Хейлагр

      Машина у Джеймса оказалась дешёвенькая, явно с рук, но чистая и ухоженная. Даже освежитель воздуха висел, и не какая-то там «ёлочка», а стильный такой четырёхлистник, от которого, — Билл принюхался, — приятно тянуло чем-то свежим и весенним, как скошенная трава. Малкольм уступил место штурмана Муру. При этом рыжик просунулся вперёд между сидениями и, подмигнув Биллу, задел пальцами четырёхлистник, заставив тот покачаться. Джеймс покосился на брата. По взгляду было понятно, что такие выходки младшего он воспринимает добродушно-терпеливо.       — Где живет твой дедушка? — спросил Джеймс, поставив телефон на небольшой крепёж у лобового стекла, после чего завёл машину. Телефон начал грузить навигатор.       — У пригорода, улица Короля Георга, дальше я покажу. Придется немного попетлять.       — Что, дедуля любит уединённую тихую жизнь? — спросил Малкольм сзади, ощутимо упираясь ногой в сиденье Билла.       — Он бы оценил такое определение, — не удержался от смешка парень, представив себе выражение лица родственника. — Нет, он ведёт весьма активную жизнь, но дома предпочитает отдыхать. Я даже решил перебраться в общежитие, чтобы ему не мешать.       — А бабушка? — с интересом в голосе продолжил расспросы рыжик.       — В смысле его женщина? Я мало о ней знаю. Разве только то, что она была из индейцев чирикауа.       — Так ты американец?       — Ага, я злостный любитель осени и такси*.       Малкольм весело рассмеялся, оценив шутку, а Билл поймал себя на том, что осторожно поглядывает в сторону его брата. Джеймс не глядел на них и будто даже не обращал внимания, весь сосредоточившись на дороге. Изредка смотрел на телефон-навигатор. Мур ощутил досаду, что мужчина держался так отстранённо, хотя и заботился о нём все эти дни, если верить Малкольму. Зачем только он это делал, будучи, по сути, лишь случайно оказавшимся поблизости человеком, которого погоня в парке совершенно не касалась?       — Джеймс, — набравшись смелости, позвал Билл. — Что со мной случилось за всё это время?       — Ты менялся. В основном внутренние органы, хотя и внешние затронуло.       Похоже, манера скупиться на подробности была у Джеймса одной из лидирующих черт. Однако такой мизер информации Мура совсем не устраивал, а в дороге у него было ещё достаточно времени разузнать побольше о произошедшем. Так что, нахмурившись сосредоточенно и невольно сцепив пальцы в замок на коленях, Билл продолжил допрос.       — И что со мной теперь будет? Типа, покроюсь шерстью и буду выть на луну по ночам?       Малкольм сзади прыснул. Джеймс энтузиазма не разделил, только простучал пальцами по рулю и молча вошёл в поворот. Впрочем, ничто не говорило о том, что его раздражает или утомляет разговор. Скорее он выдерживал необходимую паузу для более ёмкого ответа без лишних разглагольствований.       — Ты из псовых, койот, ищейка. Остальное со временем сам ощутишь. Ничего радикального не будет.       — А Джеймс тигр! — Малкольм опять просунулся между сидениями, и Билл с трудом удержался, чтобы не растрепать его рыжие вихры. — И ещё охотник и лидер, круто, правда? Только стаи своей нет, но и в Общину его не затащили, не стали рисковать. Тебя тоже не заставят, если к нему прибьёшься, типа запахи, вся хурма.       — Малой. Потом.       