Hurricane II. Queen of the Daybreak

Мэтт и Джаред никогда не были так близки, как последний с Шенноном. Однако они всё же перекидывались парочкой смс в Сети, поздравляя друг друга с Рождеством, Пасхой, и другими праздниками. Не виделись они с самого детства: последний раз Джаред встречал своего кузена на своём трёхлетнем дне рождении. Помнил вампир Мэтта смутно, тот был старше его на семь лет. Затем Мэтт со своей матерью Сильвией уехал в далёкий Рим, но так и не навестил тётю Констанс и своих двоюродных братьев. Не удавалось из-за учёбы. В свои молодые годы Мэттью имел степень магистра в управлении искусством и культурой, которую получил в Римской Бизнесс-школе. Имел он знания не только по искусству и культуре различных стран, но также был одним из самых талантливых юных химиков Италии. Помимо родного английского и итальянских языков, Мэтт владел латынью и ивритом. Словом, крайне разносторонний и талантливый парень. И Джаред понимал, что дел у Мэтта было по горло. Это они с Шенноном не были фанатами учёбы, отдавая предпочтение лишь некоторым предметам, которые были интересны для них. (Джаред интересовался изучением родного английского, итальянского и литературы, Шеннон же любил физику и информатику. Фаворитом для обоих была физкультура). Уроки по остальным предметам они не то что не делали, посещали через раз. Но они всегда гордились своим родством с Мэттом. И теперь, то ли намеренно, то ли по велению судьбы, им предстояло объединиться против врагов. Лучшего союзника, чем Мэтт, просто не придумаешь, и это было известно всем. Но сейчас Джаред думал не о вулфпирах, и даже не о Мэтте. Все его мысли занимал Шеннон. Больно уж странно оборотень вёл себя в последнее время. С тех пор, как они прибыли в Санлэнд, Шеннон стал каким-то мрачным, тревожным. Когда он улыбался, улыбка касалась лишь его губ, а в глазах стояла холодная печаль. И вампир, видя брата в таком состоянии впервые в жизни, был в замешательстве. Когда-то они поклялись говорить друг другу лишь правду, пообещали ничего не утаивать. Что же теперь? Он забыл об этом, или просто не хочет помнить? *** 2005 год. Лос-Анджелес, Калифорния Мальчик лет шести сидел на тесной, но уютной кухне. За окном стоял конец апреля, но было необычайно тепло. Солнце всех желающих согревало в своих тёплых объятиях, и даже те, кто этого не хотел, так или иначе не могли скрыться от золотых лучей на улице. Все радовались долгожданному наступлению весны в городе. Но в этом доме всё было несколько иначе. Мать с тревогой изучала лицо сына, на котором красовалась пара ссадин и здоровенный фингал под глазом. Из радио доносились мотивы битлзской «Let it be», пахло свежесваренным чаем с лимоном. Было спокойно и тихо, хотя атмосфера на кухне оставляла желать лучшего. — Сынок, что случилось? Кто это сделал? Он сидел насупившись, но не проронил ни слова. — Шеннон, что случилось? — вновь спросила женщина. Высокие нотки выдавали материнскую тревогу. Мальчик всё так же молчал, уныло помешивая суп в тарелке, который уже начал покрываться льдинками. — Не скажешь, что произошло, будешь сидеть дома весь следующий месяц, — строго сказала она, но беспокойство в голосе никуда не делось. — Подрался, — буркнул он и стремительно начал набивать рот холодным супом. Не от голода, а чтобы избежать дальнейших расспросов. Но не тут-то было. — Подрался? Да тебя избили! Ты весь в синяках и кровоподтёках. — Спасибо за обед, мама, — Шеннон встал из-за стола и направился к двери. — А ну-ка, стой! Мы с тобой не договорили. Завтра же я пойду к миссис Джонсон и скажу, чтобы она поговорила с ребятами. Если это продолжиться и впредь, я пойду в полицию. — Нет, мама! Я уже большой и разберусь сам! Мне не нужна помощь. — Ты каждый вечер приходишь домой избитый какими-то хулиганами, я не намерена терпеть это. А теперь иди и делай уроки. Немедленно. Шеннон с хмурым лицом побрёл в комнату. Джаред, наблюдавший за всем с лестницы, вскочил и побежал вслед за братом. — Ше, стой! Стой! — А тебе чего, мелочь? — огрызнулся старший. — Это снова те ребята из старшего класса? Шеннон исподлобья посмотрел на младшего брата. — Не твоё это дело. Мелкий ещё, чтоб влезать. — И всё равно, в обиду я тебя не дам. — И что ты сделаешь? Не смеши. Иди играй в своих солдатиков, — и он пошёл по коридору, расправив плечи и сунув руки в карманы. Позднее младший брат заметит, что привычка эта с годами никуда не уйдёт. Но сейчас Джаред думал, как защитить брата. Ещё маленький, но смелый не по годам, он был готов на всё, лишь бы наказать обидчиков Шеннона. Его захлестнуло странное, неведомое ещё для его детского ума чувство. Через несколько лет мальчик узнает, что оно называется гневом. Шеннон ещё не знал, что он оборотень. Но кто такие оборотни он знал из сказок, которые ему читали в детском саду и дома. Когда его организм начал переживать первые перемены, это испугало мальчика не на шутку. Но Констанс объяснила сыну, что бояться нечего, просто он был «особенным мальчиком». Это сейчас Шеннон уверен, что быть оборотнем — круто. Тогда он был