Когда гаснет свет

Она просто хочет быть не заметной. Он в тайне надеется, что его заметят.

Дверь приоткрывается и в дом входит растрепанная девушка. От ее ботинков остается липкая жижа на полу. Она старается идти как можно тише. Сейчас пол шестого утра и она надеется пробраться в дом, пока все спят. Вчера Хлоя отправила сообщение матери на последние девять процентов зарядки Дилана, чтобы она не волновалась. Телефон сел и девушка снова уснула на холодной земле. Пол не скрипит, слава плитке, но как только Хлоя поднимается вверх по жутко-старой лестнице впереди загорается свет и спереди возникает женщина.

***

Все во мне леденеет, когда я понимаю, что передо мной моя мать. Малая часть внутри осознавала, что возможно, мне не удастся пробраться незаметно и будут вопросы, но… Все еще ужаснее. Выражение ее глаз по настоящему пугает. Она начинает приближаться и скрещивает руки. Наклоняет голову. Я знаю этот жест. Она не хочет смотреть на меня. — Где ты была? — голос слегка дрогнул на последнем слове. Я не могу сразу дать ответ. Мое тело не позволяет мне двигаться или открывать рот, полностью беря контроль над разумом. Оглядываю обувь, которую забыла снять. В голове одно слово. Черт. Здесь оно стало моим любимым. — Я разговариваю со стеной? — ее голос становится более спокойным и хладнокровным. Сглатываю, поднимая взгляд. Играй роль, Хлоя. — Я же написала тебе. Я была у подруги. — получается сделать ровный спокойный тон. Она молчит. Раздумывая. От этих секунд ее размышлений зависит решение ситуации. — Почему не со своего телефона? — Он потерялся. Женщина неожиданно ухмыляется. Она вдруг замечает, что у меня нет сумки. Я мысленно готовлюсь к убийству. Хочется самой придушить себя за неосторожность. Можно было спокойно перелезть через окно или крышу Дилана, но я, как последняя «приличная» девушка не стала этого делать. Да и вряд ли он позволил бы. — Где сумка? — Потеряла. Тупое оправдание. Как можно потерять сумку, размером с рюкзак, да еще и постоянно болтающуюся у тебя сбоку. — Почему ты такая грязная? — Я упала… — Хватит врать, Хлоя! — кричит. Она сразу прибавляет громкость с нормального уровня на самый высший. — Ты не была ни у какой подруги, это был не ее телефон. Как ты смеешь так со мной говорить? Так бесстыдно врать? Я думала, я хоть как-то воспитала в тебе чувства достоинства и уважения… — Мама… — Молчать! — ее глаза с агрессией выпучены на меня до невозможности. Она начинает тяжело дышать. Набрав новую порцию воздуха, она поливает меня словесным поносом с новой силой. — Скажи мне, как твои подруги целуются? Ошарашенно молчу. — Ну? — настаивает она нервно. — О чем ты? — О, а как они лапают тебя? У вас был горячий секс «с подругой»? У меня сейчас начнется нервная истерика. Что за бред она несет? Будто мне мало на сегодня мозговыносительства? — Я не понимаю… — О, сейчас поймешь… — сует мне насильно в руки свой телефон, открывая какое-то видео. Сразу же узнаю, что это. Но до сих пор не осознаю и не верю. Это не должно было всплыть. Нет. Только не моя семья. Только не мама. Ноги подкашиваются, а из глаз вот-вот должны политься слезы. Но сдерживаю их. — Это не то, что ты думаешь… Удар. Сильный. Он приходится мне в левую часть лица. Огнем обжигает кожу в участке побоя. Не удержав равновесия падаю с лестницы, ударяясь спиной об плитку. Меня парализует на какую-то долю секунды. Вернее, мне только кажется, что это секунды.

