Кровавые цепи

      Из комнаты доносились приглушенные голоса. Мариан осторожно подошла к двери и прислушалась:       — Эльфийка, соответствующая твоему описанию, на корабле, который ты назвал. Одна, насколько я смогла заметить.       Кулаки Фенриса с силой врезались в стол, и эльф прорычал:       — Мне надо знать, не ловушка ли это!       — Я сделала все, как ты сказал, Фенрис. Теперь дело за тобой.       Мариан медленно вошла и приветственно кивнула Авелин.       — Говори с ним сама, Хоук. Мне на сегодня хватило.       — Venhedis! Fasta vass!       Фенрис неожиданно грязно выругался. Мариан впервые слышала эти слова из его уст.       — Что случилось?       Эльф устало вздохнул.       — Это моя сестра. Я не говорил, но я проверил информацию Адрианы. Все оказалось правдой.       Фенрис беспокойно метался по комнате.       — Мне пришлось держать это в тайне, но, в конце концов, я связался с Вараньей и выслал ей денег, чтобы она приехала ко мне. И вот она… здесь.       — Тебя не беспокоит, что Данариус может знать об этом?       — Чем больше мне кажется, что он не знает, тем больше я уверен, что он связан с этим! Пойдем со мной, Хоук. Ты понадобишься мне во время встречи.       Фенрис пытливо посмотрел на девушку. Но плохое предчувствие мешало Мариан согласиться. Природное недоверие и взращенная за последние годы подозрительность шептали, что делать ей там нечего. Но стоило магессе поднять глаза на Фенриса, как она, скрепя сердце, согласилась.       — Где она?       — Она будет в Висельнике днем. Будет там всю следующую неделю…

***

      Висельник одиноко стоял посреди квартала. Табличка тоскливо скрипела на ветру. Это было очень необычно. Всегда находились люди, желавшие утопить горе на дне своей кружки.       На входе в таверну Хоук на мгновение остановилась, но отогнав наваждение, поспешно зашла вслед за Фенрисом.       В углу зала сидела рыжеволосая эльфийка. Ее взгляд бездумно бродил по поверхности засаленного стола, пока на пороге не появились гости.       Фенрис пораженно остановился в нескольких шагах от нее и произнес:       — Это все-таки ты… Варанья? Я… помню тебя. Мы вместе играли во дворе у хозяина, когда мама была на работе. Ты называла меня…       — Лито. Так тебя зовут.       Неожиданно их окружил красный вязкий барьер. Мариан поспешно вскинула руку, но успела оградить только себя. Остальные погрязли в холодном тумане, но, казалось, они этого даже не заметили.       — Что случилось? Почему ты так…       — Это ловушка!       — Ах, малыш Фенрис. Предсказуем донельзя.       Хоук видела, как глаза Фенриса расширились от ужаса. По лестнице медленно спускался тевинтерский маг. Данариус. Мариан почувствовала, как туман начал ломать ее защиту и вытягивать жизненные силы из остальных.       — …прости, что так вышло, Лито.       Разъяренный рык разлетелся по таверне:       — Это ты привела его сюда!       — Ну-ну, Фенрис. Не вини сестру. Она поступила так, как подобало имперской подданной.       Вслед за тевинтерцем вышел отряд наемников. Они быстро окружили ее друзей.       — Мне не нужны были эти проклятые метки, Данариус! Но я не дам тебе заполучить их через мой труп!       Маг издевательски расхохотался.       — Ох, как мало ты знаешь, малыш…       Девушка попыталась незаметно разорвать нити заклинания, но магия крови больно обожгла разум. На мгновение в глазах потемнело, но зрение быстро вернулось. Однако Данариус все же повернулся в ее сторону и оценивающе оглядел с ног до головы.       — Значит, это твоя новая хозяйка? Защитница Киркволла? Солидно.       Мариан прошипела сквозь зубы:       — Фенрис никому не принадлежит!       — Неужели я слышу нотку ревности? Неудивительно. Юноша… искусен, не так ли?       Тевинтерец незаметно сжал руку в кулак, и Мариан заметила, как Варрик с Авелин покачнулись.       — Но ты можешь отдать его мне…       Хоук внутренне вздрогнула от его фразы. В ней отчетливо звучало окончание: «Или никто из вас не выйдет отсюда живым».       Осознание пришло внезапно. Еще раз взглянув на мага, Мариан беспомощно зарычала. Ее собственных сил не хватало даже на то, чтобы защитить саму себя. Щупальца чужеродного заклинания постепенно истончали ее защиту. И Хоук сделала единственное, что могло их спасти.       Магесса обозвала себя последней сволочью, но она осознанно произнесла те слова:       — Хорошо. Забирай его.       Его возглас стал громом в ее ушах. Только что она собственноручно подписала смертельный приговор их, так и не выясненным отношениям. Она с треском проиграла свою любовь.       Глаза Данариуса победно блеснули. А сам Фенрис…       — Не делай этого Хоук. Ты нужна мне.       Горло горело изнутри. Она захлебывалась в собственной боли, но не могла придумать способа защитить их. Спасти его… Силы постепенно оставляли ее, она чувствовала, как магия крови сминает и ее барьеры…       — Ты справишься, Фенрис. Я не нужна тебе.       Ложь, наглая, грязная ложь. Какая же она тварь…       — Знаешь, я почему-то даже не удивлен…       Его лицо вмиг стало безразличным ко всему. Безразличным к ней. Нет, он не заслуживал такой участи.       — Так что ты решил, Фенрис? Продолжишь сражаться за свою свободу?       — Нет, я… пойду с тобой.       Тевинтерец мрачно улыбнулся и кинул быстрый взгляд на Мариан. Она почувствовала, как магия растворилась, а ее друзья стали возвращаться к жизни.       — Я пришлю вам награду, монна Хоук, когда мы прибудем в Минратоус. Спасибо вам.       Данариус покинул таверну, забрав с собой Фенриса. А Мариан продолжала стоять на месте, застыв каменной статуей.       Ее мысли и чувства стягивали ее душу кровавой цепью…