Я тебе должен

***

Сухой, насыщенный ионами воздух слегка щекотал глотку. Темнота внутри закрытой капсулы обволакивала, создавая иллюзию уюта. — Оператор? — безэмоциональный голос бортового компьютера прозвучал в темной капсуле, где тишину нарушал только мерно работающий ионизатор, как гром среди ясного неба. Раинер от неожиданности вздрогнул всем телом, и спустя несколько секунд открыл глаза и поморщился. Остаточные болевые ощущения от раздробленных выстрелом нейроузлов все еще не прошли. Тело тоже болело, но куда меньше, чем его многострадальная голова. Плюсом же про себя оператор Оберона отметил то, что от дрожи уже удалось избавиться. Сколько прошло времени, он определить не мог, и сейчас только радовался тому, что стало немного легче. — Слушаю, — железным тоном отчеканил он, снова откинувшись на спинку кресла. — Что там? И выключи излучатель, я не давал команды на активацию. — Входящий запрос на стыковку, — монотонно пробубнил бортовой в ответ. Мерный шум излучателя тут же пропал. — Присутствуют примечания, а именно: "повышенный приоритет", "срочность" и "ранговое старшинство". — Кого еще принесла нелегкая... — проворчал Раинер и развернул визуальный экран внутри капсулы. Снова поморщившись, так как свет яркого дисплея тут же ударил в глаза, он быстро перенастроил передачу на внешние сенсоры обшивки лисета. Изображение зарябило, но уже через несколько секунд на экране образовалась удовлетворительной четкости картинка. Раинер не сразу определил, что именно видит перед собой, так как на фоне зияющей черноты открытого космоса висел едва ли менее черный корабль, различимый разве что по работающим турбинам. Кажется, это был Лисет той же серии, что и его собственный, вот только словно совершенно безжизненный. Свет ни в одном из иллюминаторов не виднелся, как и на капитанском мостике, обшивка местами сильно потерлась, а хвостовая часть и вовсе была словно собрана из отдельных корабельных ошметков не очень-то умелым мастером. — Что еще за фигня? — прокомментировал увиденный, изрядно потасканный кусок металлолома, Раинер, вскинув брови. — Оператор, повторный запрос на стыковку, — напомнил о себе Ордис. — Вы даёте добро? — Черта с два я дам добро этому хламу. Назови исходящие координаты. — Восемь-восемь-восемь-во... — Так, стоп. Я понял, — прервал бортовой Раинер и со вселенской усталостью на лице закатил глаза к потолку. — "Ранговое старшинство", значит, ага? Ордис, соединяй напрямую! — Активирую соединение, — апатично отозвался компьютер и Раинер услышал привычный фон открытого соединения канала связи, который после пережитого происшествия отдался в голове неприятной вибрацией. Несколько минут в эфире царила тишина, после чего оператор Оберона смог различить на линии какое-то клокотание. Он сделал погромче, но явно не вовремя, так как в эфир незамедлительно ворвался дефективный говор Некроса, где среди бессвязного потока ругательств Раинер сумел различить только "понаставят защиты" и "как лучше хотел". — Вообще-то это стандартные меры предосторожности, — немного обиделся Раинер, в принципе прекрасно понимая, что поток сознания недавнего напарника не был адресован ему напрямую. — Мне тут всякие проходимцы не нужны. Ты вот, например, что тут делаешь? — Конкретно сейчас — радуюсь, что ты жив, — после продолжительной паузы бодро отозвался Киан, явно не ожидавший ответа от Раинера напрямую. — И, судя по привычному скептицизму, ты уже и здоров. — И чтобы порадоваться, ты притащился сюда на своем мертвецком десантнике и просишь стыковки? — засомневался оператор Оберона, все еще не активируя протоколы на открытие фюзеляжа и стыковочных платформ. — Мог бы просто связаться. Тебя командир Аллин отправил, говори честно? — Командиру Алу сейчас немного не до этого, — недобро усмехнулся Некрос. — И я не с пустыми руками. В динамике раздалось какое-то шуршание, затем громкий лязг, которым Некрос, похоже, захотел продемонстрировать аудиально, что действительно в его руках что-то есть. Раинер еще немного помедлил, но все же любопытство победило опасения относительно товарища. К тому же, идиотские идеи Некроса обычно имели какой-то параноидальный характер и оператор Оберона решил, что тот все равно не отстанет, пока не внедрится. Быстро выполнив все нужные операции по временному отключению внешней защиты, Раинер активировал функцию стыковки. Лисет тут же завибрировал, чем вызвал у хозяина очередной приступ головной боли. Оператор Оберона на несколько минут выпал из реальности, борясь с неприятными ощущениями, а когда снова обратил внимание на экран, не без удивления обнаружил, что протоколы стыковки уже завершили соединение. Теперь между его собственным лисетом и кораблем Киана был натянут большой гофрированный герметичный карман, укрепленный изнутри легкосплавными трапами. — Закрывай, фиалка, — возвестил о своем прибытии недавний напарник, вещая уже по каналу связи варфрейма с внешним миром. Раинер тут же набрал очередную комбинацию и не без облегчения отметил, что вибрация корабля прекратилась. — Странно тут у тебя... О, кубрау! Ты его все-таки вырастил? А как назвал? — Не твое дело, — отмахнулся Раинер, все еще находясь в состоянии какой-то прострации. Наличие незваного гостя — он так и не смог для определить для себя наверняка — то ли утомляло, то ли раздражало, и обсуждать бытовые вопросы как минимум не хотелось. — И не трогай моего щенка, он еще на стадии укрепления днк. — А по-моему уже нет, — засомневался Киан на том конце соединения. — Ты давно его проверял на целостность генов? — Оставь в покое Нат, Киан, — пригрозил Раинер, прислушиваясь к глухим шагам варфрейма напарника, звучащим где-то на палубе лисета. — И прекрати там шастать. Спускайся и показывай, что у тебя за дело. — Гостеприимство — явно не твой конек, — заметил Некрос, но, судя по тому, что шаги зазвучали уже по трапу, спускающемуся в основное тело десантного корабля, послушался. Прошло немного времени в молчании и Раинер, активировав интроспективные экраны нижней палубы корабля в капсуле, смог разглядеть в коридоре его долговязую тонкую фигуру. Присмотревшись, Раинер не без удивления обнаружил, что на плече Некроса покоится его собственный поврежденный варфрейм. Варфрейм Киана немного кренило в его сторону, всё-таки он не отличался физическими характеристиками, и с такими нагрузками работал на износ. — Ты зачем его притащил? — промямлил Раинер, подавив в себе приступ жалости к Оберону, рогатая голова которого безвольно болталась сбоку, словно у тряпичной куклы. В затылке, как он и предполагал, зияло большое отверстие от разрывной пули, сквозь которое можно было разглядеть потухшие поверхностные схемы нейрооптики. — Мой бортовой прекрасно справился бы с транспортировкой сам. — Доверить твою тушку бортовому, когда я могу позаботиться о ней лично? — Некрос немного покрутился на входе, изучая помещение, после чего по— хозяйски направился к свободной платформе кузни и водрузил на нее Оберона. Ордис среагировал мгновенно, в независимом режиме запустив ремонтировочное оборудование. Тонкие "лапки" регенерирующих приборов и лазеров засуетились вокруг нейрооптики поврежденного варфрейма, принявшись за работу. Раинер тут же развернул дополнительный экран с логами программы регенерации, и только теперь почувствовал себя лучше — программа не выдала ни единой ошибки, а значит с варфреймом через какое-то время все будет в порядке. — Я что, на психа похож? — Надеюсь, это был риторический вопрос, — со вздохом облегчения выдавил Раинер, потерев переносицу. Некрос, тем временем, зачем— то подержал Оберона за обмякшую руку и что-то бессвязно пробормотал, после чего развернулся и снова направился наверх. Раинер уже успел порадоваться, что напарник отправился восвояси, но через несколько секунд по палубе снова застучали шаги. После чего раздался какой-то звон и грохот, отчего оператор Оберона вздрогнул, испытав очередную волну головной боли и жалости к собственному имуществу. — Киан, чтоб тебя облучило! Какого черта ты там делаешь? — прикрикнул на незадачливого напарника Раинер по внутренней связи. — Голова и без тебя раскалывается. — Хотел бы сказать, что понимаю и сочувствую, — раздался сверху дефективный говор Киана. — Но увы. Кстати, вау, у тебя тут столько всякой бесполезной дребедени, как ты передвигаешься вообще? — Это не дребедень, а трофеи! — запротестовал Раинер, сжав рукой подлокотник. — Имей в виду: каждым из них я горжусь! Некрос ничего не ответил, но Раинер снова рассмотрел на экране нижней палубы его приближающуюся по коридору фигуру и