иного мнения. А всему виной издевательства и травля со стороны некоторых ребят. Общество полно людьми обычными, заурядными. Они составляют большую его часть. Но стоит им увидеть, что кто-то отличается от них, окружающие начинают выплёскивать агрессию. Не со зла, нет. В первую очередь они делают это из-за страха. Инстинкт самохранения как ни крути сильнее, чем человечность или сострадание. Вот и ребята стали травить Шеннона за то, что он был «не таким, как все». За то, что был сильнее, за то, что был ловок и силён в отличие от своих сверстников. И ими тоже двигал страх, только вот ни Шеннон, ни сами ребята тогда этого не осознавали. Вскоре моральное давление переросло в физическое, и мальчик стал приходить домой избитым. Ребята не понимали, почему он отличается от них, и таким образом выражали свой протест. Несмотря на возражения и беспокойства матери и брата, Шеннон желал лично решить свою проблему. Он с детства был гордым и самостоятельным. Но не очень-то у него это получалось. А точнее, не получалось вообще. Количество синяков с каждым днём лишь увеличивалось. И пусть он был физически сильнее других ребят, их всегда было много. Да и были они вдвое его старше. Следующим днём было воскресенье, и ребята пошли в парк, чтобы запустить воздушного змея. Пасмурное небо висело над горизонтом, моросил мелкий дождик. Но это ничуть не помешало запланнированной прогулке. Ветер легко подхватил ромбовидный холст, и когда змей поднялся высоко в воздух, ликованию ребят не было предела. — Смотри, он летает! Летает! — Держи крепко, не отпускай, — предостерёг старший брат и повязал нить на запястье младшего. — Кто последний до пруда, тот — старый носок мистера Стэнли. Мистер Стэнли был их соседом. Он был ворчлив, стар и одинок, гонял местных мальчишек за то, что они перелезали через забор и срывали у него яблоки. Он никогда не угощал местных детишек конфетами на Хэллоуин и не желал никому счастливого Рождества. За это все дети в округе его не любили. Хотя родители пытались убедить своих отпрысков уважать пожилого Стэнли, ведь он — ветеран Второй Мировой, и даже был награждён за героизм Медалью Почёта. Но в глазах детей он всё равно оставался жутким и вредным стариком. К тому же от него всегда дурно пахло. Видимо, никто из ребят не хотел быть старым носком ворчуна Стэнли, поэтому оба понеслись по тропинкам быстрее ветра. С хохотом и криками они неслись по аллее, пытаясь обогнать воздушного змея. Так как неделю назад шли долгие и сильные ливни, а солнце радовало своим присутствием лишь пару дней, дорожки в парке ещё не успели подсохнуть. Подскользнувшись на хлопающей грязи, Шеннон плюхнулся на пятую точку. Младший брат расхохотался. — Теперь ты меня точно не догонишь! — ликуя, Джаред побежал по дорожке, пока не врезался во что-то… или в кого-то? Потерев ладонью ушибленный лоб, мальчик поправил съехавшую на бок шапку и поднял голову вверх. Столкнувшись с шестью парами неодобрительных взглядов, мальчик невольно отступил назад. Это и были те самые хулиганы, докучавшие его старшему брату. Видимо, они караулили их тут намеренно. И оба брата сразу это поняли. — Так-так, кто это тут у нас? Мелкий недотёпа. А где же твой брат? — Оставь его в покое, Рональд, — сжав кулики, Шеннон подошёл к их компании. Он предчувствовал патасовку, но это его нисколько не пугало. Единственный страх он ощущал не за себя, а за Джареда. — О, а вот и старший. Держитесь вместе? Вам это не поможет. — Змея запускаете? Хорошее занятие для двух неудачников, — вторил другой хулиган, и все они громко заржали. «Как стадо коней» — подумал младший. — Дай-ка мне его, — Рональд потянулся к нити змея. Джаред начал отступать назад, но хулиган подскочил к нему и соврал нить с руки мальчика. Нить резанула по запястью, брызнула кровь. Джаред вскрикнул. — Отдай его сейчас же, — пробормотал он. — Что-что? Ты хочешь его назад? Ну, тогда держи, — Рональд сделал вид, что отдаёт змея Джареду, и когда тот протянул руку, хулиган отпустил его. Змей улетел, и его ярко-красный ромб исчез в пегом небе. Их самодельный змей, которого они с Шенноном с таким старанием делали в течение двух недель… Как он посмел? Глаза младшего наполнились слезами. — Ну-ну, не плачь, — издеваясь, Рональд погладил Джареда по голове. — Просто ты и твой брат — неудачники. Привыкай, недотёпа. Снова противный каркающий смех. Шеннон подлетел и к Рональду и со всей силы ударил его кулаком в лицо. Рональд вскрикнул и упал, держась за разбитый нос. — Ах ты, гадёныш! Хватайте его! — Беги, Джаред! — крикнул Шеннон, отбиваясь от хулиганов. И хотя он был силён, вскоре многочисленная орава повалила его на землю, не прекращая наносить удары кулаками. Шеннон просил брата уйти, Джаред не мог его бросить. Он просто стоял, остолбенев от ужаса. Его никто не трогал, они просто забыли о его существовании. Он оглянулся вокруг, попытался позвать на помощь. Но это было безуспешно, так как погода испортилась совсем, и все разбежались по домам. Вокруг ни души. Только они, брошенные на растерзание этим монстрам. Тогда Джаред