Несложившаяся история

Пушистый Том, помахивая хвостом, торопился вперёд. Золотинка же, оглядываясь по сторонам, трусила за ним. Ну, ещё бы, в амбар Двуногие не заходят, а здесь всё пропахло странными существами. — Томас, долго ещё? — озираясь, спросила она. Ведь коты были в совсем незнакомом месте. — Не долго, — усмехнулся друг, — устала? — Хаха, нет, замёрзла, — фыркнула Золотинка. Страшновато здесь. Но она вдедь доверяет Тому, верно? — Погоди. Ещё немножко. Золотинка кивнула и чуть подняла голову. Небо снова заволокло тучами, попахивало влажным воздухом. Было немного холоднее, чем вчера, но всё же теплее, чем на прошлой неделе. Кошка резко выдохнула и посмотрела на пар вокруг своего носа, а потом прибавила шагу и побежала быстрее. Она мимолётом глянула за забор. Люди сновали туда сюда, а их котята с визгом носились по улицам, кидаясь снегом. «И это весело?» — пронеслось в голове черноглазой кошки. Она усмехнулась. — Вот, пришли! — объявил Том. Его спутница встала рядом. Она увидела огромный сарай, похожий на её дом, но такой... Другой... — Это ведь не амбар твоих хозяев? — спросила кошка, оглядывая постройку. — Нет. Но я частенько бываю тут. Хотя, последнее время я тупо сижу дома, — произнёс домашний. — Ну что ж, заходи! Кот подошёл к деревянной стене и Золотинка заметила огромную дыру, указывающую на то, что здание довольно старое. Томас пролез внутрь и скрылся в темноте. Черноглазая кошка сглотнула, и, вздыхая, побежала за другом. — Стой, подожди! — крикнула она. — Да ладно тебе, — голос друга вдруг слышался с другой стороны. — Неужели боишься? — Усмехнулся он. Золотинке его голос вдруг показался таким холодным, чужим... — Томас, что происходит? — кошка нервно сглотнула. Тут чувствовался запах других котов, противный, пугающий. Одиночка попыталась рассмотреть сарай, но из-за темноты не увидела ничего. — Ты помнишь, я рассказывал тебе о Биче? — прошелестел Том над ухом Золотинки. — Да. Кот, что прогнал собаку, а потом стал жестоким и кровожадным предводителем, — голос кошки задрожал, с каждым мгновением воздух наполнялся чем-то ужасным. — Это хорошо, — домашний провёл хвостом по пушистому боку своей подруги, прижался ближе и прошептал: — Милая Золотинка, прости меня за это, но выхода не было. Они бы убили моих родителей, а ты - единственное спасение. — Что? — непонимающе повернулась кошка на голос. Золотинка почувствовала острый удар когтей. Спина её вдруг словно загорелась. — Нет, пожалуйста... — И снова удар, но теперь между ушей. Парализованная болью, кошка не могла пошевелиться, прижалась к земле. А нападающий не переставал царапать Золотинку. Вот когти прошлись по передней лапе. Золотистая кошка резко шагнула назад. — Я не сдамся, — яростно прошептала она и поднялась на задние лапы, отчаянно махая передними. Правая лапа коснулась чего-то мягкого, Золотинка услышала шипение. Она поняла, что вот он - её шанс на спасение. Кошка повернулась. Где-то впереди был виден свет, удивилась, ведь она не прошла и пары шагов, рванула вперёд так сильно, насколько позволяли ей раны. Золотинка приближалась к выходу, но слышала тяжелое и гневное дыхание Томаса, который не переставал преследовать. Кошка вырвалась на улицу, свет на мгновение ослепил, но она, закрыв глаза, понеслась вперёд, надеясь, что преследователя это ненадолго задержит. Золотинка открыла глаза и подбежала к забору, перелетела через него и, оставляя кровяные пятна, понеслась домой. Кошка ворвалась в амбар и остановилась на деревянном полу, оглянулась. Ноющая боль в ранах давала о себе знать, но повреждения были не такими уж серьёзными. — Золотинка! — пораженный вздох послышался за спиной. — Что с тобой, кошечка? — Мускатница, — всхлипнула золотистая и, сорвавшись с места, прижалась к кошке. Та шептала что-то успокаивающее на ухо и поглаживала по боку Золотинку. Золотистая кошка, обессиленная и вымотавшаяся, легла прямо на пол, а теплая шерсть Мускатницы согревала её. Золотинка закрыла глаза. Боль отзывалась во всём теле, но не физическая. Предательство Томаса ранило её сильнее, чем его когти. Она ведь любила его так искренне, а он.. Как же так можно? Она задремала, а сквозь некрепкий сон слышался до боли знакомый голос. — Как она? — взволнованно пролепетал Камешек. — Что произошло? Мускатница не ответила. Она ведь не знала. Золотинка открыла глаза и поднялась. — Со мной всё в порядке, — прохрипела кошка. — Я хочу побыть одна. — С этими словами одиночка шатающейся походкой побрела вглубь здания, лишь бы только побыть наедине со своей болью.