задохнулся от возмущения, когда напарник, водрузив прямо напротив его капсулы высокую подставку от чистейшего трофейного галлия, с которым Раинер уже мысленно распрощался, уселся на нее сверху, удерживая на руках подросшую Нат. Кубрау вела себя на удивление спокойно и выглядела вполне довольной жизнью, прижавшись к черным пластинам варфрейма Киана. Тот, освободив обе руки, несколько раз аккуратно стиснул ее в объятиях, после чего уложил на колени и принялся поглаживать. — Какого... Ты вконец оборзел, — констатировал ситуацию Раинер. — Заявился, шляешься тут, как на собственном корабле, галлий мой... Кстати, где он? — Я тебе получше достану, забей, — пожал плечами Некрос. — Еще и Нат притащил! — А что такого? — удивился Некрос, на несколько секунд оторвавшись от ласки кубрау и поднял сегментированную нейрооптику на плотные створки камеры Раинера. — Я люблю животных. И дронов. Но с дронами не так интересно. Оператор Оберона прищурился, пытаясь сообразить, издевается Некрос, или же просто не догоняет, отчего на некоторое время задержался взглядом на варфрейме. В обстановке светлого лисета, подсвеченного испещряющими стены и пол энергетическими розоватыми каналами, мрачный варфрейм напарника выглядел чужеродно. Тот, в свою очередь, тоже уставился на камеру хозяина лисета, будто почувствовал его взгляд сквозь толстые створки, иногда сбивчиво "подмигивая" вертикальными глазками нейрооптики. Раинер поначалу даже немного расслабился, наблюдая за их неровным светом, но через несколько минут ситуация уже начала изрядно его напрягать. — Состояние твоего фрейма оскорбляет мою профессиональную гордость, знаешь ли, — тяжело вздохнув, заметил оператор Оберона и, сидя в капсуле напротив напарника, зачем— то приосанился, попытавшись придать лицу и фигуре в целом как можно более уверенный и знающий вид. — Да? А по-моему, состояние твоего собственного уже давно ее прикончило. А, и ещё надругалось над трупом, — дефективно прогоготал Киан, и коротко махнул нейрооптикой в сторону кузни, где над поврежденным Обероном все еще во всю кипела активная работа. — Это — досадная случайность, — не сбавляя оборотов самоуверенности парировал Раинер, еще сильнее сжав подлокотник так, что заболели костяшки. Киан испустил очередной короткий смешок. — В полевых условиях с каждым... Кстати, почему ты— то не на миссии? Где Фрост и Рино? — Командир Ал и его мобильный танк заняты. А я свободен. Не завидую им. А ты? — отозвался Некрос, будто выбирая фразы из посторонней беседы, отчего Раинеру на минуту показалось, что напарник обращается даже не к нему. Потом, еще пару раз погладив кубрау по светлой шерсти, Киан аккуратно опустил ее на пол. Нат тут же засуетилась вокруг, после чего скрылась в коридоре, застучав лапами где-то на капитанском мостике. Некрос обернулся на нее через плечо, а потом снова развернулся к капсуле, упершись локтями в острые колени своего варфрейма. — Как они тебе, кстати? — Странные... Но явно не такие странные, как ты, — честно ответил Раинер. — Но они хорошие бойцы, я много вынес для себя из этой операции. — Да ладно? Мне кажется, я вынес больше, — съязвил Некрос, повернув конусообразную голову набок. Заметив этот жест, Раинер невольно напрягся, так как обычно он не предвещал ничего хорошего. — Твою рогатую тушку с дырой в нейрооптике, например. — Я же сказал, что это была случайность. — Не такая уж и случайность, — Киан снова выпрямился, поерзав на не слишком удобной для сидения подставке. — Фишка в том, что Ал — хороший командир, но дрянной наставник.  — При чем тут командир, Киан? Он и оператор Барт отвлекали огонь на себя, — возразил Раинер. — Когда ты, кстати, должен был прикрывать меня. А ты что сделал вместо этого? Выпотрошил информатора! — Ему уже было не помочь, — навеселе заметил Киан. — Никак по-другому. — Давно ты стал разбираться в медицине? — еще сильнее насупился оператор Оберона. — Это было просто мясничество. Таким образом спасти жизнь уж точно невозможно. — Спасти невозможно, а вот вернуть — очень даже, — пожал тощими плечами Некрос. — Да и спасать там уже было нечего. — Много ты разбираешься, — отмахнулся Раинер и между его бровей залегла совсем уж глубокая складка. — Спасти жизнь и вернуть — по-твоему — не одно и то же? Это полная х... Наверху что-то упало. Оператор Оберона уже было собирался разразиться в праведной тираде на тему медицинских терминов, а заодно и этики, но замолчал, прислушавшись. И не ошибся. На верхней палубе раздался какой-то грохот, затем звон и активный топот четырех пушистых лап. — Вот посмотри, что ты сделал, — тут же перешел в нападение Раинер. — Точнее послушай. — Не будь занудой, она просто впервые выбралась из инкубатора, — не особо позаботился о вербальной самозащите Некрос. — Пусть себе порезвится. Твои трофеи все равно были не очень, мы тебе получше достанем. Или можешь мои забрать, мне всё равно не надо. — Твой вкус — последнее, чему я доверюсь, — отчеканил оператор Оберона и глубоко вздохнул. В ходе быстрого анализа ситуации он скоро пришел к выводу, что горе-напарник может быть и прав, но орудующая на верхнем ярусе десантника кубрау может натворить дел. — Твоему Лисету давно на свалку пора. И я опасаюсь даже представить, что там внутри. — Судя по тому, что я вижу здесь, тебе бы не понравилось, — тут же оживился Некрос, опасно качнувшись на неустойчивой подставке. Наверху снова загремело. — А вообще, знаешь что? Я тебе все покажу. Правда придется... Киан быстро и дефективно заговорил о "чертовом ремонте" и "особенной поживе", но Раинер уже его не слушал. Промычав что-то нечленораздельное для того, чтобы напарник ничего не заподозрил, оператор Оберона быстро набрал на интроспективной панели интерфейса капсулы нужную комбинацию. Голографические мониторы внутри тут же погасли, а плотно сжатые дверцы разошлись в стороны. Схватившись за подлокотник, Раинер рывком поднялся с места, о чем тут же пожалел, так как резкое движение отозвалось новой волной боли в голове. Быстро справившись с болевым ощущением, оператор Оберона в три шага выбрался из капсулы, придерживаясь за ее стальной пологий край. Оценив ситуацию, он тут же понял, что выбираться было действительно плохой идеей — ноги чувствовались ватными, а перед глазами поплыли цветные круги. Не зря к каждому протоколу миссии прикладывали многостраничную памятку для пострадавших от экстренно оборвавшегося переноса. Заострив внимание на недомогании, Раинер не сразу обнаружил, что горе-напарник прекратил пламенную речь о своем гостеприимстве и уже переговаривается с бортовым. — Оператор, отдайте команду, — монотонно пробубнил бортовой, и Раинер не сразу сообразил, что от него что-то хотят. Сфокусировав все еще замыленный взгляд на облаке отработанного механизмами внутренней обшивки пара, он снова прислушался. — Оператору твоему не до этого, не видишь, что ли? — вклинился Некрос, не давая хозяину лисета шанса на реабилитацию. — Подрубай давай свои железки, и побыстрее!   — Восемь-восемь-восемь-восемь-точка-один-шесть-дельта, вы не имеете доступа к интерфейсу на этом борту, — отчеканил компьютер, ни разу не задумавшись. — Оператор, отдайте команду. — Сюда слушай, тебе говорю! — повысил голос Киан, задрав конусообразную голову варфрейма к потолку, как будто это дало бы ему большую вероятность достучаться до непреклонного бортового. Импровизированный табурет под ним снова опасно качнулся. — Включай щиты! — Оператор? — Какие щиты? — не понял Раинер. — Зачем? Раздался оглушающий грохот, после чего лисет круто развернуло в сторону. Оператор Оберона, и до того еле стоящий на ногах, попытался ухватиться за стальной край капсулы, но не преуспел. Гладкая створка тут же выскользнула из рук и Раинер по инерции отлетел к стене, больно ударившись лопатками и затылком, отчего в ушах гулко зазвенело. Следом послышалось еще несколько громких ударов, отчего хозяин корабля тут же пожалел о своей попытке подняться на ноги. Десантник снова мотануло в сторону, раздался глухой удар и очередной толчок снова сорвал Раинера с места. Мир вокруг закружился, и уже через несколько секунд он обнаружил себя лежащим на полу в противоположном конце палубы. Корабль еще раз коротко дернуло, после чего все прекратилось. — ...