Яркие пятна

      В Бостоне все так же кипела жизнь: люди сновали на улицах, вдалеке слышались крики глашатаев, где-то можно было увидеть как мальчишки, стоя на небольших тумбах, продавали газеты, выкрикивая их названия и самые интересные заголовки, способные привлечь внимание жителей. Мимо проезжали лошади, запряженные в телеги, на рынке звучал рой голосов. Не переставая восхищаться городом, Коннор украдкой оглядывался, чтобы не получить удар тростью, как в прошлый раз. Ахиллес двинулся в один из кварталов, и Радунхагейду заспешил следом. — И все же для чего мы здесь? — не унимался метис, следуя за наставником, разворачивая корпус в разные стороны, чтобы размять окаменевшие от долгой поездки мышцы. — Мой давний друг меня попросил кое за кем приглядеть, — начал мужчина, медленно идя по направлению к Норд-Энд. — Этот человек работает в пабе недалеко отсюда. — Паб… — Мальчишка недовольно сморщил нос. — Этот человек — ассасин? — тихо проговорил Кенуэй будто боясь, что кто-то услышит. Он с интересом взглянул на наставника, но тот проигнорировал его, в памяти восстанавливая всевозможные заведения. — Нет, но, думаю, станет, — предположил Дэвенпорт, думая, что ребенок Мэдока за такие слова мог бы и ударить: таким уж описывал своего сына Маккарти. — И он будет учиться у тебя? — осторожно спросил Коннор. На секунду ему показалось, что его обучение закончено, раз Ахиллес берет себе нового ученика. Мысль эта не могла не пугать: пусть мастер и имеет свои методы, пусть дает ответы не на все вопросы, но мальчишка привязался к нему. — Не знаю, — честно ответил мужчина, нахмурившись. — Если повезет, да. Вот, мы пришли.       Они остановились перед массивным деревянными дверьми. Над их головами гласила табличка «Doretta». Ахиллес взглянул на растерянного ученика, бросил тихое «не привлекай внимания» и прошел внутрь.       Их тут же охватил вихрь запахов: удушающий — алкоголя и дыма. В помещении было невероятно жарко от большого количества людей; буквально некуда было ступить. Практически все столики были заняты, где-то играли в мельницу и шашки, на небольшой сцене играл оркестр, однако зря: звуки топились в этом океане гомона и шума. За стойкой разрывался на несколько частей бармен, стараясь выполнить заказы всех гостей одновременно. В углу группа моряков горланила песни о ветре, шторме, прекрасных русалках и покоящихся на дне океанов сокровищах. — Сядем там, — попытался докричаться Ахиллес, ковыляя к дальнему столу у стены. Коннор поморщился от перегара: непереносимость алкоголя всегда оставалась при нем. Зайдя вглубь зала, метис уловил еще и запах пота, отчего подступила тошнота. Сев напротив наставника, Кенуэй прикрыл нижнюю половину лица, спасаясь от вони. Мужчина только засмеялся, складывая руки на столе.       Кенуэй стал осматриваться. Кто он, этот возможный ученик Ахиллеса? Сильный крепкий человек? Или же ловкий и быстрый? Вероятно, сейчас ничего не зависит от его телосложения или навыков, ведь ему только предстоит всему научиться. Метис перевел взгляд на каких-то мужчин с оружием наперевес и вопросительно посмотрел на наставника, будто спрашивая: «это кто-то из них?». Тот только улыбнулся и отрицательно покачал головой. Между столами лавировали официантки, ловко уворачиваясь от тянущихся к ним рук, а некоторые были и не против: позволяли лапать себя и закидывать на колени. К ним подошла женщина, растягивая яркие губы в веселой улыбке. Она явно наслаждалась атмосферой. — Здравствуйте, путники! Что желаете? — Спросила она, посматривая то на одного, то на другого гостя. — Здравствуйте, нам бы поинтересоваться, — сказал Ахиллес, пряча улыбку под полы шляпы, наклоняя голову чуть вперед. — Вы знаете Айзека Маккарти?       