Хозяин Ортханка

Минас Тирит 2772 Т.Э. Минас Анор (синд. Minas Anor — «Крепость Восходящего Солнца»), более известный как Минас Тирит — большой город, высеченный в горе, столица Гондора, ранее его западная крепость. Когда Элендил и Исильдур основали Гондор и начали строить города, столицей стал Осгилиат, но для охраны западных границ Изенгарда было не достаточно, и было принято решение о строительстве ещё двух сторожевых крепостей, прикрывавших Осгилиат с запада и востока (подобно Кронштадту, прикрывающему Санкт-Петербург). На востоке против угрозы со стороны жителей Мордора и других восточных земель был построен Минас Итиль, а на западе сын Элендила Анарион построил крепость и назвал её в честь себя Минас Анор. Крепость, а позднее и развившийся вокруг неё город стали высекать из камня горы. Минас Анор увеличивался и расширялся. В городе находился один из палантиров. После того как Минас Итиль был первый раз сожжён, Исильдур перенёс ветку Белого Древа в Минас Анор В 1636 г. ТЭ население Осгилиата (включая короля) вымерло во время Великой Чумы, и в 1640 г. ТЭ король Тарондор перенёс столицу в Минас Анор, который с этих пор назывался Минас Тирит (синд. Minas Tirith, «Крепость-страж»). — справка из Интернета (википалантир) Минас Тирит сначала поражает своим величием и красотой белого камня, но когда первое впечатление ослабевает, то начинает казаться, что ты попал в каменный мешок, в тюрьму, и деревца здесь — излишество и роскошь. Поэтому и зачахнет здесь Финдуилас со своей эльфийской душой любящей зелень. Посольство в Гондоре обещало быть немного тяжелее, чем в Рохане. Берен, наместник Гондора, который отдал мне Изенгард и с которым у меня сложились нормальные отношения, умер еще в 2763 году. Вот так всегда с людьми, только что-то наладится и раз — умер. Новым наместником стал его сын Берегонд, который не без основания присвоил себе все победы во время войны с Умбарскими пиратами. Это с ним вместе я ходил в военных походах, именно он командовал армией. И я надеялся, что он мне простит, что я не навестил его после смерти отца. Сам же король, то есть наместник, — должен понимать. В подарок ему я собирался отдать свое второе малое кольцо. Фреалафу отдал с кварцем, Берегонду приготовил с рубином. Встретил меня Берегонд прохладно. — Наконец-то ты пришел истари Саруман, я ожидал тебя лет семь назад. — Прошу извинить меня наместник, но дела не позволяли мне навестить тебя раньше. Я приношу тебе свои соболезнования по поводу смерти отца и поздравляю с принятием наместничества Гондора. — Присягу приносить не надо. Лучше расскажи, чем ты так был занят, как там Фреалаф, ты же был в Эдорасе? Присягу я приносить и не собирался, хоть номинально я и был в подчинении наместника Гондора, но реально я был послан в Средиземье Валарами и подчинялся только их воле. На этом основании я мог просто отказаться от присяги без каких-либо последствий. В договоре по которому я получил Ортханк ничего не было о присяге, и Берегонд это прекрасно знал. — Я занимался магическими изысканиями, поисками способа помочь людям защититься от Саурона. — И как продвигаются твои поиски? — Весьма успешно в некоторых аспектах. Еще я ходил с посольством к гномам одинокой горы. — Ах да, до меня уже дошли новости о нападении дракона на Эребор. — Да, это ужасная трагедия для гномов Эребора. Я в Изенгарде принимаю беженцев по мере возможностей. В связи с этим возникло много дел, которые я оставил на своего коменданта Винихельма. Мне нужно как можно скорее возвращаться, когда я закончу свои дела здесь. Наместник Гондора принимал меня в малом зале, без торжеств и других церемоний. То ли как своего друга, то ли как своего подчиненного. — Тогда расскажи, что за дела привели тебя сюда, и не будем тянуть время? — Я принес тебе особое предложение, наместник Гондора… *** Разговор с Берегондом был не особо тяжелее, чем с королем Рохана, просто он был гораздо более неприятным. Берегонд, в отличии от своего отца, был очень резок в словах проходя порой по грани допустимого. И мои заслуги перед Гондором ничего не меняли. Он считал, что наоборот, Гондор, отдав мне Ортханк, сделал меня должником, и не стеснялся это показывать. Но как бы то ни было, предложение он принял. Золото он взял так, будто так оно и должно быть. Даже расписку с обязательствами писать не хотел, но пришлось. После его тона мне вообще ему денег давать не хотелось, вот только он бы тогда просто отказался от участия. В казне Гондора дела были немногим лучше, чем в Роханской. Еще долго пришлось настаивать на едином стандарте монеты для всех филиалов банка. Беренгонд хотел оставить свою монету и сделать её банковской, мне же такая чехарда с монетами разных филиалов была совсем не нужна. Первое время банк был не в силах выпустить достаточное количество своих монет, но все банковские обязательства выдавались в пересчете на банковскую монету. Перво-наперво, я собирался чеканить золотые монеты, потом дополнить выпуск серебряными и только потом медными. Одна золотая должна была равняться ста серебряным, а одна серебряная ста медным. Самая маленькая медная весила один грамм, самая маленькая серебряная 1,35 грамма, а самая маленькая золотая 1,82 грамма, причем для серебра и золота это было количество драгоценного металла на монету, а для меди вес самой монеты* (*Описанная денежная система особой роли не играет, привожу величины и единицы измерения просто как мне удобно) Планировал в первую очередь выпуск золотых монет номиналом 10 золотых — десять корон. Потом постепенно делая другие более мелкие монеты. Таким образом, я отдал королю Рохана и наместнику Гондора без малого по 17 094 000 корон. Когда я договаривался, еще с королем Трандуилом, мы обговорили участие сторон, я со своей стороны финансово ручался за Рохан и Гондор. Благо гномьего золота хватало внести все суммы за всех, иначе мне на самом деле пришлось бы привлекать сторонние капиталы, сыпля обещаниями. Уезжал я из Минас Тирита вымотанным, но вполне удовлетворенным. Корона-Банку быть!