решил действовать сам. Схватив палку, он зарядил ею прямо Рональду по голове. Рональд сначала ошарашенно, потом со злобой посмотрел на Джареда. От изумления все прикратили драку и уставились на негласного лидера уличных совранцов и маленького мальчика, пытающегося защитить своего брата. — Маленький козёл! — оправившись от шока, Рональд со всей дури пнул Джареда в живот. Мальчик закричал, упав на землю, в лужу вязкой грязи. — Нет!!! — закричал Шеннон. — Не смей его трогать, урод! Джареда затрясло. Его тело содрогалось от беззвучных рыданий. — А кто меня остановит, ты? Вы двое неудачников, двое слабаков! — закричал заведённый Рональд. — Это лужайка станет вашей могилой! Джаред сжался. Его затрясло ещё сильнее. — Вы только и можете, что плакаться и рыдать, — крикнул Рональд, гдядя на Джареда. Он чувствовал власть над этими сломленными, как ему казалось, слабыми и испуганными неудачниками, и открыто наслаждался этим. И тут Джаред встал и поднял взгляд на Рональда. Самодовольная ухмылка мгновенно сползла с лица последнего. Как оказалось, трясло Джареда не от рыданий, и даже не от промозглого ветра. Его трясло от ярости. Неудержимой ярости. Глаза мальчика покраснели, лицо превратилось в оскаленную гримасу. Из рта вылезли длинные клыки. — Что за… — до смерти испуганный Рональд начал пятиться назад. Бессильная ярость и обида за брата вылились наружу, оказали свой эффект. И Джаред впервые в жизни превратился в вампира. То, что было дальше можно назвать триумфом двух братьев и ночным кошмаром для Рональда и его команды. Сам Шеннон не на шутку испугался. Он едва оттащил брата, когда тот накинулся на Рональда и начал рвать когтями его одежду, оставляя царапины на его коже. Чувствуя запах крови Рональда и запах его страха, он ещё больше расходился и будто стремился вырвать противнику сердце. Дружки Рональда подхватили едва живого от страха друга под руки и пустились бежать сломя головы, насколько позволяли им скользкая грязь и лужи. Естественно, больше они не сунуться к этим «неудачникам». К ним больше вообще никто не сунется. Как только Джаред пришёл в себя, не осознавая, что с ним произошло, Шеннон всё понял. — Никогда, никогда так больше не делай! — прокричал Шеннон, тряся брата за плечи. Вода размывала кровь на его разбитом лице. Но к счастью, никакого желания в тот момент она у младшего брата не вызывала. Наверное, ему было не трудно контролировать жажду, ещё ни разу не попробовав крови. А может, до конца ещё не осозновал, что он не человек, и что чья-то кровь может представлять для него какой-то интерес. — Не буду. Я вообще не понял, как это получилось, — понурив голову, пробормотал вампир. — Ты только поклянись мне, что если у тебя будут проблемы, ты будешь говорить мне. — Клянусь. — Точно? — Да. — И я клянусь. — Отлично. А теперь пойдём домой, нужно всё маме рассказать. После этого Рональд и его друзья на каждом углу трубили о нападении на них вампира в лице маленького мальчика. Но в школе их все подняли на смех, да и никто из взрослых им не поверил. Зато своё первое превращение и братскую клятву Джаред навсегда запомнил. *** Нападение демона в Замке Восходящего солнца осталось тайной для остальных его обитателей. Дабы не поднимать шум и не беспокоить слуг, король позаботился о конфиденциальности происшествия. И это было правильным решением. Доверительные отношения между мной и дядей если не дали трещину, то без сомнения стали холоднее. Неужели история с капитаном Хораном так повлияла на него? Он может не разделять мою точку зрения, но к чему принимать всё так близко к сердцу? Не понимаю. В надежде переговорить с ним, я искала его по всему дворцу, ходила за ним хвостом. Дядя же избегал меня, что нельзя было не заметить. Застав наконец его в тронном зале после военного совета, я была полна твёрдого намерения поговорить с ним. И, как ни странно, в этот раз он не ушёл от разговора, а даже обрадовался моему появлению. Но как выяснится позднее, желаемого результата разговор не принесёт. — Дядя, могу ли я… — Ах, Роксана, как хорошо, что ты здесь! Я как раз искал тебя. — Искали? Меня? Неужели? Вы уже два дня старательно избегаете моего общества. — Да. Мне нужно сообщить тебе кое-что важное. — Есть новости от Джареда? Я прямо-таки загорелась надеждой услышать что-то о моём дорогом вампире. — Увы, но нет. Ни от него, ни от Мэттью пока никаких сообщений не поступало. Но есть нечто более важное. Что может быть важнее жизни и здоровья моего любимого жениха? Ах да, пресловутый монарший долг перед подданными. Король обратился к Лоле, следующей за мной везде, подобно тени: — Позови сюда друзей Роксаны. — Как прикажете, — отвесив низкий поклон, Лола скрылась за дверью. *** Мирта и Шеннон проводили время в своих покоях. Было уже заполдень, но эти двое и не думали покидать ложе. Уединившись в спальне, влюбленные потеряли счёт времени в объятиях друг друга. Послышался стук в дверь. Оторвавшись от губ Мирты, Шеннон крикнул: — Мы заняты! Приходите позже. Подавив смешок, Мирта обвила шею возлюбленного руками и снова поцеловала