Ре Минор.

      Я слабо помню дальнейшие события. Помню, как выехал из дома сразу же, как только получил сообщение, помню, как звонил сестре Гарри, чтобы узнать адрес, и помню, как у меня раскалывалась голова. Не было слез, не было истерик: я просто находился в состоянии шока. Я не знал, как быть, что думать, и, главное, каково сейчас Гарри. Мне нужно срочно его видеть. Просто необходимо. - Это ты - Луи? - дверь мне открыла миловидная блондинка невысокого роста, державшая в руках полотенце. - Да, это я, где Гарри? - Он не выходит из комнаты. Проходи.       Мои руки тряслись, а сердце бешено стучало. Боже, я даже представить не могу, что он сейчас испытывает. - Где все? - Поехали в больницу. А Гарри отказался.       Я закрыл лицо руками. Гарри всегда ездил к ней в больницу, а сейчас, когда Джейн очнулась, не поехал? Почему?!       И только в эту секунду до меня дошло: Джейн очнулась. Та самая Джейн, которую любил Гарри. Та самая Джейн, из-за которой мы не могли начать отношения, а начали мы их потому, что врач сказал: "Она не очнется". Но она очнулась. - Пожалуйста, покажи мне, где его комната. - Идем.       Пока мы с Джеммой поднимались по лестнице на второй этаж, она спросила: - Вы ведь с ним встречаетесь, верно? - Сейчас я уже ни в чем не уверен, - выдохнул я. - Ты нужен ему, Луи. Сделай что-нибудь, - она показала мне на дверь, ведущую в комнату Гарри, - пожалуйста.       И она ушла. А я? Я остался стоять рядом с дверью, не решаясь заговорить. Я просто не знал, что сказать: может, он вообще не рад меня видеть? Или, может, он обдумывает план, как сказать мне, что я ему больше не нужен? Черт, Луи, конечно же ты ему не нужен, ведь его любимая девушка очнулась!       Интересно, каково сейчас Джейн: наверняка она хочет видеть Гарри, а к ней приехали все, кроме него. Кому-то точно будет плохо, но Гарри сейчас хуже всех.       Медленно дернув за ручку двери, я понял, что комната заперта изнутри. Конечно, Томлинсон, а чего ты ожидал?! - Гарри? - шепотом произнес я, - привет, это... Это Луи.       В ответ последовало оглушающее молчание. И тут я запаниковал, я правда не знал, что делать: стучать в дверь? Или продолжать разговаривать с ним? А может, ничего не говорить? - Гарри, пожалуйста,- в эту секунду я понял, что сейчас расплачусь, и мой голос задрожал, - скажи что-нибудь.       Наверное, Гарри понял, как я себя чувствую сейчас, потому что дверь в комнату медленно открылась. Там было очень темно, даже окно было завешено занавеской. Я вошел в комнату и включил свет. - НЕТ!       Я вздрогнул. Гарри кричал, стоя ко мне спиной. Если я хоть что-то смыслю в психологии, то это не есть хорошо. - Что такое? - ЧЕРТ, ПРОСТО ВЫКЛЮЧИ ГРЕБАНЫЙ СВЕТ! - теперь крик стал истерическим, и я понял, что делаю только хуже. Выключив свет я шел "на ощупь", пытаясь понять, как же мне найти его в темноте. И когда я вдруг наткнулся на его локоть в темноте, он снова закричал: - Не подходи ко мне!       Мы стояли возле окна, и благодаря тонкой щелочке света я мог едва-едва разглядеть его лицо. Глаза было опухшими от слез, а губы он закусал настолько, что, казалось, они стали в два раза больше. - Тише, тише, успокойся. - Я не хочу успокаиваться! Не трогай меня, Луи! Почему вы все просто не можете оставить меня в покое, я хочу побыть один, я...       И в этот момент я подскочил и поцеловал его. Я знал, что по-другому он не замолчит и будет продолжать кричать на меня. Знаю, ему нужно выговориться, но он сейчас не понимает, что он говорит и делает. И нет, я поцеловал его не потому, что хотел напомнить ему то, что он встречается со мной, нет, я просто правда хотел помочь ему.       Первые несколько секунд он яростно вырывался, но потом я почувствовал, как на его щеках стали появляться новые слезинки. Я вытер их большим пальцем левой руки, и он ответил на поцелуй. Когда он немного успокоился, я медленно отстранился: - А теперь давай сядем, хорошо? Садись.       Я сел на пол возле окна и вскоре понял, что он сел рядом. Я аккуратно приобнял его за плечи, и в эту секунду он снова заплакал, уткнувшись лицом мне в плечо.       