The Bucket List

— Костюмы из шелка и мороженое из черного ореха, — бормочет Луи, когда они идут по лобби отеля, возвращаясь из клуба.       Они в Гонконге уже два дня, и сегодняшний подходит к концу. Гарри много улыбается, и Луи нравится, когда Гарри пьян. Он становится еще более нежным и много обнимается, но стоит его поцеловать – парень начинает пылать страстью. — Мне нужно в номер, лягушонок, — бормочет Луи, тыкая в ямочку Гарри, пока тот глупо улыбается. — А ты подожди меня у бара, ладно? — Только недолго, — парень дуется, но все же отпускает мужчину, который дарит ему воздушный поцелуй и становится возле лифта.       Как только двери за ним закрываются, Томлинсон вздыхает. Он вовсе не пьян так, как преподносит это. Он просто хочет оставить Гарри на некоторое время. У них с Найлом был кое-какой план.       Гарри уже десять минут болтает с барменом, который, на самом деле, не против этого. Он начищает стаканы, иногда бросая несколько слов парню, который потягивает свой коктейль. — Тибетцы называют ее Джомолунгма, — бормочет парень, подперев голову рукой. — Божественная мать снегов. — Мать Богини Мира, вообще-то, — вдруг говорит женский голос, и Гарри поднимает удивленный взгляд. Девушка лет двадцати пяти садится рядом с ним на барный стул, опуская свой клатч на стойку. — В традиционном тибетском переводе, — она мило улыбается, поправляя прядь волос. — Вполне возможно, — Стайлс улыбается и поворачивается к ней, удивленный таким знаниям. — Пино-Нуар, пожалуйста, — она улыбается бармену и тот кивает, отправляясь за вином. — А Вы что там были? — она поворачивается к Гарри, удивленно осматривая его. — Ну, вообще-то, я только что вернулся оттуда, — он разводит рукой, делая глоток коктейля. Сейчас он не чувствует себя опьяненным. — Мы пытались подняться, но погода… — Ну, конечно, сейчас мертвый сезон, — девушка сочувственно кивает. — Да, — Гарри улыбается. — Нам тоже самое сказали. — Меня зовут Эрика, — он вдруг протягивает руку, и брови парня выгибаются. — А я Гарри, — он пожимает ее руку, возвращая улыбку. — Я пыталась взойти на нее, — она кивает, когда бармен подает ей бокал. — Правда? — глаза парня загораются. — Ага, — она кивает. — Забралась на 7.800, но потом пришлось вернуться. — Вот как, — он облокачивается о стойку, чуть наклоняясь. — И как там? — Холодно, — она улыбается, смотря ему прямо в глаза. А затем в ее взгляде что-то меняется. В глазах больше нет улыбки или, тем более, флирта. Она чуть грустнее. — Мы были там с мамой, — она отводит взгляд, а затем возвращается к лицу Гарри. — Она говорит, что небо скорее черное, чем голубое. Там мало кислорода, чтобы отражать свет, — она тихо продолжает, наблюдая, как эмоции на лице парня сменяют одна другую. Он забывает, что был пьян, забывает, где он вообще. — Но ночью, столько звезд мы нигде не видели, — она качает головой. — Такие яркие, как-будто дырочки в небесном полу. — А вы слышали? — вдруг шепотом произносит Стайлс, и Эрика хмурится. — Что слышали? — Я читал статью человека, побывавшего на Эвересте, — Гарри хмурится и отводит взгляд на свои руки. — И, стоя там, на крыше мира, он почувствовал вокруг неимоверную тишину. Как будто все звуки куда-то исчезли, и он услышал. — Что? — Голос самой горы, — Гарри тихо выдыхает, а его сердце бешено бьется в груди. — Он говорит, что это был как Глаз Божий. Самое настоящее чудо. — Я думаю, что каждый может увидеть чудо, — тихо говорит Эрика, слабо улыбаясь, и внутри Гарри что-то скручивается. — Мы сами находим то, что можем считать чудом.       Она улыбается, и Гарри открывает рот, чтобы ответить, но женщина подходит к ним и кладет руки на плечи девушки. Та улыбается шире, и женщина целует ее в лоб. — Прости, милая, пришлось задержаться. — Все в порядке, мам, — она кивает, предлагая ей свое вино.       И тогда внутри Гарри все рушится. Он подрывается с места и бросает быстрое «простите меня», после чего закутывается в пиджак и быстрым шагом идет к лифту.