его. Стук повторился, приобретя громкость и настойчивость. Шеннон закатил глаза к небу. Натянув штаны на голое тело и протянув Мирте халат, он сказал: — Да, Лола, входи. Девушка зашла в комнату. Но её лице была усмешка, но без ценизма или иронии. — Добрый день. Как ты узнал, что это я? — А кто ещё может ломиться в дверь с таким усердием? И кстати, ещё утро. — Ошибаешься, красавчик. Солнце высоко, все уже давно на ногах. Это вы тут счёт времени потеряли за любовными утехами. Щёки Мирты приобрели цвет лесной малины. — Завидуешь? — прищурился оборотень. — Было бы чему, — Лола оценивающе оглядела кровать и самих ребят. — Хоть бы дверь закрыли, что ли. У нас во дворце не все такие культурные, как я. Кто-то мог бы и без стука зайти. — Да, милая, сделай одолжение: выйди и запри дверь. Буду очень признателен тебе. — Я пришла сообщить, что Его Величество вместе с принцессой Роксаной ожидают вас в тронном зале. Так что возьми под контроль свои гормоны, донжуан, и приведи себя в порядок. Жду вас за дверью через пять минут, голубки, — Лола вышла. — Что о себе возомнила эта девица? Джаред прав, она такая наглая. Мирта хмыкнула, застёгивая платье. — Да ладно тебе. У нас ещё будет время. — Да, и в следующий раз я и правда запру дверь. И уже никто не сможет зайти, — прошептал оборотень, погладив любимую по щеке. — Звучит угрожающе, мистер Лето. Но я не против. Получив ещё один поцелуй, Мирта вышла из покоев, держа оборотня за большую тёплую руку. Через минуту они уже были в тронном зале. — Здравствуйте, Ваше Величество. — Приветствую, — мягко улыбнулся король. — Не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к сути дела. Шеннон, у меня ответственное задание для тебя. — Всё, что Вам будет угодно, Ваше Величество, — кивнул оборотень. — Я уезжаю на охоту на несколько дней. И мне нужно, чтобы кто-то присмотрел за дворцом. Кто-то, кому я смогу доверять. Охота? Сейчас? Он определённо шутит. — Не смею сомневаться в вас, дядя, однако вы считаете логичным отправляться сейчас на охоту? Джаред покинул дворец, я отправила с ним лучших солдат королевской гвардии. И вы уедите, взяв с собой солдат из пятого легиона. А казармы войск находятся достаточно далеко от дворца. Кто же будет защищать дворец в случае опасности? — Твой капитан Хоран останется во дворце. Ты ведь так доверяешь ему, так что, опасений у тебя на этот счёт не должно быть, — нарочито равнодушно произнёс король. Я сжала губы. Ещё один повод напомнить об этой истории. — Казнить его было бы дикостью, и Вы это знаете. — Достаточно, Роксана. Мы давно закрыли эту тему. Итак, пока меня не будет, управление дворцом будет осуществлять Шеннон. — Я? — оборотень округлил карие с зелёными крапинками глаза. — Именно. Или ты против? — Никак нет, господин. Это честь для меня. — Значит, я не ослышалась? — Нет, не ослышалась, дорогая. Ты не одобряешь кандидатуру своего друга? — Вполне одобряю. Но мне не ясен ход ваших размышлений. Разве я не должна попробовать управлять двором, чтобы набраться опыта? — Ты и так имеешь власть. Напомню, что тебе рожать со дня на день. А Шеннон поможет тебе, пока я буду далеко. — Вы таким образом решили наказать меня за моё якобы неверное решение? — напрямую спросила я. — Расценивай это как хочешь, Роксана. Однако решения короля обсуждению не подлежат. Учти это и впредь не позволяй себе лишнего. После этих слов Валерий вышел, давая понять, что разговор между нами окончен. Как только дверь за ним закрылась, ко мне подошёл Шеннон, всё ещё полный удивления. — Послушай, Рокс, если ты против, я могу и не принимать этот пост. Ты только скажи. Мы самому абсолютно всё равно. — С ума сошёл? Королю нельзя перечить, — встряла Мирта. — Ну что ты, Шенн, конечно же я не против. Ты отличный друг, и я думаю, как управленец ты ничем не хуже. Просто сам видишь, обстановка не простая. Дядя сам не свой. Видимо, не может забыть об истории с Альфредом Хораном. Да и Мирта права: как сказал король, так оно и будет, — я вздохнула. — Не понимаю, почему он никак не может забыть об этом? — недоумевала Мирта. — Не знаю, почему, но помяните моё слово, девочки: здесь кроется что-то большее, чем простые разногласия между тобой и твоим дядей, — изрёк Шеннон. Я даже представить тогда не могла, как же прав потом он окажется. *** Валерий Беллоуз покинул дворец на рассвете с многочисленным эскортом охраны. Охота была лишь предлогом, чтобы покинуть дворец. Он лишь хотел проверить, как его племянница справится с делами двора в его отсутствие. На днях он приказал Аарону и его команде пошпионить за Винсентом и разузнать его планы. К сожалению, ничего нового узнать не удалось, вулфпиры хоть и жестоки, но всегда были осторожны и хитры. Но из достоверных источников известно, что Винсент пока не собрал армию и на дворец их нападать не собирается. А значит, Роксане и Санлэнду опасность в его отсутствие не грозит. Он никогда бы не подверг никого такой опасности. Шеннона он назначил главным из лучших побуждений, только Роксана расценила это иначе. Что ж, пусть. Пусть знает, что ему это