Женщина нахмурилась и отвела взгляд, проворачивая в голове все имена здешних работников. Коннор тем временем крутил головой, взглядом пытаясь отыскать кого-нибудь, кому подходило бы странное имя «Айзек». — Нет, никакой таких не знаю, — сказала дама, для пущей убедительности помотав головой. — Вы не ошиблись? — Боюсь, нет, — Ахиллес нахмурился. Неужели Маккарти ошибся заведением? Или его сын уже успел сбежать отсюда? — У него довольно примечательная внешность… Рыжие волосы, карие глаза, — предположил мужчина. Сам он Айзека никогда не видел и опирался на внешность Мэдока. — Есть один рыжий — за барной стойкой стоит обычно, но сейчас у него перерыв. — Не могли бы вы позвать его для нас? — Ассасин добродушно улыбнулся. — Конечно, — женщина кивнула и удалилась. Коннор продолжал непонимающе пялиться в Ахиллеса, не отводя взгляда. — Что? — мужчина вопросительно кивнул. — Странное имя. — Ирландское, — пояснил наставник и пожал плечами.       Вскоре к ним подошел парень. Выглядел он раздраженно и настороженно: должно быть, атмосфера его тоже нервировала. Рыжие яркие волосы с малиново-красным отливом растрепались. Нос и скулы были усеяны едва заметными веснушками. Кое в чем Ахиллес был неправ: у парня были нежно-зеленого цвета глаза с яркими янтарными крапинками. Тот смотрел с такой пугающей внимательностью — под взглядом становилось неуютно. — Добрый вечер. Мне сообщили, что вы меня искали, — он натянуто улыбнулся гостям. — Да, звали, — Ахиллес добродушно улыбнулся, кивая. — Надеюсь, я не ошибаюсь: вы Айзек?       Парень заметно напрягся, бросив подозрительный взгляд на метиса. Тот в ту же секунду опустил голову и посмотрел на свои сцепленные руки. — Нет, прошу прощения, но вы ошиблись, — он приподнял уголки губ, едва заметно поклонившись. — Мое имя Сэм. — Значит, Мэдок Маккарти — не ваш отец? — Буднично поинтересовался Дэвенпорт, мельком оглядывая вмиг заинтересовавшегося парня. Тот стоял, напряженный, как натянутая тетива. Желваки задвигались под его бледной кожей, фаланги пальцев чересчур сильно сжались и побелели, и он убрал руки за спину. Парень продолжал стоять, но молчал, поэтому мужчина решил продолжить: — У меня от него кое-какие новости, но со своим сыном, он, к сожалению, связаться не может. — Что за новости? — После пары секунд тишины спросил он. — Не здесь, — мужчина взглянул на него из-под полов шляпы. — Я могу переодеться? — Спросила он и, получив утвердительный кивок, продолжил: — ждите меня на улице.       Ахиллес поднялся с места и направился к выходу, за ним последовал и Коннор. Он проводил взглядом парня: он что-то сказал официантке, и та кивнула.       Выйдя на свежий воздух, метис глубоко вдохнул. От такого контраста на миг закружилась голова. Он и раньше бывал в пабах и тавернах, но такого ужаса не видел и не чувствовал еще ни разу. Возможно, причиной тому послужила погода: небо заволокли тяжелые свинцовые тучи, уже стал накрапывать дождь, поэтому весь народ и разошелся по домам и тавернам. — Иди к черному ходу, — сказал Ахиллес. — Если он там, приведи к повозке. Я останусь тут, подожду пять минут и направлюсь туда же. — Но он сказал ждать его тут, — Коннор взглядом указал на крыльцо таверны. — Если мы оба уйдем, он придет сюда тогда, когда нас нет. — Не придет, — отрезал наставник. — Поспеши!       