Жан, которому мало

      До возвращения домой Жану оставалось два месяца, и он с каждым днём всё больше терзался вопросом, как оставить Анхеля и Эдмунда одних, без своей защиты. Глядя на то, как они в его руках смелеют всё больше, уже откровенно целуясь между собой и касаясь друг друга, пусть и избегая самого главного, Жан всё никак не мог решить, соединить Анхеля с юным альфой или же помочь омежке пойти по своим стопам, оставив в Ордене после себя замену. Это гарантировало бы ему защиту, но вот Эд... от прокручивания разных вариантов уже пульсировало в голове, Жан перевернулся на живот, закрывая глаза. Дверь в его комнату была открыта – этой ночью он ждал своих юных любовников на серьёзный разговор, на который сам же их и позвал. Проблема была лишь в том, что омега не мог решить, как поступить правильно. То и дело хмурясь и комкая в пальцах простынь, он не заметил, что погрузился в беспокойный сон, потому и не видел, как оба его юных любовника пришли и заперли за собою дверь. Они осторожно расположились у омеги на постели, глядя на него с таким обожанием, что это могло бы разрешить все его сомнения, если бы он только увидел.       Анхель переглянулся с Эдом, и тот кивнул, понимая без слов – они поменялись местами, и теперь омежка осторожно зарылся пальцами в волосы Жана, тогда как юный альфа обнял Жана за ноги. Поэтому когда омега проснулся, он ощутил ласковые прикосновения Анхеля к затылку и осторожные жамканья рук Эда на своих бёдрах. В этот момент он почувствовал, как внутри всё наполняет тёплое обволакивающее счастье – это не сравнимо ни с чём. Ответ на размышления появился сам собой.       – Почему не разбудили? – Жан потянулся, прогибаясь, словно кошка, притягивая Эда согнутыми ногами, чтобы полноценно насладиться его теплом, а Анхеля ласково погладил по руке и поцеловал в ладонь, глядя снизу вверх, отчего омежка смутился.       – Ты спал, – шепотом возразил омежка, его колени уже были сведены, а окрепший аромат говорил о том, что пробуждению Жана Анхель был более чем рад. Эд сзади засопел, недовольство пролегло хмурой складкой на лбу, но стоило Жану тихо рассмеяться и игриво развести ноги, приглашая задрать сорочку выше, как альфочка мечтательно вздохнул и повёл ладонями по внутренней стороне его бедра.       – Я был бы не против, если бы вы меня возбудили, когда пришли, – промурлыкал Жан, приподнимаясь, чтобы подтянуть Анхеля под себя. Смущённое лицо невинного ангела было прекрасной наградой за провокацию.       – То есть... разбудили? – неуверенно поправил омежка, и в ответ получил лукавую улыбку, означающую, что они бы прекрасно могли совместить эти два действия.       Комнатка Жана привычно наполнилась тихими вздохами, поскрипыванием старой кровати и приглушенными стонами. Но на этот раз Жан неожиданно для себя оказался в центре чужого внимания. Он лежал на спине, разведя ноги и вцепившись в волосы своих юных любовников, что на пробу одновременно ласкали губами его член. Пожалуй, это было впервые, когда Эд решил коснуться его подобным образом. Анхель перехватил губы альфы и влажно поцеловал – Жан бросил на них взгляд и втянул в рот нижнюю губу, прикусывая и сдерживая стон. То, как они целовались прямо над его напряжённым членом, заставляло сглатывать набежавшую слюну.       – Идите сюда, – негромко, но властно попросил Жан и приподнялся на локтях, оглядывая своих малышей. Сегодня они особенно пробуждали в нём какое-то чувство, он не мог оторвать от них глаз и безмерно ценил, что те решились действовать почти самостоятельно.       Не касаясь руками, Жан качнулся к Анхелю, целуя яркие губы. Чтобы не казаться лишним, Эд провёл ладонью по груди старшего омеги, опуская руку всё ниже, осмелев, поглаживая низ живота, а затем резко скользнув ниже, обмокая пальцы во влагу и толкаясь внутрь. Жан не ожидал подобного и задрожал, выстанывая в губы своего ангела, при этом сжимая в себе пальцы юного альфы. Он отстранился отдышаться, подаваясь навстречу ласкающей руке, бросая взгляд из-за плеча на Эда, после не выдерживая и целуя его. Сегодня и омежка, и альфочка удивляли Жана своей страстностью и желанием заласкать его самого с ног до головы.       – Жан, – Анхель прижался к плечу омеги, можно было ощутить его лёгкую дрожь, словно он предвкушал их близость.       – Да что с вами сегодня такое? – с придыханием пробормотал Жан и невольно вскрикнул на особо чувствительном движении Эда, тут же зажимая себе рот рукой. Но он не мог, просто не мог себя контролировать, когда два его пылких любовника кружили ему голову. Омега позволил себе просто поддаться им и ослабить контроль, краем глаза замечая, что Эд переместился вниз, внаглую начав мять его ягодицы. Хозяин положения. Жан усмехнулся своим мыслям, не сразу поняв, что его милый Анхель тоже зашевелился – омежка закинул ногу и почти уселся ему на грудь, оттопыривая попку. Брови Жана удивлённо поползли вверх, но тело само потянулось на одуряющий аромат, и, куснув омежку за ягодицу, он прильнул губами между половинками, толкаясь во влагу языком.       Эд сел между ног и неспешно, с каким-то оттягом толкнулся, – Жан зажмурился от удовольствия, тиская бока сидящего на нём омежки. Оказывается, с ними тоже можно было раствориться в движениях, выкинуть все мысли из головы и не управлять процессом, оставаясь при этом центром внимания. А когда Анхель склонился, вобрав в рот омежий член, начав ласкать синхронно с альфой, Жан окончательно поплыл. Даже без излишней альфовой грубости он был возбуждён до предела, пытался податься навстречу и одному, и второму любовнику, извиваясь и благоухая так ярко, как никогда.       Отсутствие контроля и напряжения по поводу того, что его любовники должны получить удовольствие первыми вскоре позволило Жану забиться в экстазе, притянув к лицу сочную попку Анхеля, упиваясь его ароматом и в то же время судорожно сжимая в себе член альфы. Излиться в рот своему ангелочку было в наивысшей степени приятно, Жан откинулся на подушку, отпуская Анхеля с блуждающей улыбкой. А затем лениво соскользнул с члена Эда и подтолкнул омежку к нему, хотя это больше напоминало лёгкое нажатие. Им пора было, давно пора, и момент, оказывается, наступил сам собой.       Вид у Эда до того был потерянный и неверящий, что Жан как мог тихо, устало рассмеялся и перевернулся набок, чтобы лучше видеть, как юный альфа устроил под собой Анхеля, а тот наигранно смутился, расставляя перед ним ноги. Под тихие стоны и поскрипывание кровати Жан закрыл глаза, сонно успевая подумать, что эти звуки будоражат в тысячу раз сильнее, когда принадлежат Анхелю и Эду одновременно.