не по душе. Ибо сам он, Валерий, совершил в прошлом страшную ошибку. Ошибку, за которую он корит себя по сей день. Ошибку, которая нависла над ним, как ужасная тёмная туча, и идёт с ним через всю его жизнь. Его непростительная ошибка. *** Уехав, король оставил список обязанностей для Шеннона. Оборотень незамедлительно изучил его и, с моей помощью, составил расписание. А затем перешёл непосредственно к делам. Я и не думала, что Шеннон так ответственно отнесётся к этому. Вообще, не узнаю я его последнее время. Уж больно он изменился за последние недели. Возможно, здесь повлияла влюблённость в Мирту, или он просто повзрослел. Так, или иначе, Шеннон стал другим. Когда Джаред вернётся, нужно будет узнать у него, что он думает по этому поводу. Как только Шеннон вступил на свою должность, ему выдали красную мантию и кольцо с королевской печатью. Почти такое же, как у короля, только другой формы. Это означало, что он являлся временно исполняющим обязанности короля. Хотя это было на пару дней, Лето-старший был доволен, как ребёнок. Облачившись в мантию, он тут же принялся рисоваться и отпускать разные шуточки, типа: — Детка, теперь ты спишь с замом самого короля. Как тебе это? — он игриво подмигнул Мирте. Как всегда в своей манере. Кажется, я поспешила с выводами. Шеннон оставался таким же шутником и кривлякой. Хотя, если я скажу, что вёл он себя безолаберно, это будет наглой ложью. Как я отмечала ранее, Лето-старший и правда подошёл к своему назначению серьёзно, старательно исполняя то, что от него требовалось вот уже два целых дня. — Ты справляешься даже лучше, чем я думала, — призналась я. — Ты большой молодец, Шеннон. — Спасибо, принцесса. Рад, что ты одобряешь, — Шеннон выглядел достаточно усталым, но его глаза светились энтузиазмом. — Я заметила в тебе перемены последнее время. Ты такой задумчивый всё время, грустный. Что-то случилось? С Миртой не клеится? — Знаешь, я ещё должен обсудить с Хораном охрану дворца. Вы с Миртой должны быть в полной безопасности. Давай потом поболтаем. Не успела я что-то ответить, как Шеннона и след простыл. Сегодня нам предстояло заняться подсчётом государственной казны и финансами дворца. Так же нужно было выслушать прошения и жалобы подданных. — На данный момент мы готовимся к войне. Нам нужна большая и сильная армия, самое современное оружие и защита. Естественно, всё должно быть наилучшего качества. Итак, сколько нам обойдётся грядущая война с вулфпирами? — Точных чисел сказать пока нельзя, Ваше Величество. Но однозначно суммы будут внушительными. Его Величество король Валерий приказал не жалеть денег на вооружение. Предположительно, если учесть все общие затраты на новое оружие, доспехи, продовольствие, на коней и драконов для всадников и полководцев, выйдет не менее двух миллиардов альттаки[1]. — Каков наш бюджет на сегодняшний день? — спросил Шеннон, с важным видом делая пометки в своём блокноте. Буквально десять минут назад он дурачился и играл с детьми прислуги, а теперь серьёзен, как ни в чём не бывало. И как в нём уживаются две совершенно разные ипостаси? Вроде простой и открытый, но всё равно оборотень полон загадок. — Наш бюджет составляет тринадцать миллиардов альттаки. Ежегодно мы собираем налоги, ведём торговлю с другими странами разными товарами и сырьём. Также мы получаем довольно большую дань с наших соседей. Так что мы с лихвой должны покрыть все расходы. — Отлично. Как уже сказал король, не жалейте ничего. Нам нужна победа и только победа, — отчеканил оборотень. — А это напрямую зависит от вооружения. — Ваша воля — закон. Всё будет сделано в лучшем виде. Как только мы вышли из кабинета казначея, я почувствовала внезапное головокружение и слабость. Окружающие меня краски цветными пятнами били в глаза. Я прикрыла глаза ладонью и оперлась о соседнюю стену. — Рокси, что случилось? — Шеннон взял меня под руку. — Принцесса, Вам нехорошо? — Лола забеспокоилась. — Будет лучше, если Вы немного отдохнёте у себя в покоях. Я позову лекаря. — Нет-нет, всё в порядке, — я оторвала ладонь от лица, попыталась проморгаться. Перед глазами по прежнему всё расплывалось. — Может, всё-таки лучше… — Я же сказала, всё хорошо, — уже твёрже заявила я. — Пойдёмте в Зал Собраний. У нас ещё много дел. Шеннон и Лола неуверенно переглянулись, но спорить не стали. Мы зашагали по коридору в Зал Собраний, где нас уже ждали Аарон, Министры здравоохранения, образования и науки, заведующие госпиталей, хозяева театров и гостиниц, мастера и подмастерья, представители различных слоёв населения. И все с докладами, которые нам предстояло выслушать. Заходя в Зал, я старалась держаться как можно более уверенно и непренуждённо. Это было трудно — давали о себе знать отсутствие завтрака и беспокойный сон, из-за которых у меня и начала кружиться голова. К тому же я немного волновалась, так как это первое мероприятие без участия короля. Дядя не сможет в случае чего мне как-то помочь или что-то подсказать. Я мельком посмотрела на Шеннона, насколько мне позволяло зрение, расстроенное головокружением. Оборотень