Эффект Аномалий

«Люди ошибаются в своём убеждении, что они понимают суть того, чем действительно является Зона. Одни считают её вселенским злом, другие - чудом, посланным человечеству, третьи по-прежнему считают её всего лишь источником богатства... Они все неправы. Зону невозможно понять, если смотреть сквозь призму человеческого восприятия; к тому же людям еще рано пытаться. Поэтому действия как Зоны, так и правительства в отношении Зоны ошибочны, и я боюсь, что потенциальные последствия могут быть… совершенно непредсказуемыми. Естественно, это представляет собой ужасную опасность».  - Профессор Беанполев

***

Тусклый свет встретил глаза Муры Сокуна, когда он начал приходить в сознание, но он быстро закрыл их, как только увидел, что он не один. Здесь были другие, где бы он ни был. Однако он был уверен в одном: он не знал, кто это, и поэтому притворился спящим, чтобы выиграть время, подумать и, таким образом, разобраться в ситуации. В настоящее время он лежал на грязном полу в дальнем углу комнаты. Его руки были связаны, и он чувствовал синяки на ногах и нижней части туловища. Более слабый саларианец запаниковал бы, но его академический ум заставил его критически оценивать ситуацию. Последнее, что он помнил, это то, что он отдыхал в своей комнате, измученный со второго дня конференции на Тессии, но также более чем довольный тем, что ксеноархеологическое сообщество Цитадели начинает развивать его теории о Сто’корах. Он вспомнил, как его комната была аккуратной и ухоженной, хотя многие его записи и файлы были разбросаны по столу. Всё было хорошо. Однако спокойствие и ясность закончились, когда в его комнату ворвались несколько крупных вооружённых кроганов. Это случилось так быстро, что у него даже не было возможности позвать на помощь. Затем он смутно вспомнил, что что-то тяжёлое ударило по его голове, а затем закружилась голова. И когда он потерял сознание, он помнил несколько разных ощущений: крик Лиары, его помощницы, о помощи, когда она пыталась помочь ему, запах дыма и грубые руки одного из кроганов, тащившего его к шаттлу. После этого всё было слишком размыто. Тот факт, что он проснулся там, где он сейчас находится, подсказывал ему, что он больше не на Тессии. Саларианец повернул голову под определённым углом, чтобы лучше слышать окружение. Судя по тому, что он мог видеть, он был внутри какого-то заброшенного сооружения, слабо освещённого и грязного. В настоящее время он лежал в одном углу комнаты, его руки были связаны за спиной каким-то проводом - примитивно, но эффективно. Если бы Сокун был солдатом, а не учёным, его инстинкты мгновенно сказали-бы, что сооружение, в котором он находился, было заброшенным. Однако он не был солдатом, но, тем не менее, его чувства археолога действительно говорили ему, что это место было старым… очень старым. То, как пах воздух, странные движения частиц пыли, звуки, и то, как ощущалось место. Всё это делало Сокуна смутно уверенным, что он был в древнем месте. Когда его чувства вновь пришли в норму, Сокун услышал очень отчётливый голос одного из кроганов, который похитил его. Взглянув одним глазом, он увидел, как кроган разговаривает с батарианцем - богато одетым и сопровождаемым двумя другими батарианцами, а также азари в элегантном платье. Все пятеро казались здесь неуместными в своих гламурных и ухоженных костюмах, но Сокун быстро отмахнулся от таких впечатлений, чтобы лучше сосредоточиться на ситуации. — Вам приказали похитить одного Сокуна, — отрезал батарианец. — Почему это так трудно понять? — Не говорите со мной как с маленьким пыжаком Хад’да, — спокойно ответил кроган. — Спокойное похищение яйцеголового саларианца в центре одного из крупнейших городов Тессии во время крупного собрания ботанов не было частью моего контракта. Ты должен быть счастлив, что я вообще потрудился выполнить эту миссию. — У меня нет привычки терпеть оправдания, Хайлут. Похищение помощницы азари профессора усложняет наш план действий. Твои действия, — прошипел батарианец, — поставили под угрозу наш график. — И ничего из этого не произошло бы, если бы ты не дал мне этот идиотский приказ с нулевым летальным исходом! — Не превращай это в мою вину, Вог. Я нанял тебя и твоих разумных, потому что ты утверждал, что