Never lose hope.

Встав на нижний подперильник моста, я наклонилась вперед и глянула вниз. Сейчас бы прохладный ветерок, который развивал волосы и освежал лицо и голову, которая была забита мыслями. Все было за то, чтобы мне исчезнуть из этого мира: ни одного человека рядом, безразличие проезжих машин, такие низкие перила, глубокая холодная вода и душный воздух. Не было того необходимого ветерка, который унес бы из головы плохие мысли, который дал бы мне глубоко выдохнуть и почувствовать мимолетную свободу и облегчение на душе. Его просто не было, когда он был так нужен. Я не жалела о решение, я начала перелазить на другую сторону ограждения моста. - Стой! – услышала я крик и, судя по всему, недалеко от себя. Я уже перекинула одну ногу, но застыла, чтобы оглянуться по сторонам и видеть, кому принадлежал голос. Будь бы он тише, я подумала бы, что мне послышалось. Посмотрела влево – никого, повернула голову направо и увидела, как в мою сторону бежит человек, парень. Он начал махать руками и пытался ускориться, а меня эта ситуация ввела в полу ступор, ибо я могла бы спокойно продолжить свое дело, но чего-то ждала. Спустя секунды парень добежал до меня и остановился. Он тяжело дышал. - Не… делай… этого… - согнувшись и опершись руками о свои колени, говорил незнакомец, задыхаясь. Я пришла в себя. Это был обычный человек, который решил прогуляться ночью, увидел, как какая-то девушка пытается убиться и решил совершить благое дело и спасти ее, верно? Хотя, врать не буду, что-то в моем сердце дрогнуло, и я почувствовала себя совсем чуточку лучше. Но этого было недостаточно, чтобы передумать о своем поступке. - Прости, но я не могу иначе, - с этими словами я начала отталкиваться другой ногой, чтобы, наконец, перелезть на другую сторону. - А! – взволнованно протянул парень и начал дергать меня назад за руку. – Не надо! - Слушай, я тебе благодарна за твое доброе сердце, но отпусти, - я повернула голову в его сторону и начала отдергивать руку, но он держал слишком сильно, хотя и выглядел слабовато. - А может поговорить? – продолжал он спешно. Парень, кажется, не собирался сдаваться и продолжал оттягивать меня назад. - Да к чему разговоры? – начала я говорить громче, - руку мне оторвать хочешь?! - Я не перестану, пока не перестанешь ты! – также повысил голос незнакомец. - Да что же мне умереть спокойно не дают! – чуть ли не взрываясь от внезапно пришедшего бешенства, выкрикнула я. - Слезь! – не отставал парень. Ладно, слезу, пообещаю пойти домой, дождусь его ухода и спрыгну. - Ладно, ладно, - раздраженно повторяла я, перекидывая ногу обратно и слезая с перил. – Все, перестала. Тут наступила тишина, он отпустил мою руку. Не знал, что сказать. Я решила заговорить первой. - Все, я тебя послушала, можешь идти. И я пойду. - Ага, знаю я, как ты пойдешь, - подал он голос, смотря на меня недоверчиво. – Ведь не прекратишь попытки, пока сама не передумаешь. - С чего ты взял? – я включила актерскую игру, пытаясь дать ему поверить в мои слова. - На себе знаю, - тихо и неуверенно произнес он, отворачивая голову в сторону. Тут я была слегка удивлена. Надо же, как повезло, меня остановил бывший суицидник. - Не хочешь поговорить? Я не против выслушать, - сказал он с улыбкой. Я давно не общалась ни с кем, кроме тетки, хотя и с ней не было никакого общения. Я чувствовала себя странно, потому что с одной стороны хотелось тут же рассказать обо всем и пожаловаться, но с другой стороны мне казалось это неправильным. Он обычный парень, выслушает, подбодрит, а потом забудет. Через неделю-две его не будет особо волновать, умерла я или нет. - Я выслушаю, постараюсь понять и подбодрить, помочь как-нибудь, - начал он. – В таких ситуациях нужен собеседник или обычный слушатель, так станет легче на душе. Поверь мне, - он снова улыбнулся. Удивительно, но эта улыбка показалась мне такой мягкой и нежной, как будто солнышко, которое заглянуло в окошко рано утром и будило тебя. Будило не назло тебе же, а ласково и осторожно. Не то солнце, что так раздражало меня каждое лето, это было другое, они были разными. От этого чувствовалась легкость и приятное тепло, которое грело душу и сердце, а не усиливало температуру тела, заставляя потеть и щурить глаза. Я доверилась ему, я решилась. - Хочу, - сказала я. Сказала спокойно, забыв о духоте, о тяжести на сердце и, кажется, почувствовав ночной прохладный летний ветерок, вызвавший мурашки.