же, казалось, совсем не волновался. Выражение его лица выражало серьёзность и сосредоточенность. Встретившись со мной глазами, Шеннон обеспокоенно оглядел меня. — Всё нормально, — прошептала я и для абсолютной уверенности подмигнула. Он улыбнулся уголками губ и кивнул. — Её Величество принцесса Роксана Беллоуз. Стоило нам войти в Зал, гул голосов тут же утих. Все встали со своих мест и с почтением поклонились. Было так тихо, что я могла слышать пение птиц и стук проезжающих по дороге карет за окнами с искусными бархатными шторами. Сейчас бы не потерять координацию движений и не опозориться. Расправив плечи я, как можно аккуратнее и непренуждённей прошла к возвышению, на котором стоял трон. Зал Собраний был довольно большим. Здесь легко могло поместиться пару сотен человек. К моему счастью, сегодня он был полон лишь на половину. — Приветствую всех вас. Надеюсь, наше сегодняшнее собрание будет продуктивным и полезным. Так как король Валерий временно отсутствует, вести собрание вместе со мной будет доверенное лицо Его Величества Шеннон Кристофер Лето. Тишину нарушил шквал аплодисментов. Шеннон ответил лёгким кивком. — Итак, начинаем. Попрошу всех занять свои места. Все опустились на резные стулья с велюровой обивкой. Далее было невероятно скучное собрание. Политики, целители и лекари, деятели искусства, частные предприниматели и различный рабочий люд по очереди выступали со своими докладами. Они отчитывались о проделанной ими работе за последний месяц, а также обращались с просьбами и нуждами. Шеннон неустанно делал пометки в записной книге, секретарь, сидящий в углу зала, не поднимая головы щёлкал клавишами печатной машинки. Я старательно слушала и кивала, обещая решить все вопросы и помочь как можно большему количеству человек. Первая часть хоть и прошла уныло, но, по крайней мере, я уже освоилась и задавала встречные вопросы, вела ответный диалог. Во время получасового перерыва всем было предложено выйти на ланч в дворцовый парк. Я вышла на террассу, чтобы подышать свежим воздухом. Внизу расположились наши гости. Они не могли меня видеть, но я хорошо слышала их разговор. Они активно обсуждали сегодняшнее мероприятие и… меня? Да, я не ослышалась. Среди ропота голосов я услышала своё имя и различные похвалы в мой адрес, в сочетании с прилагательными «добрая», «учтивая», «образованная». Также они сказали, что я «умом в отца, красотой — в мать». И дали довольно положительную характеристику Шеннону, от чего тот лучезарно улыбнулся и заметно расслабился: — О да, это успех. Мы — молодцы. — Согласна. Я была несказанно рада, что мои подданые одобряют меня и мои старания. Но моей радости помешала внезапно появившаяся боль в животе. Перед глазами снова всё расплылось, а очередная болевая волна заставила меня вскрикнуть и осесть на противно-обжигающую плитку балкона, нагретую полуденным солнцем. — Роксана, тебе опять плохо? — голос Шеннона доносился словно откуда-то издалека. Последнее, что я помню — сильные руки оборотня, куда-то несущие меня, и крик Лолы, призывающий охрану позвать врачей. *** Очнулась я от резкого запаха нашатырного спирта. Кто-то бил меня по щекам. — Принцесса, очнитесь! — У неё воды отошли, она рожает. — Да сделайте же вы что-нибудь, наконец! — закричал Шеннон. Я открыла глаза и увидела двух целительниц и окушерку, столпившихся у моей постели. — Хвала Небесам, она пришла в себя! — Несите чан воды! А Вам, господин, лучше выйти, — окушерка вытолкнула Шеннона за дверь. Дальше всё как в кошмарном сне. Я смутно помню, как всё происходило, но ужасные болевые спазмы и невероятное облегчение, которое я испытала при окончании родов, оставили в моей памяти яркий след. Не знаю, сколько всё длилось, час, два или пять, но как только я услышала громкий детский плач, я снова провалилась в забытье. *** Мирта и Лола находились в гостиной апартаментов принцессы. Первая ходила из угла в угол, не зная, куда себя деть. Вторая, обняв руками колени, устроилась на диване и не сводила глаз с двери спальни. Шеннону пришлось уйти, чтобы закончить начатое заседание. — Как же долго! — не выдержала Мирта. — Я так больше не могу. — А ты что хотела, Мирта? Думаешь, это дело двух минут? Это заделать ребёнка можно быстро, а рожать всегда тяжело и долго, — Лола старалась держаться равнодушно, но было видно, что она тоже едва ли может усидеть от волнения. — Хорошо, что Джаред в отъезде. Представляю, как бы он тут распереживался. — Как раз наоборот. Если бы этот простофиля был здесь, принцессе было бы значительно легче. Его присутствие — панацея для её души и разума. — Тут ты права, — в дверном проёме показался Лето-старший. — Как заседание? — Неплохо. Пришлось объяснять им, что Роксане срочно нужно было отлучиться. Но, кажется, я справился. В спальне Роксаны Беллоуз раздался короткий вскрик, затем — громкий плач ребёнка. Потом на несколько минут наступила оглушительная тишина. — Что там произошло? — Всё, мне надоело! Я иду туда, — Лола вскочила с дивана и направилась к двери, а за ней и Мирта. Вдруг дверь