Черт, мне было так больно. Так больно видеть, как человек, который стал для тебя всем миром, страдает, как он содрогается от рыданий. Я медленно гладил его по голове, стараясь показать ему свою поддержку. Только сейчас, находясь рядом с ним в темной комнате, я понял, как же ему тяжело, как сильно он сейчас ненавидит Зейна за то, что он сделал с Джейн, и врача, который сказал, что она не поправится. Более того, мне казалось, что я один его понимал сейчас, я один мог заставить его почувствовать себя лучше и поехать к Джейн. Я уверен, она очень ждет его. И, хоть мне сейчас было невыносимо больно даже думать о его воссоединении с Джейн, я понимал, что, скорее всего, так оно и будет. Но сейчас это не имело значения, я просто хотел, чтобы ему стало хоть немного лучше.       Дверь в комнату Гарри открылась, на пороге стояла Джемма с подносом с едой. - Гарри, Луи, я принесла... - она не успела закончить предложение, потому что Гарри снова закричал. - Джемма, пожалуйста, пожалуйста, уйди! - Гарри, я... - Пожалуйста... - он снова заплакал. Это было так невыносимо. - Я просто оставлю еду, - она увидела мой жест "все под контролем" и едва заметно кивнула, - и уйду. Не переживай.       Она поставила поднос на стол и вышла из комнаты. Если Гарри не подпускает к себе даже сестру, значит, дело плохо. Конечно, я был рад, что он меня не выгнал, но я все еще не был уверен, что помогаю, ведь я просто сидел рядом. - Гарри, не хочешь поговорить? - Хочется спать.       Это всё, что он сказал мне. Когда я спросил, не хочет ли он лечь на кровать, он помотал головой, а затем лег ко мне на колени. Я убрал волосы с его лица, а потом прошептал ему "спокойной ночи". Он ничего не ответил. Минут через десять я понял, что мой мальчик уснул.       Ночь прошла просто ужасно. Гарри, наверное, каждые полчаса просыпался, вскрикивая, а потом снова начинал плакать. Я и вовсе не спал, поэтому был готов к тому, что он проснется снова. Он сказал, что она ему снится, снова и снова.       Около трех утра я заставил его немного поесть, а затем он снова уснул. Я не знаю, когда вернулись его родители (и вернулись ли они вообще), потому что к нам они не заходили. Вероятно, Джемма сказала им, что я пришел. Хотя, возможно, они еще в больнице у Джейн, я не знаю.       Меня не покидало чувство тревоги. Каждую секунду я думал, что Гарри скоро уйдет, вернется к ней, а я останусь один. Знаю, возможно это очень эгоистично с моей стороны - думать о себе в такой момент, но я не мог это контролировать. Ближе к пяти утра я уже настолько ушел в себя, что даже не понял, как расплакался. По моим щекам просто текли слезы, и понял я это тогда, когда Гарри, проснувшись, спросил: - Луи, Луи, в чем дело?       Он поднялся с моих коленей и начал поспешно вытирать мои слезы, которые, как назло, не переставали катиться по моим щекам. - Я... Прости, я не знаю, в чем дело. Прости. - Ты съездишь со мной?       Я сразу понял, куда и к кому он просит меня съездить. И, конечно, я не мог ему отказать, несмотря на то, что видеть Джейн мне сейчас будет очень сложно. Ничего, Луи. Нужно сделать это. Сделать это ради него. - Конечно.

***       Я стою в палате Джейн, в нескольких метрах от ее кровати, и слышу, как они оба плачут, вижу, как они улыбаются, и понимаю, как они счастливы. И в эту же секунду мое сердце сжимается. Они держатся за руки, переплетая пальцы, Джейн что-то говорит, а Гарри лишь довольно кивает в ответ, вытирая слезы. Когда я вошел в палату, она сказала, что рада меня видеть, и что слышала все то, что ей говорили посетители. Она помнит все то, что я говорил. А потом она добавила: "Спасибо, что ты заботился о Гарри, пока меня не было рядом". Если бы она знала, что я не просто заботился о Гарри - за это недолгое время он успел стать центром моей вселенной. И вместо всех моих мыслей я выдавил только жалкое "рад был помочь".       Гарри был настолько увлечен разговором с Джейн, что, по-моему, вообще забыл, что я тоже нахожусь в палате. Да я разве могу его за это упрекнуть? Его любимая девушка вышла из комы - с такими новостями и свое имя забыть можно, не то, что про какого-то парня, с которым он провстречался месяц.       Я продолжал стоять в палате, слушать их разговор и осознавать, как я медленно начинаю умирать.