Коннор рванул в обход, завернул с другой стороны и остановился у неприметной двери. Встав в паре метров от входа так, чтобы его не было видно, он облокотился о ящики и начал ждать. Через какое-то время показался силуэт, и Коннор не смог поверить своим глазам. Айзек и правда вышел через черный ход, к тому же, в боевом обмундировании. Броня выглядела довольно легкой, облегала все тело, будто и создана была только для маневров, что говорило о том, что он был не просто барменом в пабе, а кем-то посерьезнее. На поясе с одного бока находился клинок, а с другого — всевозможные карманы. За спиной были укреплены два пистолета. Накинув на голову капюшон, он скрыл яркие топорщащиеся волосы под плотным черным кожаным материалом, звякнул ремешками, проверяя их на надежность. — Почему ты… — Коннор вышел из своего убежища и хотел задать вопрос, но парень резко повернулся к нему, сделал шаг в сторону улиц и рванул от паба. Метис остался стоять с открытым от шока ртом, но через секунду побежал следом.       Ветер бил в лицо, дождь усилился, и теперь на дорогах появились лужи, на которых легко можно поскользнуться. Кенуэй несся так быстро, как только мог, но впереди все так же маячила убегающий силуэт. Он ловко перепрыгивал препятствия, будто его кто-то не один год этому учил. В какой-то момент он резко нырнул в переулок, откуда послышались недовольные крики, Коннор побежал следом. Налетев на стражников, он ошарашено охнул, за плечами мужчин наблюдая отдаляющуюся тень. — Ты куда собрался? — Британец ткнул рукоятью автомата парня в плечо, от чего он сделал шаг назад, но собрался с силами и, растолкав стражу, побежал дальше. — А ну стой! — Сзади послышался торопливый топот, что как-то прибавило скорости.       Айзек замедлил шаг, оглядываясь, отстала ли погоня, но, увидев, что «погоня» выросла в три раза, побежал с удвоенной скоростью. Свернув к стенам, он прыгнул на ящики, поднимаясь на крыши. Метис выбежал на главную улицу, увидев на домах парня, рванул к ближайшей стене, забираясь по ней наверх. Стража отстала почти сразу после того переулка, а погоня продолжалась до сих пор. У обоих уже перехватывало дыхание, Маккарти бежал так медленно, что Коннор мчался уже в паре метров от него. Но тут он спустился на ярус ниже, опора под ногами уже заканчивалась, а впереди было расстояние до другой крыши длиной, которую перепрыгнуть просто невозможно. Радунхагейду начал тормозить, а Айзек, собрав все свои последние силы, сделал рывок, прыгнул в сторону стены и пробежал по ней на другую сторону, приземляясь на опору. Замедлив шаг на несколько секунд и хватаясь за колющий бок, он опять побежал, оставляя удивленного парня сзади. Но тот спрыгнул на землю, выслеживая его снизу. Через какое-то время крыши стали заканчиваться, и тот спрыгнул в переулок.       Коннор, изрядно уставший, рванул следом, на ходу доставая лук и стрелу. Нужно было попасть между рукой и ногой убегающего парня так, чтобы снаряд приземлился прямо у него перед ногами. В теории он напугался бы, замедлил шаг и, в лучшем случае, обернулся, давая время для рывка. Прицелившись, Кенуэй выдохнув и отпустил стрелу.       Раздался холодящий душу крик.       Айзек упал на колени, зажимая место, где его бок насквозь прошла стрела. Кровь тут же хлынула, потекла по рукам, окрашивая броню и пальцы в алый. Парень прикусил губу, глухо застонав, когда попытался немного сместить древко. Сердце Коннора бухнуло куда-то вниз. Его сковал страх, дыхание перехватило. Он не хотел… НЕ ХОТЕЛ!       