***

Мало кто знает, что мама иногда била меня в детстве. Знал только отец. Частично из-за этого они и расстались. Он поступил ужасно, оставляя свою дочь с насильником, хоть и первой стадии. Когда-то не было и дня, чтобы я не плакала за стеной от ее комнаты и умоляла выпустить меня поесть или дать нормальную одежду. Она сильно пила после ухода отца и я почти никогда не видела ее. Будучи подростком я справлялась с этим с помощью друзей. Они поддерживали меня, понимали, выслушивали. Сейчас даже такой поддержки нет. У тебя есть знакомые, близкие. Но их с тобой и нет. Кто по-настоящему из них меня сейчас может послушать и поддержать? Люди, к которым я начала привыкать предали меня. А другие просто не знают правды и вряд ли после случившегося, я смогу ее кому-то рассказать. Я придумала свою реальность. Я верила в красивую сказку и до конца держалась за нее. Но правда всплыла сейчас, когда я почувствовала силу ее удара. Родным людям на меня плевать. Открыв глаза встречаюсь взглядом с темными глазами. Дэйв. Он держит меня за руку, а я ощущаю тепло кровати. Улавливаю тихое мурчание кота. — Привет. — шепчет парень. Тру лицо, ощущая давление изнутри. — Привет. — получается хрипло и нерадостно. — Ты как? Как я? О, Дэйв. Если бы ты мог понять мои чувства или пережить половину того, что пережила я, не думаю, что ты задал бы этот вопрос. — В норме. Что случилось? Парень прижимает кулак ко рту и хмурится. Забавно, но сейчас он мне напоминает какого-то детектива или врача. — Когда ты упала, то потеряла сознание. Мы перенесли тебя в комнату, а тут ты провалялась до полудня. Мы вызывали врача, но он сказал, что ничего серьезного нет. Просто шок. «Просто шок». Невесело ухмыляюсь про себя. — Мне очень жаль, Хло. — парень встает с кровати. Он смотрит на меня как-то иначе. С большей проницательностью. Присматривается. Чувствую себя подопытной мышью. — Я не буду врать, я был шокирован, когда увидел видео… Я не знал, чему верить и тогда и сейчас. Смотрю ему в глаза. Кривлюсь, сдерживая нервные смешки. Все, оказывается, просто. Дэйв Франко. Человек, который привык к своей размеренной и однообразной жизни, не может принять это. Он просто не в своей тарелке. Ему не ловко здесь, со мной. Я почувствовала это только сейчас, прочитав его растерянный и тусклый взгляд. — Можно я отдохну? — выходит совсем не вежливо, но я устала от общества.

***

Не знаю сколько часов я провалялась в кровати. Мне было настолько тепло и уютно, что я не хотела ничего делать. Просто лежать вечность. Но к сожалению, это не возможно и приходится двигаться, что-то делать. Жить дальше. Иногда это кажется такой непосильной ношей. Я вовсе и не думаю покончить жизнь самоубийством. Для меня это что-то очень далекое и не понятное. Хотя в последнее время лозунг « В жизни все наладится. Есть другие пути.» дает сбой. Я представляю себя «спящей красавицей», только не принцессой, а девушкой, которая устала от реальности и нуждается в отдыхе. Во сне. Решаю возобновлять традиции и посмотреть сериал. Беру ноутбук и моя рука зависает над клавиатурой. Сжимаю губы. Даже не знаю, что посмотреть. Руки сами тянутся к кнопке с буквой «G». Немного хмурюсь, когда понимаю, что хочу набрать. Но мои сомнения отпадают и в поисковике высвечивается фильм, который я очень давно не смотрела. С детства. Именно он повлиял на мое мировоззрение с ранних лет. Перевернул частичку внутреннего мира восьмилетнего ребенка. Нерешительно смотрю на экран, будто жду от него ответа. Наконец включаю фильм с болью и