комнату Самиры и уже через пару минут вышли, неся бледную, без сознания, девушку, к выходу. За ними выбежала заплаканная Латифа. - Доктор, я могу поехать с моей дочерью? - спросила она. - Да, конечно. Ну, сид Исмаил, мне пора. Когда ваша жена придёт в себя я позвоню. Врач, санитары с роженицей на носилках и Латифа вышли за ворота, Исмаил отдал распоряжение прислуге скорее найти кормилицу и наконец вошёл в комнату Самиры. Зарине прибирала окровавленное бельё с постели, Зораиде сидела в кресле, с новорождённой на руках. - Сид Исмаил, подойдите. Смотрите, какая красавица - ваша дочь. Возьмите её на руки, а я пойду позову всех. - Какая крошка - мужчина расплылся в улыбке, глядя на девочку и провёл пальцем по её нежной щёчке. - Она так похожа на маму. Как же её назвать? - Когда Самира приходила в себя, она говорила, что хочет, если родится мальчик, назвать его Иса, в честь вас, а если девочка - Латифа, в честь её матери. - Латифа... - Исмаил поцеловал девочку в крошечный носик. - Ты - Латифа. - Латифа - значит "нежная" - Сказал вошедший вместе со всеми Али Адиб. - Это очень хорошее имя. -Сид Али, я прочитаю над ней воззвание к Аллаху? - Читай, Иса, обязательно. Лучше всего, когда это делает родной отец. И мужчина принялся на распев произносить слова молитвы. _________________________ Мэл, в разодранной одежде, со всклокоченными, пересыпанными песком волосами,бежала по улице, к дому своего деда, Леонидаса Ферраса, где жила уже более полугода. Тушь на глазах растеклась по лицу чёрными потоками, одну туфлю она судорожно прижимала рукой к груди, заодно придерживая разорванный корсаж, другой не было. Проскользнув в ворота, мимо занятых чем то более важным, охранников, она зашла в дом и оглянулась. Голос Далвы слышался на кухне, больше никого в доме не было. И это было к лучшему - меньше всего ей сейчас хотелось, чтобы её увидели в таком виде и принялись расспрашивать, что с ней случилось. Случился пьяный Шанди. Она дремала в самом безлюдном месте на берегу океана, подставив солнечным лучам полуобнажённую спину. И тут явился он, дышащий перегаром, агрессивный и решительно настроенный проучить бывшую жену. Что произошло дальше, без подступившей к горлу тошноты и содрогания, она вспоминать не могла. Бывший муж изнасиловал её и окончив это дело принялся бить. Мэл сопротивлялась всеми силами и первому и второму действию осатаневшего мужика, он порвал на ней одежду, его удары до сих пор отдавались сильной болью. Когда отбиваться уже не было сил, женщина взяла туфлю и ударила его каблуком в лоб. Шанди упал, воспользовавшись моментом, Мэл убежала. И сейчас, уверившись, что никто не видел её прихода, она бегом поднялась наверх, разделась, вошла в душ и стала под горячую струю воды.