Моя милая садистка

Утро для Соко началось с хороших мыслей. Вчера перед уходом они пересчитали чаевые, в итоге у Соко их оказалось больше, но приятнее было видеть злость на лице рыжей нахальной девчонки. Это какой-то отдельный вид удовольствия. Вчерашний журналист, конечно, был странным, но, похоже, не собирался вредить их заведению, а значит за сохранность работы переживать не приходилось. Шинпачи, как всегда, был первым, кто пришел. Возможно, поэтому Гинтоки доверил ему ключи, а может потому, что очкарик был тем, кто работал здесь дольше всех. Окита не знала, да и знать не хотела, есть ли у других работников ключи. Пока она переодевалась, появилась взволнованная Са-чан. — Я так долго не видела Гин-сана, — тараторила девушка, переодеваясь. — Уже успела соскучится по его голосу, лицу, кучеряшкам… Соко лишь закатила глаза, успев устать за пару минут от всех причитаний. Она вышла в зал, где Шимура снова полировал барную стойку. Вообще, они убирались каждый раз перед уходом, но у очкарика была какая-то странная потребность в постоянной уборке. Затем пришла Кагура даже не поздоровавшись. Соко хмыкнула, понимая обиду девчонки. Сегодня был четвертый день, так что сдавать позиции Соко не хотела. — Что у вас тут происходило, пока меня не было? — поинтересовалась Сарутоби, тоже выходя в зал. — К Гин-сану никто не приставал? — Не нужен твой Гин-сан никому, — подметил Шинпачи раздраженно. Похоже, что Сарутоби не только Соко раздражала. — Он нужен мне! — мечтательно вздохнула Са-чан и уселась на один из барных стульев, уставившись на дверь в ожидании, когда войдет её возлюбленный. Соко пометила у себя в мыслях расспросить Шимуру о том, как так вышло, что у Сарутоби в голове появился паразит, заставляющий так сильно любить Сакату. И тут она кое-что вспомнила. Шимура. Она ведь уже слышала эту фамилию. — Шинпачи, — Соко обратилась к парню, отвлекая от уборки. — А у тебя есть сестра? — Да, старшая, Отае, — кивнул он и удивился. — А откуда ты… — Похоже, мы с ней вместе работали, — Соко хмыкнула. — Не сбежать мне от вашей семейки. — Правда? — Шинпачи удивился. — Это же какое совпадение! Значит, это Отае-несан посоветовала тебе сюда пойти работать? — Нет, — Соко отрицательно мотнула головой. — Я случайно наткнулась на объявление. Совершенно. Она невольно вспомнила насколько нелепым был поиск этой работы. — А чего ты уволилась то с предыдущего места? — бесцеремонно вмешалась в разговор Са-чан. — Сарутоби-сан, невежливо задавать такие вопросы! — возмутился Шинпачи вместо Окиты. — Интересно же, — но та лишь пожала плечами. — Захотелось сменить обстановку, — Соко тоже пожала плечами, не желая вспоминать старую работу вообще. Возможно, Сарутоби продолжила бы выпытывать из новенькой информацию, но в кафе вошел Гинтоки. — Всем доброе утро, — устало поздоровался он. — Гин-сан! — Сарутоби бросилась к нему в объятия, но мужчина отошел в сторону. Девушка споткнулась о собственную ногу и распласталась в итоге на полу, а Гинтоки переступил через неё. Мог бы и наступить — подумала Соко. — Пошли, подписывать бумаги, — Саката помахал перед лицом Соко папкой, которую она только сейчас и заметила. Она прошла следом за боссом, натыкаясь на Кагуру, которая лазила по холодильнику и что-то жевала. — О, Гин-тян! — удивилась она, захлопывая дверь. — Ты что-то с каждым днём приходишь раньше обычного! — А ты опять уничтожаешь мои вчерашние заготовки, — Гинтоки даже не был удивлен. — Садись. Это слово он уже обратил к Соко, кивая на стул. Девушка послушно заняла место. — А ты свали в зал, — Гинтоки ткнул указательным пальцем в Кагуру, а после на выход. — Будто тут что-то секретное будете делать, — закатила глаза рыжая, но направилась в зал. — И умойся, всё лицо в шоколаде, — крикнул вдогонку Саката, усаживаясь напротив Соко. — Итак. Он вытащил из папки документы, оттуда же выкатилась ручка. Он придвинул бумаги к Соко и положил ручку сверху. — Подпись нужна здесь, здесь и здесь, — Саката ткнул пальцем в пустые строчки. — И на втором экземпляре тоже самое. Окита подписывать не торопилась. Она притянула договор ближе, чтобы внимательно прочитать. Основной пункт, который её интересовал — зарплата. И девушка была приятно удивлена, когда увидела, что оклад был больше, чем на предыдущем месте. Не намного, но больше. При этом здесь она имела право забирать свои чаевые полностью, тогда как в том ресторане она могла забрать лишь пять процентов от заработанных чаевых. Остальное забирал начальник. И почему она