был лучшим в захвате важного персонала. — Хад’да сделал воздушные кавычки пальцами. — Ты до сих пор, кажется, не оправдал свою ценность. — Хорошо! Позволь мне тогда убить её, и мы можем положить конец этому нелепому спору! — Ответил Хайлут. Сокун почувствовал гнев батарианца, хотя находился в нескольких шагах от него. Тот обратился к своим телохранителям и личному рабу: — Вы трое. Вон! Мура услышал шаги и звук старой двери, которая открывалась и закрывалась с ноющим звуком. Когда они ушли, Хад’да вернул своё внимание обратно к Хайлуту. — Убить её? — Эдан произнёс слова так, словно разговаривал с невежественным ребёнком. — Позволь мне. Убить. Её. Ах, если бы жизнь была такой простой. — Затем Эдан посмотрел прямо на Хайлута, не боясь крогана, несмотря на то, что был вдвое меньше его. — Ты знаешь, кого ты похитил, Хайлут? Ты знаешь, что её мать сделает с тобой, если она узнает… Не перебивай меня! Хорошо, позволь мне сказать тебе. Ты похитил Лиару Т’Сони. Лиару Т’Сони. — И мне должно быть всё равно, потому что… — Потому что её мать - Бенезия Т’Сони, одна из самых опасных азари в галактике, — отрезал Эдан. — Эта сука почти так же могущественна, как Тевос, и имеет верность других влиятельных матриархов. В нашей сфере бизнеса важно не наступать на чужие ноги, а ты именно это и сделал, глупец… — Следи за следующими словами, которые исходят из твоего рта. Угроза Хайлута заставила Хад’ду пересмотреть свои слова. — Бенезия будет искать свою дочь и коммандос, помогут ей сделать это… — Я уже убивал коммандос азари и могу сделать это снова, — ухмыльнулся Хайлут, но Хад’да проигнорировал его и продолжил свой ход мыслей. —… И, учитывая её ресурсы, она в конечном итоге узнает, кто ты, и как только она получит эту информацию, она узнает, где ты находишься, и где я в том числе. И это только вопрос времени, когда они пригонят флот к этой адской планете! — Хад’да прорычал последние четыре слова. Планета? Мура задумался. Какая планета? Были ли они в системах Терминус? — Тогда тебе лучше поторопиться с этими раскопками, — саркастически ответил кроган Хад’де, и внезапно повернулся к батарианцу спиной, указывая на окончание разговора, а затем направился к двери, захлопнув её. Хотя он не признавал этого и внешне казался таким же уверенным, как всегда, командир Хайлут Вог был потрясён словами Хад’да, и его смелость пошатнулась. — Вернись! Я ещё не закончил с тобой! — Эдан зарычал, но кроган был уже далеко. — Куча кроганского дерьма! — Эдан Хад’да зашипел на своём диалекте. — Ты поплатишься. Запомните мои предки, я заставлю эту мразь заплатить за оскорбление до того, как всё это закончится. Сокун услышал, как Эдан опустошил бутылку с алкоголем, прежде чем швырнуть её в стену. Прошло несколько минут, прежде чем вспыльчивый Хад’да успокоился, и его обычное спокойное поведение вернулось. — Вы можете перестать притворяться, что всё ещё без сознания, доктор. Я знаю, что вы не спите. Мне жаль, что вам пришлось это услышать, но в наши дни так трудно найти надёжную помощь, — лаконично сказал Эдан, но Мура не пошевелился. — Вставай. Нам с тобой есть о чём поговорить, а притворство спящим только отсрочит дело. Доктор Мура Сокун нерешительно поднялся, и после глубокого вдоха осмотрел своего похитителя и комнату, в которой они находились. Это было относительно небольшое, слабо освещённое место, заполненное хламом с одной стороны и очень грязный стальной стол с другой. На стенах было несколько карт кораблей и местности, а также странная фреска, которую он не мог разглядеть из-за слабого освещения. — Так лучше, — сказал Хад’да. — Что ты сделал с Лиарой? — спокойно спросил Сокун. — Мисс Т’Сони? О, она в порядке, и вам не нужно бояться за её безопасность. Я не мечтаю стать врагом её уважаемой матери, — ответил Хад’да. — Я бы больше беспокоился о себе, чем о прекрасной помощнице, если бы я был доктором. Да, сейчас ты не в очень хорошей ситуации. — Ксеноархеологическое сообщество Сур’кеш готово выкупить меня и мисс Т’Сони. Они готовы связаться с вами через посредников по вашему выбору или через обычных третьих лиц в Терминусе. Они также- — Доктор! Стоп! — Хад’да поднял руку, чтобы заставить Сокуна замолчать, шагнув ближе к связанному саларианцу. — Кажется, у вас