Хейлагр

      Всю следующую неделю Билл мучился тем, что таскался с добытой у врача справкой по преподавателям, объясняя свое отсутствие на парах. Терять халявные баллы за посещаемость не хотелось совершенно, да и Джеймс подсказал, какой врач-гибрид сможет войти в его положение и выдать липовую бумажку о болезни. Ещё и на неделю освободил от спорта — вообще красота.       Стоило появиться в общежитии, как Грег едва не сбил его с ног, крепко стиснув в лапах. Билл от удивления хрипнул, но послушно застыл, давая гиене провыть себе в ухо:       — О, Боже, Билл, как я рад! Ты в порядке! Когда этот мужик тебя потащил, я чуть не обосрался, понимаешь?! Прости, что не рассказал тебе заранее! Я такой пиздюк!       — Это отрицать не буду, — хихикнул Мур, расцепляя лапы блондинистого гибрида. — Все отлично, этот мужик круто помог.       — Такой здоровенный! — Грег картинно округлил глаза и попытался показать руками, но, по прикидкам Билла, бледная рука гиены так и не поднялась на уровень макушки Джеймса. — А морда жуткая, будто потроха выгрызть хочет. А заросший весь какой…       — Грег, — Мур чуть нахмурился и нагнулся, разуваясь. — Не надо так. Джеймс хороший, просто… не слишком контактый.       Гиена подозрительно прищурился и демонстративно наклонился к волосам друга, шумно потягивая носом. Билла возмутило это наглое вмешательство в его личное пространство, но окончательно он задохнулся от негодования, когда Грег гордо протянул:       — О-о, так кое-кто наконец стал пахнуть мужчиной. Пусть и стремным тигром, но вполне себе неплохо.       Демонстративно закатив глаза, Билл прошествовал в их общую комнату, объединенную с другой только небольшим коридором. Условия были вполне удобными: кухня, туалет и ванная на четверых, да две комнаты, в которых все размещались. Остальные соседи тоже оказались гибридами, но, как выразился Грег, «те еще тихушники, тусуются сами по себе». Кажется, они были из Кореи или вроде того. Узкоглазые и на одно лицо, а остальное Мура мало интересовало.       Грег прошел следом и уселся на спинку кровати, хищно уставившись на друга. Билл ухмыльнулся — у кого-то просто свербело в заднице засыпать вопросами. Однако торопиться американец не стал, нарочито неторопливо принимаясь рыться в ящиках и доставать свежую одежду. Грега прорвало примерно на четвертой минуте копаний.       — И в чьей ты куртке щеголяешь?       — Мм? А, она брата Джеймса — Малкольма. Он одной со мной комплекции, только чуть повыше.       — Такая же орясина, как этот…       — Грег! — не выдержал Билл, разворачиваясь к другу.       Тот неожиданно вылупился на него во все глаза и чуть приоткрыл рот, а после подался вперед, разглядывая лицо приятеля. Мур запоздало понял, что скалится, как какой-нибудь зверь. Гиена аккуратно тронул подушечкой пальца глазной зуб Билла.       — Обалдеть, какие ровные! — восхищенно протянул Грег, без зазрения совести оттягивая губу друга вверх и поглаживая клыки. — Обычно у поздних всё искривляется и вообще проходит хреново. Этот мужик что, постоянно за тобой бдил?       — Нефнаю, — пробурчал Мур, после чего получил долгожданную свободу и вытер рот ладонью.       Грег явно хотел что-то еще спросить, но их обоих прервал звонок телефона. Билл широко улыбнулся, заметив свежезабитый в контакты номер Малкольма. Переговорили они довольно быстро, но предложение на выходных смотаться в зоопарк, да и веселый голос рыжего мальчишки подняли настроение настолько, насколько это вообще было возможно. В груди разлилось приятное тепло, а мысли о предстоящей встрече не выходили из головы. Новые знакомые весьма пришлись ему по душе, так что шанс встретиться с ними ещё раз, да ещё и по инициативе младшего, искренне радовал юношу. Мур даже как-то комфортнее ощущал себя в их странной разношёрстной компании, нежели в обществе… людей.       Билл повертел телефон в руках, размышляя, что стоило купить модель поновее, хотя бы ради хорошего фото с братьями. Может, Джеймс даже согласится потом выпить вместе кофе… От этой мысли по хребту парня пробежали мурашки. Чёрт возьми, стоило попытаться куда-нибудь его вытащить.       Так или иначе, все наполеоновские планы пришлось отложить до конца недели. За это время Билл поправил свои дела в университете и пару раз засиделся до утра с работами, чтобы освободить выходные для общения с рыжими.       