раньше не уволилась? Пробежав глазами по тексту ещё пару раз и не найдя ничего криминального, Окита всё же поставила подпись. — Вот и отлично, — Гинтоки тут же убрал один экземпляр в папку. — Добро пожаловать на работу, всё такое, фанфары, аплодисменты, мир, дружба, жвачка. Тебе положено два выходных в неделю, но, учитывая ситуацию, а именно — два с половиной официанта в заведении, ты сама можешь их выбрать. Если хочешь, то они будут фиксированными, если нет, то предупреждай за день до. Копить выходные нельзя. А если такая же психованная, как Кагура и Пацуан, то можешь вообще пахать без выходных. Что ещё… Что ещё… Забыл как будто что-то… — Форму? — попыталась угадать Окита. — А, да! — Гинтоки щелкнул пальцами. — После работы Сарутоби снимет с тебя мерки, чтобы сшить форму по размерам. Её стоимость будет вычтена из твоей первой зарплаты. Вопросы? Вопросов было много, но ни одного по теме. Тем более, нужно было идти работать и зарабатывать себе чаевые, чтобы обойти Кагуру. — Утро доброе, — сзади послышался немного хрипловатый голос Хиджикаты. — Смотрю, договор подписываете? Копию мне не забудь выслать. Соко обернулась, наблюдая, как Хиджиката подходит к столу, сжимая в руке стопку газет. Он швырнул их перед Сакатой. На самой верхней красовалась фотография их скромного и неприметного кафе. — Читал утреннюю газету? — Хиджиката остановился у стола, скрестив на груди руки и уставился на Гинтоки, игнорируя теперь присутствие Соко. — Я читаю только Джамп, — Саката даже не подумал опустить взгляд на газеты. — В газетах слишком много мусора и вранья. — А зря, иногда там можно найти кое-что очень интересное, — кажется, Хиджиката был чем-то рассержен. Соко осторожно заглянула в газету, читая заголовок: «Сладкое королевство, в котором вам придется несладко». Быстро же тот журналюга накатал разгромную статью, хотя, казалось, что он не то чтобы собирается это делать. Ему вроде как всё понравилось? — Не думаю, что… — но тут Гинтоки, наконец опустил глаза на газету и его выражение лица совсем изменилось. — Чего?! Этот имбецил всё же накатал свою сраную статью?! Я думал, он блефовал! — Помнится, ты мне говорил, что оборвал все старые связи, — Хиджиката на всплеск эмоций внимания не обратил. — Не виноватая я, он сам пришел, — буркнул Саката, схватив газету в руки и бегая глазами по строчкам. — Кондитер слишком кучерявый?! Да какой идиот вообще включает такое в минусы! Не подали соль?! В кондитерском то кафе! Не понравился цвет посуды?! Я его убью… — Ты должен был мне позвонить, — с нажимом проговорил Тоширо. Соко же принялась рассматривать остальные газеты. Там тоже были фото различных ресторанов. Эти статьи принадлежат Кацуро Котаро? Тому самому журналисту, которого она вчера привела? Девушка понимала, что скорее всего ей бы было лучше выйти из кухни, но вообще-то никто не выгоняет, а значит… — Зачем? — Гинтоки бросил газету назад на стол, поверх остальных. — Пожаловаться на то, что меня обижает какой-то журналюга? Арестуешь его за слова? Мило, конечно, но обычно такие ухаживания только на девушек прокатывают. Ты что-то попутал, Тоши. Соко аккуратно попыталась подтянуть газету к себе, чтобы прочесть статью, но на газету опустился указательный палец Хиджикаты. — Этот человек не просто журналист, и ты это знаешь лучше меня, — медленно заговорил полицейский, смотря только на Гинтоки. — Каждый раз, когда он в конце статьи пишет фразу «Я думаю, что зайду туда ещё разок», заведение неизменно закрывается. А знаешь почему? Не потому, что статья их разорила, нет. Этот твой Котаро оставляет где-то внутри статьи шифр, давая сигнал своим дружкам, которые тупо вывозят из заведения всё под чистую! А хозяева настолько запуганы, что даже не заявляют в полицию! Это мафиозная банда, которая запугивает конкурентов, лишает их всего, а потом продает украденное на черном рынке и использует выгоду, чтобы покрывать свои собственные заведения! Мы за ними уже год гоняемся, но так и не смогли доказать причастность Кацуры! Хиджиката убрал палец, позволяя, наконец, Соко подтянуть статью к себе. Её сейчас устраивала внезапная невидимость. — Ты не говорил, что занимаешься этим, откуда я должен был знать? — Сакату речь друга не напугала. — Тем более… Зура слишком тупой, чтобы проворачивать нечто подобное. — И тем не менее он это проворачивает, — возразил Хиджиката. — Или ты собираешься его покрывать? Может, ты тоже слишком тупой, чтобы понять, что он тебе буквально черную метку закинул? Не увидел фразу в