Dip Your Feather Wisely

      Раскат грома разбудил его, он был таким громким, что стены дворца практически затряслись, а он подпрыгнул, нары вслепую рукой под подушкой в поисках своего кинжала, прежде чем понял, что это просто гроза и он был в безопасности. Пруссия громко застонал и ударил рукой по голове, устал запустив пальцы сквозь свои волосы. Он шлепнулся обратно на подушку, рассеянно глядя на потолок. Что ж, теперь он не спит, проклятый гром прервал его сон. Но опять же от такого шума во дворце все должны были проснуться. Когда мысль прошла сквозь его голову, он услышал громкий стук в дверь, едва слышимый поверх грома. Он немного привстал.       — Что такое? — громко спросил он.       Дверь со скрипом распахнулась и мягкий золотистый свет свечи осветил лицо Фридриха, когда он заглянул внутрь.       — Гилберт? — робко спросил он, прикусов губу.       Он полностью сел в постели.       — Да, что такое, Фриц? — спросил он, уже зная, почему маленький принц пришёл к нему.       Фриц подпрыгнул от очередного раската грома.       — М-могу ли я поспать здесь? — выпалил он, практически выронив свечу. — Пожалуйста? Гром очень громкий и… и… — он замолчал, когда гром раздался практически рядом, и на этот раз стены действительно задрожали.       По-хорошему, Пруссия я бы сказал ребёнку просто выстоять все это, но он всегда испытывал слабость к своему дорогому маленькому кронпринцу. Не говоря уже о том, что он знал, что Фриц боится грома, потому что он звучит так же ужасно, как пушка, который его отец любил будить его, и он знал, что Фриц был в ужасе от этого. Он вздохнул и похлопал по пустому месту рядом с ним.       — Хорошо, иди сюда, — сказал он.       Фриц практически пролетел по комнате, хлопнув дверью за спиной и бросив свою свечу на тумбочку, прежде чем запрыгнуть к Гилберту на кровать. Теперь, когда он был ближе, Гилберт видел, что он весь дрожал, а его взгляд был подозрительно ярким. Он чувствовал себя так, будто его ударили прямо в сердце, просто когда он посмотрел на него.       — О, дитя, — пробормотал он, когда Фриц придвинулся поближе и прижался к груди Гилберта. Гилберт схватил покрывала и аккуратно накрыл ими принца, прежде чем обнять его рукой и прижать ближе к себе, почти защищая его. — Эй, успокойся, — сказал он, нежно проводя рукой вверх-вниз по спине Фрица. — Великий Я сейчас здесь, и ничто не побеспокоит тебя, пока я рядом.       Он почувствовал, как Фриц кивнул ему. Он уже немного расслабился.       — Гилберт, как умер мой дедушка? — внезапно спросил он, его голос был немного приглушен, так как он был очень близко к нему.       Гилберт немного подпрыгнул. Откуда, черт возьми, это взялось?       — Эй, никаких темных мыслей или чего-то подобного, ладно? — сказал он, потрепав его по щеке. — Я сказал, что ничего тебя не тронет, хорошо?       Фриц снова кивнул.       — Я тебе верю, — сказал он. — Но мне всегда было интересно, и никто никогда не рассказывал мне. Но они говорили, что это было ночью. Это была такая же ночь, Гилберт?       Он вздохнул, уже чувствуя, что Фриц будет настойчивым в этом.       — Нет, он умер днём, — сказал он, гладя плечи ребёнка по кругу.       Пауза.       — Но отец однажды сказал мне, что с ним что-то случилось ночью и он из-за этого умер, — запротестовал Фриц. — Он солгал?       О, отлично, теперь придётся ему это объяснять. Он знал, что королева расстроится, если когда-нибудь узнает, но он никогда не был тем, кто скрывает секреты или истории от ребёнка, просто потому что он может не выдержать этого. Ты выстоишь, как каждый и должен.       — Ну, за этим стоит большая история. Ты боишься призраков? — Фриц помотал головой. — Хороший мальчик. Это ваша семейная легенда о фигуре, прозванной Белой Дамой. Она призрак леди, одетая во все белое и носящая с собой связку ключей, которые могут открыть любую дверь во владениях Гогенцоллернов. Никто не знает почему, но говорят, что когда она появляется, вскоре умирает один член семьи Гогенцоллерн.       — Так она убила моего дедушку? — тихо спросил Фриц.       — Нет, нет, она никого не убивает. Она просто предзнаменование, — заверил его Пруссия, поглаживая волосы. — И это даже была не она… У твоего деда было что-то вроде, эм… — Фриц поднял на него взгляд, когда он подбирал слова. — Ох, к черту, его последняя жена была совершенно сумасшедшая. Даже невменяемая. Впадала в припадки порой. В любом случае во время одного из таких припадков, она пробежала прямо через одну из стеклянных дверей короля и, ну, она была одета только в ночную рубашку. Король принял ее за Белую Даму. Он так перепугался, что упал в обморок. И несмотря на то, что он приходил в себя раз или два, он умер на следующий день.       Это было странное время, по меньшей мере. Даже после стольких веков, Пруссия никогда не видел ничего подобного раннее.       После этого Фридрих затих, но Гилберт, знал, что он не спит.       — Значит он умер от страха? — спросил он, совершенно озадаченный. — Возможно ли?       — Я не знаю. Но многие скажут, что это так. — Он покрепче прижал его. — Но это не имеет значения. И я не хочу, чтобы ты думал о таких глупостях, как призраки, смерть и чём-то ещё, понял?       Фриц засмеялся и немного зашевелился, поудобней устраиваясь.       — Ох, не буду. Ты здесь, в конце концов. И ты сказал, что будешь всегда меня защищать.       — Чертовски верно, — согласно пробормотали Гилберт, чувствуя, что уже засыпает. Только некрутые звуки могли заставлять его не спать так долго. — А теперь отдыхай. Это всего лишь глупая гроза. Ничего, что могло бы причинить тебе вред.       Маленький принц пробормотал что-то невнятное и устроился в его объятьях, и Гилберт не мог сказать, последует он его совету или нет. Он уже отключился.