Малкольм на удивление легко и без споров откинулся обратно на сидение, а Билл в свою очередь оставил на время расспросы, раз уж братья и так сказали ему всё возможное. Последние слова младшего, которого прервал Джеймс, так или иначе успокоили и дали уверится в мысли, что с этими интересными ребятами они еще не прощаются после того, как приедут к нужному месту. Новые знакомые американцу нравились. Да и не стали бы дурные люди или, в случае Джеймса, нелюди, просто так помогать незнакомцу, тем более тащить к себе домой и делить с ним обед за одним столом. Это их территория. Билл хорошо знал, как остро гибриды относились к своему. Его друг, как всякий уважающий себя представитель семейства псовых, ревностно защищал даже своё место в лекционном зале!       Добирались почти полтора часа. За это время Билл успел ознакомиться с частью трек-листа рыжих. Малкольм периодически начинал мурлыкать в такт музыке себе под нос, едва звучало что-то, что он знал. Остальное, относящееся к излюбленному у Джеймса, легко угадывалось по тому, как старший рыжий довольно прищуривался на припевах «своих» композиций, напоминая при этом большого кота.       Во время поездки Билл размышлял как о недавних событиях, так и о тех, что привели его в Лондон. По правде говоря, всё это было спонтанным решением. Мур собрал сто пятьдесят долларов, часть взяв из кошелька родителей, часть — из собственных скоплений «карманных», да купил билет Бостон-Ландон на ближайший рейс. Ему тогда только исполнилось восемнадцать. В итоге всё закончилось ночевками в парке и полным бомжеванием на оставшиеся сорок долларов. Пока Билла не подобрал человек, представившийся «дальним родственником», пусть даже поначалу Мур и был до жути напуган идти к кому-то домой. По правде говоря, он и не стал бы к нему идти, если бы не температура и урчащий от голода желудок. Тогда Билл безумно боялся, что родители его возненавидят и проклянут за побег от «прекрасной праведной жизни», какой они считали приверженность своей секте.       Как же давно это было.       — Малкольм, — решился нарушить тишину Билл, уже примечая, что узнает дорогу за окном, а значит, они были близки к месту назначения. — А на кого ты учишься? Или ещё поступаешь?       — Поступаю, но чёрт знает, на кого получится.       — В смысле? — Мур удивленно полуобернулся, поглядывая на рыжика.       — Ну, вот так вот. Мне ничего особо не нравится, — Малкольм растерянно потер себя пальцем над бровью, где красовались три яркие веснушки. — Я хочу быть полезным людям и помогать им.       — Так, может быть, поступишь на медицинский?       — Нет.       Ответ был резким и даже нервным, да и юноша мигом выпрямил спину и напрягся. Билла такая реакция удивила, но не настолько, чтобы закончить разговор.       — А почему?       — Ну, есть некоторые… причины, вроде как.       — Боишься крови? — улыбнувшись от простоты догадки, спросил Мур.       — А-ага… крови…       В этот раз поверил бы мальчишке разве что полный идиот, к которым Билл себя, что характерно, ни капли не относил. Однако пришлось отвлечься от странных обстоятельств неуверенности Малкольма в своих силах и способностях, переключаясь на объяснения Джеймсу, куда и когда свернуть. Тот выполнял команды молча, но точно и чётко.       Машину парковать возле нужного дома было запрещено, так что старший рыжий высадил Уильяма с Малкольмом поближе, а сам поехал к стоянке в конце улицы. Парни неторопливо пошли по дорожке мимо уютных загородных домов с классическими лужайками, сейчас припорошенными снегом. Что забавно, Билл шествовал в куртке младшего рыжика, ведь его собственная была потеряна во время побега от гибридов из Стаи, так что Джеймс возвращаться за ней уже не стал. Не критичная потеря, да и, в сравнении с ценой собственной шкурки, куртка явно проигрывала. Стоило быть благодарным уже за то, что Уильям всё ещё цел и невредим, да и без необходимости подчиняться сильным в Общине, чего бы тем ни взбрело в голову. Джеймс тоже сильный гибрид, это ощущалось на каком-то химическом уровне, но Билл, как бы там ни было, ощущал странное доверие к нему. Возможно, по той причине, что тот так старался и возился с ним всё то время, которое Мур не помнил.       