конце статьи? Тебя устранить хотят, Гинтоки. И мы понятия не имеем, когда это произойдет, но механизм запущен! — Ты параноик, а ещё очень сильно переоцениваешь умственные способности Зуры, — упрямо повторил Саката. Соко быстро пробежалась глазами по статье, но читать не стала, потому что там было отвратительно много сравнений и эпитетов. Но в конце и правда стояла фраза: «Я думаю, что зайду туда ещё разок». Девушка подтянула другую газету. Это был ресторан «Рататуй». Он закрылся примерно пол года назад. Действительно, в конце этой статьи тоже красовалась абсолютно такая же фраза. Соко подтянула следующую газету, вновь натыкаясь на фразу. Она принялась сравнивать тексты, пытаясь найти что-то одинаковое и подозрительное. — Параноик?! — прикрикнул Хиджиката. — Смотри! Он вытащил одну из газет и положил её перед Сакатой. — Ресторан итальянской кухни «Педоро»! Закрылся спустя три дня после статьи! — перечислил Тоширо, выдергивая другую газету. — Ресторан китайской кухни «Панда Чи»! Продержался две недели! Французский «Рататуй» всего один день! Скажешь, что это гребанные совпадения?! Соко отодвинула газеты немного подальше, чтобы Хиджиката их у неё не отнял, но тот вообще не обращал внимания на то, какую именно газету выдергивает. Соко вытащила ещё одну газету, но ресторан, упоминаемый в статье до сих пор работал. Правда, в этой статье не было злополучной фразы. — Ну, значит, хреново работали, — Гинтоки пожал плечами. — Зура в принципе не пишет положительных отзывов, но есть и рестораны, которые после его статей до сих пор работают. — И ни в одной из тех статей не было фразы! — Тоширо не сдавался. — Это единственная похожая деталь! — Не единственная, — выпалила Соко, привлекая к себе внимание. — А ты что тут делаешь? — удивился Хиджиката. Он реально просто её не заметил? Или думал, что она выйдет по своей воле? — Смотрите, — Соко выложила рядом три газеты и ткнула пальцем в конец статьи. — Здесь ресторан до сих пор работает, хотя статья вышла три месяца назад. Фразы в конце нет. Этот ресторан закрылся спустя пять дней после выхода статьи и фраза есть. Но есть и кое-что ещё. В первой статье нет времени её написания, а во второй есть. А теперь смотрите сюда. Соко ткнула пальцем в свежую статью про их кафе. Помимо даты и имени автора там красовалось и время, на первый взгляд: «27:09». — В остальных статьях время более правдоподобное, — Соко принялась выкладывать газеты в ряд, чтобы было удобнее демонстрировать. — Но тут… Вас это вообще не напрягало? Хиджиката уставился в газеты, вылавливая взглядом время, как казалось раньше: «12:12, 21:07, 08:01». — Чёрт возьми, это же даты, когда происходили ограбления, — нахмурился Хиджиката. — Как мы раньше не заметили… Заметить это было нетрудно, хотя, на первый взгляд это просто было похоже на время написания. Какой идиот вообще будет смотреть на подпись к статье, а не на саму статью? Этим и пользовался Кацура. Но почему-то в этот раз облажался. Кто поверит в 27 часов девять минут? Наверное, он просто уже обнаглел, чувствуя безнаказанность. — Видимо, у вас в отделе работают слепые, — хмыкнула Соко, откинувшись на спинку стула. — Поэтому ваш преступник уже просто издевается, указывая несуществующее время. Она почувствовала своё умственное превосходство, что несомненно доставило удовольствие. Что может быть приятнее, чем унизить полицейского? — Двадцать седьмое сентября, это через неделю, — Хиджиката её колкость предпочел проигнорировать. — Отлично, теперь хотя бы число знаем. Нужно подготовиться. Гинтоки подтянул к себе газеты, нахмурился и принялся сравнивать. Наверное, он до сих пор не мог поверить в это. Действительно, трудно было представить, чтобы тот придурковатый журналист работал на мафию. Может, в этом и смысл? Но зачем мафии зариться на это заведение, куда едва ли заходят люди? Оно не настолько популярно. Хиджиката сказал что-то про старые связи Гинтоки. То есть Саката тоже был в мафии? Она жестоко разбирается с предателями, а учитывая то, что Гинтоки дружит с полицейским… — Гинтоки, я позже тебе позвоню, — пообещал Хиджиката и перевел взгляд на Соко. — А ты… Не вмешивайся. И… Спасибо. Соко вскинула брови. Он её поблагодарил? И попросил не вмешиваться… Хиджиката быстрыми шагами направился на выход, даже не подумав о том, чтобы забрать газеты. — Ярэ, ярэ, — вздохнул Саката, откинулся назад и завел руки за голову. — Я же говорил, что лучше читать Джамп. Меньше головной боли. Он медленно поднялся с места, собрал газеты в