Сестры Плеяды

      Йона чувствовала, что лежит на чем-то мягком, но тело отказывалось подчиняться движениям, казалось, оно было чужим. Веки оставались тяжелыми. Неравномерное тепло огня ласкало кожу. Девушка слышала чье-то тихое дыхание рядом. Чувствовала, как крепкие руки заботливо касаются ее тела, где-то далеко в подсознании она понимала, что ей сейчас должно быть мучительно больно, но вместо боли только сладкая безмятежность. Было странно оказаться на такой тонкой грани реальности и сна. Ей хотелось рассмотреть своего спасителя, но вместо этого сознание снова погрузило ее в глубокий сон.       Когда же она очнулась второй раз, от эйфории не осталось и следа. Глубокая боль накрыла без остатка. Казалось, болит каждая клетка ее несчастного тела. Правую ногу она вообще чувствовала с трудом, каждое движение доставляло невыносимые страдания, от которых тут же бросало в жар. Йона застонала. Пришлось приложить немалые усилия, чтобы открыть глаза. Комната, в которой она лежала, плясала перед ней, словно она летела на сломанной карусели, в животе замутило и тошнота подступила к горлу. Девушка постаралась глубоко дышать, что тоже оказалось непросто. Постепенно тошнота и головокружение отступили, это позволило сфокусировать зрение. Из пелены непрошеных слез проступил образ, кто-то сидел на противоположном краю кровати и следил за ней, ждал, когда она преодолеет наваждение. Огонь в камине и царивший полумрак не помогал ей в этом. Понадобилась целая вечность, чтобы понять: перед ней тот самый охотник. Йона дернулась, увидев тяжелый взгляд его темных глаз, о чем тут же пожалела. Боль окатила волной, и она чуть снова не провалилась во тьму, но мужчина схватил ее за руку и тем самым удержал в сознании. Он наклонился к рядом стоящему тазу, смочил полотенце и положил девушке на лоб. Йона благодарно закрыла глаза. Но через секунду распахнула их в ужасе. «Где все? Где мои друзья?» — она вопросительно взглянула на молодого мужчину, но задать вопрос не получилось. Пересохшие губы и рот тут же засаднили.       — Я принесу воды, — вставая, сказал охотник, и Йона машинально отметила про себя его мягкий и приятный тембр, когда голос не звучал угрожающе.       Она следила, как он удаляется из комнаты в кухню. Руки скользнули вниз по телу, и тут же щеки залило густым румянцем. Забыв о боли, она заглянула под одеяло, чтобы убедиться, что ощущения не подводят.        «Боги, он раздел меня!» — от резких движений и тревожных мыслей застучало в висках. Йона невольно застонала и натянула одеяло до самого подбородка. «Спасибо, хоть нижнее белье оставил. Ужас, как стыдно» — подумала девушка. Слезы обиды выступили на глазах.       — «Все должно быть не так! — вопила она в мыслях. — Где любимый человек? Где романтика? Ну почему у меня все всегда иначе, чем у нормальных девушек? Что же я за человек такой? Даже этот момент своей жизни умудрилась проспать!»       Мужчина возвратился со стаканом воды. Он встал в изголовье на одно колено, обхватил ее плечи, приподнимая. Одеяло съехало до груди. Йона прильнула к стакану, зубы стучали о стекло, тело содрогалось мелкой дрожью, но на этот раз не от страха, а от смущения и волнения. Никогда в жизни она не переживала ничего подобного, никогда не была настолько близка к противоположному полу, да к тому же наедине.       Девушка осушила стакан до последней капли, и парень бережно уложил ее обратно, укрыв одеялом. Он хотел подняться, но Йона наконец смогла произнести мучивший ее все это время вопрос.       — Где… где мои друзья? — с трудом выговаривая слова, прохрипела она.       Парень опустился обратно, поставив стакан на пол.       — Я не знаю, — признался он, качая головой.       — Что это значит? — уже увереннее произнесла она, боясь услышать страшное.       Он посмотрел ей прямо в глаза. Йона готова была провалиться, его близость волновала ее не меньше, чем страх за друзей. Тело волнами накрывало то жаром, то холодом, плечи предательски вздрагивали, выдавая чувства. Йоне оставалось только надеяться, что он расценит это как переживания исключительно за жизнь ребят и последствия ранения.       — Я уверен, с ними все в порядке, — заверил он. — Я видел, как волны озера укрыли их так же, как тебя и меня, но, видимо, нас раскидало в разные точки.       — Твой брат тоже пропал? — шепотом спросила девушка.       Парень сомкнул губы, как от боли.       — Да, — ответил он сухо, — его тоже нет.       Йона почувствовала его беспокойство.       — Мне жаль, — прошептала она.       — Не стоит, с ним все в порядке, я бы почувствовал, будь это не так. Думаю, и тебе о друзьях переживать не надо, надеюсь, они скоро выйдут к этому месту.        «А уж как я на это надеюсь», — подумала девушка. Она не могла перестать отмечать про себя, как было прекрасно его лицо, бронзовая кожа и атлетическое телосложение. Проницательный взгляд, белые волосы добавляли особой аристократичности его стану. В каждом его движении скользила уверенность. Распахнутая на груди белая льняная рубаха придавала особого очарования.        «Боже мой, Йона, о чем ты только думаешь?» — мысленно осадила она себя.       Парень поднялся и вышел из комнаты.       Йона водила по волосам пятерней, пытаясь понять, насколько там все запущенно, и хоть немного привести себя в порядок.       — Тебя накормить? — спросил он, выглядывая из кухни.       — Нет, — поспешно ответила она. Одна мысль, что он будет опять помогать так же, как и со стаканом, заставляла краснеть. Нет уж, лучше она с этим потерпит, дождется, когда немного окрепнет и сможет это сделать самостоятельно.       Заметив ее манипуляции, черты его лица немного смягчились. А на губах появилась сдержанная улыбка.       — Зря так переживаешь, — сказал он, — красивее все равно не будет.       Йона насупилась, не зная, как к этому отнестись, то ли она и так нормально выглядит, то ли все совсем ужасно. Несколько минут она просто пыхтела в одеяло.       — Зачем ты меня раздел? — пробурчала она.       — Чтобы добраться до раны, — просто ответил он, — разве не очевидно? — парень стоял в проеме с чашкой чего-то горячего.       — Рана на ноге, зачем было снимать остальное? — сердито спросила она. Его самоуверенность начинала раздражать.       — А, вот оно что? — сказал он, опираясь плечом на проем. — Думаешь, я раздел тебя, чтобы полюбоваться? Тоже мне, было бы там на что смотреть, — ухмыльнулся он.       Йона вспыхнула праведным гневом, но промолчала, поймав едва заметную неловкость в его голосе.       — Одежда была мокрой, могла бы и сама догадаться.       Девушка зажмурилась, ругая себя за то, что вообще завела этот разговор. Но с другой стороны, это немного охладило ее, она почувствовала, как пропадает ее неуверенность. Он уже был не так сказочно чудесен, каким казался в начале.       — Ты искал их? — снова спросила она, желая переменить тему.       — Это риторический вопрос? — он отхлебнул из кружки.       — Какой же ты зануда! С тобой не возможно разговаривать, — заявила она, не сводя с него глаз.       — Так не задавай таких дурацких вопросов! Очевидно же, что искал.       — Откуда мне знать, может, не догадался или не успел.       — Ты достаточно времени была без сознания, чтобы я мог убедиться в их полном отсутствии.       — А так сразу было трудно ответить?       Он пожал плечами и снова скрылся в кухне.       — Ненавижу его, — пробурчала Йона себе под нос, наблюдая за ним со спины. Но снова не удержалась в отметке его мужественной фигуры, красивых плеч, которые так выгодно выделяли закатанные рукава рубахи. Широкий массивный ремень на кожаных брюках подчеркивал его стройность. Обуви не было. Видимо, в этом месте всем хочется чувствовать землю.       — Неправда, — возразил он, не оборачиваясь, — я тебе нравлюсь, — нагло заявил он.       Йона поводила ладонью по лбу, как будто стирая надпись.       — Нет, это не на лбу у тебя написано, а в глазах, — сказал он, по-прежнему стоя спиной.       — Какая дерзость. Как много ты о себе возомнил! Если за тобой бегает пол женского населения этого мира, это еще не значит, что ты нравишься абсолютно всем.       — Да уж куда мне? — он подошел и сел рядом с кроватью Йоны, положив руку на одеяло, чтобы было удобнее видеть лицо девушки.       Йона была не рада такой близости, это опять заставляло ее нервничать.       — Разве может земная девушка сойти до такого как я, простого охотника?       Йона удивленно уставилась на парня.       — Я тебе этого не говорила. Откуда ты узнал, что я с Земли?       — В отличие от тебя, я сопоставляю увиденное. Хоть я и попал сюда мальчишкой, однако помню, как выглядит земная одежда.       Йона даже придвинулась ближе, забыв о смущении.       — Попал мальчишкой? Сюда?       — Ты продолжаешь задавать глупые вопросы.       — Не занудствуй, просто мне трудно поверить, что ты тоже с Земли.       — Мне было десять, брату пять, когда нас сюда забросило. Нам, можно сказать, повезло. Мы сразу наткнулись на группу охотников. Они приняли нас, как сыновей, не только воспитали, но и выучили своему ремеслу. С каждым годом тварей Хаоса становиться больше, мы очищаем от них этот мир.       — Ага, но, похоже, наемниками тоже быть не брезгуете?       Парень сощурился.       — С чего ты это решила?       — Вы подчинялись этому противному барону Гелену. Взяли заказ на Деву Озера, или ее вы тоже за чудовище посчитали?       — К твоему сведению, мы не подчинялись барону, а взяли заказ только затем, чтобы уберечь ее от опасности, мы бы предупредили и укрыли девушку в безопасном месте. Но пришли вы и испортили весь план. Барону удалось уйти из деревни живым и увезти с собой оставшуюся дружину. Он был так зол, что хотел выместить все на этой самой деве, а потом отравиться за вами. Мы пытались опередить его, но тут опять наткнулись на вас. Ты привлекла солдат своим криком. Если бы не это обстоятельство, у нас хватило бы времени не только предупредить девушку, но и посчитаться с бароном.       — Если бы ты не загородил нам путь в конюшнях, не толкнул Мэй и не угрожал нам, то я бы не бросилась на тебя в лесу, — сердито высказала Йона, чуть повысив голос.       — Когда это я вам угрожал? Это раз. А во-вторых, рыжую я отбросил только затем, чтобы ее не увидели с улицы и не задели стрелами. Она очень неумело стояла на страже.       — А нечего было так грубо отталкивать Мэй!       — Ну не рассчитал немного усилия, что ж поделать?       — Видишь, чем тебе это аукнулось. Как ловко и без лишнего шума Леена отправила вас в нокаут, — с некой долей злорадства сказала Йона.       — По-моему, тебе это аукнулось, впоследствии, гораздо больше, — заметил он, ухмыльнувшись.       Йона нахмурилась и отвернула лицо к стене.       Парень сдержанно засмеялся.       — Ладно, не дуйся, — сказал он примирительно, ловко просунул руку под одеяло и несколько раз осторожно сжал ее ладонь.       Йону опять охватило жаром.        «Да что же со мной такое творится?» — сердилась она уже на себя. Девушка повернулась к нему, желая съязвить, но, встретившись с его глазами, тут же передумала. Было ощущение, что он купался в ее взгляде, тонул и растворялся. Его ладонь в ее руке выдавала волнение. Кажется, он уже не был таким уверенным, дыхание обоих сбилось, но через мгновение слилось в унисон. Она уже не знала, кажется ей, или его лицо действительно становиться ближе. Мысли начали путаться, она буквально ощущала на себе магию этого места. Казалось, Дева Озера, какой земной бы она ни была, оставила свое волшебство в воздухе, и оно проникло в гостей ее дома. Было немного страшно податься этой магии, но в то же время не хотелось ее разрушать. Йона желала вкусить ее до конца, а уже потом, возможно, жалеть о последствиях.       Внезапный звук за дверью и голоса разрушили все волшебство, словно стая испуганных бабочек разлетелись чувства, возвращая к реальности.       Парень потянулся за мечом, который стоял, прислоненный к камину. Осторожно вынул его из ножен, тихо, как хищник, стал продвигаться к двери.       — Оставайся здесь, — приказал он шепотом, — хотя, куда ты денешься, — добавил он, оглянувшись, но в его глазах и голосе не было и доли юмора. Помимо уже привычных уверенности и решимости, в них читалась тревога.       Охотник скрылся за дверью. Йона прислушивалась к звукам, но ничто не нарушало тишину. Внезапно послышались шаги прямо посередине комнаты, как будто кто-то расхаживал по ней взад и вперед. Йона даже испугаться не успела, как все тут же прекратилось. Но оставаться одной в этом доме было жутко. Она умоляюще смотрела на дверь, ожидая, когда в нее войдет знакомая фигура. Парень не заставил себя долго ждать.       — Снаружи никого нет и не было. Возможно, это ночной зверь или птица могли издавать такие звуки, — он прислонил меч к ближайшей от двери стене. — Если честно, никогда не оставался в этом лесу на ночь, всегда старался пересечь его границу до заката.       — Я знаю, это покажется глупым, но в доме отчетливо было слышно шаги, кто-то расхаживал туда-сюда, а потом все быстро стихло.       Охотник задумчиво смотрел на девушку.       — Ты мне не веришь, да? — спросила она.       — Верю, — парень утвердительно кивнул. — Это место таит в себе немало загадок и тайн. Мне в голову пришла интересная мысль: может, это озеро имеет свойства исцелять?       — Думаешь, оно могло бы меня вылечить?       — Именно это я и сказал, — он с укором посмотрел на Йону.       Но та уже не обратила на это внимания.       — Я до него не доползу, — покачала головой девушка.       — Тебе и не надо, я сейчас проверю.       Он взял меч, смело провел по ладони лезвием, и по нему тут же потекла алая кровь, упираясь в рукоять. Парень даже ни разу не поморщился. Снова скрылся за дверью. Йона боялась, что шаги невидимки вернутся, но все было тихо. Через минуту охотник возвратился и решительно направился к девушке.       — Работает, — заявил он и выставил вперед ладонь, которую поранил. От пореза на ней не осталось и следа.       Парень одним движением скинул на пол одеяло, следом за ним полетела подушка. Йона даже смутиться не успела, как он осторожно стал приподнимать ее на руках, стараясь причинить как можно меньше страданий. Но тело девушки все равно взорвалось вспышкой мучительной боли. Она обхватила парня за шею, уткнувшись в плечо, стараясь не закричать, кусала губы. Путь до озера ей показался страшно долгим. Но вот ее коснулась прохладная гладь воды. Охотник входил в воду, не выпуская ее из рук. Когда вода была уже по самые ее плечи, она почувствовала, как боль уходит, стало легче дышать, тело обретало прежнюю силу.       — Ты готова? — спросил он тихо, почти коснувшись мочки уха. — Я отпущу тебя.       Какая-то струна ее души дрогнула, показалось, что эти ощущения посещали уже не раз, но она не успела распознать эти чувства. Коротко кивнув, девушка расслабила руки. Он медленно стал опускать ее. Ноги коснулись мягкого песчаного дна. Йона пошевелила пальцами, зарываясь в приятный песок, радуясь, что снова обрела подвижность. Ее голова по-прежнему касалась плеча охотника, а руки покоились на его груди. Правая рука парня все еще покоилась на ее талии и, похоже, он не спешил убрать ее. Левая же приобнимала плечо. Она слышала его тихое дыхание. Прикосновения были настолько ласковыми, что казалось, он касается самой души. Йона не решалась поднять голову, заглянуть в его глаза, боясь спугнуть этот волшебный момент. Закрыв глаза, она вдыхала запах его тела, такой сладкий, едва различимый, безумно приятный и родной. С самого начала она не могла разобраться, что с ней происходит, а теперь уже не хотела. Она не видела, как на его губах играла ласковая улыбка, как, закрыв глаза, он наслаждается ее близостью. Вода покачивала их тела, словно в танце. В какой-то момент она почувствовала, как его рука скользит по спине, от этого внезапного движения по телу пробежала дрожь. Он еще ближе прижал ее к себе.       — Не бойся, — шептал он ей на ушко, уже не стесняясь, касаясь его, — теперь я с тобой, я рядом.       Ее душа была готова покинуть тело, как же ей не хватало этих слов, этих чувств. В ногах снова возникла слабость, но уже приятная, сладкая, желанная. Слабость счастливой девушки в надежных руках любимого.       Он нежно провел пальцами по ее щеке, легко потянул за подбородок, желая заглянуть в бездонные глаза. Они казались ему небом, отраженном в водах озера. Взгляд обоих выражал безграничное море чувств, в них было столько нежности и счастья, что хватило бы на несколько жизней. Набравшись смелости, она коснулась одними пальцами его лица, спустилась ниже, лаская ладонями шею и плечи, теперь уже он задрожал от ее прикосновений. Еще никогда ему не приходилось испытывать столько чувств разом, если он вообще был с ними знаком. Охотник мягко коснулся ее губ своими губами. Йона, не задумываясь, ответила на поцелуй, но тут же отстранилась, вопросительно заглянув ему в глаза.       — Я даже не знаю твоего имени.       — Дан, — прошептал он и уже настойчивее прильнул к губам, желая продлить его до бесконечности.