ностальгией наблюдая заставку. В течении всего фильма плачу несколько раз. Сцена с мышонком расстроила меня больше всего в детстве. Но сейчас все наваливается еще больше. Теперь я превратилась в меланхолика, и стала переживать за всех в фильме. Под конец смешанные ощущения. Прошло три часа. Окидываю взглядом комнату. Она пустая и безмолвная. Сворачиваюсь клубочком, раздумывая. Как мне дальше себя вести? Что будет завтра в школе? Что ожидать от матери? Вожу пальцем по покрывалу, вырисовывая непонятные узоры. Прислушиваюсь к своему же дыханию, отчего постепенно накатывает дремота. Но только я собираюсь закрыть глаза, как в окно не сильно стучат. Приподнимаюсь. Через стекло проглядывается недовольное лицо соседа. Что ему еще надо? Вот странный. Сначала сам отсылает куда подальше, а потом стучится в окна. Лениво вышагиваю зигзагами к окну, открывая его. На меня тут же обрушивается холодный ветер. Тихо выругиваюсь, смотря на застывшее бледное лицо. Парень выглядит нерешительно и как всегда раздраженно. Необычное сочетание. — Это же твое? Он вынимает телефон из кармана и листает что-то. Показывает фотографию. Меня пробирает на смешок, когда на фотографии замечаю своего кота. Я ожидала чего угодно, но только не этого. Дилан выглядит не таким веселым, как я. — Забери его. Меня пробирает на еще большие смешки. — Ну и где же он? Парень закатывает глаза. — У меня в доме. А точнее в самой нижней полки моего шкафа. — Ты не можешь справится с котом? Он взмахивает руками, показывая мне небольшие отметены. — Ну уж извините, я пытался его вытащить любыми способами, но этот мерзавец засел там хуже пробки. Кроме того он оцарапал меня и укусил. Скрещиваю руки. — Никакой он тебе не мерзавец. Просто не любит незнакомых людей. Несколько секунд думаю, как лучше забрать кота, а потом, не оставляя времени для сомнений, распахиваю шире окно. Глаза Дилана округляются. — Что ты делаешь? — Выполняю твою просьбу. — ворчу, забираясь на подоконник. Смотрю вниз, оценивая расстояние от своего окна, до соседских. — Ты с ума сошла?! — Сумасшедший здесь только ты. Мой голос говорит совсем не то, что я думаю. Аккуратно перекидываю одну ногу на соседское окно. Шатен немного сторонится, молча наблюдая за этой сценой. Краем глазом вижу, как его челюсть напряглась. Что, Дилан, волнуешься? — Если ты свалишься и сломаешь себе шею, я буду не виноват. Но его слова выглядят не смешными и долетают до меня на середине пути. Некрасиво раскорячившись между двумя окнами, я с секундной запоздалой паникой делаю то, что обычно всегда говорят не делать. Смотрю вниз. По моему телу тут же бегут мурашки. Дурацкое положение. Ты мастер попадать в идиотские положения, Хлоя. Что значит делать, а потом жалеть. — Ну что застыла, девушка в пижаме? Мне удается что-то тихо промычать. Не могу оторвать взгляд от земли. Казалось-то три этажа. Вот черт. — Дилан… — Ну что еще? — ощущаю, как парень подходит ближе. Одна часть моего тела уже на его территории, а вторая цепляется за свою комнату. Если я ее отпущу, то могу полететь вниз. — Помоги. — сглатываю. — Вот тупица. — специально громко говорит парень. Чувствую, как его рука касается моей. — Поставь ту ногу на самый край. Я держу тебя. — чувствую, с какой неприязнью он это говорит и делает. Стараюсь следовать совету, но моя вторая рука вот-вот соскочит вниз. — Я не могу. — Ты должна. Я не могу вечно тут стоять. — он делает паузу. — Ну же. Просто оттолкнись той ногой, а я поймаю твою вторую руку. Выдыхаю. Так. Я должна сделать это. И я сделаю.