стопку и без всякой жалости выбросил их в мусорное ведро. — Данна, а кем вы были до того, как стать кондитером? — на удачу спросила Соко. — Я с самого начала кондитер, — отмахнулся мужчина. — Каждая черствая булочка дрожала, когда меня мать рожала. Отшутился. Выяснить правду будет не просто. Точнее не то чтобы выяснить. Просто подтвердить свои догадки. Во что она сейчас вообще ввязалась? Её нынешний начальник раньше был в мафии. Понятно теперь откуда у него деньги на открытие кафе. Вряд ли полицейский, даже замкомандующего, мог сильно помочь. Но то, что бывший мафиози водит дружбу с полицейским значило лишь то, что Саката предатель. Значит, Соко своими руками навела на него бывших друзей? Голова от такого шла кругом. — Иди лучше работать, — Гинтоки отправился в раздевалку. — И выбрось из головы этот параноидальный бред. Сосредоточься на споре с Кагурой. Бред или нет, а выбрасывать его из головы Соко не собиралась, но Гинтоки был прав — сейчас ей нужно победить рыжую нахалку. Девушка поднялась с места и вышла в зал, но многое не потеряла — здесь сидел всего один мужчина и пил кофе, заедая печеньем, которое продавалось с витрины. — Долго ты подписывала договор, ару, — хмыкнула Кагура. — И Тоши к вам присоединился! Я уж думала, тебя уволили! — Признавайся, что вы там делали?! — на Соко налетела Са-чан, схватила за плечи и начала трясти. — У тебя были какие-то особые условия?! Да?! Вы как-то по-особому их обсуждали?! Да?! Ты же запала на моего Гин-сана! Её голос почти превратился в ультразвук к концу фразы. Соко поспешила ткнуть Сарутоби под ребра, заставляя ту вскрикнуть, согнуться и отпустить Соко. — Не трогай меня, бешеная, — Соко поправила форму. — Никому твой Гин-сан кроме тебя здесь не нужен. — Только попробуй подойти к Гин-сану ещё раз! Он только мой! — рыкнула Сарутоби, продолжая потирать ребра. — В твоих мечтах, видимо, — Соко наступила Сарутоби на ногу, отдавливая пальцы. Та выдернула ногу и принялась прыгать, завывая от боли слишком уж сильно. Соко закатила глаза от такой театральности. — А если серьезно, то что вы там так долго делали? — поинтересовался Шинпачи, игнорируя Сарутоби. Стоит ли рассказывать им, что кафе сейчас в опасности и они могут потерять работу? Хиджиката просил не вмешиваться, а Саката — выбросить всё из головы. Но мафия это серьезно и опасно. Она снова вспомнила, что это в общем-то она виновата в ситуации. Если сейчас она расскажет, то Кагура непременно ей это припомнит. — Ваш Хиджиката потребовал, чтобы Гинтоки подробно разъяснил мне все условия, — Соко пожала плечами. — Такой занудный тип. — Да, это на него похоже, — Шимура улыбнулся. Попала. — А газеты ему зачем нужны были, ару? — спросила Кагура. Одна ложь непременно ведет за ручку следующую. Почему она вообще должна сейчас выкручиваться? Это они не заметили, что Соко всё ещё сидит рядом и всё прекрасно слышит! — Данна попросил, — она снова пожала плечами. — У него и спрашивай зачем ему эта макулатура. — Значит, можно тебя поздравить с официальным вступлением в должность? — Шинпачи не особо заинтересовала такая информация. Соко кивнула. — Да кому какое дело, — Кагура отмахнулась. — Она уже четвертый день работает! Осталось всего три дня до момента, когда придется обслуживать в купальнике! — Не знала, что тебе так хочется сбросить с себя эту форму, — Соко хмыкнула. Кагура гордо удалилась к клиенту, который, к слову, уже минуты три гипнотизировал официанток, но почему-то не мог просто их подозвать. К счастью, больше никто из них не докапывался до Соко на счет моментов подписания договора. Хиджиката просил у Гинтоки копию. Интересно, зачем? Через пару часов работа появилась у всех троих. Возможно, такой наплыв клиентов был связан со статьей Кацуры? В любом случае, думать было об этом некогда. Уже к обеду в заведении было некуда сажать новых клиентов. — Они что все с ума посходили? — возмущался Гинтоки, когда Соко зашла забрать очередной заказ. — Какого черта решили припереться все вместе?! В статье что где-то написано, что тут бесплатно раздают наркоту? Деньги? Оружие? Или у нас за один день возросло количество извращенцев, мечтающих о горничных?! Даже отвечать ему было некогда — настолько они были заняты. Впрочем, в этой ситуации был и плюс — хорошие чаевые. Минус, конечно тоже был. Даже два — никто из них не смог пообедать и к закрытию все устали, даже энергичная Кагура. — Это пытка какая-то, ару, — пожаловалась она, когда смогла повалится на один из столиков, пока Пацуан