ть! — с веским умозаключением где-то рядом раздался резкий голос Киана. — Валанда железная! Раинер с огромным усилием игнорируя несчастную голову, приподнялся на локтях, пытаясь сообразить, что именно произошло, а заодно и оценивая масштаб поражения. В целом все выглядело как обычно, не считая его собственного местонахождения. И еще варфрейма напарника, который находился примерно в том же положении, но в противоположном конце помещения. Неподалеку от него валялась многострадальная трофейная подставка, прямиком с которой Некрос, судя по всему, и отправился в непродолжительный полет по палубе. — Что произошло? — не сумев найти причины сложившейся ситуации визуально, задал резонный вопрос Раинер. — Дрейфующие обломки Ксифоса с неопределенными координатами, оператор, — так скоро отозвался Ордис, как будто только и ждал этого вопроса. — Биологических сигнатур на борту обломка не обнаружено. Уровень опасности оценивается мной, как нулевой. — Какая-то хрень в нас врезалась, — поздно блеснул проницательностью Киан, приняв положение сидя. — И твой бортовой нас чуть не угробил. — Вынужден с вами не согласиться, восемь— восемь, — запротестовал бортовой, явно не желая сдавать позиций. — Системы безопасности пребывали на пониженном приоритете именно благодаря вам. Активированный внешний трап не дает возможности автономной активации стабилизирующих и удароустойчивых экранов. Постобрабатывая алгоритм действий и их следствия, смею предположить, что основной причиной столкновения являетесь вы.  — Свои алгоритмы лучше проверь, жестянка бесполезная, — огрызнулся Некрос, переползая на корты. Раинер быстро смекнул, что недавняя авария, скорее всего, неплохо встряхнула варфрейм напарника, отчего его стабилизационные центры теперь дали слабину. Через несколько секунд Некрос опустился на колени, не сумев найти точки равновесия и вздернул нейрооптику в сторону хозяина лисета. — Слушай, у твоего бортового по-моему настройка сбилась, дерзкий какой-то. — Все с ним нормально, не выдумывай, — отмахнулся Раинер, отстранённо наблюдая за тем, как система фильтрации бодро сбрасывает очередное облачко отработанного газа над конусообразной головой варфрейма Киана и прислушался к себе. Сила удара от столкновения с Ксифосом была достаточной, чтобы его собственный многострадальный лисет сейчас, следуя законам физики, продолжал активное путешествие в глубины космоса. Но, судя по ощущениям, корабль был стабилизирован и даже системы гудели чуть более мерно, чем обычно. — Как мы компенсировали столкновение? — Я взял на себя ответственность нарастить мощность турбин в критический момент до девяноста трех процентов, игнорируя протоколы безопасности эксплуатации для десантных кораблей этого типа, что увеличило нагрузку на двигатели до красной отметки, — вклинился Ордис. — Вы жалеете об этом, оператор? — Девяноста трех? — удивился Раинер. — Но у нас практически пустой Лисет. Даже при максимальных нагрузках в такой конфигурации до красной отметки было бы далеко. — Борт восемь— восемь все еще находится на сцепке и усилил тягу, — отрапортовал бортовой компьютер. — А также повредил нам обшивку, датчики угловых скоростей, несколько топливных магистралей и... — Может хватит уже? Я за передвижение всякого шлака в округе не отвечаю, — не выдержал Киан, до этого сосредоточенно водивший руками перед собственной нейрооптикой, по-видимому, перебирая информацию на интроспективных экранах. — Был у меня такой умный, как ты, работает теперь в автономной заглушке.  — Использованный вами режим не предоставляет... — Так, заткнитесь оба! Меня ваши разборки в последнюю очередь интересуют, — мгновенно вскипел Раинер и тут же порадовался вмиг возникшей тишине. Через несколько секунд Ордис, чересчур быстро проговорив что-то о поверхностной починке новоявленных повреждений, тут же свернулся в автономный режим, а горе-напарник снова обратил на хозяина лисета пристальное внимание, перестав жестикулировать. Удовлетворившись результатом, оператор Оберона собрался с силами и перевернулся, пытаясь обрести вертикальное положение, но из-за головокружения удавалось это плохо. — Ты знаешь, что я был прав, — безапелляционно заявил Некрос, несколько минут совершенно неподвижно наблюдая за тщетными попытками Раинера оторваться коленями от пола. — Я знаю, что ты осознанно провоцируешь мой бортовой компьютер, — потерпев очередную неудачу выпалил Раинер, попытавшись ответить напарнику самым дерзким взглядом из всех, на которые только был способен. Положение к тому не располагало, но, по мнению самого хозяина Лисета, невозмутимость хоть как-то спасала ситуацию. — А также то, что как только ты появляешься рядом, начинается черт знает что. Напарник что-то неразборчиво буркнул в ответ, но Раинер решил не утруждать себя поиском истины. Вместо этого, он еще раз с силой оттолкнулся от пола и наконец-то смог принять вертикальное положение. Быстро прикинув все за и против, он тут же решил, что первым делом теперь нужно было настроить наладку систем и задать курс на ближайший ремонтировочный хаб. Поборов боль, он сделал первый шаг по направлению к капсуле, стараясь не придавать значения головокружению. Некрос в это время тоже выпрямился во весь рост и по— хозяйски примостил поднятую им подставку у стены, после чего снова повернулся к Раинеру: — Я бы на твоем месте не перенапрягался, выглядишь так себе. — Ну спасибо, — обиделся Раинер, на ватных ногах делая очередной шаг к цели. — Чтоб ты знал, я собираюсь отогнать Лисет на ремонт, так что, если ты закончил — проваливай. Левое колено подкосилось, подбивая второе и полированный пол палубы начал стремительно приближаться. Предвосхищая события, Раинер попытался выставить вперед руки, но они тут же неуклюже уперлись в черную броню. — Себя бы подлатал сначала, чудо-лекарь, а потом об этом корыте заботился, — просипел Киан где-то совсем рядом и Раинер не без удивления обнаружил, что находится на руках варфрейма напарника. Первые впечатления оказались спорными: варфрейм Киана оказался почти горячим и это заставляло расслабиться, но сомнительное положение, в котором он оказался, Раинеру совсем не понравилось. Некрос, тем временем, опустил голову, практически уперевшись безликой нейрооптикой в лицо хозяина Лисета. — У меня, кстати, тоже в носовом отсеке пробоина. И чертова обшивка треснула. А, и хвостовой, но это не в первый раз.  — Здорово, что ты сообщил мне об этом, но я твой десантник чинить не буду, — отрезал Раинер и попытался выбраться из цепкой хватки Некроса, но не преуспел. Киан, перехватив его поудобнее, как ни в чем ни бывало понес по направлению к капсуле. Раинер, сделав над собой усилие, схватился за конусообразную голову варфрейма напарника, насильно отворачивая ее вверх, чтобы тот хотя бы смотрел перед собой. — Смотри, куда идешь. И вообще, отпусти меня. Я могу идти и в состоянии справиться сам, ты же видел. — Как ты чуть не разбил себе нос — видел, — Киан зачем— то снова остановился. — Хотя, кровь бы на нем здорово смотрелась. Но лучше не твоя, знаешь. — Фу, — скривился Раинер. — Ты что несешь? В молчании и бездействии прошло несколько секунд и Раинер начал изрядно нервничать. Некрос застыл, как вкопанный, изредка подмигивая хозяину лисета сразу всеми видимыми энергоканалами, отчего в голову оператора Оберона стали закрадываться нехорошие мысли. Чуть поерзав на тонких, а оттого очень неудобных руках варфрейма напарника, он все же решил нарушить затянувшуюся паузу: — Слушай, или отпусти меня, или может пойдем уже? — подал он голос, но напарник, как и ожидалось, не ответил ни одним из признаков жизни. Раинер снова предпринял попытку к освобождению, но не преуспел. Тогда оператор Оберона решил немного изменить собственное положение в пространстве, в надежде, что хотя бы это принесет плоды. Резко развернувшись на тонком подспорье, он все же немного перевернулся на бок, но явно не рассчитал, так как с размаху ударился плечом о тонкий квадратный подбородок Некроса. Глухой звенящий звук повис в воздухе. — Оу, — прокомментировал случившееся Раинер, и тут же порадовался, так как непреднамеренный хук плечом заставил напарника прийти в себя. Тот засуетился и покрепче перехватил свою ношу, прижав к нагрудной броне. — Хороший контраст, — выдал Некрос с каким-то странным придыханием, будто отбегал кросс, а не держал перенос в бесконфликтном режиме. — Красное на белом… Так же ты сказал? — Ничего я такого не говорил, — не понял Раинер спустя несколько секунд, не сразу сообразив, о чем вообще идет речь. — Так, стоп. Ты что, все это время думал об этом? — Почему думал? Мы же об этом говорили буквально только что. И ты так сказал. — Киан, прекрати, иначе у меня с тобой точно крыша поедет, а это... Раинер уже было собирался разразиться очередной тирадой на тему сокрытия девиантного поведения в обществе — в частности, в его обществе — но не успел. Некрос сделал очередной