***

      На Луи уже надет халат, и он выходит из ванной, пока его помощник, как всегда, возится в ноутбуке. — Найл, — Луи крутит в руках очки, подходя к дивану. — Дам тебе три важных мужских совета. — Да? — парень обреченно вздыхает, не отрывая взгляда от монитора. — Будь любезным, но в меру, не трать зря эрекцию и старайся не пердеть.       Он с гордым видом бросает книжку на столик, и Найл поднимает на него усмехающийся взгляд. — Я постараюсь, если доживу до Ваших лет, — бурчит Найл, и Луи смеется. — Это ты точно сказал.       Звук хлопнувшей двери прерывает их, и сердце Луи падает. — Поздравляю, ты победил. — Гарри входит в номер, хлопая дверью, и Луи поднимает испуганный взгляд. — Едем домой. — Что? Но… — Я хочу домой, — грубо бросает Гарри, обходя Луи и заходя в ванную. — А шелковые костюмы? — мужчина разводит руками. — Это было умно, Луи. — Стайлс появляется в дверях, расстегивая пуговицы на рукавах рубашки. — Что? — Томлинсон пытается быть непринужденным, хотя его сердце бешено стучит. — Как ты узнал, что я куплюсь на это?       Луи видит его взгляд, и знает, что спорить бесполезно. Девушка и ее мать сделали свое дело, и Томлинсон вздыхает. — Я не знал.       Гарри мрачно улыбается, а затем закрывает дверь в ванную, оставляя Луи одного со своими мыслями. Найл неслышно подходит к нему и встает рядом, улыбаясь, но затем замечает печальный взгляд мужчины. — Я Вами горжусь, сэр.       Луи поднимает голову и кладет ладонь на плечо парня. — Тебя сейчас никто не спрашивал, — взгляд Луи мрачнее тучи, и улыбка сходит с лица Найла, так что он просто кивает. — Ясно, — Хоран опускает грустный взгляд и все, что ему остается – вернуться к своему компьютеру.       Гарри сидит в ванне больше часа. Его голова разрывается от мыслей. Что ж, план Луи был идеален. И он знал, что Гарри купится на это. Разговоры об Эвересте, мысли о настоящем чуде, ее мама. Какой же он идиот.       Гарри знает, что Луи сделал это для него. Его мама ждет его, как и сестра. Он нужен им, но он предпочел отдать последние моменты жизни Луи. Стайлс закрывает лицо ладонями и вздыхает. Он действительно скучает по своей семье.       Этой ночью Луи засыпает до того, как Гарри приходит в спальню. Поэтому парень лишь оставляет мягкий поцелуй на волосах мужчины и ложится на другую сторону кровати, утыкаясь лицом в подушку.

***

      Гарри грустным взглядом наблюдает за огнями внизу. Он узнает Хитроу и слышит громкий вздох Луи. Мужчина укутан в красный плед по самую голову, печально смотря в иллюминатор. — Англия, — грустно говорит он и поворачивается к парню, но Гарри ничего не отвечает, продолжая молча сидеть на своем кресле, вовсе не в обнимку с Луи, как прежде, и смотреть вниз.