сложилось впечатление, что я заказал ваше похищение из чистой денежной выгоды. Уверяю, сэр, я не обычный воришка. Сокун прищурился и удивился. — А кто? Вы приказали, чтобы кроган похитил меня и мою помощницу. Так что, если вы не обычный вор, мне было бы интересно узнать, что вы хотите от нас? — От вас, доктор, — поправил Эдан. — Я хочу что-то от вас, но прежде чем я отвечу, позвольте мне спросить: вы знаете, где вы находитесь? — Это имеет значение? — О, это очень важно. Как вы, наверное, догадались из моего разговора с моим коллегой, мы больше не в пространстве Цитадели, и ваше дальнейшее благополучие будет зависеть от вашей способности адаптироваться к вашей новой ситуации. Так что да, имеет значение. Сокун пожал плечами. — Некая планета в Терминусе. — Более конкретно. — Корлус? — Нет. Попробуйте ещё раз. — Торфан? Хад’да засмеялся над этим. — Снова нет, доктор. — Я не имею привычки играть в игры, — нахмурился Сокун. — Если тебе есть что сказать, просто скажи. Батарианец выглядел возмущённым его словами, и Сокун предостерёг себя. Он чувствовал, что Хад’да был из тех батарианцев, которые любят хвастаться, чтобы объявить миру о своём внутреннем превосходстве. То, что старый саларианский учёный отказывался играть в его игры, вероятно, сильно рассердило его. Хад’да скрыл своё раздражение, пытаясь быть импульсивным. — О, ты не любишь веселиться. Очень хорошо. Мы на планете… на самом деле очень особенной планете, которая находится на другом конце Ретранслятора 314. — Что? Повторите снова. — Проблемы со слухом, доктор? Я сказал, что мы на другой стороне 314. — Это невозможно! — удивлённо сказал Сокун. — Это реле закрыто Иерархией, и Турианские патрули не пропустят вас туда. — Пропустят - если вы заплатите нужным офицерам, — сказал батарианец, улыбаясь. Сокун хотел что-то сказать, но он также был уверен, что это сделало бы его безнадёжно наивным, и он не был наивным. Он знал, что турианцы, которые патрулировали 314, были призывниками из внешних колоний. Это также относится и к их офицерам, что, вероятно, является причиной, по которому Хад’да делал это заявление. Но Мура Сокун ещё не был полностью убеждён. — И какое это имеет отношение ко мне? — О, я думаю, вы уже знаете ответ доктор, — ухмыльнулся Хад’да. Сокун знал, о чём думал Хад’да, точно так же, как знал значение Реле 314. Все подсказки были перед ним. Всё, что он должен был сделать, это собрать их. — Это планета Сто’кор. Вы утверждаете, что это планета Сто’кор. — Сокун был удивлён звуком его собственного голоса и произнесёнными ими словами. — И вы ожидаете, что я поверю в это? Хад’да просто улыбнулся изумленному саларианцу и показал ему на стену. — Скажи мне, доктор, что ты видишь. Сокун уставился на изображения на фреске. Сосредоточив глаза, он увидел, что изображены несколько азароидов, сражающихся с тем, что казалось гигантами и насекомоподобными монстрами. Сокун почувствовал, как его сердцебиение замедлилось, потому что он видел подобные реликвии раньше в местах археологических раскопок по всему пространству Цитадели, и он точно знал, что они изображали. Это были не Протеане. Они были Сто’кор. Сто’кор! И теперь, когда он подумал об этом, эта комната напомнила ему о местах раскопок Сто’кор. Его пульс учащался. Мура просматривал каждую часть фрески, пока его глаза не остановились на надписи ниже. Он чувствовал, что глаза Сокуна остановились на странных надписях, и поэтому он спросил: — Ты можешь это прочитать? — Да-да, оно… гласит: в честь чемпионов… двух… я имею в виду Вторую Долгую Тёмную Войну. Пусть они, — Сокун покачал головой для перевода следующих слов. — Жертва… да, жертва сдерживает тьму. — Ах, хорошо! Очень хорошо! — Воскликнул Хад’да — Я знал, что привезти вас сюда было хорошим решением! Кто, кроме знаменитого, Муры Сокуна, мог перевести древние надписи Сто’кор за считанные минуты? Мои разумные не могли прочитать эти надписи, но только не ты! Ты перевел их всего за минуту. Но Мура проигнорировал волнение батарианца и вместо этого удержал себя от радостного прыжка, так как он увидел, что на столе были карты и спутники с изображениями настоящих руин Сто’кор. Руины Сто’кор в реальной жизни! — Я не могу в это поверить! — Прошептал он, боясь, что скоро проснётся и обнаружит, что всё это было сном, когда он подошёл к столу Хад’да, чтобы рассмотреть там изображения. — Ты сделал это. Ты действительно сделал это. Ты нашёл невозможное, настоящую планету Сто’кор. — сказал Мура, его голос был тяжёлым, но его сердце также бешено стучало. Это было похоже на мечту, и он не знал, благодарить ли Хад’ду за то, что он привёл его сюда, или проклинать его за похищение. 