переворачивал вывеску на «закрыто». — А всё ты виновата! — Я вам выручку сделала, — возразила Соко. Кажется, я всё же что-то пропустила, — Сарутоби поправила очки, переводя взгляд с одной девушки на другую. — Виновата не она, а чёртов Зура со своей статьей, — Гинтоки выглянул из кухни. — Гин-сан! — Са-чан тут же засветилась от счастья. — Будем надеяться, что этот ажиотаж пропадет, — Саката её проигнорировал. — Пацуан, что там с выручкой и чаевыми? — Сейчас посчитаю, — кивнул Шинпачи. За весь день у него так и не хватило на это времени. В итоге денег они заработали немного меньше вчерашнего дня, а по чаевым вовсе почти сравнялись. Кагура опережала всего на десять йен. — Выкуси! — но настроение это девчушке подняло так, будто чаевых было на пару тысяч больше. — Я же говорила, что выиграю! — Ещё три дня, — с улыбкой напомнила Соко. Просто нужно держать это в голове. Она справится. Просто выкрутить своё дьявольское обаяние на максимум. — Ладно вам, — Гинтоки почесал затылок. — Давайте лучше отпразднуем. Раз Соко официально теперь с нами, в честь этого я испек тортик. — Гин-сан! Ты такой крутой! — пискнула Сарутоби и повисла у него на руке. — Даже не смотря на загруженность всё равно успел испечь нам тортик! Хочешь я тебя покормлю? Могу даже прожевать за тебя! — Я что, по-твоему, беззубый дед?! — возмутился Саката, безуспешно пытаясь отцепить сумасшедшую. — Или немощный инвалид?! — Если это бесплатно, то я согласна на временное перемирие, ару, — Кагура первой двинулась на кухню. — Серьезно? Торт? Ради меня? — Соко же была удивлена. — Это традиция, — Шинпачи улыбнулся. — Если не поспешите, то Кагура проглотит его весь, — предупредил Саката и тоже отправился на кухню, волоча за собой Сарутоби. — Кстати, — шепнул Шинпачи, выходя из-за барной стойки. — Гин-сан каждому из нас пёк разные тортики. Ощущение, будто он подбирает вкус под определенного человека. Как думаешь, какой у тебя будет торт? Соко не ответила. Они вместе с Шимурой вошли на кухню, где Саката уже разрезал небольшой торт, а Сарутоби расставляла кружки и наполняла их чаем. Торт был покрыт зелено-белой глазурью, создающей на поверхности мраморный узор, а сверху были выложены кусочки дыни и ягоды голубики. Внутри был светлый корж и два вида крема — голубой и светло-зелёный. Соко заняла место за столом, чувствуя себя до ужаса неловко. Она даже дни рождения так больше не праздновала со смерти сестры, а тут… — В общем, как я и говорил, — Гинтоки прокашлялся, ставя перед девушкой кусочек торта. — Добро пожаловать. Кто-то хочет ещё что-то сказать? — Гин-сан, ты прекрасен! Женись на мне! — выпалила Сарутоби и распростерла руки для объятий. — Что? Никто? Ну, давайте, не стесняйтесь, — Гинтоки залепил куском торта в лицо Са-чан и даже слегка растер. Сарутоби что-то забубнила и схватила Гинтоки за руку, не давая оторвать ладонь от её лица. Мужчина безуспешно пытался вырваться. Это не могло не вызвать нервный смешок. — Соко-сан! — Шинпачи прокашлялся и поднял в воздух чашку с чаем, словно это было что-то алкогольное, а он собирался произносить тост. — Позволь приветствовать тебя в нашем скромном кафе! Надеюсь, что тебе тут понравится! Давай вместе постараемся сделать это заведение знаменитым! Кампаааай! Он сделал большой глоток чая, но тут же закашлялся, а глаза заслезились — жидкость была горячей. — А я фто? — Кагура же уже уплетала свою порцию торта. — Я тебя сделаю, так что готофь сфой купафник! — Да отцепись ты, — орал Гинтоки, всё ещё пытаясь вырвать руку. — Прекрати облизывать мне руку! Это отвратительно! — Гин-сан назвал меня отвратительной! Но я стерплю любые оскорбления и унижения! — с уст Сарутоби сорвался пошлый стон и она прижала ладонь Сакаты к своей перепачканной в торте щеке. — Если тебе такое нравится, то я готова к таким отношениям! — Эй! Мы вообще-то тут Соко-сан встречаем! — прикрикнул Шимура чуть сиплым обожженным голосом. — Соко-сан, не обращай на них внимания… — Не приближайся, гребанная извращенка! Я на тебя в суд подам за домогательство! — Гинтоки всё же сумел вывернуться и отойти к раковине. — Гин-сан, не бросай меня! — Сарутоби снова споткнулась и распласталась на полу. — Успокойся уже, ару, — Кагура уселась на неё сверху, не давая ползти. Женщина выдохнула, когда Кагура на неё плюхнулась и упала без движения. — Ребята, вы самые странные, кого мне когда-либо приходилось встречать, — рассмеялась Соко. — Привыкай, — отозвался Гинтоки, закатав рукава и отмываясь то ли от торта то ли от позора и