шаг к капсуле, но что-то пошло не так. Голова варфрейма напарника резко наклонилась влево, слегка подрагивая. Раинер быстро сообразил, что скорее всего в очередной раз закоротил инородный нейропроводник, и, от греха подальше, схватился за один из невнятных отростков, соединяющих плечи Некроса с его конусообразной нейрооптикой. И явно не прогадал, потому что в этот же момент Некрос сделал неестественное движение плечами и потерял равновесие, громко загремев всеми выступающими частями о металлический пол отсека. Раинер, не имея возможностей к бегству, тоже приложился о пол и громко выругался, когда цепкие пальцы варфрейма напарника больно уперлись в бок, а на живот упало что-то неподъемное. — Что за чёрт, — оператор Оберона привстал и тут же обнаружил на себе конусообразную голову Некроса, едва подающую признаки жизни. Раинер тут же попытался выбраться, но в одиночку передвинуть фрейм напарника оказалось не так уж просто. — Если ты решил меня добить, то тебе почти удалось, придурок. Некрос снова ничего не ответил и Раинер, глядя на слегка мигающий глазок на его нейрооптике, даже слегка сжалился. Он положил ладонь на тяжеленную нейрооптику и ту снова немного дернуло в сторону, закоротив где-то в районе шейных сегментов. — Ты просто недоразумение, — вздохнул оператор Оберона. — Это все твои каракули на стенах, точно тебе говорю. В этот момент все энергопути на варфрейме напарника резко потухли, а его нейрооптика в руках Раинера окончательно безвольно расслабилась на тонкой шее. Но, не успел хозяин лисета пораскинуть мозгами, что теперь ему делать с чужим отрубившимся суррогатом на своём борту, как рядом с ним закружились алые частицы, быстро соединяясь между собой. Раинер без труда узнал в происходившем перед глазами один из самых распространенных способов операторского переноса, которым сам он после пробуждения никогда не пользовался, предпочитая не подставляться под удары судьбы.         — Благодаря им мы вообще живы и удачливы, уж поверь, — материализовавшись, выдавил из себя Киан и как-то натужно втянул воздух сквозь сжатые зубы. — Могу тебя научить, кстати. Мантры тащат. Напарник материализовался стоя на коленях рядом с собственным варфреймом, не подающим признаков активности, но тут же подался вперед, сокращая расстояние между собой и оператором Оберона. Раинер отшатнулся, но под тяжестью нейрооптики Некроса движение вышло коротким и болезненным, отчего он снова откинулся назад, найдя опору на локтях. — Твою ж... — выругался он, но вопреки его ожиданиям напарник всего лишь сел рядом на одно колено, изучая его своим фирменным цепким взглядом. Раинер только сейчас понял, почему колкие глаза напарника сразу показались ему болезненными — склеры в них, при ближайшем осмотре, оказались потемневшими. — Меня твои культистские штучки не интересуют, Киан. Я предпочитаю факты. — Факты — лишь шелуха на поверхности глубин истины, — со знанием дела покачал головой Киан и положил руку на живот Раинера, слегка надавив, а потом переместил эту же ладонь на рядом лежащую нейрооптику своего варфрейма. — Но у нас тут дела поважнее, да? — Если ты обращаешься ко мне, а не к своему варфрейму, чему я вовсе не удивлюсь, то да, — согласился Раинер с привычным скептицизмом в голосе, хотя и изрядно напрягся от сомнительного движения напарника, проследив за ним глазами. — Меня тут неплохо приложило, если ты еще не заметил. — Заметил. И готов понести наказание, — оскалился Киан, попытавшись столкнуть свой варфрейм вбок, но не преуспел. — Знаю я одного парня, суррогат свой лобызает вечно, общается с ним и все такое. Тараканов у него в голове куча, как говорится, последний дрон улетел. Киан для наглядности махнул расправленной ладонью куда— то в потолок, а потом поднялся и обошел Раинера сзади. Тот почувствовал, как его подхватили под мышки и тянут назад, после чего сам решил помочь процессу — попытался спихнуть тяжелый варфрейм с себя, подвигав ногами. Все это вызвало очередную волну боли и стыда, но еще пара усилий — и ему, с помощью Киана, наконец удалось освободиться. Со знанием дела Киан снова приблизился сбоку и попытался поднять его на руки, но тело оператора явно уступало по силе оперируемому им варфрейму. Немного повозившись, он все-таки оставил напарника в покое. — Давай— ка так попробуем, — не растерявшись, прокомментировал он и через несколько секунд оператор Некроса снова потянул Раинера  — на этот раз наверх. Согнув ноги в коленях и таким образом спружинив, Раинер распрямился и повис на напарнике, перекинув руку через его плечо. — Чтоб ты знал: эта ситуация не красит нас обоих, и мы о ней никому не скажем, понял? — поджав губы, попытался выдержать марку Раинер, так как положение было ну очень неудобным. Киан оказался едва ли не на голову выше, а потому держаться было не очень удобно. Он немного повернулся, едва не уперевшись носом в бледную шею Некроса, который все еще возился с тем, чтобы поудобнее дотащить хозяина лисета до безопасного и законного места в капсуле. Вопреки его ожиданиям, напарник действовал быстро, но со знанием дела, что сам Раинер никак не мог не отметить. А еще от него странно пахло. — А ты решил ее в мультиканале фоном пустить? — спросил Киан, не без труда подтаскивая Раинера на приступок капсулы таким образом, чтобы тот смог развернуться и сесть поудобнее. — Расслабься, правильный ты наш, мы никому не скажем. Раинер расслабился на удобном сидении капсулы, глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Энергопроводники тут же принялись за работу и дискомфорт в считаные секунды отступил на второй план, а в голове прояснилось. Даже снова включенный Ордисом в независимом режиме ионизатор на фоне обволакивающего пострадавшее тело комфорта не раздражал так, как раньше. Рядом что-то зашуршало, но Раинер предпочел не придать этому значения, решив, что напарник собирается восвояси. Возвращаться к реальности настолько не хотелось, что даже закапавший прямо на лоб конденсат, стекающий по светлой челке на нос и губы, замечать не хотелось. Раинер поёжился, когда жидкость затекла в воротник и привычно нахмурился. Какой еще конденсат? И почему он горячий? — Тебе и правда идет, — подозрительно прошипел Киан, усилив опасения. Раинер не успел распахнуть глаза, как напарник по— хозяйски провел рукой по его лицу, размазывая по щекам и губам какую— то тёплую жидкость. Оператор Оберона рефлекторно облизнулся. Во рту появился неприятный железный привкус, который он без особых усилий узнал. — Ну уж нет! Нет— нет— нет, — задохнувшись, Раинер тут же схватил и сбросил с лица руку напарника. Потом кинул беглый взгляд на свою перчатку и не прогадал — на светлой ткани комбинезона красовались бардовые кровавые разводы. Оператор Оберона тут же поднял испепеляющий взгляд на напарника. Первое, что он увидел перед собой, оказалось стремительно приближающееся лицо Киана, что заставило Раинера окончательно "протрезветь". Быстро сгруппировавшись, оператор Оберона оттолкнул напарника назад, схватившись за его лицо. После этого, воспользовавшись моментом, слегка съехал на сидении и пнул оператора Некроса в бедро, отчего тот все-таки отступил назад, соскользнув с приступка капсулы. Но, тут же вновь вскочил и вцепился в подлокотник. Раинер решил не сдавать позиций и снова предпринял попытку атаки ногой, но на этот раз Киан оказался проворнее и, наученный недавним опытом, перехватил его бедро, тут же вклинившись в свободное место между его коленями.   — Киан, пошел ты... Отвали нахрен! — сквозь зубы процедил Раинер, вцепившись в его плечи. Сил после пережитого стресса было не так уж много и оказать сопротивление в очередной раз съехавшему с катушек напарнику оказалось сложнее, чем оператор Оберона то себе представлял. Вдохнув побольше воздуха, он снова надавил на его плечи и с вызовом посмотрел на него снизу вверх. — А ну не втягивай меня в свои убогие извращения, или что ты там хотел! Раинер злостно запыхтел, когда его призыв к адекватности остался без ответа. Киан завис сверху, буравя его неподвижными красными зрачками и что-то нашёптывая. Раинер попытался прочесть по губам, но ничего не понял, зато заметил на них и подбородке еще не запёкшуюся кровь. Быстро окинув место их локального противостояния взглядом, он заметил свисающую со своего колена черную перчатку, очевидно принадлежащую напарнику. Потом увидел его бледную руку и обнаружил, что та искусана в нескольких местах, и кровь из некоторых особо глубоких укусов растекается по его чистейшему подлокотнику. — Вконец двинутый? — прокомментировал увиденное Раинер и тут же пожалел, так как напарник после его слов снова оживился, придвигаясь ближе. Оператор Оберона невнятно замахнулся, собираясь — он еще точно не решил — то ли отпихнуть напарника, то ли вмазать ему. Но Киан и тут оказался проворнее, с такой резвостью перехватив его руку, что несколько крупных кровяных капель тонкой багровой дорожкой отправились аккурат на сидение и костюм Раинера. — Отстань, ты мне тут всё уже изгваздал! — Ха, и правда, — охотно согласился Киан, даже не оценив масштабов. — Сейчас всё исправим. Он быстро схватил оператора Оберона за бедро, втиснулся ближе и резко наклонился, ударившись лбом о его лоб, но не обратив на это никакого внимания. В отличие от Раинера, который скривился от очередной волны головной боли, но тут же забыл об этом, почувствовав на щеке горячее дыхание. Воспользовавшись его замешательством, оператор Некроса снова что-то прошипел, а потом выразительно провел длинным тонким языком по его лицу, оставив влажную дорожку от подбородка до левого виска. — Своя кровь так— то не очень, но с тебя вкуснее, — с жаром выпалил Киан, отчего дефект его речи снова стал очень заметным. — В чем секрет, фиалка? Ионизатор ароматизированный? — Какой... Ароматизированный, — оператор Оберона, поймав максимальную степень ошаления, тут же нашел в себе новые силы сопротивляться, решив, что "помоги себе сам" сейчас его единственный выход избавиться от отмороженного гостя. Он вырвался из цепкой хватки, схватившись за предплечье Киана и снова попытался его оттолкнуть. — Сейчас твой мерзкий язык знаешь где окажется... — Оператор, входящее сообщение! — равнодушно возвестил Ордис, перебивая кряхтящего от натуги Раинера. — Мне сейчас... Не до этого, — оператор Оберона все-таки добрался до лица Киана, теперь с силой надавливая на его щеку так, чтобы тот хотя бы не касался его лица чем не следует. — Отложи переговоры! — Да ладно, ответь! — утробно усмехнулся Киан, особо не сопротивляясь, но и не двигаясь с места. — Сейчас я тебе как отвечу, — запыхтел Раинер, понимая, что сил справиться все же не хватает, отчего засукатил всеми свободными частями тела, надеясь хотя бы внести смуту в локальную потасовку.  — Что происходит? Командир Аллин на связи! — поставленный голос гулко разнесся по отсеку, как гром среди ясного неба. — Киан, что бы ты там ни делал, сейчас же прекрати портить мне перспективного протеже! Раинер подвис на несколько секунд, в то время как оператор Некроса быстро смекнул что к чему и отскочил в сторону, неуклюже устроившись на белом подлокотнике капсулы и цепляясь за спинку. Только после этого оператору Оберона открылась вся картина в полной мере. Перед ними на широком голографическом экране во всей красе предстал недавний командир. Видимо, во время короткой драки он все же ответил на звонок, случайно задев активаторы связи. — Что за чёрт? Откуда кровь? — оператор Фроста прищурился, высматривая следы закончившейся постыдной потасовки. — Это его, — быстро махнул рукой Раинер куда— то за спину и громко вздохнул. — Даже не спрашивайте. Просто заберите его. — Киан, дорогой, не убей себя, пожалуйста, потому что это в моих планах, — протянул Аллин, буравя Киана холодными синими зрачками. Раинер поёжился от этого цепкого взгляда и коротко оглянулся на Некроса, надеясь увидеть его напряжение. Тот, тем временем присосавшись к собственным ранам на руке и время от времени зализывая их, как какой-нибудь блохастый кубрау, только вскинул брови.  — Тебе изрядно придётся постараться, Ал, — усмехнулся оператор Некроса, капая слюной вперемешку с кровью на белоснежный подлокотник и светлый костюм Раинера. Тот попытался незаметно столкнуть его, но ему не удалось. — Ты что сделал с моим... Нашим информатором? Он сейчас в моём хабе, и знаешь, чем он там занимается вот уже битые часы? Сидит и зовёт "хозяина"! Как информативно, правда, "хозяин"?! — Ну, неплохой результат, — коротко пожал плечами Киан. — Хотя бы говорит. Какой хороший мальчик. Раинер быстро шикнул на него, всем своим видом показывая, что здесь нечем гордиться. В конце концов, несмотря на какое— никакое спасение, миссия, скорее всего, пройдёт в их характеристике, как проваленная, и пусть ни он, ни Киан, не были ответственны за несчастный случай с многострадальным пленником гринир напрямую, Раинер, как эмпатичный медик, очень болезненно переживал эти события. — Твоя полумёртвая задница. Здесь, в ближайшие пару световых циклов. Иначе будет мёртвой, — Аллин прижался к экрану настолько близко, что Раинеру вновь стало не по себе, хотя обращались не к нему. — Этот твой хороший мальчик должен заговорить по существу. С меня требуют отчёт. О, и неофита захвати, у меня к нему более приятный разговор. Аллин сменил гнев на милость так быстро, что Раинер не сразу понял, о ком идёт речь. А потом так же быстро отключился, не дав возможности отказаться от сомнительного мероприятия. — Готовься к промыванию мозгов, фиалка, — предупредил Киан после непродолжительной паузы. — Оператор Аллин хороший командир, — воспротивился Раинер, на автомате стряхивая капли, оставленные Кианом, с подлокотника. — Уверен, у него и клан отличный. Чем ты вообще недоволен? — Туда вступают одни раболепные задолизы. — Но ты же тоже там состоял? — задал резонный вопрос Раинер. — Это было давно и по старой дружбе, как видишь, я в этом больше не участвую, — Киан вышел из-за спинки кресла и пошёл по направлению к своему все еще лежащему на полу Некросу. — И тебе не советую. Раинер вознамерился продолжить защищать доброе имя командира, даже рот открыл. Но, напарник развернулся к нему спиной и потёр шею, которую, как и часть затылка, испещряло множество шрамов и ожогов, ныряющих под ворот костюма. Раинер только сейчас понял, что у того не хватает части левого уха и отсутствуют волосы на нижней части головы. — Откуда у тебя такие увечья? — прямо спросил он, нахмурившись. Глядя на напарника, его снова преследовало странное чувство, будто какой-то паззл общей картинки выпадает из поля его зрения уже довольно давно. — Люблю погреться у работающих турбин, знаешь ли, — протянул Киан, опустившись на корты.  — Очень расслабляет, и кожа потом как новенькая. — Я серьезно, — Раинер выбрался из капсулы, не в силах больше наблюдать за тем, как сидящий неподалеку напарник продолжает истекать кровью, заливая белоснежный пол. — Так я тоже, — задумчиво протянул Киан. Положив руки на спину своему варфрейму, он принялся что-то нашептывать. Раинер закатил глаза, исчерпав собственное терпение окончательно и быстро подошёл к оператору Некроса, сел рядом, схватив того за кровоточащую руку. — Ты вены прокусил, придурок, — проворчал он, свободной рукой шаря по карманам своего костюма в поисках портативного регенерирующего устройства. Киан слабо попытался отдернуть руку, но Раинер быстро пресек начавшуюся возню. Он слегка толкнул оператора Некроса назад и кинул в него его же перчаткой, которую предусмотрительно захватил с кресла. — Твою ж сверхновую, сиди смирно! — Ты как в первый раз меня увидел, — Киан послушно сел на пятую точку. — Я тебе проекцию выводил. Или тогда я был тебе не настолько интересен? Раинер бегло глянул на расплывающуюся в очередной жуткой ухмылке физиономию гостя. Потом выудил реагент и обильно залил им глубокие укусы на бледной руке оператора Некроса. Должно было сильно щипать, но Киан никак не отреагировал. — Будто в твоей темнотище на десантнике что-то можно было разглядеть, — припомнил Раинер, покрутив руку напарника на предмет оставшихся ран. Все недавние реагент быстро затянул, но оператор Оберона отметил про себя целую кучу заросших старых шрамов, испещряющих видимый участок руки Киана, к которым явно не применялись никакие медицинские средства или препараты. — Батареи экономишь, чтоли? И реагент... А, ты нищеброд? — внезапно для себя сделал вывод Раинер. — Считай, что я за рациональное использование ресурсов, — пожал плечами Киан, с необъяснимым разочарованием покосившись на свою руку и натянул перчатку. Потом повернулся в сторону панорамного окна, впившись красными зрачками в черноту космоса снаружи. — Кстати о ценных ресурсах, глянь какой экземпляр пропадает. Раинер проследил за направлением его гипнотического взгляда и отпрянул. За окном, слегка дрейфуя, проплыла мимо эмбриональная капсула, явно еще недавно бывшая частью чьего— то корабля. — Что за... — пробормотал Раинер, нахмурившись. — Меня смутили осколки Ксифоса, которые нас протаранили, но это? Ордис, фиксируются сигналы о помощи в доступном диапазоне? — Сигналов о помощи не фиксируется, оператор, — невозмутимо отчеканил Ордис спустя несколько секунд. — Хреново дело, да? — за окном проплыл большой кусок внутренней обшивки, и оператор Оберона не без отвращения отметил про себя, что тот обильно залит подозрительной багровой жидкостью.  — Слушай, давай ты на меня лучше посмотришь? — Киан тут же цепко схватил его за подбородок, разворачивая к себе. — У меня еще много интересного тут. Он выразительно облизнул бледным языком глубокий старый шрам, перечёркивающий его рот. Раинер вскинул брови, отметив про себя, что у него не только губы задеты, но и явно костная ткань, отчего напарник и имеет этот странный речевой дефект. — Я что, по-твоему, крови не видел? Или... Всего остального. Я медик вообще-то, Киан! — немного оскорбился Раинер, с подозрением отметив, что горе-напарник выглядит не только не расстроенным увиденным, но довольно возбужденным. — Отцепись, у тебя руки дрожат. Он лениво откинул чужую руку от лица и быстро прикинул варианты развития событий, тут же поспорив сам с собой, и уступив собственной совести: — Даже если сигнала о помощи нет, мы должны выяснить, что там случилось. Ордис, отследи направление, откуда несёт осколки как можно точнее, и возьми курс. — Курс построен, оператор, — отозвался бортовой, и турбины лисета тут же мерно загудели, набирая мощности. Раинер поднялся с пола и только выпрямился, когда раздался хлопок, и корабль слегка повело, свет заморгал, на несколько секунд потух, а после раздался набирающий обороты гул резервного генератора. В помещении воцарилась полутьма. — О, теперь поприятнее обстановочка, — обрадовался Киан. — Как это понимать? — Раинер непонимающе заморгал, приспосабливаясь к потёмкам. — Повреждение генераторов основного питания. Благодаря борту восемь-восемь при столкновении, — тут же услужливо отозвался Ордис. — Оператор, курс проложен, но в текущем техническом состоянии борта дорога займёт... Куда больше времени. — А мой нормально, на ходу, — порадовался Киан, судя по всему, получив отчет о состоянии собственного корабля от бортового в настоящий момент. — Радость-то какая, — процедил Раинер. — Ну и что теперь будем делать? — Забьём на эту твою альтруистическую идею и полетим к Алу в додзё, — пожал плечами Киан. — Там быстро твою стерильную посудину починят, даже я поучаствую. — Не надо участвовать, — запротестовал Раинер. — В ремонте не надо. Он развернул информационное меню и вбил координаты додзё клана командира Фроста. Додзё располагалось довольно далеко, к тому же, месторасположение было очень удобным. Рядом соседствовала буквально полная инфраструктура, от торгового хаба, до перекрестия путевых узлов. Командир, должно быть, немало усилий и кредитов выложил на то, чтобы организовать клановое прибежище именно в этой локации. Раинер ненадолго задумался, насколько там должно быть шикарное убранство, а с учетом внимательности к деталям командира Ала, там просто обязаны быть все удобства и даже больше. Может быть, не такая уж и плохая идея – присоединиться к ним, может даже опыта быстрее получится набраться, получить звание, а когда— то стать командиром своего собственного отряда… — Ты всё равно бы не узнал, что я участвовал. Хотя, теперь подумываю о том, чтобы оставить что-нибудь на память на корпусе твоего лисета, — Киан явно развлекался, не заметив, что хозяин судна призадумался и почти его не слушает. — Киан, готовь своё корыто к буксировке, — внезапно возвестил Раинер, перебивая незадачливого знакомого.  — Возьмёшь мой лисет на сцепку, и летим по этим координатам. Он быстро выбрал нужный адрес отправки с полной невозмутимостью в лице. Комм оператора Некроса разово пискнул. — Так это не те, — Киан покрутил цифры на своей панели, но уже понял, к чему клонит хозяин корабля. — Ты меня без ножа режешь, фиалка. А лучше бы с ним. — Так, — Раинер тут же сдвинул брови к переносице, всем видом показывая, что не рад такой перспективе даже в разрезе идеи. — Отдавай команду. Нам надо поторопиться, Киан. Некрос отточенным движением быстро набрал что-то на панели и Раинер почувствовал, как Лисет дрогнул – это окончательно отцепился трап, по которому напарник взобрался на борт. Раинер до последнего думал, что того уже и след простыл после всех этих встрясок, но оборудование Киана оказалось крепче, чем выглядело на первый взгляд. Последовала короткая пауза и корабль снова пришел в движение, но на этот раз плавно разворачиваясь. — Ну, как ты и хотел, — прокомментировал Киан, снова поднимая взгляд. Раинер отметил про себя, что приятеля перестало потряхивать, но запоздало уловил в его голосе подозрительно низкие нотки. — Как ты и хотел, взял твой вылизанный саркофаг на буксир. Но давай договоримся: ты едешь со мной. В моём лисете. Раинер опешил от внезапной постановки вопроса, но тут же взял себя в руки. — Киан, опять твои идеи не к месту? Я еще не восстановился после обрыва, и… — Раинер замешкался, пытаясь придумать еще тысячу причин, лишь бы не лезть на мертвецкий орбитр Киана в его сомнительном состоянии. О сомнительном состоянии кого – корабля или его хозяина была эта мысль, оператор Оберона тоже сомневался – напарник вроде криво усмехался, но в его нездоровом взгляде читалось какое-то отчаяние. — Нет, точно нет, мой варфрейм еще не готов, в конце концов! Да и с чего бы мне… — Просто побудешь там немного, увидишь, как звёзды в трещинах на стекле преломляются, услышишь, как трещат переборки. Красиво, ты здесь такого не почувствуешь, — перебил его Киан, не моргая, и закусил губу. Раинер с подозрением замер. В голосе напарника не было насмешки, напротив – лишь странная, и даже какая-то болезненная, настойчивость. Похоже, это не было очередной странной причиной, но казалось для девиантного напарника чем— то действительно важным. Нечто иррациональное, но настоящее. Именно в этот момент Раинер понял, что ему в кое— то веки удалось перехватить инициативу в диалоге с Некросом. — Хорошо, — согласился он, кинув взгляд на кузницу. Зияющая дыра в шлеме Оберона стараниями бортового полностью исчезла, и сейчас аппарат завершал полировочные работы. В целом, варфрейм уже можно было использовать. — Но за это будешь мне должен. Одно дело, но без каких— либо споров и дополнительных условий, и когда я попрошу – ты мне не откажешь. Какой бы странной или неприемлемой тебе моя просьба ни показалась. Слышишь? Раинер проговорил мягко, но всем своим видом постарался показать серьезность своего намерения. Киан расплылся в очередной усмешке, но по его блуждающему взгляду Раинер понял, что напарник смирился с идеей и не соскочит. — Готовь своего потерпевшего красавца, фиалка. Покажем вам свой реликварий. — — — — Киан, долго нам еще? Твой орбитр это просто... Катастрофа, — выдохнул Раинер, стараясь не смотреть по сторонам. В треснутом лобовом стекле на капитанском мостике корабля Киана зияла холодная, успокаивающая чернота космоса, Лисет мерно двигался вперед по назначенным заранее координатам. Внутри царили потёмки, но Раинер под личиной Оберона то и дело цеплялся взглядом за багряные неизвестные символы на стенах, за трофеи, которым он одновременно завидовал и которые одновременно жалел — вид у них тот еще. Лисет слегка зашатало, и когда Оберон оступился, под его каблуком лопнуло что-то мягкое. Раинер глухо взвыл, не желая даже смотреть в ту сторону. — Ты там глазную мышцу с яблоком раздавил, наверное, от какого-то гринирского образца, — Некрос наконец-то деловито поднялся на мостик и кивнул на пол. — А может и не от гринирского, а от того, который... — Молчи, умоляю, я не хочу знать, — проскулил Раинер, собрав все остатки сдержанности. — И какие еще "образцы"? У тебя тут просто ошметки тел по всему кораблю разной степени разложения, настоящая помойка! — Это не мусор, мне всё это надо, — удивился Киан. — И ты сам согласился на моём корабле лететь. Тут обычно никто не бывает. Живым и целым так уж точно. Киан под личиной Некроса подошел к столу на капитанском мостике, что в моделях этой серии обычно служили импровизированными подставками для дисплеев социально— коммуникативного назначения. Раинер тут же припомнил свой уютный капитанский мостик, где на том же месте располагался дисплей с новейшей информацией от местного торгового хаба, где время от времени можно было найти неплохое предложение при должном усердии. Они со Стиной часто зависали вдвоём на этом импровизированном онлайн— шопинге, подыскивая необходимое — язык у обладательницы Тринити был подвешен что надо, и продавцы нередко уступали ей в борьбе за скидки. Некрос тем временем уже смёл в сторону различную мелочевку, что была разбросана на столе, которая с грохотом частично посыпалась на пол, и ловко водрузил на него свой зад.       — Не напоминай, у меня не было особого выбора, — Раинер тоже огляделся в поисках более удобного места, но всё вокруг было слишком занятым, либо слишком грязным. Оператор Оберона ещё раз с досадой припомнил вид собственного, тащащегося позади на буксире, десантника: такого чистого, красивого, стерильного... Несмотря на повреждения, лисет напарника действительно был на ходу, и даже все системы работали почти идеально. Раинер, отмыв собственное лицо, комбинезон и свежеотремонтированного Оберона до блеска, уже при входе на корабль Киана почувствовал неладное, но отступать было поздно. Некрос тем временем выудил из-за спины Страх, и теперь крутил его в тонких ладонях, что-то тягая и настраивая. Раинер особо в устройстве этого мяснического, по его мнению, лука не разбирался, предпочитая ему куда более изящный, точный и скорострельный Парис, но нетрудно было догадаться, почему напарник выбрал именно эту модель стрелкового оружия. Очевидно, из-за сомнительной любви к расчленению. Раинер уже было помрачнел на том конце переноса, когда заметил, что рука Некроса предательски трясётся при очередной попытке натяжения мощной тетивы. — Командир Барт так себе медик, — не смог удержаться от комментария Раинер с досадой в голосе. — Он не командир, — тут же отозвался Киан, прекратил мучить своё оружие и теперь просто уставился на собственную трясущуюся руку. — Скорее бесплатное к нему приложение. И уж точно не медик. Такому медику мало руки засунуть в...    — Слушай, а что там произошло на Меркурии, когда мой перенос оборвался? — перебил оператор Оберона, предвосхитив анатомические подробности в пожеланиях Киана. Тот наклонил голову вбок и потряс кистью варфрейма, потом сжал и разжал её, но тремор не прекратился. Пару минут Раинер поколебался, наблюдая за этой картиной, но не выдержал и подошел сбоку, обогнув стол и острые колени Некроса. Заживлённая наспех рана на спине варфрейма напарника слегка искрила и сквозь не до конца сошедшиеся ткани тут и там проглядывали соединительные проводники. Раинер с быстротой профессионала прощупал края разреза, на свой страх и риск немного просунув белые кончики пальцев своего варфрейма внутрь. Некрос никак не отреагировал, только слегка повернулся в его сторону. — Что-нибудь чувствуешь? — засомневался Раинер, аккуратно прощупывая бронный стык варфрейма товарища в поисках соединительного сочленения. Бронные панели Некроса, как обычно, были словно неисправно— горячими, и Раинер вскользь подумал, что работая на таких температурах, его собственный варфрейм уже давно поплавил бы все проводники, а то и броню вместе с ними взятыми. — Не— а, — протянул Киан и повернул к нему голову. — Не стесняйся, можешь быть со мной пожёстче, фиалка. Кто знает, может мне даже понравится? — Я не...  — обалдел Раинер, но тут же взял себя в руки. Выверенным движением он быстро отсоединил панель на лопатке Некроса и подключил интроспективные экраны, настроенные на диагностику. — Сиди смирно. Я хотя бы что смогу поправлю. Он запустил пальцы вглубь раны, практически тут же уцепившись за нужные соединения и потянул их на себя. Некрос только дёрнул плечом, что скорее было рефлексом, чем реакцией. Раинер кинул на него беглый взгляд, но во всю занялся интерпретацией бегущего нагромождения данных, которые оказались ну очень противоречивыми. — Твой варфрейм неисправен на фундаментальном уровне, — констатировал он, быстро разорвав вручную одну из клемм, за которой потянулась неприятная тягучая жидкость. Раинер приподнял бровь, но большого значения увиденному не придал. Еще немного – подумал он – и он вообще прекратит испытывать удивление. — Тут все-таки что-то расплавилось, похоже. Как ты вообще оперируешь им в таком состоянии? Это же адская боль должна быть. — Никак не оперирую, — голос Киана прозвучал прямо рядом с ветвистой нейрооптикой, отчего Раинер вздрогнул. Некрос до натяжения шейной лигатуры наклонил коническую оптику, почти касаясь ею головы Оберона. Он явно забавлялся.  — Договариваюсь с ним… Иногда заставляю. А иногда он управляет мной. У вас разве не так? — Киан, это не смешно, это патология, — скривился Раинер, без церемоний оттолкнув сегментированную оптику приятеля предплечьем. Он поймал себя на мысли, что больше не отшатывается от этих внезапных тактильных проявлений Некроса, скорее просто испытывает лёгкое раздражение, как от дурной привычки. — Подобная степень сращивания — это неминуемая потеря контроля над переносом. Ты становишься не волей своего варфрейма, а какой-то очередной запчастью. — Брось, чудо-лекарь, — глухо рассмеялся Киан своим каркающим смехом. — Мы и так тут все запчасти системы. Кто— то винтик, кто— то – шестерёнка. Я предпочитаю представлять себя стружкой, например. Забиваю механизм, пока он не заскрипит. А ты? — А я не хочу ассоциировать себя с какими— то деталями, что за бред? – возмутился Раинер, заталкивая исправленное соединение обратно в спину варфрейма Киана. Этого было мало, но это была качественная работа. Нужно было взяться за товарища основательно, но сейчас он явно на это не согласится. — Ладно, если нормального диалога у нас не клеится, рассказывай, что было на Меркурии. — Опять ты за своё, только мы коснулись чего-то интересного – твоих ассоциаций, — Киан попытался встать, но Раинер дернул его обратно. Некрос смиренно сел на место и отвернулся к треснутому стеклу, его тонкие когтистые пальцы забарабанили по корпусу Страха, явно повторяя какую— то незатейливую мелодию. — Ничего, что ты бы одобрил, — не удивил своим ответом Киан. — Мы зачистили большой отряд этих уродцев, а потом пришлось убеждать Ала, что это было случайностью. Что мне можно доверить твою тушку. И чтобы он не совал руки и нос в чужие раны. — Какие раны? Чьи? – не понял Раинер. Он уже выудил реагент и теперь корпел с ним над бронной панелью Некроса, пытаясь приладить ту как можно ровнее и функциональнее. — Ну, информатора этого. Важно, чтобы никто лишнего не трогал, — голос Киана зазвучал как-то отрешенно и Раинер неслабо напрягся, уже выдумывая пути к отступлению, но пришел к осознанию, что сбежать с его лисета в случае чего будет непросто. — Он умер быстро, так что еще не знал об этом. Так что, пока его плоть еще помнила, как говорить, я постарался извлечь максимум пользы на перспективу. Раинер поёжился, почувствовал неприятные мурашки в районе шеи. Ему этот разговор не нравился, но иметь представление о том, чем закончилась миссия, было бы мудро на его взгляд. В его воображении тут же всплыла картина: его бедный варфрейм в гуще гринирского хаоса, Киан, «допрашивающий» мертвеца и командир Ал, желающий придушить их всех на месте. Раинер зажмурил глаза, сидя в капсуле, отгоняя подальше подобные недостойные мысли. — Ты пытал труп? Допрашивал, или что? Какого…, — попытался внести ясность оператор Оберона, но не нашел больше достойных метафор. — Нет, — Киан снова повернулся, вцепившись в лук.  — Я вдохнул в него немного... жизни. Точнее, обратной её стороны. Она иногда говорит куда громче. Он назвал имя. Оно сейчас как раз не даёт спокойно спать нашему профессиональному командиру Алу. Ты сам слышал, как сильно он жаждет меня видеть. — Что значит вдохнул? – между делом уточнил Раинер, проводя тонким пальцем варфрейма по запаянному реагентом шву на черно— красной панели Некроса. Палец тут же ощутимо нагрелся. — Это осознанное взаимодействие? Или мышечная память? Сработали какие— то остаточные нейронные связи? — Сознание?  