Те, как и обещали, заехали довольно рано, часам к десяти, но Мур все равно вышел за территорию университета заранее, поджидая братьев добрых двадцать минут. С утра американец успел привести себя в порядок: побрился, зализал волосы, выгладил одежду до немыслимой идеальности и даже ногти удосужился почистить лишний раз. Его мандражило, как перед публичными выступлениями, которые в институте были излюбленным приемом у преподавателей. Вроде спарринга, когда один студент должен защищать, а другой обвинять, разыгрывая сценку из судебного заседания. «Клиентами» и «материалами дела» при этом выступали обыкновенно самые странные сказочные персонажи, вроде волка и трёх поросят.       Ужасный был семинар. Уильяму тогда досталось адвокатировать волка. К счастью, у него это вышло успешно.       Когда машина рыжих остановилась у бордюра, Мур едва не прыжками понесся навстречу, с трудом сдерживая широкую улыбку. Куртка Малкольма болталась, перекинутая через руку. Билл даже отнес вещь шотландца в химчистку на неделе, так что рыжему отдал с полной уверенностью в том, что никак не обидел.       Малкольм потеснился, радостно приветствуя нового знакомого и жестами предлагая занять место рядом с собой на заднем ряде кресел.       — Извини, мы чутка задержались, бронирование билетов заняло чуть больше времени, чем я думал, — бодро протараторил рыжик, несколько даже рассеяно почесав затылок.       — И вам привет. Да не переживай, всё нормально же.       Джеймс, не поворачивая головы, ответил таким привычным для него скупым приветствием и повел машину к центру города. Вскоре Билл заметил странность. В машине стояла непривычная тишина: магнитола была выключена, а рыжие как-то притихли, даже младший поначалу только кусал губы. Мур повертел головой, переводя взгляд с одного брата на другого, но, к сожалению, Джеймса ему было почти не видно.       — У вас все в порядке?       — Ага. Бро дуется, что я не сказал ему о расценках в зоопарке, — бодро отрапортовал Малкольм, состроив такую мордашку, словно его это расстроило до глубины души.       — Двадцать шесть фунтов, Малкольм, — неожиданно рыкнул Джеймс медленно и четко. — Я не печатаю деньги.       — Но я сделал заказ он-лайн, так что скидка до двадцати одного для принцессы и двадцати трех для нас!       Голос у младшего был таким невинным, что не разжалобил бы только камень. При этом он трагично свел брови, и три яркие веснушки над правой сошлись к переносице. Мур бы посмеялся, но у него все еще бегали мурашки от рычания Джеймса. А ещё стало ужасно неловко.       — Если у вас проблемы с финансами, я могу заплатить за всех троих… — негромко начал Билл, но его сразу же перебили.       — Блядь, Билл. Мы платим сами!       Теперь Джеймс рычал еще на тон громче, и заметно было, как сжались его пальцы на руле. Мур сглотнул, выпрямляя спину и нервно начиная ломать пальцы. Его всего передернуло от такой резкости в тоне старшего нʼГартнарта, а воля, которая могла бы позволить настоять на своем, испарилась моментально. Теперь это странное обращение особенно врезалось в слух, и Билл запоздало вспомнил, что так Малкольм назвал его в день их знакомства. Стало еще хуже, как будто Мур пытался ущемить друзей и сойти за мажора с достатком. Вот идиот!       Ситуацию тут же разрядил младший, пихнув соседа в бок и начав активно жестикулировать, указывая на брата, а после корча рожицы и небрежно махая кистью, мол, не обращай внимание, эта жопа всегда такая. Машину в одно короткое мгновение дёрнуло, на что Малкольм бросил взгляд на зеркало заднего вида и лишь широко улыбнулся, мягко сказав: «Всё хорошо, следи за дорогой». От этой короткой ситуации напряжение отступило, но не до конца.       За окном погода была превосходная: снег перестал валить, хотя мёл всю ночь, и едва пока запачкался грязью. С утра машин еще не так много, и ехали они ровно. Джеймс вообще отлично водил машину, без лихачеств или излишнего торможения, где надо и не надо. Обычно в авто Мур нервничал, не испытывая никакого доверия к водителям, тем более не доверяя им свою шкурку, которая была совсем непригодна для всякого рода аварий. Если бы не возникшее напряжение, то поездку можно было бы назвать замечательной.       