отвращения. — Ты теперь одна из нас. От этой фразы как-то странно потеплело на душе. Она не знакома ни с кем из них по-сути. Перед ней грубая девчонка, забитый и нервный очкарик, женщина-извращенка и мазохистка и предположительно бывший мафиози, решивший укрыться в кафе-кондитерской. Странный набор. Но ей этот набор пришелся по вкусу. Соко отломила небольшой кусочек торта. Нежный, еле сладкий с привкусом ванили, дыни и голубики. — Надеюсь, не слишком сладко для тебя? — поинтересовался Гинтоки, вытирая руки бумажным полотенцем и швыряя его на голову Сарутоби. — Сойдет, — Соко кивнула. — Сочту это за спасибо, — Гинтоки хмыкнул. — Гин-тян! — Кагура подпрыгнула, заставив Сарутоби квакнуть. — А зачем Тоши приносил тебе газеты? — Туалетная бумага кончилась, — тут же ответил он, будто был готов к вопросу. — Фу, Гин-тян, неприлично говорить такое перед девушками, — возмутилась Кагура, сморщив нос. — Тогда не стоит задавать вопросы, — предупредил Саката в свою очередь. Соко показалось, что эта фраза прозвучало с угрозой. Совсем немного, но она там точно была. — Гин-сан! Нам нужно заказать поставку! — отвлек его Шинпачи. — С таким наплывом клиентов у меня кончается кофе! — Знаю я, — Гинтоки почесал затылок. — Займусь сейчас. — Гин-тян, ты мне месяц назад обещал, что у нас будут молочные коктейли, ару! — тоже напомнила Кагура. — Слезь с меня, — просипела Сарутоби, безуспешно пытаясь выбраться. — Я ещё не купил блендер, — отмахнулся Гинтоки. — И вообще! Ты же не думаешь, что я позволю такому проглоту, как ты поглощать молочные коктейли целый день! — Я растущий организм, ару! — Кагура вновь подпрыгнула на Сарутоби, а после встала. — Не замечаю никакого роста, — Гинтоки пробежался по ней взглядом и специально задержался на месте груди. Соко прыснула, чуть не подавившись чаем. Никогда ещё задерживаться после работы не было так весело. — Чего ржешь, ару?! — Кагура зачем-то прикрылась. — У меня ещё побольше твоих вырастут, вот увидишь! А ты, Гин-тян, извращенец! Она пнула его чуть ниже колена и поспешила удалиться в раздевалку. Гинтоки вскрикнул и какое-то время подпрыгивал на одной ноге, а затем схватился за стол, чтобы не упасть и принялся растирать больное место. — Гин-сан, вам и правда стоит быть тактичнее, — Шинпачи покачал головой и принялся убирать со стола. Тортик они благополучно съели. — Эта мерзавка поплатится за то, что ударила моего любимого Гин-сана! — возмутилась Сарутоби и вскочила на ноги. Она направилась в раздевалку, но Гинтоки остановил её, опустив руку на плечо. — Стоять! — он поморщился, опуская покалеченную ногу на кафельный пол. — Я хотел попросить тебя… — Попросить меня? — Сарутоби тут же сменила эмоцию с гнева на смущение. — Снять мерки с Соко и сшить ей форму, — Саката кивнул. — Могу я на тебя рассчитывать? — Ах, Гин-сан! — Сарутоби воспользовалась его временной неполноценностью и заключила в объятия. — Ради вас я сделаю всё, что попросите! Всё, чтобы ваше заведение процветало! Я с вами хоть в Ад, хоть в Рай! — Но не так скоро, — Саката похлопал её по рукам. — Задушишь же! — Простите мне мою любвеобильность, — Са-чан отпустила его и перевела взгляд на Соко. — Иди в раздевалку. Я сейчас умоюсь и подойду. Гинтоки выдохнул. Похоже, что эта женщина только что чуть не сломала ему ребра. Сарутоби же направилась к раковине, напевая под нос свадебный марш. — Пожалуйста, хоть ты не пытайся меня убить? — буркнул Гинтоки, присаживаясь на стул и закатывая штанину, чтобы оценить нанесенный Кагурой ущерб. — И тогда я буду счастлив. На ноге мужчины теперь красовалась приличная шишка, перерастающая в гематому. — Ничего не обещаю, — Соко лишь пожала плечами, а Саката печально вздохнул. Соко могла бы его пожалеть, но ведь он сам позволял так с собой обращаться. — Я ушла, ару, — из раздевалки вышла Кагура и помахала всем рукой. — Скатертью дорога, — буркнул Гинтоки. За Кагурой ушел и Шинпачи, а Сарутоби повела Соко в раздевалку. Саката же достал телефон и направился почему-то к чёрному выходу. — Итак, давай узнаем твои размерчики, — Са-чан как-то странно улыбнулась, достав из своей сумки сантиметр. — Раздевайся. — Учти, что я могу выбить зубы, — предупредила Соко. Но ничего страшного не произошло. Она быстро сняла все мерки, занесла их в телефон и почти мгновенно переоделась. — Три дня и будет готова твоя личная форма, — пообещала Сарутоби. — До завтра. Соко кивнула, оставшись одна. Когда Са-чан не вела себя, как психованная сучка с постоянной течкой, она была даже