314 принадлежал Турианской Иерархии, той самой Иерархии, которая в настоящее время была враждебна Совету Цитадели, и он с некоторым академическим раздражением знал, что Иерархия не сможет позволить разведывательному флоту Цитадели пройти 314, пока не воцариться мир между политиками. Так что для этого прославленного грабителя могил привести его сюда означало только одно… — Я не помогу тебе! — Мура повернулся к Хад’де, его прежнее волнение прошло. — О? Не поможешь мне с чем именно? — Я знаю, кто ты и что ты собираешься делать здесь, и я отказываюсь принимать участие в этом, — храбро сказал Мура. — Я не буду твоим лакеем! Эдан будто засмеялся над насмешкой маленького мальчика. — Партнер было бы лучшим термином, чем лакей, и, несмотря на твои обвинения, я не серьёзный грабитель. — Неужели? Вы похищаете меня и мою помощницу. Вы грабите место археологических сокровищ. Вы подкупаете турианские патрули. Вы участвуете в работорговле- — Следи за своим языком, саларианец! — Зарычал Хад’да. — До сих пор я был очень терпелив с тобой, но если ты продолжаешь злить меня… — Хад’да позволил угрозе повиснуть, прежде чем улыбнуться самой яркой улыбкой, чтобы скрыть внезапный гнев. — Я не смогу сдерживать себя. Улыбка Хад’ды испугала саларианца. — Ваши подозрения понятны, доктор. Поэтому я и мои партнёры решили, что вам может потребоваться соответствующее доказательство нашей доброй воли. — Хадда подошёл к своему столу и положил на его поверхность планшет для данных. Он нажал на экран, чтобы активировать его, и быстро направился к двери. — Что это? — спросил Сокун. — Смотри, — ответил Хад’да, закрыв дверь. Когда датапад загрузил свой основной видеофайл, глаза Сокуна встретила старая саларианская женщина, но та, которая была ему знакома. Саларианец не ошибся; состаренные черты лица, слегка изогнутые рога, усталые глаза. Мура узнал бы её даже в загробном мире, потому что она Далатресса, Ксунион. Мура особенно любил Далатрессу, и она его, потому что, как и он, Ксунион была покровительницей искусства и культуры, и что более важно, она любила легенды Сто’кор. Мура всегда знал, что она тихая и нежная душа, не склонная к заговорам или манипуляциям. Поэтому, увидев её здесь сейчас, Мура почувствовал себя немного неловко. Его инстинкты знали, что здесь что-то не так. — Здравствуй, Мура, — наконец, изображение торжественно приветствовало его. Мура почувствовал, что невольно дрожит, потому что он догадывался, что должно было произойти. — Я извиняюсь за то, что втянула вас в это, Мура, правда, но у нас осталось совсем немного времени, и почти нет права на ошибку. Без сомнения, мистер Хад’да уже объяснил вам, где вы находитесь, и характер этой операции… Так что я посылаю вам это сообщение, чтобы сделать его официальным. Изображение вздохнуло, прежде чем продолжить. — Мура, я собираюсь попросить вас от имени Сур’кеша и саларианцев, а не только ради нашей дружбы. — Ксунион остановилась, пытаясь найти лучшие слова. — Я знаю, что вы думаете о мистере Хад’де, и, несомненно, вы чувствуете, что не хотите иметь с ним ничего общего, но независимо от наших чувств по этому поводу, он в настоящее время является нашим партнёром. То, как она сказала партнер, заставило сердце Муры упасть, и его страхи оправдались. Мура не был дураком. Он знал, что Далатрессе часто приходилось принимать много трудных решений, но чтобы вовлечь себя в это! Как она могла это сделать? Как она могла объединиться с этим пиратом, этим прославленным грабителем могил? Мысли Муры были возвращены к реальности с помощью экрана. — Я говорю тебе это, потому что я доверяю тебе, Мура. Я верю, что ты знаешь нужные вещи. — Турианцы контролируют 314. Они контролируют проход в миры Сто’кор. ГОР сообщает, что они уже знают о планете, на которой вы сейчас находитесь, но ещё не изучили её из-за финансовых ограничений. Но как