***

Девушка смотрит с отчаянием в глазах на меня. От нее так и веет страхом. Но ничего, если захочет, сделает. Она отталкивается ногой от своего бортика и ее вторая рука и нога на миг оказываются в воздухе. Тут же тяну ее на себя, хватая за запястье. Руки немного скользкие, но не отпускаю, затягивая внутрь. Девушка оказывается в моей комнате. Она, не скрывая волнения, дышит. — Больше так не делай. — советую. — А может мне понравилось. — пытается сделать тон наглым, что крайне смешно. Усмехаюсь. — Ну, тогда ты чокнутая альпинистка. Она нервно улыбается, наклоняясь и прижимая руки к животу. Я же в свое время неловко переминаюсь с ноги на ногу. В моей комнате никого не было больше чем три года. Теперь она здесь и все мое идеальное личное пространство кануло в лето. Но это, как ни странно не вызывает у меня особой злости в ее сторону. И теперь я уже ругаю себя за это. Ты позволяешь ей подходить слишком близко, Дилан. Ты можешь испортить ее жизнь. Хотя, это у нее и самой неплохо получается. — Ну? — не могу терпеть это молчание. — Ты заберешь своего кота? Она поднимает белую голову и смотрит куда-то сквозь меня. — Конечно. Подходит к шкафу, наклоняясь и осматривается, находя свое «сокровище». Оно шипит и тарахтит, как поезд, но ее это не смущает. Как и то, что она буквально раком стоит передо мной. Запускаю руки в волосы, немного отходя в сторону. Девушка в пижаме у нас без комплексов. Она достает кота из-под шкафа. Тот с вытаращенными глазами и прижатыми ушами осматривает мою комнату. Он выглядит таким нахальным, что просто нельзя не поржать над такой самоуверенностью животного. — Если он здесь что-то пометил, то ты сама будешь убирать за ним. Девушка наигранно пожимает плечами. — Ну даже не знаю. — Думаю будет лучше, если бы вы пошли по улице. — осматриваю ее недобро-притихшего питомца. — И для тебя и для него. — Хочешь заморозить нас, умник? Игнорирую ее едкое замечание. Она сама виновата. Нужно меньше по окнам лазить. Она подходит к моей кровати, изучая ее покрывало своими пальцами. Поджимаю губы. Что она делает? Ведет себя, как у себя дома. — Так ты идешь? — как бы намекаю, что ей здесь не рады. Но она не обращает внимание на мою настойчивость и подходит с котом к столу. Садится на черный стул с колесиками и отталкивается. Стул катится, издавая жалобный плач. Думаю, выражение моего лица было бы сейчас очень сложно описать. Кот тоже не в восторге и его зрачки только увеличиваются. Зато девушке явно неплохо. Она начинает с забавными смешками изучать мою комнату, передвигаясь на стуле. — Это так весело. — она начинает смеяться, когда чуть не падает. Серая зверюга тут же цепляется ей за штанину. Учитывая их характеры, я гадаю, как они еще живы. Они либо нашли друг-друга, либо должны были начать третью мировую еще в первый день. Но Хлоя видно души в нем не чает. Кот тоже… терпит ее. Что с его стороны уже достижение. Если бы не Хлоя, не уверен, что эта противная кошара оставила меня с глазам, скажем этой ночью. — Ты что стульев таких никогда не видела? — вздыхаю. Она явно никуда не спешит. Почему бы просто не прогнать ее? Но вместо этого я стою на месте, как последний кретин, наблюдая, как Хлоя катается на стуле. — Хочешь чай? — что ты только что сказал? О’Брайен, ты в своем уме? Какого черта тебя к ней тянет? Гормоны заиграли? Пошли нахер свои желания и забудь обо всей этом. Ты отброс. Просто неудачник, у которого вся жизнь состоит из беготни от призраков и боли. Ты разрушишь каждого вокруг себя. Ведь только ты знаешь, что ты сделал. О’Брайен знает. И ему уже не убежать. Немного хмурюсь, затем потираю красные веки. Просто скажи нет. Скажи нет. Уходи. Хлоя привстает со стула. — Да, пошли. А то я немного замерзла, пока перелезала из своего окна. Она не дожидается меня, идет к двери. Ткань прилипает к ее телу, а волосы растрепанны. Такое ощущение, что она и вправду живет здесь. Я иду следом, оглядываясь назад и смотря окно. Неожиданно встречаюсь взглядом с парой темных глаз. Дэйв осматривает меня далеко не самым дружеским взглядом и первым скрывается из виду.