ничего. В голову закрались подозрения, что Сарутоби вполне может сделать что-то хреновое с формой Соко, но вряд ли она будет портить её, ведь это точно разозлит Гинтоки. Впрочем, всё равно стоит быть начеку. Она переоделась в повседневную одежду — джинсы, бежевая блузка и поверх черная куртка. Куда удобнее и привычнее здешней формы. Она накинула рюкзак и вышла. — Ты ещё здесь? — Саката почему-то этому удивился, он только вернулся с улицы, засовывая мобильник в карман. — Подвезти? — Зачем? — девушка опешила. — На улице темно и страшно, — Гинтоки пожал плечами. — Думаешь, раз я девушка, значит, защитить себя не смогу? — это было обидно. — Ни Кагуре, ни Сарутоби ты такого не предлагал. — Кагуру обычно братец встречает, — Гинтоки отмахнулся. — Аямэ психованная, а Шинпачи не так далеко живет. Автобусы уже… Он снова полез за телефоном, посмотрел на экран, кивнул и продолжил: — Не ходят. Соко понимала, что он был прав. А ещё она понимала, что он бывший мафиози. Не глупая. Может сложить два плюс два. Даже тот факт, что он общается с полицейским и дружит, не смягчал положение. Не очень хотелось, чтобы он знал, где она живёт. — Значит, прогуляюсь пешком, — Соко отрицательно мотнула головой. — Простите, Данна, но мне не хочется, чтобы подозрительные типы знали, где я живу. — Так твой адрес в договоре указан, — Саката хохотнул, снимая белый китель и вешая его в угол на крючок. — Я там ничего не указывала, — Соко нахмурилась, вспоминая, бумаги, которые подписывала. — И я внимательно всё прочла. Не было там ничего. — Потому что первую страницу я тебе не дал, — Гинтоки кивнул. — Ты уж прости, но мне тоже не улыбается принимать на работу подозрительных личностей, так что Тоши тебя проверил. И адрес твой вытащил. По номеру телефона. — Чего?! — Соко это возмутило. — Вы копались в моих личных данных?! Проверяли меня?! Вы не имели права! — Меры предосторожности, — Саката не чувствовал стыд. — Скажу тебе по секрету — а за моей головой вроде как охотятся. Поняла, наверное, уже, что прошлое у меня далеко не клубничное парфе. Вдруг тебя подослали, чтобы меня убить? Я должен был знать. — Да твой дружок полицейский пороги моего бывшего места работы каждый вечер обивал! — Соко махнула рукой в сторону двери сама не зная зачем. — Он видел, что я обычная официантка! — Да-а-а, а твой бывший начальник шестерка мафии, — закивал Гинтоки и скрестил на груди руки. — Поэтому, собственно, Тоши там и зависает. Так что нечего тут возмущаться. Это банальное желание оградить свою жопу от больших неприятностей. Ты бы не воспользовалась шансом, будь у тебя друг — база данных всех жителей города? Да и ничего такого он о тебе не раскопал. Саката прошелся по кухне, проверяя, что всё выключено и чисто. Окита сжимала лямки рюкзака. Было ощущение, что эти двое покопались в её нижнем белье. — Значит, ты сбежал из мафии, — она старалась звучать спокойнее. — Завязал, — поправил Гинтоки. — А этот твой Кацура… Тоже? — Соко лихорадочно вспоминала всё, что произошло, стараясь сложить пазл и осознать насколько она в дерьме. — Поэтому Хиджиката был так недоволен? — Сбегающий Котаро, так его называют, — Гинтоки закончил проверку и принялся выключать свет. — Ему удалось создать свою собственную газетёнку, офис которой постоянно перемещается. В принципе, ничего криминального, но раньше он пробирался в такие места и вынюхивал такие секреты… — То есть он правда натравит на это кафе своих людей, — Соко почувствовала, что кровь отливает от лица. — Говорю же, он сейчас заправляет газетой, а не мафией, — Гинтоки отрицательно мотнул головой и остановился перед Соко, оставив только один источник света, выключатель от которого был у неё за спиной. — Скорее он что-то вынюхал и пытался меня предупредить. Соко зависла, вспомнив, что Кацура действительно произнес фразу: «Обязательно прочти статью». Он хотел, чтобы Гинтоки её увидел. Зачем бы ему было предупреждать Сакату о налёте? Действительно глупо. — Но Хиджиката сказал, — она нахмурилась. — У Хиджикаты майонез вместо мозгов, — оборвал её Саката. — Просто не заморачивайся на этот счёт. Полицейский всегда будет видеть ситуацию со стороны их идиотских законов. Они вообще не представляют насколько беспомощны в этом городе. Да и скажи я ему, что Зура меня снабжает информацией, это стало бы поводом для допроса. — Вы же… Друзья? — Соко не смогла собрать пазл. — Слушай, — Саката вздохнул и помассировал переносицу. — Тут всё сложно, а мне очень лень объяснять. Да, я был в мафии, но больше