Черные крылья

Разбудил Дика стук собственных зубов. В небе занимался рассвет, роса оседала на коже инейными капельками. Где-то неподалеку хрипло каркала ворона, ей вторила другая почти на грани слышимости. Дик попытался сглотнуть, на что горло отозвалось протестующей резью. Стоило только расслабиться, как холод догнал и его. Неужели простуда? Дик попытался оценить свое состояние. Кажется, голова не болела и не кружилась. Хотя это еще ни о чем не говорило: хрупкая иллюзия вполне могла пойти трещинами после первой попытки подняться. Дик осторожно потянулся и едва не взвыл от ломоты в окоченевших мышцах. Закатные твари, да эта ночь превратила его в калеку! Между тем Алва, казалось, чувствовал себя вполне комфортно в его объятиях. Он прижимался к Дику так тесно, что создавалось впечатление, будто их тела были соседними деталями одной мозаики. Черноволосая голова уткнулась в сгиб шеи и плеча, Дик даже мимолетно удивился, как Алва умудряется дышать в таком положении. Жилистое бедро втиснулось во впадинку между ног Дика, обманчиво хрупкое плечо укрылось под полой расстегнутой куртки, а правая рука свободно обвила поясницу. «Та самая рука, которой он...» «...Которой он...» Дик покраснел до корней волос. Нет, он ни в чем не раскаивался, но вспоминать о вчерашнем было мучительно стыдно. Ведь Алва выглядел таким уставшим! Они много часов блуждали по лесу, он совершенно измотался, а тут еще Дику гормоны ударили в голову. А ведь Алве ничего не стоило выдать какую-нибудь язвительную фразу, после чего Дик бы еще долго проклинал собственное желание. Значило ли это, что его симпатия взаимна? Это еще предстояло выяснить. Грудь затопило благодарной нежностью, он коснулся щекой пушистой макушки, невесомо поцеловал пропахшие хвоей волосы. Алва продолжал спокойно спать. Что же, меньшее, чем Дик мог ему отплатить, — это дать отдохнуть подольше. Во второй раз он проснулся, когда солнце уже поднялось над верхушками сосен. Алвы рядом не было. Оглядевшись, Дик увидел, что тот разминался в двух шагах от их ночного пристанища. Не желая обнаруживать себя раньше времени, Дик принялся наблюдать из-под полуприкрытых век за ловко движущейся фигурой. Алва вытягивался, становясь на мыски и простирая ладони к солнцу, сгибался, касаясь пальцами сухих травинок, перебрасывал свое тело через голову, на миг опершись руками о землю. Если бы на нем сейчас развевались просторные гальтарские одежды, это действо можно было бы назвать языческим танцем, прославляющим силы природы. Но наконец Алва остановился. Утерев лоб, он сел рядом с Диком, острое колено небрежно мазнуло по согнутому локтю. Алва заглянул в его лицо. Пожалуй, притворяться уже было бессмысленно. Дик разомкнул веки, и взгляд Алвы из напряженно-любопытного мгновенно стал безразличным. — Корнет, вы, по всей видимости, принадлежите к почтенному племени сов? Дик решил не говорить, что на самом деле он проснулся раньше Алвы. Стараясь не морщиться и не хвататься за окоченевшие части тела, он выбрался из-под живого навеса и потянулся до хруста в суставах. Еще не хватало изображать тут старика после того, как Алва минуту назад буквально порхал по всей полянке! Интересно, сколько ему лет? Тридцать пять? Или больше? По лицу ведь ничего не скажешь. — Воды у нас не осталось? — прохрипел Дик. В памяти сохранилось, что они вчера допили последнее, но он понадеялся на чудо. — Попробуйте, я нашел на возвышенности несколько кленов, — отведя взгляд, Алва пододвинул к нему снова заполненную упаковку из-под печенья. — Вкус непривычный, но жажду этот сок утоляет. Полупрозрачная жидкость оказалась сладковатой и немного вязкой на языке, но Дику она показалась рассветным нектаром. В самом скором времени им нужно будет найти какой-нибудь ручей. Неизвестно, когда еще закончится этот лес и они смогут попить нормальной воды из водопровода. — Я думаю, мы уже недалеко от цели, — словно в ответ на его мысли заговорил Алва. — Надеюсь, за вчерашний день мы преодолели около семи хорн. Дальше нужно идти осторожнее. Начинаются обжитые места, сверху я видел несколько деревушек прямо возле путей. Большое счастье, что нас еще не обнаружили. Давайте же докажем госпоже фортуне, что она не зря проявила к нам благосклонность. — Я готов идти, — сообщил Дик, подвигав плечами. На Алву он, в свою очередь, тоже старался не смотреть. Как тот отнесся ко вчерашнему инциденту, было неясно, а сам Дик не жаждал ничего выспрашивать. Если Алва решил сделать вид, что все по-прежнему, Дик примет его игру. В конце концов, то, что для него стало откровением, Алва мог считать не более чем механической процедурой, не подразумевающей никаких особых чувств. Он ничего Дику не обещал, просто помог справиться с собой. Конечно, думать так было грустно и в чем-то даже обидно, но он не станет вешаться Алве на шею из-за одного сомнительного эпизода. — Хорошо, — Алва поднялся, скрупулезно отряхнул свою одежду и, сверив направление по компасу, зашагал по едва видимой звериной тропке.