***

Непривычное чувство — неловкость в своем же доме. Кажется, весь воздух застыл, превратившись в одну большую густую массу. Она плотно удерживает нас в состояние глубокого молчания. Хотя, похоже, мою спутницу это не тревожит. Да и с чего должно быть. Она всего лишь в чужом доме, всего лишь в пижаме, и всего лишь наедине с парнем. Моей «любимой» мачехи не будет до утра. Не успел я поддаться думам, как эта девка уже что-то уронила на кухне. Скриплю челюстями. — Ты можешь быть не такой неуклюжей. — Все в порядке. — она ставит упавшую салатницу на стол из дуба. Благо она была пластмассовой. Вся кухня, да впрочем и весь дом выглядит довольно не опрятно и неуютно. Старая мебель почти отслужила свое и частично развалилась. В некоторых местах много пыли, и как-то мрачновато. Я привык к этой обстановке. Она почти не изменилась с моего рождения. Иногда бывает тяжело сидеть среди этих же самых стен, которые слышали детский веселый голос и ласковый мамин тон. Но теперь они не слышат ничего, кроме глухих стуков шагов повзрослевших обитателей этого дома. Уже не всех его обитателей. С грустью осматриваю пустую стену с пожелтевшими обоями от сырости. Абстрагируюсь от всего мира смотрю на эту печальную пустоту. По моим щекам не будут идти слезы, как тогда, пару лет назад. Я больше не тот слабый мальчик, который верит в волшебные истории. Меня просто вновь одолевает старая печаль, знание того, что эта стена больше никогда не заполнится теми семейными фотографиями. Все в моей жизни изменилось задолго до того, как меня стали преследовать разные твари. То, что произошло у того дерева, вот что всему причина. — Неужели у вас здесь только зеленый чай? — доходит до меня удивленный голос Хлои. Я совсем забыл об этом. Мачеха не любит черный чай и никогда его не покупает. — Не хочешь, уходи. — пытаюсь исправить свою жесткую оплошность, но блондинка берет в руки чашку и достает пакетик из новой коробки. — Даже не надейся. Теперь ты не отвертишься. Я ужасно давно не пила зеленый чай. — она ставит кружку на стол. Я тем временем кипячу чайник и искоса слежу за серым когтистым чудовищем, сидящим рядом с Хлоей. Кот вылизывается, не обращая ни на что внимание, будто умыться — самое важное, что есть в его жизни. Но я чувствую, как время от времени он тоже посматривает в мою сторону. Забавно. Чувствую между нами возникает «искра». — Так значит, ты живешь…? Не может она просто помолчать, что ли? И с чего бы мне ей отвечать. Пусть катится ко всем чертям. Хотя, один черт уже живет с ней и ходит на четырех лапах. — Да ладно тебе. Давай поговорим. Признайся, ты давно уже не с кем не общался. — в ее зеленоватых глазах светится настоящий интерес. — Ну, я же не такой активный, как ты. Мои слова привносят еле заметные изменения в ее настроение. Хлоя опускает глаза вниз, водит по небольшой кружке большим пальцем. Что бы это могло значить… Это как-то связанно с событиями прошлой ночи? Она не рассказывала мне, что произошло, но дураку понятно, что ей пришлось не сладко. И все же это не мое дело. — Знаешь, когда я впервые увидела тебя, ты показался мне настоящим козлом… — она чуть ухмыляется, не поднимая глаз. Ее дыхание в этой тишине отчетливо слышно. Каждый хрипловатый вдох и выдох. Заболела? -…Обычно такие парни оказываются кем-то вроде звезды класса, местным известным клоуном. Я даже думала, что ты так и будешь докапываться до меня, но вышло даже все наоборот. — грустно улыбается. Замолкает. Не знаю, что ответить. Я не собирался доставать ее, это вышло спонтанно. Просто вот все идет свои чередом, в моей обыденной жизни все так привычно и равномерно. Дерьмовая школа, дерьмовые люди, дерьмовая жизнь. Я ко всему этому так привык, что дни превратились в один сплошной серый день. Он никогда не начинался и никогда не заканчивался. Он просто длился, сколько я себя помню. В мою двоичную систему исчисления, состоящую из нулей, вдруг засунули единицу. Дурацкую цифру, которая сбила счет и дни стали делится на периоды « с раздражителем всей моей жизни» и «без». Я слишком преувеличиваю важность Хлои для моего существования, но ее присутствие поставило меня в тупик. Ее такая светлая, разнообразная жизнь заставила меня слететь с моего сценария и открыть рот. Правда в том, что я заговорил с ней. Я впустил ее к себе в дом и я помогал ей. А ради чего? Потому что однажды утром одна из моих мертвых извилин в голове сказала, что ей скучно. Что мне, как социальному существу необходимо нормальное общение со сверстниками. Смешно. Теперь расплачивайся, О’Брайен.

***

Дэйв снова просиживает свободное время за компьютером. Он обязан что-нибудь разузнать. Шарлотта не должна была пострадать. Это не должно было случится. Все никчемные статьи и так называемая информация от местного участка шерифа — полная лажа. Парень понял это еще несколько лет назад. В этом городе стало происходить что-то странное, но вот только никому и дела будто нет. Правоохранительные органы скрывают часть информации. Почему. Пока ноутбук тянет нужную взломанную страницу, Дэйв вспоминает то, что видел пару минут назад. Хлоя была в доме О’Брайена. Но никто еще не бывал в доме О’Брайенов уже много лет. Кроме самого Дилана и его мачехи. Дэйв не на шутку нервничает из-за этого парня. Раньше Дилан никогда не привлекал его внимания. Они просто жили своей жизнью. Дэйв даже не помнит, когда последний раз говорил с ним. Теперь же Дилан кажется ему кем-то очень подозрительным и странным. Конечно он сразу заинтересовался им как только стал слышать эти вопли по ночам. Иногда они сопровождались ударами и Дэйв еще больше настораживался. Один раз он даже незаметно пробрался на крышу дома соседа, чтобы убедится, что все в порядке и у его соседа просто едет крыша. Но тогда проход в дом был закрыт. Хотя надеется на открытые двери было глупо. В любом случае Франко раскопал все, что смог на этого О’Брайена. И данная информация ему не лишком-то нравилась. Мать была убита, когда мальчику не исполнилось и десяти. Убийцу не нашли. Точная дата не известна. Про отца пусто. Но есть одна деталь, которую Дэйв не может оставить без внимания. Одним из подозреваемых в то время был Кристофер Браун, отец Шарлотты. Что если Дилан так погрузился в себя и в свою месть, что решил преподать ему урок, убив его дочь? Никто не знает, что в голове у этого парня, так почему же он не может претендовать на роль убийцы? Мотив есть. Теперь место. Тело Шарлотты было найдено в лесу. А точнее в роще Трента. Пару раз парень видел, как Дилан заходит в эту рощу. Странное совпадение, хоть и гулять там может кто угодно. Место преступления. Свидетели. Дэйв невзначай интересовался у Ким и Зака, не видели ли они О’Брайена в тот день. Оба ответили отрицательно. Поспрашивав других, шатен не узнал ничего нового. Когда Франко почти потерял надежду, какой-то парень упомянул, что видел кого-то шатающегося по улице, похожего на соседа. Все это складывается не в особо-то и положительную картинку. Вот только это догадки. Наверняка полиция и сама знает о взаимосвязи семьи Дилана с семьей Браунов. Но пока они не могут его арестовать. Им нужны настоящие улики. Как и Дэйву. Парень закрывает ноутбук, решая, что он должен во всем разобраться. Возможно, речь идет о безопасности города.