только они это сделают, они пошлют всё, что у них есть, чтобы разграбить и обыскать реликвии. Ксунион воспользовалась моментом, чтобы успокоить нервы. — Если хотя бы четверть того, что я узнала об этой планете, является правдой, то турианцы получат значительное количество знаний от изучения реликвий, и мы не можем позволить турианцам иметь уникальный доступ к их технологиям Мура! Не можем! Такая технология, попавшая в их руки, поставит под угрозу хрупкий мир, над которым мы так усердно работали в предыдущие десятилетия. — Валерн вместе с советниками азари и кроганов обеспокоены тем, что скоро турианцы отправят флоты для исследования другой стороны 314. Мы также обеспокоены тем, что там могут быть протеанские реликвии, так что не только за руины Сто’кор надо беспокоиться. Как бы вы ни смотрели на это, Мура, ситуация не очень хороша для нас. — Поэтому нам нужно взять то, что мы можем, пока турианцы всё ещё заняты. И нет, я не буду объяснять вам, как мы обнаружили планету Сто’кор. Вам не нужно знать. Будьте уверены, что наши партнерство с Хад’дой принесло огромные выгоды нашим интересам, и вы можете лучше служить этим интересам, помогая ему откопать руины Сто’кор. — Как только миссия будет завершена, вы будете переданы оперативникам ГОР. Официальная история состоит в том, что вы были похищены кроганскими наёмниками при использовании турианских пиратов. Они хотели, чтобы вы перевели несколько разграбленных археологических реликвий с места захоронения Сто’кор. Однако прежде, чем они смогли заставить вас сделать это, Хад’да и его разумные натолкнулись на пиратов, спасли вас и забрали реликвии, которые они незаконно приобрели на планете… Официальная история! Понял Мура. Они планировали эту операцию в течение очень долгого времени, а это значит, что все необходимые взятки и сфабрикованные доказательства уже существуют, чтобы сделать официальную историю правдой, независимо от того, насколько искусственной она может показаться. — Не беспокойтесь о секретности этой операции. Некоторые из моих собственных агентов делают всё возможное, чтобы замести все следы - и твои, и мои. Что касается мистера Хад’ды. Не беспокойтесь о нём. Он не причинит вреда. Он прекрасно знает, что будет с ним и его деловыми интересами, если он это сделает. Гегемония - наш партнёр в этом. Изображение Ксунион начало мерцать и исчезать. — Я хотела бы сказать вам более обнадеживающие слова, Мура, и я хотела бы, не ставить вас в это трудное положение. Знайте только, что, если эта операция будет успешной, вы будете считаться величайшим саларианским ксеноархеологом в галактике. Саларианец, который доказал существование Сто’кор. — Удачи, доктор, и прости меня. Файл остановился, а затем стал чёрным. Небольшой след дыма на его стороне указывал на то, что ядро памяти было самоуничтожено и полностью стёрто. Сокун почувствовал, как его лицо застыло, и его мысли оцепенели, когда сообщение прекратилось. Это была Далатреса Ксунион, его собственная Далатресса сотрудничала с батарианскими работорговцами и пиратами-кроганами, чтобы похитить его и использовать для разграбления древней гробницы Сто’кор. И советники знают об этом! Он сделал паузу, когда он измерил выгоды своей ситуации. Я всегда этого хотел! Чтобы доказать существование древней расы Сто’кор. Но не так, не так… Его мысли были прерваны грохотом, который, казалось, сопровождался штормом. Его шея также начала болеть, и ужасная тошнота пронзила его голову. Что во имя Сур’кеша! Дрожь усилилась, и датапад упал со стола прямо на пол. — Сокун! — Хад’да ворвался в комнату. — Сокун! Иди за мной Мура подбежал к батарианцу, его руки всё ещё были связаны за спиной. — В чём дело? — Это выброс! — Эдан закричал, чтобы его услышали. — Что? — Выброс! Идём, ваша помощница уже в безопасности в бункере внизу. Мы должны поторопиться! — Что такое выброс? — повторил Мура. — Я не знаю! Но они были с тех пор, как мы приземлились на этой планете, и они чрезвычайно смертельны. Кажется, они связаны с Сатакар. Их записи и фрески подтверждают это. Как или почему они создали это - для меня загадка. — Сто’кор создали это? Невероятно! — Я точно не знаю, доктор. Но мы не сможем узнать, если останемся здесь. А теперь, давай, прежде чем нас обоих убьёт!