История Снейпа и Смерти

"А знаете, ведь к нам с собаками нельзя", - Раздался тонкий писк из-за прилавка, И мы, будто о милости прося, Расплылись, словно дохлая пиявка. Минуточку! Собрались с духом мы. А нам, вообще-то и не надобно услуги. "А то не наша", — слышу голосок из тьмы, Поверили? Ну да... Какая скука. И мы, схватив пол — литра вискаря, Бочком протиснулись к суровой продавщице. "Ну, тогда можно", — мы пришли не зря. Как мы могли со зверем заявиться?

      — Скука. — Помолчи. Ты меня раздражаешь, — Северус крался по темным хогвартским коридорам, привычно оглядываясь по сторонам. Сегодня его ждала долгожданная разгадка тайной деятельности мародеров. А едкий голосок в его голове не давал наслаждаться триумфом полностью.       — Ску-у-у-у-у-у-у-ука. Северус, досадное ты недоразумение, почему бы тебе не поварить какое-нибудь очередное зелье? А? Это всегда занимательно. Или Чары, а? Темные чары? Что ты думаешь об этом?       — Я думаю, что тебе пора найти себе другое развлечение.       — Зануда.       — Знала, с кем связываешься.       — Предполагала. Северус, пошли в лаборато-о-о-о-рию.       — Не гундось.       — Что?       — Не ной.       — Это как раз по твоей части, Северус.       Молчание. Злое и обиженное молчание.       — Ладно, остынь. Но не говори потом, что я тебя не предупреждала.       Северус Снейп был одинок. Это был непреложный факт с пеленок и, как он подозревал, до самой смерти. Человеческий голос с нечеловеческими знаниями, что поселился в его голове, утверждал, что он сам во всем виноват, и парень это и не особо отрицал.       Женщина помалкивала, а Северус настороженно, продвигался все ближе к манящему дереву, именно сегодня, застывшему, как суровый памятник самому себе. Гремучая Ива была уникальным растением. Она прекрасно подходила для боевых волшебных палочек, из нее могли бы делать охранные амулеты, а щепки, свежая, да и засушенная кора и листья добавляли и самым спокойным зельям агрессивности. Дерево было хорошо. Всем, кроме того, что за все пять лет обучения в Хогвартсе, Северус ни разу не сумел подойти к ней настолько близко, чтобы заполучить драгоценные ингредиенты. Но это не так уж и страшно. Время еще есть. Он не спеша приблизился к этому шедевру профессора Спраут — ходили легенды, что это она изобрела адского великолепного монстра.       Ива застыла. Вся ее мощь текла в недвижимых ветвях, листья чуть трепыхались на ветру, забывая о том, что дерево обязано быть статичным. Снейп не мог упустить такой шанс. Он запустил руку в бесконечный карман собственной мантии и выудил оттуда палочку и небольшой тряпичный мешок. Прошептав заклинания, он отсек несколько веток у дерева. Оно не шелохнулось. Окрыленный успехом, он поднял оружие во второй раз, как его отвлек гул из-под земли. На записке Блэка значилось "У Гремучей Ивы в полночь". Была полночь. Ива стояла по правую руку, а мародеры отсутствовали. Северус подошел ближе — у самого ствола дерева виднелась темная яма. Он сжал крепче палочку, выдохнул "Люмос!" и прыгнул в кроличью нору. Не в пример Алисе, Снейп летел недолго. Тайный ход. Чертов тайный ход — вот как эти мелкие вредители выбираются из школы. Северус торжествовал. Теперь стоит лишь только проследить, куда ведет эта земляная труба, и Поттер с дружками будут у него в руках. Шантаж, что же... На то он и слизеринец. Медленно продвигаясь по неудобному тоннелю — голова то и дело норовила задеть осыпающийся земляной потолок — он тщательно следил за тем, чтобы не издавать лишних звуков — его могли раскрыть раньше времени.       — Дурак ты, Северус. Зачем ты туда ползешь? Все равно ничего не узнаешь.       — Ты это с чего взяла? — насупился парень.       — Оби-и-и-и-делся. Вот видишь, как тебя легко из себя вывести — просто по щелчку пальцев. Довольно страдать, серьезно. Вытаскивай свою филейную часть из этой дыры и пошли делать то, что у тебя получается.       — Я способен не только на варку зелий!       — Да? Серьезно. Это что, ты мне так тонко намекаешь, что ты шпион века? У тебя земля под ногами громче хрустит, чем звучит храп на уроке у Бинса. Серьезно, не научился ты еще шифроваться, салага.       — Что? Да ты! — Северус умолк, внезапно осознав, что кричал он отнюдь не про себя. Его голос разнесся по тоннелю, а леди в его голове довольно ухмылялась. Добилась, чего ей было нужно — он себя выдал. Вдалеке раздался шум, резкий вскрик и в его сторону рванулась многоногая процессия.       — Ты все испортила.       — Это ты сейчас так думаешь. Поговорим минут через...       — Снейп! Беги! Беги отсюда! — на него с дикими глазами мчался Джеймс Поттер, а за его спиной виднелись ярко-желтые злые глаза оборотня. Вервольф. Они притащили в школу животное, куда более страшное, чем тот же боггарт, потому что контролировать его было невозможно.       — Так сделай так, чтобы было возможно. Только для этого тебе все же необходимо будет отмереть и направить свои божественные ступни к выходу. Фас.       — Я не собака! Тут собака не я.       — Какое верное заявление... на бегу.       Северус действительно предпочел не рассуждать на тему совершенной некомпетентности его внутреннего голоса в вопросах различного плана, а стремительно приближаться к выходу из тоннеля. Сзади нагонял Поттер с бешеными криками:       — Нет, Ремус, нет! Бродяга, держи его! Ты чем думал вообще? — он на бегу умудрялся еще и выкрикивать указания.       Лай.       — Как многословно, не правда ли?       — Ехидна.       — Да, хвалите меня дальше.       Страх предпринимал попытки застелить пеленой ему глаза, но получалось плохо. Жуткий смех, пародирующих великих сумасшедших гениев в его голове, мешал концентрироваться на панике, которая подбиралась к нему гораздо более медленно, чем рассчитывал сам Снейп. Они были уже у выхода, когда Поттер изо всех сил толкнул его наружу, влетел на руках сам, и продолжил свои увлекательные толкательные движения, спровоцировав падение Северуса как можно дальше от ствола. Он дернул за неприметный нарост на Иве, и дерево ожило. Парни успели увидеть только блеск яростных желтых глаз и сияющие зубы, отсвечивающие в желтоватом полнолунии.       — Из мальчишки плохой герой. Мантию тебе запачкал. Бездарь. Вот были времена — рыцари принцесс из замков вытаскивали, ни одной рюшечки не повредив.       Северус побежал. Он стремительно исчез в чаще Запретного леса, оторвавшись далеко от могущего потенциально преследовать его гриффиндорца.       — Снейп! Снейп, черт тебя побери, где ты? — в голове Поттера слышалась даже небольшая толика страха.       Так ему и надо. Снейп мстительно отвернулся от истошного крика и прислонился к дереву. Его начинало трясти. Вероятно, гормональная система начала приходить в норму, что определенно, нежелательно сказывалось на системе нервной. Стуча зубами, уже скорее не от страха, а от холода, Северус попытался выровнять дыхание и задумался над случившимся.       "Поздравь себя, Снейп, сегодня ты чудом избежал собственной гибели".       — Поздравляю, Северусссс, к слову. В первый раз — это всегда так волнительно, ух! — Снейп задрал голову. Какой фарс! На ветке болтались ноги, одетые в чудные и великолепно знакомые ему сапоги со шпорами. Женщина чуть наклонилась вперед и спрыгнула. Теперь можно было с уверенностью утверждать, что к ногам прилагались и остальные части тела. К сожалению. Ноги были ничего себе так. А вот о голове, что эти ноги носили, он такого сказать не мог.       — Попытки оскорбления довольно слабые, должна тебе сказать, Северус.       — Меня совершенно не устраивает тот факт, что Вы способны без труда прочесть в моем сознании все, что угодно.       — Да-да, вижу-вижу. Веселая рыжая девочка бежит по тропинке, — дамочка приложила пальцы к вискам, будто сосредотачиваясь.       — Прекратите! — Снейп бросился на нее, она ловко ушла от столкновения. — Кто вы?! — яростно прокричал он.       — Какая скука. Каждый раз — и одно и то же. Кто я, да кто я. А ты сам как думаешь?       — Раньше я предполагал, что вы — персонификация моей совести.       — Какая у тебя совесть аморальная-то.       — Потом — чувство самосохранения.       — Хм.       — Да, и я так потом думаю — хм? И чего только не придет в голову на этих бесполезных парах по трансфигурации, — пробурчал он под нос. Странно, но девушка ничего не отрицала. Не соглашалась — это да. Но и не отрицала.       — А потом? Еще вариантов хочу. Варианты в студию!       Снейп недовольно на нее покосился — что она о себе возомнила! Внутри уже начал подниматься привычный гнев, слегка подсоленный недовольством. Но выплеснуть его в язвительной речи, как часто и поступал мальчишка, не получалось. Он будто застыл, осознавая, что только что избежал смерти. Своей смерти. Дамочка скрестила руки на груди, Северус затравлено на нее глянул.       — Ну вот, а я так надеялась этого избежать.       — Вы меня спасли, — тихим нерешительным голосом констатировал он.       — Не совсем. Эта честь легла на плечи Джеймса Поттера тяжелым грузом.       — Нет, — Снейп замотал головой. Было буквально слышно, как в его голове быстро крутятся колесики, отсчитывающие мысли как бусинки в четках. Раз, два, три — факт, факт, факт. Следствие. Причина. Действие. Несмотря на панику осознания, Северус прокручивал перед глазами происшедшее. — Я бы пошел за ними. Они бы вышли куда-нибудь. В Хогсмит, например. Или в секретную комнату в замке. И я бы оказался заперт в замкнутом пространстве со зверем и мародерами. Их оборотень не тронул бы. Их… Люпин, — в голосе сквозило отвращение. Животное. Ремус Люпин — животное, — Он не тронул их, потому что оборотень — это один из них. И они натравили меня на него. Они вылетят из школы быстрее, чем успеют сказать “вервольф”!       — Ты действительно так думаешь, Северус?               — Что? — он на секунду отвлекся от своих фантазий, в которых Поттер с дружками грустно смотрят на Хогвартс, пересекая барьер, а он с ехидной ухмылочкой на лице машет им платочком с Астрономической башни.       — Ты действительно хочешь, чтобы их выгнали? Сейчас? Когда увидел волка?       Волка. Волка. Оборотня. Вервольфа. Страшное чудовище с желтыми глазами, вертикальными зрачками и слюной, капающей с клыков. Он не знал, когда сумел зацепить подробности облика монстра, но это было пугающе. Он представил, как будет встречаться взглядом с Люпином в Большом Зале, на парах по Чарам, Трансфигурации или Зельям — этот зверь по успеваемости лишь немного уступал Снейпу. Его могли поставить в спарринг на Защите. Каждый следующий преподаватель был еще хуже, мало того, глупее предыдущего. Создавалось такое ощущение, что Дамблдор намеренно подыскивает тех, с кем было бы не жаль расстаться по истечению года. Но он будет встречаться с этим… отродьем, с этим безумным…       — Мальчишкой, твоим ровесником.       — Ты что, его защищаешь? — в его вскрике не было даже намека на уважение.       — Ты его боишься. Как и этих, мародеров, — последнее слово было выплюнуто. Брезгливость крупными буквами была записана на ее лице.       — Боюсь? Я не трус!       — Нет. Ты боишься. У тебя подгибаются колени, ты напуган и твоя бравада — ничто. Только элементарная защитная реакция. Я читаю по тебе, как по книге. Книге про маленького трусливого мальчика, который не хочет сталкиваться с большим миром, а предпочитает закрыться в подземельях и трястись от страха.       — Ты, — он толкнул ее к дереву. — Не смей говорить так! Это не правда! Я не такой! Я их не боюсь!       — Докажи. Докажи мне, Северус, что твоего таланта и силы может хватить на то, чтобы противостоять четырем мальчишкам. Даже если один из них — оборотень.       — Нет. Нет, я не буду вестись на твои манипуляции! Я, — он затряс головой и ощутил, как щекам становится холодно и мокро, как кожу стягивает, в глазах начинает щипать, и возвращается боль в надбровных дугах. Он не плакал уже очень и очень давно. Северус опустился на стылую землю, обхватил колени руками и начал раскачиваться из стороны в сторону. Ему было плохо. И больно. И страшно. Очень-очень страшно. Как никогда раньше. Леди присела на корточки рядом с ним.       — Не дрейфь, Северус-с-с, ты еще заткнешь и меня, и их за пояс со своей непробиваемой несгибаемой силой.       Снейп поднял на нее глаза и посмотрел на женщину, чья рука застыла в нескольких сантиметрах от его головы. Она резко отдернула ладонь, будто одумавшись. Северус закусил губу — больно. Неужели он настолько жалок, что к нему и прикасаться не желают. А он… он наивно думал, что они… действительно. Какая глупость! Внутренние голоса и галлюцинации — это всего лишь признаки психического расстройства. А если сидящая напротив дама — всего лишь порождения его собственного сознания, то, во-первых, к ней стоило бы почаще прислушиваться, во-вторых, она бы действительно никогда его не коснулась — он был противен сам себе. Особенно сейчас, с его слезами и навязчивыми потугами о самосожалении. Глупец.       — Угу, точно глупец. Если я — отросток твоего подсознания, то ты гениален. Создать такую великолепную меня. Но не обольщайся. Я вполне себе реальна. Почти.       — Надоела. Правда. Пойду учиться защищать от тебя сознание.       — Угу, удачи, мелкий обормот. Посмотрим, что у тебя из этого может получиться.       Северус ее ответом не удостоил и направился к башне. В его крови горела решимость — если она могла бы гореть, а дрожи, еще несколько минут назад сотрясавшей его тело, не было и в помине. Директор услышит эту историю. Безусловно, предположить, что мальчишек отчислят — безумие. Любимчикам прощается все. Но потрепать нервы — это только милое и ни к чему не обязывающее удовольствие.