нет. Сейчас я просто кондитер, который хочет подвезти свою работницу домой, чтобы быть уверенным в том, что завтра она появится на работе. Соко слабо кивнула, принимая такие скудные объяснения. Гинтоки протянул руку и выключил оставшийся свет, но тут же включил фонарик на телефоне. — Идем, — скомандовал он Соко. Девушка его не боялась, но теперь смотрела как-то по-другому. Мафиози, который завязал и теперь пытался просто жить, как обычный человек. А вот её бывший начальник оказался действительно хуже, чем она думала. Шестерка мафии? Как жалко. Гинтоки выпустил её и закрыл дверь. — Данна, почему вы мне это рассказали? — неуверенно спросила она. — Потому что ты уже знаешь слишком много, — спокойно ответил Гинтоки, обходя помещение с другой стороны, чтобы проверить закрыт ли главный вход. — Легче удовлетворить твоё любопытство, чем потом получать тонну вопросов в присутствии Кагуры, Пацуана и Сарутоби. Ты достаточно умна, чтобы понять что к чему. — Значит, вас не беспокоит то, что через неделю ваше кафе разграбят? — Соко хмыкнула, следуя за ним вниз по улице к парковке. — Тоши разберется, — Гин лишь пожал плечами. — Он просил не лезть, я и не стану. И тебе не советую. — Какая беспечность, — Соко фыркнула. — Зато жить легче, — Гинтоки вытащил ключи и снял свою машину с сигнализации, галантно открывая дверь и пропуская Соко внутрь. Машина представляла из себя черный седан среднего класса. Соко не особо интересовалась машинами. Эта выглядела аккуратной и неприметной, но её стоимость трудно было определить. Соко колебалась. — Если начну приставать можешь ткнуть мне пальцем в глаз, — это прозвучало словно совет. — Хотя руки я распускаю только когда пьян. — Вы не в моём вкусе, Данна, — презрительно сказала Окита, но всё же села на переднее сидение. Гинтоки закрыл за ней дверь, обошел машину и сел на водительское сидение. Салон внутри был обит бежевой кожей. Тут и дураку было понятно, что это явно дорого. Гинтоки тем временем установил мобильный на подставку, открыл навигатор и по памяти вбил адрес Соко. — Ты его наизусть запомнил? — это скорее удивляло нежели злило. — Я все адреса помню, — Гинтоки кивнул и завел машину, а потом принялся настраивать зеркала. — У тебя кафе, дорогая машина, но ты всё равно не платил своим работникам, — размышляла Соко. — Я в какой-то момент много денег просадил в патинко, — Саката покрутил в воздухе рукой, словно пытался открутить крупную гайку, а потом снялся с ручника. — Пришлось немного экономить. — Данна, все же вы самый безответственный начальник, — Соко разочарованно покачала головой. Гинтоки лишь пожал плечами, сосредоточившись на вождении. Впрочем, теперь кое-что всё же вставало на свои места. Соко предположила, что у Гинтоки была весомая причина, чтобы покинуть мафию. Может, там умер кто-то важный ему? Возможно, Хиджиката просто вытащил его из преступного мира и помог с открытием кафе, лишь бы дать Сакате надежду на нормальную жизнь. В любом случае из-за чего-то он стал физически себя уничтожать выпивкой и азартными играми, хотя толика разума в нём все же осталась. Или же его просто периодически кидало от глубокой депрессии до полного безразличия к своей жизни. Версий было много. Информации мало. Стало даже как-то обидно, что Саката вроде и доверился ей, но рассказал слишком мало. Словно опытный рыбак, закинул удочку, дождался, когда рыбка ухватится за крючок и подсёк, а теперь ждал, когда же она выдохнется, чтобы вытащить её из воды. В любом случае, Соко не думала, что он хоть сколько-нибудь опасен. Интересно, а какое положение у него было в мафии? Она набрала воздуха, чтобы задать вопрос, но так и не смогла это сделать. — Приехали, — возвестил Саката, останавливая машину около нужного дома. — Увидимся завтра. — Увидимся, — Соко кивнула и вышла. Она постояла немного, но Саката не торопился уезжать, копаясь в телефоне. Соко направилась к нужному подъезду, а Гинтоки так и продолжал стоять. Она поднялась в квартиру, неспеша сняла обувь и верхнюю одежду, прошла на кухню, включила свет, взяла из холодильника бутылочку воды и выглянула в окно. Только сейчас машина Гинтоки медленно отъехала. Неужели он стоял, чтобы убедиться, что Соко попала домой? Вряд ли. Впрочем, эта черная машина, отъезжающая от подъезда, смотрелась действительно как-то жутковато, если не знать кому она принадлежит. Мафия. Почему её это совсем не пугало? Соко поставила бутылку в холодильник, выключила свет и отправилась спать. Саката был прав. Легче не думать.