Капли дождя падали на людей, стучали по крышам. Ливень усилился: дорогие покрылись лужами, разбавляя кровь на брусчатке. Внутри и снаружи все похолоднело, казалось, даже кровь замерла от глубокого шока и страха. В голове отдавалось гулкое биение сердца, сводя с ума. — Прости, прошу, мне очень жа… — Коннор подлетел к Макккарти, но, не договорив, уставился в дуло пистолета. — Что тебе нужно?! — Раздался надрывный голос парня, вперемешку со всхлипами. Он метал в метиса злые, полные ненависти взгляды ядовито-зеленых глаз. Его рука тряслась, другой он зажимал кровоточащую рану. — Что вам всем нужно?! — Почему ты убежал? — Парень попытался сделать шаг вперед, но раненый надавил на курок, заставляя отступить. — Я не буду ассасином! Оставь меня в покое! — Эхом прокатился его крик по переулку. В глазах парня на секунду помутнело от боли: стрела сдвинулась на пару сантиметров. — Я хочу помочь… — Убирайся! — Айзек выстрелил под ноги парню и выхватил второй пистолет, опять направляя на него, но тот уже отбежал в конец улицы. Оружие выпало из рук парня, и он склонился над стрелой. Коннор обернулся, видя, как он надламывает тонкое древко, и услышал полный боли стон. Последний раз горько взглянув на него, он побежал к повозке.       Ахиллес расслабленно сидел на своем месте, сложив руки на трости. И в этот момент Коннор почувствовал себя невероятно паршиво: промахнувшись, он ранил того, кого нужно было защитить. Внутри все похолодело, напряжение в голове и легких перерастало в нервную дрожь. Руки непроизвольно сжались в кулаки, а сам Коннор с каждым метром неосознанно замедлял шаг по направлению к наставнику. — Ты почему один? Где мальчишка? — Мужчина тут же спустился на землю и подошел к ученику. — Его принуждают вступить в Братство? Зачем? — Спросил Кенуэй в лоб, вспомнив одну фразу, сказанную когда-то Терри, что лучшая защита — это нападение. — Он что, сбежал? — Прикрикнул Ахиллес, проигнорировав вопрос. Коннор рассеянно кивнул, но потом отрицательно помотал головой. — Далеко он не уйдет, — прокатывая горькие слова на языке, метис скривился. — Так чего же ты стоишь? Быстро иди за ним, — мужчина ударил ученика тростью, подталкивая обратно к таверне. Тот молча стоял, повернувшись лицом к повозке, сцепив руки в замок впереди себя. Он медленно повернулся, стараясь не встречаться взглядом с Ахиллесом. — Я… я выстрелил в него. — Что? Объяснись, — потребовал мужчина, строго глядя в глаза ученика. — Я не хотел! — Коннор сделал шаг навстречу, взмахнув руками. Волны вины захватили его с головой, от беспомощности он что-то проговорил на своем языке, запуская ладонь в растрепанные волосы. В голове парня до сих пор стоял холодящий душу болезненный крик. — Я целился в землю, хотел попасть прямо перед ним, чтобы замедлить! Но…       Ахиллес повел глазами, глубоко вздыхая. Попросили присмотреть за ребенком, а они его чуть не убили. Он сразу догадался еще в пабе, что не будет он с ними выходить на улицу и разговаривать. Видел по его лицу: он понял, что никаких новостей у них нет. — Раз далеко он не уйдет, то нужно вернуться за ним, — мужчина махнул тростью в сторону, призывая ученика пойти за беглецом, но тот покачал головой. — Он сказал, что не хочет становиться ассасином! Я уже причинил ему достаточно боли и проблем; больше я с этого места ради очередной беготни за незнакомым барменом, который волшебным образом бегает по стенам, я не намерен, — вспыхнул Коннор и сел в повозку, но, видя, как помрачнел наставник, добавил: — прости.       Ахиллес, скрипнув зубами, оглянулся на мальчишку и поковылял в сторону Норд-Энд.