распахнулась, и к ним вышла окушерка с младенцем на руках. Ребёнок был замотан в одеяло, как бабочка в кокон, и тихо сопел. — Поздравляю, отец, у вас прекрасная дочка, — женщина протянула Шеннону ребёнка. — Упаси Боже услышать такое когда-нибудь ещё, — пробормотал Шеннон. Мирта и Лола рассмеялись. — А что с принцессой? Как она? Улыбка на лице окушерки померкла. — Пока она не пришла в себя. Роды были тяжёлые, принцесса изрядно ослабла. По неизвестным причинам у неё опухли и покраснели вены по всему телу, и в чувства нам её никак не привести. — Вены опухли? — насторожилась Мирта. — Чёрт побери, только не это! — Что такое, Мирта? — недоумённо спросила Лола. — Кто-то ввёл ей кровь мертвеца в вены, — ответил Шеннон. — Такая реакция может быть только в таких случаях. Помогите же ей! Нужно срочно восстановить её силы. — К сожалению, мы ничего не можем сделать. — Тогда почему вы всё ещё здесь? Может, вам самое время посетить палача? Окушерка смертельно побелела и испуганно округлила глаза. — Успокойся, Шеннон. Когда у Роксаны начались роды, я на всякий случай вызвала Майю. Уже скоро она будет здесь. Уверена, она сможет помочь. Миствудская целительница прибыла во дворец через полчаса. Как оказалось, Мирта была права: Майя и правда который раз помогла им. — Спасибо, что приехала, Майя. У Роксаны, то есть, у Виктории, были очень тяжёлые роды. Кто-то ввёл ей кровь мертвеца, она очень плоха. Ты можешь помочь ей? Майя незамедлительно осмотрела принцессу. — Она практически на грани жизни и смерти. Но есть один способ спасти её. В подземных катокомбах этого дворца находятся туннели, ведущие в пещеру с целебным источником. Несколько столетий тому назад далёкие предки королевства построили этот ключ, чтобы излечивать раны, поддерживать молодость тела и духа… — Мадмуазель, давайте покороче. Вы знаете, как найти этот источник? Женщина кивнула: — Когда-то я проходила здесь обучение. — Отлично. Тогда, вперёд. А ты присмотри за малышкой, — Шеннон передал новорождённую девочку Лоле. Подхватив Роксану на руки, Шеннон немедленно отправился в подвалы дворца в сопровождении телохранителей, Майи и Мирты. *** Они стремительно спускались по лестницам и бежали по подземным туннелям. Не без облегчения Шеннон увидел, что они пришли туда, куда надо. Они оказались в огромном по площади помещении с низким потолком, с обшарпанными стенами и разбитым бетонным полом. Убого и ветхо. Но эта абсолютная бедность убранства интерьера лишь придавала красоты источнику, расположенному в самом центре. Чудодейственный источник представлял собой небольшой водоворот с бурлящей водой, не очень горячей, но и не совсем холодной. Сама вода сверкала россыпью сверкающих капель; её мягкие волны переливалась всеми оттенками синего и голубого, от глубого кобальтового и цвета ультрамарин до бледно-василького и серо-голубого. Над поверхностью витала серебристая полупрозрачная дымка. Словом, в то, что он — волшебный, можно было поверить сразу, стоило лишь взглянуть на эти необыкновенной красоты воды. — Нужно снять с неё корсет и верхнее платье. Лето-старший положил принцессу на каменные плиты и торопливо разрезал платья кинжалом, оставив лишь нижнюю сорочку, одеваемую под одежду. — Теперь нужно положить её на поверность воды, в самую глубь водоворота. — Ты уверена? — Можете поверить мне. Я не одного пациента лечила здесь. Зайдя в воду по пояс, оборотень выполнил всё, что от него требовалось. Водоворот стремительно поглощал тело принцессы, и скоро, она целиком ушла под воду. — Как она сможет дышать под водой? Роксана не умеет плавать, она утонет! — В этой воде невозможно утонуть. Просто доверьтесь мне. Как только воды поглотят недуг принцессы, она очнётся и сама выпловит на поверхность. Эта вода лечит, а не убивает. — И что же нам делать теперь? — Теперь мне нужно прочитать особое заклинание, чтобы направить силу ключа в нужное русло. Но мне нужно, чтобы кто-то помог активировать магию целебных вод. — Мирта, давай. Твоя очередь. — Ты шутишь, Шеннон? Я только начинающая волшебница, я не смогу. — Любовь моя, не время для сомнений. Ты должна. — Я едва научилась контролировать своё волшебство на прошлой неделе, чтобы ничего вокруг не поджигать и не разрушать. А ты просишь колдовать на таком уровне. — Мирта, только ты здесь обладаешь волшебными силами. На кану жизнь твоей близкой подруги и будущее всего королевства. Ты должна поверить в то, что ты можешь. Малейшая ошибка — и сила источника убьёт её и всех нас. — Успокоивать людей твой конёк, Майя. Что я должна делать? — Для начала я прочитаю заклинание из своих свитков. Сразу после такого, как я закончу, ты направишь всю свою силу на волшебный камень, который находится на противоположной стене, — Майя указала на большой сапфир ромбовидной формы, символизирующий доступ к целебной силе. *** Henry Green — «Barcelona» Темнота. Такая глубокая и непроглядная, она окружила меня повсюду. Она поглотила меня всем своим естеством, стремительно и беспощадно. Есть ли выход из этой тьмы? Где мои друзья? И что важнее, где я сама нахожусь? Тьма