***

Черная ауди везет их по лондонской дороге. Найл сидит рядом с водителем, в то время, как Гарри и Луи сидят позади. Они едут по спальному району, и уже поздний вечер. Тогда Луи хмурится, замечая все вокруг. — Эй, Найлер, — говорит он, заглядывая в окна. — Это не дорога в Ноттинг-Хилл.       Найл чуть поворачивает голову, сглатывая. — На десятой улице авария, мы едем в объезд. — Оу, — протягивает Луи и откидывается назад.       Автомобиль проезжает до конца улицы, а затем поворачивает, после чего проезжает еще немного по мокрому от дождя асфальту, прежде чем паркуется на обочине возле одного из домов.       Луи тут же напрягается, начинаея ерзать на кресле. — А почему мы…?       Но голос застревает горле. Он смотрит в окно, где видит дом напротив. Окна большие, и в них горит свет. Тогда Луи и замечает ее.       Девушка держит мобильник возле уха, расхаживая по комнате, иногда поправляя белые пряди. Она подходит к столику и берет с него каталог, после чего на ее лице появляется широкая улыбка, и она смеется.       Внутри Луи все взрывается. — О, Боже, — он выдыхает, не в состоянии что-либо сказать.       Мужчина поворачивает голову к Гарри, медленно, будто его глаза тонкие лезвия. — Это запретная зона, на случай, если ты…       Но дрожащий голос прерывается грубым воплем. — Это была твоя идея?! — Луи действительно орет на весь салон, обращаясь к взглянувшему на них Найлу, и тот вздрагивает. Луи в бешенстве, не нужно быть очень умным, чтобы понять это. — Найл здесь не причем, — вступается Гарри, стараясь быть серьезным. — Это была моя идея, это я его уговорил.       Но Луи уже не слушает. Он грубыми движениями открывает дверь, толкая ее ногой, и выходит. — Уговорил он его, мать твою. — Луи, постой, подожди.       Но мужчина даже не желает его слушать. Луи быстрыми шагами идет вдоль улицы, лишь бы скрыться от этого места. Лишь бы быстрее уйти.       Гарри вылезает за ним, пытаясь догнать. — Подожди, Луи, — Гарри пытается бежать за ним. — Пошел ты! — Томмо взмахивает рукой, не желая ничего слышать. — Пожалуйста! — Гарри разводит руками, старясь сохранять благоразумие. — Чего ты так боишься?       Он нагоняет Луи и на этих словах, тот резко разворачивается, тыкая пальцем ему в грудь. — Если я рассказал тебе историю, не значит, что ты можешь вмешиваться! — он продолжает тыкать в его грудь, крича. — Если я впустил тебя в свою жизнь, не значит, что ты можешь быть ее частью!       Слова заставляют Гарри замереть на месте. Ему тяжело дышать, но он знает, что Луи просто злится. Он переживет это. — А как же та девушка в баре? — Гарри повышает голос в ответ. — Это другое! — И в чем же разница? — губы парня дрожат, а ладони сжаты в кулаки. — Да ты понятия не имеешь, кто я такой! — Луи продолжает кричать ему прямо в лицо, игнорируя боль, что видна в каждом мускуле и дрожащих губах парня. — Я создал многомиллиардный бизнес из ничего, министры просили моего совета, я обедал с королевской семьей, и как я, по-твоему, должен себя вести?!       С каждым словом в сердце Гарри будто вонзают иголку, разрывая его душу на части. Оно въедается под кожу, будто чернилами оставляя след. — Для чего вы эту поездку сюда придумали? — его глаза ледяные, все мышцы на лице напряжены. Его гнев слишком велик, и любые слова мира не смогут унять этот пожар, что Гарри сам и развел. — Ты думал, что сможешь изменить меня? — мужчина взмахивает рукой, чуть ли не вырывая волосы со своей головы. А Гарри не может даже пошевелиться. — И как ты себе это представляешь, Гарри? — имя звучит едким тоном, отравляя мозг только сильнее. — Я постучу в дверь, она открывает. Она удивлена и злится на меня, а я говорю, как сильно я ее люблю и скучаю, — голос полон сарказма и ненависти, Гарри хочется исчезнуть прямо сейчас. — И я, кстати, умираю, поэтому решил тебя найти и сказать все это, потому что не хочу умирать, зная, что моя родная сестра ненавидит меня. Боюсь умереть в одиночестве! — Все люди этого боятся, — тихо произносит парень, но Луи буквально подлетает к нему, крича в лицо. — Но я не все, Гарри! — он молчит всего секунду, а затем его рука поднимается. Гарри с ужасом смотрит, как Луи достает из кармана желтый, сложный надвое лист. Его сердце готово остановиться. — Видишь это? — Луи тычет им ему в лицо, а затем с неимоверной злостью разрывает его пополам. Гарри даже не отвечает. Ему больше нечего сказать. — Это было всего лишь развлечением.       Это было последнее, что Луи выплевывает ему в лицо, после чего обходит и вышвыривает десятки клочков желтой бумаги в воздух.       Гарри продолжает смотреть на него. Луи подходит к машине, и Найл открывает дверь, чтобы сесть, но Луи пихает его руку, отталкивая. — Нет, — он открывает дверь. — Ты не едешь. Вызови себе такси.       И на лице Гарри появляется еще больше боли, потому что Найл не был виноват. Это была его идея. Он лишь хотел помочь. А в итоге навсегда все разрушил.       Он смотрит на удаляющиеся фары машины, пока она и вовсе не скрывается за очередным поворотом. Найл сует руки в карманы костюма и бросает сочувствующий взгляд на Гарри, после чего тот смотрит на траву.       На траву, где теперь валяются желтые кусочки. Их разорванные мечты.