Semper Fidelis/Всегда верен

      Горло сдавило то ли от невыносимой жары в машине, то ли от нахлынувших чувств. Эмма ехала особенно медленно, нуждаясь в личном пространстве. Скорее всего, Руби встретит её у гостиницы; обсуждать случившееся не хотелось, а скрыть не удастся, всё явно налицо, в прямом смысле.       Это действительно похоже на какую-то ошибку, о которой следовало бы жалеть, но она не жалеет. Единственное верное решение, которое она принимает, прежде чем припарковаться к кафе, это попросить прощения и сгладить всю эту ситуацию. Не хотелось бы терять дополнительные часы с Генри из-за своих поступков.       Оказавшись в кафе, полностью в своих мыслях, блондинка садится за стойку и не замечает никого вокруг. Руби улыбается, когда подходит к ней. — Привет, кофе или какао?       Эмма поднимает голову, и Лукас резко меняется в лице, улыбка пропадает в ту же секунду, она хмурится. — Она всегда была горячей, — на немой вопрос отвечает Эмма, кривая улыбка расширяет рану, и кровь снова медленно стекает к подбородку.       Взгляд Руби совсем не добрый, но она ничего не говорит и прикладывает салфетку к подбородку блондинки, останавливая кровь, пока она не капнула на стойку. — Значит, заслужила. — Хэй, даже не пожалеешь меня? — возмущается Эмма, словно маленький ребёнок, нуждающийся в ласке и заботе.       Руби убирает салфетку от лица блондинки и уходит, не оборачиваясь, перед тем как скрыться на кухне, утверждает: — Будешь какао.       Эмма улыбается уже по-настоящему, радуясь, что у неё есть такой замечательный друг. — Слушай, я, конечно, вообще не хочу знать подробности и всё такое, но не хочешь сказать хотя бы за что тебя так? — стукнув чашкой с дымящимся какао о стойку перед Эммой, спрашивает Руби. — Я вроде как… поцеловала её.       Улыбка Эммы становится ещё шире, хотя кажется, куда там. Лукас повторяет улыбку Свон и даже хихикает, как подросток, узнавший про первый раз друга. — Балда, нужно было держать её руки.       Взрыв хохота вызывает удивлённые взгляды посетителей. Через несколько минут парочка успокаивается, утирая выступившие слёзы с уголков глаз. — Ну, я подписала бумаги, и зашёл разговор о Робине… — Зашёл разговор? — Руби приподнимает одну бровь в недоверчивом жесте. — Ладно, я высказала недовольство на его счет, — как бы сдаваясь и опуская взгляд в свою чашку, уточняет Эмма. — Недовольство? — улыбка на губах Лукас кажется Эмме слишком хитрой. — Ну, хорошо! Я назвала его мужиком из леса, она взбесилась, и, вероятно, где-то между моим уходом и её «вон» я её поцеловала.       Услышав смешок подруги, Свон подняла взгляд и наткнулась на улыбку, в которой не было осуждения или чего-то подобного. — В следующий раз будь предусмотрительней.       Какао вкусное даже чуть остывшее, если его делал человек, который может поддержать тебя в любой ситуации и в любом твоём состоянии.       Руби была всё-таки на работе, поэтому поговорить толком не удалось. Договорившись о пижамной вечеринке на двоих, Эмма поднялась в свой номер.       Забравшись в душевую кабинку, Эмма только намылила голову, как услышала, что в её дверь стучат. — Серьёзно? Сейчас?       Быстро смыв пену, она накинула халат и открыла дверь. — Кора? — с неверием в голосе спросила Эмма, уставившись на гостью так, будто это был призрак. — Здороваться тебя так и не научили, как я вижу, — окидывая блондинку надменным взглядом, с упрёком в голосе сказала женщина. — Что…       Не успела Свон начать, как Кора медленно перешагнула порог и вплотную подошла к ней. Когда она заговорила, голос был совершенно другой, бархатистый и приятный, даже отдающий теплотой. — Обними меня, в конце-то концов.       Облегчённо выдохнув, Эмма тут же обняла женщину и аккуратно прижала к себе, уткнувшись носом в волосы и прикрывая глаза: — Я успела такого надумать за эти пару секунд… — Не бубни, дорогая, — мягко улыбнувшись, пришедшая гостья отодвинула от себя блондинку, держа обеими руками за плечи, — ты даже не удосужилась позвонить мне, в самом деле, мы не виделись больше двух лет!       Когда Кора отпустила Эмму и прошла вглубь комнаты, она закрыла дверь и присела на свою кровать: — На самом деле всё было слишком насыщенно, я приехала только вчера. — Я так понимаю, что это «насыщенно» плотно связано с моей дочерью? — пробегая по комнате недоверчивым взглядом и присаживаясь на кровать рядом с блондинкой, поинтересовалась Кора. — Всё в моей жизни плотно связано с твоей дочерью, — горько улыбнулась Эмма. — Нам обязательно стоит сходить куда-нибудь выпить на днях, как думаешь? — притягивая блондинку к себе, чтобы та положила голову на её плечо, спросила Кора. — Этот разговор невыносим, без бокальчика вина.       Свон мягко рассмеялась, удобнее устраиваясь на плече женщины: — Это отличная идея.