***

Чайник вскипел несколько минут назад. Хлоя действительно заболела. Даже сейчас, когда я вновь дал ей свою проклятую синюю кофту, она сидит и хлюпает носом. — Тебе доставляет удовольствие вечно замерзать? Для чего создана теплая одежда. — посматриваю на часы. Почти семь. Через окна проникает еще слабый свет. Но некоторая часть дома уже погружена в полумрак. Скоро мой выход. Не хочу оставаться здесь. — Прости. Из состояния покоя меня выводит хрипловатый женский голос. Морец смотрит на меня немного слезящимися глазами. Нездоровыми глазами. — Я доставляла тебе столько неудобств в последнее время. — Все время. — поправляю, отпивая часть. Хлоя устало смотрит на свою чашку. — Да, все время, что была здесь. На самом деле, это очень важно для меня. Тебе это может показаться пустыми словами, но спасибо. Спасибо за то, что помогаешь мне и извини, за все. Просто… Ты же ничего мне такого не сделал, а я некоторое время почти ненавидела тебя. Незаинтересованно смотрю перед собой. Девчонки. Все-то они воспринимают близко к сердцу. — Вечер откровений? — Не знаю. Она даже иронию сейчас воспринимает всерьез. Ее голос немного подавлен. Признаться, мне нравится слушать такой тон. Теперь я знаю, что я не один от всего этого устал. Странно, я и пытаюсь ей помочь, но мне нравится наблюдать, что она также страдает от чего-то. — Пожалуй, мне пора. Спасибо за чай. Встаю со стула, отчего по комнате разливается вялый скрип. — Ты стала слишком часто извинятся передо мной. — А ты не привыкай. — в глазах на несколько секунд появляется задорный блеск, но потом она отворачивает голову.

***

Глубокая ночь. Город все так же не приветлив и холоден. По темному асфальту скользит тень человека. Она быстро и ловко меняет свое положение, лишь бы ее обладателя не заметили. Франко внимательно наблюдает за тем, кого он подозревает. О’Брайен плетется по тротуару, изредка зевая. Какого черта он шляется в такое время. Дэйв щурится от света фонаря, в котором четко различает лицо парня. Изучает его. Он знает, что что-то здесь не так. Куда он идет? И зачем? Лицо Дилана холодное, как ночной воздух и непроницаемое. Он засовывает руки в карманы кофты и что-то ищет там. Глаза немного блестят от дополнительного освещения. Но кажется Дэйв способен разобрать небольшое дополнение ко всем действиям соседа. В его темном взгляде, в плавном движении его рук, в его уверенной походке. Удовольствие. Дилан никто посреди дня, но ночью он заправляет городом. Он может сделать все что хочет. И от этого у Франко нарастает тревога в глубине души. Тяжелый камень застревает меж органов, когда в кармане у Дилана что-то поблескивает. Дэйв подбирается ближе из-за всех сил стараясь не шуметь. Возникнет много вопросов, если его увидят здесь. Или же если его заметит сам Дилан. Неизвестно, что задумал этот О’Брайен. Парень вынимает руки из карманов на секунду задерживаясь пальцами на предмете. Дэйв застывает. Он готов поклясться, что видел рукоять ножа. Этот парень точно псих. Если не убийца, то ненормальный. Но самое ужасное, то что Дэйв не может не заметить сближение его и своей «новой сестры». Это не должно продолжатся.