На парковке даже нашлось свободное место, так что идти пришлось недалеко от угла Роял Роуд. Джеймс шел впереди, а Мур пристроился к Малкольму позади, почти соприкасаясь с рыжим мальчишкой плечом.       — Я сильно его задел, да?       — Не переживай, просто болезненная тема, — рыжик махнул рукой и чуть прищурился. — Джеймс со всеми такой, не думай, что он именно на тебя огрызается.       — Надеюсь, что все так, как ты говоришь…       Билл не удержался от вздоха, по-прежнему переживая. Прямая спина старшего рыжего притягивала взгляд и напоминала о неловкой сцене в машине. Только как лучше и какими словами извиниться, Уильям понятия не имел, зато хорошо уяснил, что разозлить тигра проще некуда.       У входа в зоопарк потихоньку собиралась очередь, но им повезло оказаться здесь утром, так что простоять пришлось от силы минут десять. Обычно летом, когда наплыв туристов особенно сильный, тут не продохнуть, и даже платная очередь растягивалась на добрых пол километра. По этой причине Мур так ни разу и не выбрался сюда сходить, хотя Руфус время от времени предлагал, ссылаясь на то, что это первое место, которое он бы рекомендовал увидеть в Лондоне «а вовсе не это чёртово здание Парламента!».       Вход неожиданно удивил своей скромностью. Простая зеленая табличка с белыми буквами, самая обычная проходная, где Джеймс расплатился за всех троих и кивком указал мальчишкам заходить. Те честно протрусили вперед, как зайцы. При этом оба с интересом вертелись, разглядывая все вокруг, но если Мур старался быть сдержанней, то Малкольм вскоре огласил проходную громким восторженным восклицанием:       — Пингвинчики! Тут вылупились маленькие пингвинчики! Пошли к пингвинчикам!       — Пройдем по кругу и дойдём до пингвинов, — фыркнул Джеймс, успевший уже вклиниться между обоими парнями.       — А если они уже спать уйдут?! Это же пингвинчики, бро!       То, как Малкольм это говорил, всё же заставило Билла прыснуть со смеху. Оба рыжих синхронно повернулись к нему, пристально разглядывая. Мур моментально прикусил щеку изнутри и быстро отвернулся, отходя от обоих на пару шагов. Словно заинтересовался ближайшим вольером. За стеклом прыгали обезьянки, красивые, с длинными пушистыми белыми хвостами, как у кошек. Одна из них носилась взад-вперёд по ветке, бодро перебирая лапками с блестящими, будто наманикюренными когтями. Разглядывая этих зверушек, Билл уже не слышал, как братья негромко переговаривались, так же отойдя в сторону.       — Чего ты рычишь, блин, я уже извинился, — шикнул Малкольм, ссутулившись.       — Проехали. — Джеймс вздохнул и потер лоб, сдаваясь на уговоры младшего. Тот улыбнулся, сразу посветлев, и быстро обхватил брата одной рукой за пояс, обнимая. Старший нʼГартнарт потрепал его по плечу, закрепляя примирение.       Малкольм вдруг непоседливо поднырнул под рукой брата и глянул в сторону Мура. Прищурившись, мальчик подпихнул старшего в бок.       — Как тебе наша принцесса?       — Тощий. — Джеймс пожал плечами и даже не глянул в сторону американца. Младший поджал губы.       — Да я не о том! Просто, как человек.       — Неплохой. Не раздражает.       Шумно выдохнув и закатив глаза, Малкольм всплеснул руками в жесте полного отчаяния и утопал догонять Билла. Тот как раз прошел уже дальше, на другую сторону вольеров, и восхищенно уставился на крылатых хищников. Две здоровые гарпии сидели на деревянном насесте вдалеке, но видно их было весьма отчётливо.       — А теперь идём за пингвинчиками! — самым жизнерадостным тоном воскликнул рыжик, ухватывая друга под локоть.       Билл нелепо взмахнул второй рукой и едва не побежал за торопливо идущим мальчишкой. За ними пристроился Джеймс, шагающий широко, но неторопливо, как большой вальяжный кот. По его выражению лица особого интереса к живности не читалась, хотя на вольеры он поглядывал, иногда чуть поскребывая густую короткую бороду. Билл при этом заметил, что вид старшего нʼГартнарта беспокоит окружающих.       Пожалуй, в Штатах никого внешний вид Джеймса бы не волновал, но здесь, в сердце Лондона, он заставлял людей настороженно оборачиваться. Проколотое от самого хряща до мочки ухо с кафом-цепочкой, бритые виски, борода, высокий рост, тяжёлый взгляд и кожанка — всё это создавало образ выходца из крайне неблагоприятного района, для которого битье морд милое дело. Неудивительно, что многие на него косились и старались обойти сторонкой. Хотя сам Мур до этого момента и не обращал внимания на такую вызывающую внешность. Привык в своё время видеть разного рода неформалов.       