Малкольм был погружен в свои мысли не меньше Билла, но внезапно остановился возле шуршащих сморщенной коричневой сухой листвой кустов. Мальчишку что-то всполошило настолько, что выражение его лица приняло встревоженный вид: брови сошлись на переносице, топорщась забавными «кисточками» посередине, а губы сжались в тонкую полоску. Оглянувшись на Мура, Малкольм напряженно и взволнованно заговорил без прежней весёлости.       — Пожалуйста, Билл, не говори никому, ладно?       — О чем? — озадаченно поглядев на мальчика, склонил голову набок американец.       Малкольм только опустился на корточки и отодвинул ветки руками. Теперь Билл смог разглядеть то, что приметил там рыжий: на них бесшумно и зло скалилась животина, в которой с трудом можно было признать дворовую кошку. Шерсть животного шла клоками, открывая взгляду серо-розоватую кожу на месте проплешин, так и липнувшую к остро выделяющимся под шкурой костям. Морда кошки была изодрана, но особенно досталось глазу, который вытек и пошел белым, сочащимся гноем. На животное не стояло, только сжалось в комок, подогнув под себя тощие конечности и выгнув спину с торчащими лопатками. Однако когда Малкольм потянул к ней руки, кошка встала, покачиваясь и поджимая то заднюю, то переднюю лапу, стоять на которых ей было, очевидно, больно.       — Бедная, — искренне выдохнул Билл, но рыжий не отозвался, вместо этого всё же исхитряясь ухватить мигом завывшее животное и притиснуть к себе, накрывая курткой. — Осторожнее, расцарапает!       — Всё будет хорошо.       Непонятно, то ли Малкольм ответил Муру, то ли пообещал это кошке. Однако в следующий момент Билл заметил лазорево-голубое свечение со стороны куртки. Вой и копошение животного стихли. Тихий гул, как от летящего вдалеке самолета, доносился до ушей смутно, но ощутимо, и Билл рискнул подойти ближе.       Стоило сделать два шага вперёд, как на плечо легла тяжелая рука, несильно, но крепко сжимая. Мур дёрганно обернулся, встречаясь взглядом с подошедшим незаметно Джеймсом. Тот покачал головой, словно призывая не мешать, и сам посмотрел на брата. Теперь стало очевидно, что именно курткой мальчик и скрывал свечение от своих рук и кошки; плечи Малкольма изредка вздрагивали, а голова наклонялась, как у уставшего человека, вот-вот грозящегося провалиться в сон.       Закончилось всё так же внезапно — свечение просто сошло на «нет», а Малкольм поудобнее ухватил кошку под курткой и тихо пробормотал что-то вроде: «Хорошо, хорошо, ты умница».       — А что, весьма неплохо.       Новое действующее лицо в происходящей чертовщине заставило подскочить всех, даже, казалось, Джеймс отвлекся на брата и не ожидал, что кто-то подойдет к ним сзади. Рядом с ними стоял среднего роста мужчина, один рукав которого был подколот к плечу, прикрывая отсутствующую руку. Во второй тот держал черный пакет, похоже, с мусором. Вид у него был весёлый и странноватый, возможно из-за ухоженных небольших усов, как у джентльмена прошлого столетия. Несмотря на это, Малкольм испуганно вскочил на ноги вместе с кошкой и нырнул за спину брата, который напряженно опустил руки и чуть оскалился. Билл впервые заметил, что резцы у него были чертовски внушительные.       — О-о-о, какая красота! — казалось, мужчина пришёл в искренний восторг и хлопнул бы в ладоши, если бы мог. — Какая недурственная тактика! Поставить гибрида вперёд и поддерживать пламенем! Давно практикуете? А откуда вы? Раньше вас в Лондоне не было, такую магию уж точно кто-нибудь бы учуял!       — Джеймс, Малкольм, успокойтесь!       Мур понял, что ещё секунда, и старший рыжий точно попытается вмазать свидетелю да перегрызть ему глотку. Тот меж тем спокойно отошел к мусорному баку и закинул туда свой пакет, после чего буднично обтёр ладонь о штаны. На вид ему было около сорока, держался он так, словно никакой угрозы и близко не было. Билл глубоко вздохнул и ухватил Джеймса за предплечье, на что тот ответил самым недовольным взглядом на свете и тихим рыком.       — Это мой дедушка, — воззвал в последний раз к примирению Мур.       — Ты издеваешься? — нервно шикнул Малкольм, мигом ощетинившись не хуже брата. Казалось, сейчас эти двое раздерут уже и Билла заодно.       — Мы, чародеи — долгожители, юноша.       — Мы? — ещё один нервный смешок. Судя по тому, как Малкольм сжимал края куртки, нервничал он безумно.       — Руфус, да просто покажи ему! — не выдержал Билл, прекрасно зная, что его дедушка может так развлекаться долго и упорно.       Тот фыркнул, глянул в сторону мусорки и приподнял единственную руку. Пошевелив в воздухе пальцами и явно соображая, что бы такого сделать, Руфус наконец с пафосом воскликнул:       — Абракадабра!       Один из пакетов гордо поднялся на добрый метр над мусоркой, а после завис в воздухе. Грациозно шмякнулись яблочные очистки, и от этой комичности Билл не удержался, прыснув в кулак. Руфус довольно заулыбался, роняя мешок обратно. Малкольм наконец вступил из-за спины брата, а Джеймс перестал скалиться, хотя был ещё напряжен. Всё же это была как-никак победа.       — Ну, господа, предлагаю попить чая и обсудить, кто, что, как, но, в особенности, где был всю неделю Уильям.       Неделю! Мур на секунду зажмурился, шумно выдыхая. Проклятье, а он-то надеялся, что рыжие провозились с ним в лучшем случае дня три. Наверняка Руфус был близок к панике, когда Билл пропал, не отвечая на звонки и не появляясь ни в общежитии, ни дома.       Они прошли чуть дальше по улице, буквально до соседнего дома с тем, в кустах которого нашли кошку. Руфус гостеприимно пропустил всех к себе и указал на смежную с кухней гостиную.       — Уильям, займешься чашками?       — Ага, сейчас сделаю, — легко согласился Мур, кивая дедушке и принимаясь таскать сервиз с низкими молочно-белыми чашками на шоколадно-коричневых блюдцах.       Чайник Руфус щелкнул сам движением руки прямо из гостиной, чтобы Билл не тратил время, а спокойно таскал кофе, заварки и сахарницу. Братья в это время, как сговорившись, плюхнулись на диван рядом друг с другом. Малкольм при этом заозирался и нервно кусал губы, продолжая прижимать к груди кошку под курткой.       — Давай-ка посмотрим на твоего найдёныша, — миролюбиво предложил Руфус, медленно подходя ближе и краем глаза поглядывая на Джеймса. Тот в ответ не сводил своих льдисто-голубых глаз с мужчины.       — Она грязная, — тихо, почти шёпотом отозвался Малкольм, нахохлившись, как птенец. — А вы волшебник?       — Какое ужасное уничижительное слово, — Руфус демонстративно фыркнул и присел на корточки напротив мальчика, протягивая единственную руку к куртке. — Чародей. Лучше так. И да, я чародей.       — И я тоже?       — Ещё бы!       Уверенно кивнув, Руфус, кажется, всё-таки успокоил рыжего. Мальчик отпустил часть куртки, позволяя раскопать настороженно жмущееся к нему животное, которое поводило ушами и сонно щурило здоровые глаза.       — Ого, как тебе это удалось? — Билл отвлекся от раскладывания приборов на низком столике и заулыбался, глядя на здоровую кошку. Малкольм оттаял, робко улыбаясь в ответ и бережно поглаживая животное между ушей.       — Ну, так где мне теперь покупать волшебную палочку?       — О-о-о, — знакомо протянул Руфус, заулыбавшись ещё шире, так что его аккуратные усы встали торчком. — Как же я ждал этой шутки! И на кой же чёрт тебе кусок древесины, если у тебя есть вполне прямые руки?       — Но там были особенные палочки, — стушевался рыжик, на что мужчина только округлил глаза.       — А у тебя особенные руки, которые творят особенные вещи. Смекаешь?       Малкольм хихикнул, услышав тон из хорошо знакомого ему фильма о пиратах, и, кажется, совсем успокоился. Билл тем временем глянул на Джеймса, негромко уточняя:       — Вам что налить? Молока нет, но могу сбегать в магазин…       — Не суетись. Я помогу.       Сказано было неожиданно мягко, хотя на лице Джеймса этого ни капли не отразилось. Билл кивнул, а рыжий действительно подался вперёд, раскидывая себе кофе, младшему зеленый чай с тремя ложками сахара, а после заливая кипятком. Мур быстренько кинул кофе и чай уже себе и Руфусу, пока Джеймс доливал воду. После мужчина коротко рыкнул на попытку Билла забрать у него чайник и сам утопал на кухню, водружая утварь на место. Малкольм меж тем продолжал допытываться до явно заинтересовавшего его чародея.       — Так вам не нравится «Гарри Поттер»? — яркие голубые глаза мальчишки так и лучились живым любопытством. Руфус был и не против, усаживаясь в кресло и устраивая единственную руку на подлокотнике.       — Почему же, нравится, весьма хорошая история. По крайней мере в разы лучше большинства того, что клепается сейчас под копирку. Хотя, стоит признать, что серия «DragonLance» весьма и весьма хороша.       Рот Малкольма принял форму ровной буквы «о», а на веснушчатой мордашке отразился полный восторг. Билл понимающе улыбнулся и взял со стола чашку, едва не обжигая руки, но с удовольствием греясь об неё. Даже Джеймс расслабился, устроившись обратно рядом с братом и откидываясь на спинку дивана. Болтовню младшего мужчина слушал расслабленно, пару раз покосился на притихшего Мура, но тот не особо понял, что означали эти взгляды. Да и Руфус вскоре озвучил свой план действий:       — Итак, господа, предлагаю для начала всем представиться, а после выбрать имя и для вашей новой подруги.       — Малкольм, — рыжик указал на себя пальцем, а после кивнул в сторону брата, — и Джеймс нʼГартнарты.       — О, шотландцы, значит? Теперь понятно, откуда вы появились в Лондоне, — Руфус кивнул своим мыслям и задержал взгляд на рыжих вихрах обоих гостей. — Что же леди?       — Уф… — Малкольм поник и грустно глянул на брата, а после и на кошку, вытянувшую лапы в потягушках. — Мы её не сможем у себя оставить…       — Хм, так оставляйте у меня. Уильям, ты не против?       — Я? — Мур даже завис, искренне не понимая, почему спрашивают его. А потом сразу же замотал головой, поймав на себе полный волнения взгляд Малкольма и вежливо-заинтересованный Джеймса. — Нет, конечно, не против! Можем сейчас допить чай и отмыть её, а потом съездить купить домик и прочее.       — Тогда решено. Малкольм, подумайте об имени пока что. Джеймс, полагаю, мы можем воспользоваться вашим автомобилем?       Билл невольно заулыбался от того, в какой восторг от новости пришел младший рыжик, и как легко кивнул в знак согласия старший. Значит, они ещё проведут время в общей компании. Это было просто замечательно. Мур глянул на Джеймса и коротко прикусил губу: мужчина как раз вновь поднялся, относя свою чашку на кухню. Молчаливый, вежливый и чертовски заботливый — Биллу до одури хотелось разузнать побольше, и, что замечательно, такая возможность ему теперь предоставилась уже повторно.