***       Джейн шла на поправку исключительно быстро. Уже через 4 дня ее выписали. Помню, как Гарри попросил подвезти его в больницу в тот день: тогда он без умолку извинялся за все перед ее родителями. Они были настолько рады выздоровлению Джейн, что разрешили ему приходить и навещать ее, а она постоянно повторяла, как сильно она его любит. - Я поеду с ними, хорошо?       Ему не нужен был мой ответ, потому что он уже направлялся к родителям Джейн быстрой походкой. Не успел я прошептать "хорошо", как он уже скрылся из виду. Я посидел в больнице еще какое-то время, а потом поехал домой.       Следующие три дня я находился в какой-то прострации: не выходил из комнаты (честно говоря, даже не вставал с кровати) и проверял телефон на наличие сообщений каждые три минуты. Но он не звонил и не писал. Три дня. Никаких новостей, ни одной смски.       На третий день я не выдержал и позвонил Джемме. Так вот она сказала, что Гарри сейчас живет у Джейн и дома он еще не появлялся. Я ответил сдавленное "понятно", и она, пообещав мне, что все наладится, положила трубку.       Милая, милая Джемма. Если бы она только знала, что ничего уже никогда не наладится.       Вряд ли стоит говорить о том, в каком состоянии я приехал в университет в понедельник. После трех бессонных ночей я выглядел ужасно. Да о чем я вообще говорю - я и чувствовал себя ужасно. На парах, Гарри, разумеется, тоже не появился. Надеюсь, нет нужды повторять, где он был все это время.       По прошествии недели я понял, что так продолжаться больше не может: я был настолько изнеможен, что не было сил даже на то, чтобы встать с кровати. Я знал, что не нужно прерывать их с Джейн идиллию, но больше ждать я не мог. - Алло? - я набрал его номер, и после нескольких гудков, наконец, услышал его голос. В моем горле застрял ком, и я не мог вымолвить ни слова, - алло, Луи? - Да, привет. Надо поговорить. - Что с твоим голосом? Где ты? - В общежитии. - О чем поговорить? Это может подождать до вечера? - Нет, - поверить не могу, что я для него - такое пустое место, - это не может подождать. - Хорошо, я буду через час.       После этого разговора был самый первый раз в моей жизни, когда я просто не мог остановить свои слезы. Они не давали моим щекам высохнуть. Казалось, с каждым разом их становилось все больше. Я прижал колени к груди и сидел в таком положении минут сорок, словом, до тех пор, пока в дверь не постучали.       Я быстро вытер слезы и крикнул "открыто". Для него здесь открыто всегда, но это был первый раз, когда он постучал. - Луи?! - он подбежал ко мне и сел рядом, - что с тобой? -Что с нами?       Гарри растерянно захлопал ресницами. Неужели он не ожидал такого вопроса? Или он уже и вовсе забыл, что было такое понятие, под названием "мы"? - О чем ты?       И вот здесь-то я и не выдержал. - О чем я?! О наших отношениях, вот я о чем! - я сорвался на крик, - я о том, что я полторы недели не могу спать, думая, где ты и почему ты мне не звонишь! Почему ты меня игнорируешь, Гарри? Джейн очнулась, и я уже стал не нужен? Ладно, пусть так, но почему ты даже не сказал, что я больше не нужен?! ТЫ просто исчез из моей жизни, да как ты можешь так поступать со мной? Неужели было так трудно хоть раз позвонить мне за эту гребаную неделю? Просто скажи мне, что между нами, и я не буду больше трогать тебя, раз ты так занят, что даже не можешь приехать на гребаные 10 минут!       Он молча слушал. Серьезно, он не произнес НИ слова. Просто слушал, ни одной эмоции наружу. Неужели ему настолько плевать? Он, черт побери, говорил, что любит меня! И он любил! Как же это невыносимо. - Луи, - он взял меня за руку и посмотрел мне в глаза, - я знаю, ты никогда не сможешь меня простить за это, но я должен быть с ней, понимаешь? Всё, о чем она могла думать, очнувшись, - это я. Она не хочет, чтобы я оставлял ее ни на секунду, мы очень связаны, понимаешь? Мне очень жаль тебя оставлять, но я не могу разорваться. Она столько пережила из-за меня. Прости меня, Луи.       Вот он и сказал мне, что я ему не нужен. Так больно мне не было еще ни разу в жизни.       Я просто встал и вышел из комнаты. Гарри побежал за мной, одергивая за руку. - Луи... - Не нужно этого, - мой голос начал дрожать, - ты уже все сказал. - Просто... Не забывай меня, ладно?       Я смотрел на него и пытался найти в нем того Гарри, который любил меня. Я пытался, очень пытался, но не находил. - Я уже забыл. - Что? - Я не буду тебя забывать, потому что я Уже тебя забыл. Уходи, уходи и не возвращайся.       И он ушел.