III
7 сентября 2016 г., 11:42
Собирать войска… сказать — проще, чем сделать. Особенно, если учесть, что своих солдат у Каспиана было меньше сотни, а на тельмарский флот или постоянную армию он не имел ровным счетом никаких прав. У него были, тем не менее, некие основания претендовать на пару галер с Одиноких островов, но по сравнению с двумя-тремя тысячами нарнийцев, что выйдут против него, это — ничто.
Тельмар встретил принца палящим южным солнцем, раскаленным камнем набережной, ядреной руганью моряков и густым запахом воловьего навоза, сохнущих водорослей и гниющей рыбы. Все это так разнилось с тем, что он только что видел в Нарнии, что Каспиан скривился. Он получит Нарнию с ее Северной Звездой, кристально-чистой водой в глубоких озерах и прохладными лесами, чего бы это ему не стоило.
Каспиан, погруженный в размышления, спустился на деревянный пирс по сходням и тут же заметил, что к нему, в сопровождении двух служанок, приближается женщина тридцати с лишним лет, одетая в строгое платье из черной парчи. Она двигалась так быстро, как только позволяло ее тяжелое платье с узким, стесняющим грудь корсетом, а лицо ее выражало одновременно беспокойство и облегчение.
— Беатриче! — радостно воскликнул Каспиан.
Его старшая сестра, единственная дочь покойного короля Агустиана III и вдова наместника нарнийского Короля на Одиноких Островах, Беатриче Мягкосердечная, так же называемая Злословной, приблизилась к принцу, и тот мягко поцеловал ее в лоб.
— Ах, Каспиан! — воскликнула она. — Слава Богу, что ты наконец вернулся!
Она быстро осенила себя крестным знамением.
— Я так волновалась! Я ведь никак не могла с тобой связаться, а тут….
Беатриче быстро огляделась и совсем не по-королевски шмыгнула носом.
— Что произошло? — насторожился Каспиан.
Та притворно вздохнула и с изрядной долей сарказма сообщила:
— У нас нынче праздник. Вчера короновали Рикардо.
Каспиан нахмурился. Когда он уезжал, Тельмаром еще правил Сеспиан, а следующим претендентом на престол должен был быть Эмет. После него Дэмиан и только потом Рикардо. Неужели…
Лицо Каспиана вытянулось.
— Не здесь, — быстро сказала Беатриче.
***
На солнце медленно наплыли тусклые облака. Неяркий свет проникал в комнату через высокие окна. На столе и шкафах были расставлены канделябры, похожие на пылающие трезубцы. Каспиан, уже успевший умыться с дороги, теперь сидел в расстегнутом колете, повернувшись спиной к пылающему камину, пил кислое вино, хмурился и слушал, что объясняла ему мерящая шагами комнату сестра. — …Народу объяснили, что он погиб на охоте. Строго говоря, так оно и было. Уехал живой, вернулся — мертвый. А с ним ездили Эмет и Дэмиан. Оба приехали со скорбными лицами и высоко поднятыми головами. Принц кивнул. — Дальше все произошло очень быстро. Эмета и короновать не успели, как «служанка» отравила его. И едва весть разнесли по городу, Дэмиана нашли в конюшне. Мертвого с пьяной улыбкой на лице. Хотя, я, конечно не знаю, — тут же подняла руки Беатриче, — мне лишь так передали. Но так или иначе, все знают, что за последними двумя убийствами стоит Рикардо. Очень уж на него это похоже. А больше все равно этого делать было некому. И даже если Эмета убил не он, то Дэмиан точно погиб от его руки. А Николас и Кристиан… бедные глупые мальчики… они пришли в ярость и тут же публично объявили, что это именно Рик убил их братьев. И заодно припомнили, что это он тогда прикончил Адана… в общем, теперь Ник в тюрьме за клевету, а Крисси скрывается и подговаривает народ на восстание. Причем, пока у него это вполне успешно получается. Каспиан одним махом осушил свой кубок и налил себе еще. Все это надо было переварить и обдумать. В некотором смысле Николас и Кристиан были самыми неискушенными принцами из всех четырнадцати. Они, как и Каспиан, быстро смирились с тем, что трона им не видать как своих ушей, да и не то, чтобы их это когда-либо печалило. Но, вероятно, глупость, которую они совершили была вызвана тем, что они пришли в ужас, узнав, что Рикардо сделал все своими руками. Из покон веков принцы убивали друг друга ради власти. Но не лично же… хотя пес их знает… Никогда еще Каспиан не был так близок к трону. Он даже немного растерялся, осознав это. На пути сюда он планировал свой разговор с Сеспианом, а не с неуравновешенным и вспыльчивым Рикардо. Похоже, с теперешнем положением дел, выбора у него немного и не известно, когда теперь его план по захвату Нарнии будет реализован. Беатриче