Малкольм протащил их по прямой к перекрестку основных маршрутных путей зоопарка прямо к большому вольеру, стилизованному под льды Арктики. Там и впрямь была куча пингвинов, маленьких, больше похожих на кегли с ножками и клювами. Рыжик огляделся воровато и залез на бортик, чтобы разглядеть птиц с ракурса повыше, при этом тараторя о том, насколько они умилительны, какой как нырнул, скушал рыбку или прокатился по льду на пузе.       Восторг Малкольма заражал окружающих, это Мур заметил ещё во время их знакомства, а теперь лишь сильнее в том убеждался. Было в этом шотландском парнишке что-то солнечное. Зато Джеймс, казалось, наоборот, недополучил свыше обаяния и теплоты. Билл какое-то время с интересом понаблюдал за пингвинами, порой волнуясь за рыжика, который грозился свалиться с бордюра от своих подскоков на месте.       Повертев головой по сторонам, американец заметил, что старший нʼГартнарт успел значительно удалиться от них в сторону. Аккуратно минуя прохожих, большинство из которых были туристами или парочками с детьми, Билл направился следом за мужчиной, стараясь не упустить из виду темно-рыжую голову высокого шотландца. Тот свернул на одну из троп, приблизившись к угловому вольеру, и внимательно в него смотрел, чуть подавшись вперёд к стеклу. Билл сцепил пальцы в замок, нервно потирая костяшки, и закусил губу. Когда Малкольма не было поблизости, коленки совсем подгибались от перспективы заговорить со старшим нʼГартнартом. Однако Мур сам себе обещал и клялся всю неделю, что поговорит с ним.       — М-м, Джеймс, — неуверенно позвал Билл, подходя ближе. — На что смотришь?       Рыжий быстро глянул и снова перевёл взгляд вперёд. Мур понял, что вопрос был излишним: за стеклом, чуть в отдалении, можно было различить лежащего тигра, а, приглядевшись, и непоседливый полосатый комок у его живота, который старательно пытался вскарабкаться по боку взрослого зверя вверх, но тигр только лизал детёныша широким движением через всю моську, отчего тот терял равновесие и плюхался обратно. Приободрившись от этого зрелища, Уильям решил начать с простого:       — Он такой маленький. Даже не верится, что вымахает в эдакого здоровенного зверя.       Джеймс промолчал, с неким умиротворением наблюдая за копошением в вольере, но вскоре всё же подал голос:       — Все мы вырастаем. Но не все рождаемся в клетках, — засунув руки в карманы, рыжий перекатился с пятки на носок, разминая ноги, после чего продолжил: — но так даже лучше. По крайней мере здесь его никто не тронет.       Внезапно Билл вновь ощутил напряжение подобное тому, что было в машине, но оно уже не казалось таким тяжёлым. Парню показалось, что в этих словах скользнула грусть, только не стал заострять на этом внимание. НʼГартнарт может вновь на него рыкнуть за лишнее любопытство, так что Уильям предпочёл просто обвести взглядом вольер с тиграми, отметив, что их там было всего двое.       — Странно, а где второй старший?       Рыжий лишь пожал плечами, этим жестом совершенно не выдавая ни желания продолжить разговор, ни завершать его.       И тут Билл понял, что это был весьма подходящий момент для того, чтобы задать самый волнующий его вопрос, при этом стараясь состроить такое выражение лица, будто это просто часть разговора между делом: — Кстати, а ты… у тебя есть кто-нибудь?       Мур невольно задержал дыхание, с волнением ожидая ответа. Он даже уже представил себе, как Джеймс скажет «нет», и они решат сходить куда-нибудь выпить кофе, где, конечно же, разговорятся.       — Бывают.       Мур моргнул, не сразу восприняв ответ мужчины. Его картинка стерлась, не успев толком нарисоваться, и с трудом удалось подавить вздох. Джеймс глянул на него и похлопал по плечу, спокойным тоном предлагая:       — Заберём Малкольма от пингвинов и возьмем хот-доги. Пошли, еще вернёмся сюда.       Билл ещё раз быстро глянул на тигра с его котёнком, согласно кивнув, хотя и не испытывал уже прежнего энтузиазма от прогулки. Оставалось признать, что день явно не задался с самого начала, а бриться не было никакого смысла, поскольку все его прихорашивания пропали впустую.       Фыркнув, Мур решил, что хот-догов он наестся самым бессовестным образом.