***

— Сегодня у нас намечается мероприятие. Все до единого должны быть в главном зале после уроков, иначе клянусь дьяволом… — Клянется собой. — шепчет мне на ухо Люси. Не могу скрыть веселую улыбку. Да что там, я сейчас засмеюсь в голос. Урок проходил просто превосходно. Толстенькая тренерша орет так, что уши заложит, но зато она самая позитивная из всех учителей. Иногда она даже мне нравится. -… вы все дебилы не выпуститесь со школы и срать мне на вас и вашу сраную жизнь. От ее «теплых слов» становится радостнее на душе. И это не сарказм. Сегодня мы с Люси удивительно позитивно настроены. Правда, в школьном кафе Хейл нехило так испачкалась соусом от сэндвича. В результате ее Пупырка стала истекать красной кровью. Но это не омрачило наш позитивный день, который может случится один раз в миллион лет. Среди учеников раздается свист. Только один рыжеволосый Зак внимательно слушает тренершу. И все же мне тяжело здесь находится, хоть я и скрываю это всеми силами. Компания «Золотых ребят» ошивается весь день около нас. Я постоянно вижу Тобби и воспоминания просачиваются рекой. Будто холод вновь пробирается под кожу, а его руки снова лежат на моем теле. В такие моменты я просто не могу не опускать взгляд. Моя неуклюжесть утраивается в три раза, а внимательность испаряется. Хейл, конечно замечает мои перепады, но она думает, что я просто неровно дышу к парню. Уж лучше так. Я бы все отдала, чтобы никто не узнал правду. Сегодняшним утром моя мать даже не заговорила со мной. Она просто оставила завтрак и сразу же умчалась на работу. Старший Франко смерил меня странным взглядом, а Дэйв вовсе почти не замечал. Он был рассеянным и быстро уехал в школу. Но не именно лицо Тобби вызывает у меня наибольшее отвращение. Эшли. Она ходит с высоко поднятой головой и смотрит на меня, как на никчемную дрянь. Если при виде Тобби мне неловко, то при виде Райт, мне хочется ей врезать. Расцарапать это загримированное лицо и содрать дорогое розовое платье. — Хлоя, я знаю, с тобой что-то не так. Ты ведешь себя странно. — один раз Люси не выдержала и принялась расспрашивать меня. — У меня есть на это причины… — не знаю как ей сказать, что не хочу пока ничего обсуждать. Но кажется девушка и сама догадывается. — Если ты не хочешь об этом говорить, то ничего. Я понимаю. — она поправляет рукав сиреневой кофты. Я вижу, что ей немного обидно, но я не могу ей сказать. После этого происшествия я вообще перестала кому-либо доверять. Даже маленькая, милая Люси вызывает у меня вопросы. — Так ты идешь на это мероприятие? — возобновляет тему она. Пожимаю плечами. — Скорее всего. Я пропустила день занятий, так что не думаю, что мне стоит злить директора или учителей. — Тебе было нехорошо? Я заметила, что ты до сих пор кашляешь и чихаешь. Киваю. Пусть для всех это останется так. Частично это правда. Скоро начнется другой урок, так что нам надо поспешить. На уроке биологии неимоверно душно. Эта противная девушка-тетка ходит взад и вперед, что-то расспрашивая учащихся. Естественно, из-за нашего с ней конфликта, она стремится насолить мне как можно чаще. Что же они все такие злопамятные? — Морец, ты опять в своем мире витаешь? У тебя вообще что-нибудь записано из всех пройденных тем? Она злобно косится на меня и мою полную тетрадь с конспектами. Сжимаю ручку сильнее, но больше ничем не выражаю свое недовольство. Нравится злиться? Нравится вражда? Пусть поступают как хотят. С этого момента буду их игнорировать. Я забыла свой главный аргумент. Они мне никто и меньше, чем через год, мы уже не увидимся. Имя и фамилия биологички выпали из моей памяти. Записываю то, что она диктует и стараюсь не выделятся. Через несколько парт от меня сидит О’Брайен. Его эффект невидимки очень пригодился бы мне сейчас. Чешу левое плечо. Сегодня я нацепила ужасно колючий свитер, и дала обещание никогда его больше не надевать. Это невыносимая пытка. И зачем я его только купила. Так проходит несколько часов. Звонки, уроки, снова звонки. Не представляю, сколько еще я вытерплю это. Джастин, Эшли, Айзек и Тобби ко мне больше не пристают пока. Но теперь я не знаю, как относится к Ким. Из них всех она мне нравилась больше всего. Но ее там не было. Знала ли она об их планах? Принимала ли участие? Кроме того, мне с трудом удается отводить глаза каждый раз, когда я иду к своему шкафчику. Цветы и подарки для Шарлотты все приносят и приносят. Не думала, что у нее было столько друзей. — Привет, Хлоя. Как тебе новость о том, что мы должны тратить свое время на эту дурацкую школу и оставаться после уроков на какие-то там мероприятия? Хотя бы заранее сказали бы. — ко мне подбегает рыжеволосая младшая Райт. У меня встает ком в горле. Она действительно ничего не знает? — Мне пора. — получается сухо и грубо. Но я не извиняюсь. Не могу контролировать свои эмоции. Кучка избалованных, глупых детей. Позади слышится растерянный голос Ким: — О чем ты? Постой. Разворачиваюсь, смотря в ее темные, блестящие глаза. Это лицо так похоже на то лицо, которое улыбалось мне прошлой ночью. — Спроси у своей сестры. Слова сами вырываются, но я сразу жалею о них. Сама же хотела, чтобы никто не узнал. Оставляю Ким одну среди гудящего коридора.