рассеивается, уступая место отрывочным видениям. Они с бешенной скоростью сменяют друг друга, проносятся сумасшедшим вихрем, хаотично кружась и танцуя. Я бегу от этого вихря, но тщетно: его сила вовлекает меня внутрь, и скоро я сама становлюсь частью этого движения, этого странного и неумолимого танца. Лабиринт. Огромный и запутанный. Я ступаю по по запыленной потресканной плитке, и ноги обжигает холодом скользкого кафеля. Опрометью я выхожу на небольшую площадку, от которой расходиться три дороги — три жизненных пути. — Выбери одну, — приказывает кто-то. Голос властный, но мягкий, однако я не вижу его обладателя. У каждого выхода вспыхивает волшебный экран, на котором я вижу то, к чему приведёт меня дорога. На первом я вижу нашу победу в войне с вулфпирами, на втором — мою земную жизнь с Тоби и Бет, на третьем — моих…живых родителей? Но это невозможно. Машинально отступаю назад и неожидано проваливаюсь в пустоту. Кричу, бессильно машу руками, но мой крик утопает в беззвучной тишине. Зажмуриваюсь, ожидая удара, но вместо боли ощущаю лёгкость. Чьи-то сильные руки обхватывают моё тело. Инстинктивно прижимаюсь и утыкаюсь щекой в грудь неизвестному. Пахнет мятой и горячим шоколадом. Какой знакомый запах… Открываю глаза и вижу, что я в объятиях самого любимого и родного человека на свете. Джаред. Бальный зал. Мы, одетые в красивейшие свадебные костюмы, лавируем в танце между гостями. Какое облегчение. Я утыкаюсь носом ему в грудь, а затем целую в любимые губы. Все восхищённо аплодируют. — Ты рядом, — не без удовольствия говорю я. — Я всегда рядом. Какой бы ты не сделала выбор. Вдруг он хватает меня за руку и бежит со мной к окну. Мы выпрыгиваем из окна, разбивая стекло и устремляемся вверх, в небо, навстречу закатному солнцу. Утопая в розовато-золотой вате облаков, я вижу, как кожа на наших телах начинает поблёскивать, а затем предостеригающе гореть. Я чувствую ожоги на своём теле, но всё крепче обнимаю его, не желая отпускать. — С тобой мне не страшна даже смерть. Мне страшна жизнь без тебя. — Мы не умираем. Наше время неистекаемо. Вечность — наш лучший друг и злейший для нас враг. В один момент мы замираем в воздухе, а затем со скоростью света падаем вниз. Я целую его снова и снова, упиваясь мгновеньем. Мы отрываемся друг от друга только когда соприкасаемся с водной гладью. — Я буду рядом всегда, — говорит вампир и вдруг бесследнно исчезает. — Джаред? Где ты? Меня ослепляет яркая вспышка, и я снова оказываюсь в недрах темноты. Передо мной возникает дубовая дверь. Открываю её и прохожу внутрь. Библиотека. Неосознанно подхожу к письменному столу. Со стеллажа слетает книга и, хлопнувшись о поверхность стола, раскрывается на странице со следующим текстом: Жизнь принцессы подобна урагану: Интриги, воины и балы. Но не забывай в этом мире необъятном Искать истины азы. Друзья, любовники, коллеги, Они все тебе близки. Но есть тьма в любом человеке, Порою из родных рождаются враги. Будь бдительна и осторожна, Слушай разум, а не сердце. Держи гордыню в ножнах, Кто честь имеет, тот бессмертен. И снова загадки, снова пророчества и напутствия на «путь истинный»… Когда моя жизнь станет хотя бы немного проще? Ещё одна вспышка. По моему телу проходит электрический разряд. Вскрикиваю, и слишком поздно осознаю, что я с головой погружена в воду. Мою глотку наполняет вода. Начинаю захлёбаться, безуспешно пытаюсь вынырнуть на поверхность. И тут какая-то потусторонняя сила выталкивает меня из воды. *** Пока Роксана прибывала в стране собственных грёз, страхов и желаний, Майя и Мирта бились над исцелением девушки. Направляя лучь золотисто-зелёного света на камень источника, Мирта понимала, что медленно, но верно, силы покидают её. Ещё немного, и она рухнет на пол без чувств… Нет, нельзя. Нужно довести ритуал исцеления до конца. После этого она может умирать хоть двести тысяч раз. Было ли то волнение за близкую и единственную подругу, или долг перед королевством, Мирта не знала. Да и не думала она над этим в тот момент. Майя же напротив была полна сил и энергии, в отличие от Мирты. Давали знать годы тренировок и богатейший опыт в исцелении и врачевании. Она всеми силами помогала Мирте, питала её, объединяла своё колдовство с ней. Пустив из пальцев огненную змею, обвившую источник светящимися кольцами, она отдала часть своей жизненной энергии принцессе. Послышался грохот, с потолка упало несколько каменных обломков. Мощное землетрясение волной прокатилось по пещере, но тут же утихло. Источник на секунду осветился ослепительно-золотым светом. На пару мгновений магический свет, мерцающий из глубин источника, погас, и вода потемнела, почернела как тёмное ночное небо, стала ониксово-чёрной. Безнадёжно чёрной. И тогда-то они по-настоящему испугались. На каково было облегчение друзей, когда вода вновь приняла свой привычный облик и, став лилово-розовой, вытолкнула на поверхность их подругу. Испуганная, смертельно бледная, с широко распахнутыми от изумления глазами, но она была жива. И не было для них ничего важнее в тот момент.