наконец уселась напротив него. — Что ты собираешься делать дальше? — спросила она. — Не сегодня, так завтра Рикардо пошлет за тобой, и тогда… — она не договорила. — На чьей стороне армия? — спросил Каспиан. — А кто их разберет… — пожала плечами сестра. — Вроде как большая часть за Рика — кажется, он им что-то пообещал. Знать частично тоже его поддержала. Про остальных — не знаю, но если Кристиан поднимет бунт — с ним пойдет на удивление много народу. Этот год, как ты знаешь, был не богат на урожай, а весь месяц, пока тебя не было, стояла засуха, и погибла половина и от того, что было. Грядет голод, и я не знаю, как долго Рик сможет сдерживать недовольства. — А ты? — А что я? Я и так торчу здесь слишком долго. Не то, чтобы Эдгард мог соскучиться по материнской юбке за это время, но зато он мог такого нагородить, что мало не покажется. Он теперь законный наместник и, хотя нарнийского короля на островах не видели уже лет пятьдесят, это не повод доводить земли до той же разрухи, что и здесь. Каспиан снова покивал. Эдгард, сын Беатриче, уродился полнейшим глупцом и, вместо того, чтобы унаследовать лучшие черты своих родителей, ему досталась вся гордость и высокомерие предков со стороны отца и злопамятный и вспыльчивый норов предков матери. — Когда ты уезжаешь? — спросил принц. На город опускались сухие серо-лиловые сумерки. Огонь в камине уже почти догорел, и в комнате становилось темно и холодно. — Через неделю — самое большее, — ответила Беатриче, поежившись. — И если тебе все же понадобятся наши корабли — дай знать об этом как можно раньше. — А ты уверена, что можешь на них рассчитывать? — поинтересовался Каспиан. — Мой сын, — вздохнула она, — идиот. Как и его отец, упокой Господь его душу. Я всего лишь попрошу его не давать тебе войск, и он с радостью их предоставит.***
Разговор с Рикардо вышел не совсем таким, как представлял себе Каспиан. Брат встретил его в тронном зале, что было совершенно не обязательно, и Каспиана не покидало ощущение, что над ним издеваются. Узурпатор вальяжно расположился на троне и с самодовольной улыбочкой смотрел на брата. Его бледное рябое лицо в обрамлении ржавых кудрей, придавленных короной, что по легенде, принадлежала еще их дальнему предку, основавшему Тельмар, казалось неестественно-желтым. Разговор вышел коротким и суть его сводилась к одному: подписывай присягу, или отправляйся в тюрьму к любимому брату Николасу. Поскольку быть повешенным за измену в планы Каспиана не входило, пришлось, выдержав издевательский взгляд Рикардо, поставить отточенным движением росчерк в документе, свидетельствовавшем его присягу на верность новому королю Тельмара. В обмен на вечную службу, тот даровал ему должность адмирала. — Значит так, Каспиан-мореплаватель, — с легкой улыбкой сказал старший брат, едва с бумагами было покончено, — твоя первая миссия заключается в том, чтобы собрать дань с Жемчужных островов за те сто пятьдесят лет, что они ее не выплачивали. Планируй этот рейд сам, как пожелаешь — мне сейчас не до этого. Я даю тебе пять сотен бойцов на это дело и четыре корабля для их транспортировки — о большем не проси. Через месяц, самое большее — полтора, жду тебя здесь с собранной данью. — Но… — непонимающе нахмурился принц, — наш дед освободил Жемчужные острова от выплат. Это крошечные, мирные земли — с них нечего собирать… — Каспиан, — снисходительно поглядел на него Рикардо, — ты, похоже, и правда ничего не понимаешь… Жемчужные острова называются так не потому что там живут бедняки, с которых нечего собирать, а потому что там добывают жемчуг. «Жемчуг» значит «богатство», «богатство» значит «много денег», а «много денег» значит, что мы сможем подавить грядущее восстание и завоевать преданность народа. Наш дед лишь закрыл глаза на то, что его подданные не выплачивают дань. Он мог себе это позволить. Пришло время напомнить островам, кто на самом деле их хозяин. И я уверен, — многозначительно протянул он, — что если нажать в правильном месте, окажется, что у тамошнего губернатора куда больше того, что можно отдать своему Господину, чем кажется. — Но… — Или ты забыл, кому клялся в верности? Каспиан мрачно покачал головой. Адмирал… но не высока ли цена за эту должность? — убийства и грабеж ни в чем не повинных мирных жителей. Нет, не на это он рассчитывал, когда собирался говорить с братом. Но выбор был сделан. Пора собираться в путь. Завоевание Нарнии откладывалось на неопределенный срок.