***

Рыжеволосая девушка неловко ерзает на стуле. Ей впервые немного не по себе. Она долго думала над словами Хлои. Почему она себя так вела? Неужели Эшли что-то натворила? Кимберли всегда знала, что ее сестра — непростой человек. Общение с ней иногда становилось проблемным, но Ким никогда не унывала и умела найти в ней подход. Хлое это давалось нелегко, какую бы розовую лапшу не вешала Ким на их взаимоотношения. Но что она могла такого сделать? Хлоя почти пылала ненавистью, когда говорила с Райт. Совсем отдалившись от урока, младшая Райт задумчиво пялится в стену. Довольно плохо сконцентрироваться, когда тебя пихают в разные части тела. Соседка что-то настойчиво шепчет, но Ким лишь рассеяно кивает. Ее взгляд прикован к Эшли, которая сидит несколько правее. Справа и слева расположились Айзек и Тобби. Ким достаточно близко, чтобы расслышать их разговор и увидеть, чем они занимаются. В руках Эшли ее iPhone и она широко улыбается, включая видео. Ким хмурится. Она не может разглядеть, что на экране, но слышит довольно красноречивые звуки. — Жаль, что я не успел ее отжарить. Было бы в двойне веселее. — шепчет Тобби. Его черные волосы аккуратно уложены, что придает его образу свежести и кроткости. — Еще успеешь, озабоченный мудак. — хихикает Эшли. Ким стискивает зубы. Неужели это связанно с Морец? Что же случилось, черт. Почему она ничего не знает?

***

— Они довольно неплохо поют. — попыталась сгладить ситуацию Хейл. Я в тысячный раз успела пожалеть, что пришла сюда. Как и добрая половина зала. Мероприятия — это что-то вроде показушнека. «Одаренные» детки школы собрались для демонстрации своих талантов. Скука смертная. Каждый из них пытается так выделится и покрутится, что у тебя начинает рябить в глазах. — Да уж. Одна только Эшли чего стоит. Мы дружно засмеялись. Эшли, как местная знаменитость не могла пропустить такое событие. — Я здесь почти никого не знаю. Не думала, что у нас так много народу в школе. — шепчет Люси. Ее волосы уже взъерошены так сильно, что она каждую минуту поправляет их. Мои старания с прической прошли напрасно. — Я тоже почти никого не знаю. — успокаивающе тыкаю ее локтем. — Разве что компанию « Золотых детей», Дилана, Коди и Зака. — Что за Зак и Коди? Почему ты вообще знакома со столькими парнями? Как это у вас получается. — хныкает шатенка. Улыбаюсь. — Поверь, в этом нет ничего замечательного. Люси фыркает. — А вот кстати и Коди. — показываю на второй ряд. Коди сидит в расслабленной позе, немного улыбаясь и смотря в сторону сцены. — Где? — Люси заинтересованно ищет его взглядом. — Вот. Приподнимись. Он на втором ряду чуть левее тебя. Хейл щурится, обыскивая взглядом далекие места. — Как он выглядит? Задумываюсь. — Ну, сейчас он одет в толстовку и у него светло-русые волосы. — Что-то не вижу… Закатываю глаза. А я то думала у меня проблемы со зрением. — Ладно, потом покажу. Здесь слишком много людей. — Хорошо. А Зак? — Довольно длинная история. — Ну, тогда нам хватит до конца этого прекрасного торжества. — усмехается Хейл. И все же она не кажется мне такой, как Эшли. В каждом ее действие читается какая-то детская неуверенность и плавность. Она словно маленький ребенок, что вошла в большой, опасный мир.

Просто они оба немного потерялись.