Да оно утекло вместе с лужей его крови в дырки платформы, но кое— что осталось, — оживился Киан и резко спрыгнул со стола, похлопав по его поверхности рукой в качестве приглашения. Раинер секунду поколебался, но подошел и уперся спиной о край. Некрос, не церемонясь, ловко подхватил его под бедра варфрейма и подсадил на поверхность. Потом осмотрелся вокруг и что-то поднял с пола. – Осталась вуаль, эмоциональный отпечаток, назови как хочешь. Раинер с сомнением проследил за действиями напарника, уже жалея о том, что спросил. Некрос тем временем вернулся и показал ему что-то на ладони. Рассмотреть в потемках было непросто, но оператор Оберона справился – в тощих черных руках варфрейма товарища лежало многострадальное раздавленное глазное яблоко гринира. — Эм, и? – Раинер поборол брезгливость в голосе, так как отметил про себя, что ему все же интересно, что будет дальше. «Чисто профессиональный интерес» — оправдался он перед собою. Глаз был в ужасном состоянии. Киан молча кивнул на глазное яблоко, после чего Раинер вновь услышал тот странный и неприятный клокочущий звук, который иногда издавал варфрейм товарища. В тот же момент ладонь Некроса с образцом вспыхнула багровыми искрами, и биологическая ткань гринира пришла в движение. Словно зараженная техноцитом гипертрофированная амеба, глазное яблоко стянулось воедино, обретая первоначальную форму. Теперь Некрос взял его одними пальцами варфрейма, чтобы поближе продемонстрировать Раинеру вполне функциональную часть бывшего врага — зрачок медленно завертелся и уставился на оптику Оберона. — Сможешь так, чудо-лекарь? – усмехнулся Киан, предлагая оператору Оберона подержать образец. — Смогу что? – задумчиво переспросил Раинер и отрицательно мотнул ветвистой нейрооптикой, но глаз всё же тщательно рассмотрел, не без удивления заметив, что при детальном рассмотрении он будто подергивается легкой рябью. «Как голограмма, или иллюзия?» — усомнился он про себя, пытаясь припомнить хотя бы одну технологию подобного воспроизведения из медицинских протоколов, но таких там не существовало.  — Вытянуть правду из подобного, что уже точно не сможет врать? – голос Киана стал каким-то тихим и речевой дефект стал очень заметен. — Вряд ли, да? Твои инструменты и знания скорее для тела, а что насчет той части бытия, которая когтями за реальность цепляется? Не хочет уходить… А может хочет, но кто её отпустит теперь? Раинер и не заметил, что Киан слишком уж стал напирать, едва ли не придавливая его к поверхности стола. Напарник явно упивался происходящим, энергопотоки на его варфрейме снова засбоили. Оператор Оберона заерзал на месте, отталкивая неадекватного напарничка подальше вместе с его противным трофеем. — Мои знания спасают жизни, а не растягивают агонию, — серьёзно проговорил он. — И отодвинься, от тебя такая жарища. — Хочешь, научу тебя? – не изменяя себе, проигнорировал его Киан, явно поглощённый своей сомнительной лекцией. Раинер тяжело вздохнул, представив на секунду, как оператор Некроса лобызает эти ошмётки, оставшись в одиночестве, раз даже в его присутствии абсолютно не гнушается. — Не хочу, — быстро проговорил оператор Оберона и отпихнул товарища. Тот слегка отклонился в сторону и Раинер воспользовался моментом, чтобы улизнуть к противоположной стене. Киан только пожал плечами и небрежно кинул глазное яблоко на стол. Оно снова было раздавленным, бесформенным, и абсолютно безжизненным. — Я с тобой больше не поеду, — прокомментировал это оператор Оберона и, скрестив руки на груди, оперся на позади стоящую грязную и потёртую полку. На ней что-то подозрительно пульсировало. — И давай сменим тему. Я всё еще хочу знать, что за история с информатором. Ты сам вообще в курсе? Что там за имя? — Опять ты за своё, — Некрос склонил конической нейрооптику набок, явно разочарованный сменой вектора разговора. — Столько внимания этому дохляку, я начинаю ревновать. — Чего? – нахмурился Раинер, но предпочел настоять на своём, не дав напарнику заговорить себе зубы. — Командир Аллин явно будет запрашивать сводку по миссии, я должен обладать хоть какой-то информацией. — Ты слишком хорошего мнения о нашем командире, фиалка, — протянул Киан и пару раз махнул тощей ладонью, явно разворачивая интроспективные экраны перед собой. — Ну я тут записал, короче… Вроде «Вейн», или «Юлэс». Или вообще «Код». Быстро нацарапал. Раинер вытаращился на товарища, не веря аудиосенсорам собственного варфрейма. — Ну я не помню, честно, — пожал тощими плечами Некрос. — Там так себе была обстановочка. У меня в одной руке кишки были, а второй пытался твою рогатую тушку прикрыть от шрапнели. Ещё Ал орал, как потерпевший… — Не перестаю поражаться твоей безответственности, Киан, — Раинер тяжело вздохнул, запрокинув голову. – Вымучил из мертвеца единственную зацепку, и ту не запомнил. Гениально.    — Да не парься ты, я же говорю — Ал тоже там был, я передал ему информацию, еще аудиофайл выслал, как-нибудь разберемся, — махнул рукой Киан. — Я буду отчитываться. В любом случае Ал уже готовится меня по стенкам хаба размазывать, так что разницы никакой. Просто постоишь, посмотришь. — Не хочу я смотреть, как тебя размазывают, — запротестовал Раинер, но тут же спохватился. — Я уже устал от этих разборок и эмоциональных всплесков, так дела не делаются. — Это никого не волнует, особенно Ала, когда дело касается его репутации, — Киан явно скривился на том конце переноса. Потом подошел к панели управления кораблём и открыл окно лога, проверяя маршрут вручную. Раинер слегка удивился, так как обычно подобным занимается бортовой, но быстро вспомнил, как товарищ упоминал о заглушенном помощнике. Он все же надеялся, что Некрос просто бахвалился, или шутил в свойственной ему манере. За размышлениями Раинер почувствовал, как плеча касается что-то живое и не ошибся. Пульсирующая масса, покоящаяся на полке, уже частично переползла на его плечо. Быстро избавившись от неопределенного гостя, Раинер быстро зашагал за хозяином судна на капитанский мостик, устроившись сбоку. — Как думаешь, найдём мы там хоть кого-то живого? – он поднял руку, чтобы протереть грязное лобовое стекло. На ладони Оберона осталась какая-то багряная пыль. Потом кинул взгляд на стоящие на подставках многочисленные трофеи.  В своём решении он не особо сомневался, но мысли предательски блуждали. — Или зря летим? — Это в любом случае не будет зря, если пораскинуть мозгами, да? – пожал тощими плечами Киан и свернул логи. После этого вскинул нейрооптику и оперся рукой о поверхность на капитанском мостике. — Даже если найдем трупы и искорёженный металл – это даст ответ на твой вопрос. Очень красноречиво. — Я такого исхода не хочу, — запротестовал Раинер, прекрасно понимая, что кровожадный напарник может оказаться прав с вероятностью более восьмидесяти процентов. Оператор Оберона переступил с ноги на ногу, заставив себя успокоиться. — А если найдём живых, — продолжил наседать Киан, при этом сделал пару шагов в сторону Раинера. — Не пожалеешь об этом? Ты же понимаешь, что если корабль разрушен, даже частично, выживание редко проходит без изменений. Психических, или физических. Так кого будем спасать, док? Киан хрипло рассмеялся, схватил Оберона за предплечье и слегка потряс. Раинер почувствовал неприятный холодок, который не был связан с температурой на борту. Он быстро припомнил медицинские протоколы на тему возможных девиаций: психозы, техноцит, мутации от радиационного или биологического поражения… — Хочешь сказать, там будет опасно? – Раинер ощутимо напрягся, стараясь освободиться из цепкой хватки. Отступать уже некуда, он пришёл сюда как медик, повинуясь долгу перед системой. Но Некрос со своим извращённым, параноидальным чутьём вполне мог оказаться прав. Остаётся только выяснить. — Я и говорю – это опасно, тем более, мы никого не известили о нашем маленьком приключении, — понизив голос, нездорово прошипел Некрос, теперь переместившись Оберону за спину и заглядывая через его плечо. Спине тут же стало слишком тепло. — Удивлён что ты не подумал об этом раньше. — Я не могу по-другому, Киан, — уверенно парировал Раинер с неожиданной для самого себя твердостью. Он повернул ветвистую голову и встретился едва ли не лицом к лицу с сегментированной оптикой Некроса. — Это моё призвание, даже если это бессмысленно с точки зрения твоей девиантной логики. Киан немного помолчал и протянул тощую руку из-за его плеча, показывая в сторону лобового стекла. В кромешной черноте космоса, озаряемая лишь тусклым светом далёких звёзд и бортовыми огнями их лисета, медленно выплывала из тени другая масса. Не бесформенный обломок. Это был корабль. В его корпусе угадывался транспортировщик Корпуса. Цельный, угрюмый, с потухшими ходовыми огнями и зияющими тёмными окнами. Его корпус был покрыт шрамами от осколочных попаданий, а одна из гравитационных пластин по борту криво торчала в сторону, словно сломанное крыло. Он висел в пустоте неподвижно, без признаков жизни, словно гигантское надгробие. Их пункт назначения. — Киан, это же фрегат Корпуса, — на несколько минут зависнув от масштаба поражения, промямлил Раинер. — Но мы же Ксифос искали, где он? — Возможно где-то пришвартован, ты глянь на эту махину, так сразу и не увидишь — присвистнул Киан. — Ну, готов войти в историю на этом прекрасном кораблике, чудо-лекарь? Киан тяжело сполз с его спины, как гигантская пиявка, и их лисет затрясло. Это Некрос активировал заход на стыковку, готовя трапы. Раинер не ответил, только нервно повёл плечами и принялся перепроверять готовность систем варфрейма.