***

      Реджина сидела на диване в гостиной особняка. В одной руке она держала бокал с вином, а второй наматывала на палец кончик пряди своих волос, в задумчивости. Генри после рассказа о своём дне отправили спать, после ванных процедур. Робин был в душе, у Реджины было пару минут на себя.       Сегодняшний день был совершенно спокойным, если не считать инцидента с Эммой. Но, к сожалению, именно вокруг этого происшествия и крутились все мысли Миллс.       Прошло достаточно времени, чтобы человек мог забыть о своих чувствах, верно? Неужели трёх лет не хватает, чтобы заглушить в себе любовь? Тем более когда есть достойный человек рядом.       Идея с отправлением документов почтой показалась девушке куда приятнее, чем ситуация, которая сейчас сложилась. Как теперь себя вести? Сделать вид, что ничего не было или каждый раз изображать злость?       Почему изображать? Да потому что нет злости. Так же нет каких-либо отрицательных чувств. Даже обиды за «мужика из леса» нет. Ведь так оно и было. Локсли — лесник. Защищать его не хотелось. Что совершенно не было похоже на Реджину, которая была готова вцепиться в кого угодно, если бы он сказал, что Эмма «П.Т.Д.*» для армии США. Пожалуй, это о многом говорит. Но нельзя давать слабину и вновь ждать её месяцами в одиночестве. Куда лучше и комфортнее, для Генри и самой Миллс, когда родной человек рядом и поддерживает в любую секунду.       За тяжёлыми мыслями она не заметила, как в комнату вошёл мужчина и аккуратно сел рядом с ней. — Соскучилась? — прошептал он с придыханием, обнимая женщину и притягивая к себе, чтобы она села к нему на колени.       Реджина улыбнулась и обхватила его ногами, усевшись на него. — Ещё не успела, — на самом деле она даже не заметила, как прошло время.       Локсли мягко улыбнулся и прильнул к её шее, покрывая её поцелуями. Брюнетка запустила руки в его волосы, прижимая к себе, и отклонила голову, открывая больше пространства для поцелуев. Робин расстегнул её рубашку и стал спускаться ниже, к ключицам, одной рукой поглаживая её спину, а второй аккуратно сжимая грудь поверх лифчика. Девушка выгнулась под руками мужчины и глухо простонала.       Дыхание участилось, он притянул к себе брюнетку для поцелуя, но стоило их губам соприкоснуться, как она резко отодвинула его от себя, держа за плечи. — Ты не мог бы побриться, пожалуйста? — нахмурившись, спросила Реджина.       Робин непонимающе хлопал глазами: — Но… всё было в порядке раньше. В чём дело? — Ты когда-нибудь сбриваешь её? — недовольно спросила брюнетка, слезая с мужчины и нервно застёгивая свою рубашку.       Всё было бы хорошо. Если бы в минуту, когда он её целовал, она не вспомнила другие губы, на месте его. Если бы не представила другого человека, на месте него. — Я никогда не задумывался об этом. Реджина, что случилось? Я хожу с бородой, сколько себя помню. Это экономит время, кроме того она мне идёт, — совершенно сбитый с толку Локсли смотрел на мэра так, будто видит в первый раз. — Откуда ты можешь знать, может, без неё тебе лучше?       Конечно, борода не была причиной злости Реджины. Она злилась на себя. На свою слабость. В поцелуе, который она хотела, не было бороды. Не было мужчины, если быть точнее. — Хорошо, если ты хочешь, я сейчас же… — мужчина поднялся со своего места и пошел было в сторону ванной, как был остановлен брюнеткой. — Нет, — перебила она его, — поезжай домой, ладно?       Тон девушки был не терпящим пререканий, Робин немного растерялся, не понимающий, что вообще произошло. Он обречённо кивнул и поспешно покинул особняк, не желая продолжения ссоры. Или что это вообще было.       Реджина выпила бокал вина и, успокоившись, отправилась спать.       Свободная кровать не казалась холодной, а чувство одиночества не посетило её ни на секунду. Кажется, именно это ей и требовалось. Время для себя и неспокойных мыслей. *Пустая Трата Денег (A Waste of money) — оскорбление женщин мужчинами в морской пехоте или армии.