Стань моим ангелом

AQUILO – Silhouette Hollywood Undead – Outside Сердце бешено стучит в груди, руки слегка потеют, а сама девушка тяжело вздыхает. Лекса проводит ладонями по лицу, стараясь придать себе уверенный вид, и подходит к женщине для боевого тейпирования. Ей накладывают бинты на руки, после чего девушка надевает специальные перчатки и сжимает их в кулаки, прикрыв глаза. «— У меня послезавтра очень важный бой, — Лекса тяжело вздыхает и обнимает себя за ноги. — И мне страшно проиграть. — Я не спортсменка и не очень знаю, что говорят в таких случаях. Но… Ты так усердно к этому шла, так неужели ты дашь своему страху сломать себя? Если да, то ты не та девушка, которая замахивалась здесь в стиле «а-ля, я Джеки Чан, и я не сдамся», — Лекса посмеялась так громко, как могла. — Ты права, Кларк. Придёшь посмотреть на мой бой? — Да.» Лицо девушки освещает лёгкая улыбка от воспоминаний недавнего знакомства и слов белокурого ангела. Она выпрямляется в спине, а её взгляд наполняется холодом так, что, если заглянуть в эти зелёные глаза, захочется забиться в дальний угол комнаты подальше от них. Вся аура девушки буквально наполнена уверенностью в себе и некой огненной яростью. Лексе необходимо показать противнику, что она не слаба, чтобы не осталось сомнений насчёт её стойкости и твёрдости духа. — Готова? — Тяжёлые мужские руки легли на плечи спортсменки. — Да, — серьёзно отвечает девушка, разворачиваясь лицом к тренеру и обращая на него свой взгляд. Линкольн понял настрой Лексы, поднял её руки и сложил их вместе, положив при этом сверху свои и слегка сжав, кивнул: — Тогда идём. Они идут по направлению к рингу, и усилием воли девушка прогоняет последние остатки страха, таящиеся в ней. Она озирается по сторонам, когда взбирается на него и ищет глазами белокурое чудо. Вокруг не так много народу, как на чемпионатах, но в зале темно, поэтому разглядеть всех сразу весьма сложно. К счастью, внутреннее чутьё буквально подсказывает, куда нужно посмотреть, чтобы увидеть синеглазку, уже давно наблюдающую за ней. Лекса оборачивается, чтобы мельком увидеть противницу, и когда видит, что та не смотрит в её сторону, позволяет себе лёгкую улыбку в сторону Кларк. Девчушка поднимает большой палец вверх и делает весёлые удары в воздух. Опять намекает, что Лекса — «Джеки Чан», а брюнетка не может не расцвести от поднимающей настроение Кларк. Если бы она обладала способностью светить, то ослепила бы зал своим светом. Их «гляделки» длятся всего пару секунд, но этого обеим с лихвой хватает, чтобы зарядиться и почувствовать необходимое тепло внутри. А после просто ощущать внимание друг за другом на ментальном уровне. — Лекса, — брюнетка последний раз смотрит на Кларк, улыбается и, натянув на себя маску «хладнокровия», оборачивается к тренеру. — Я готова, Линк. С чего начнём? — Для начала без фанатизма, хорошо? В первом раунде проверим её защиту, если почувствуешь брешь — бей, а так пока что держи на расстоянии. Сделаем всё аккуратно. — Поняла. — Удачи. Лекса оборачивается к противнице, на лице которой некое презрение. Ну да, она же новичок. Но Росс уже всё равно, она гордо вскидывает голову, словно победила её раз двадцать, заставляя разглядывать пол, и ухмыляется. Девушки подходят в центр ринга, бьют друг друга по перчаткам в знак приветствия, и именно в этот момент Лекса излучает свою долю ярости глазами. Внутри противницы зарождается семя неуверенности, поэтому, когда звучит сигнал, означающий начало боя, отступает назад. Сама того не осознавая, Лекса приобрела первенство в их схватке. Ударом за ударом заставляя принимать её силу. Ведь в этот раз всё иначе, чем в поединке с Хилл, Росс нападает и чувствует превосходство, а не пятится к дальнему углу ринга, стараясь найти брешь в обороне противника. В этот раз она и есть хищник. И когда настаёт второй раунд, она активно этим пользуется, отрабатывая на противнице свои приёмы, как на обычной груше. Её удары легки, непринужденны, свободны, быстры. Лекса точно молния, полная заряда и энергии. Она чувствует свою мощь, заражается этим и хочет ещё. Росс входит во вкус и после недавних слов тренера: «Не забывай про защиту», всё-таки пропускает сильный удар в плечо. К счастью для неё звучит звонок, и они расходятся по углам, в одном из которых Линкольн делает небольшой массаж, а Лекса морщится, пока ей дают попить. — Я ведь сказал держать право. — Его тон недовольный, осуждающий. — Прости, я думала смогу увернуться, — тяжело дыша, оправдывается Лекса. — Нигде не болит? — Линкольн ощупывает плечо. — Нет, всё хорошо, — берёт его за руку, отстраняя и добавляет: — Я, кажется, знаю, как её достать…

***

Aquilo - Waiting Josh Garrels–A Long Way Лекса ждёт Кларк на их теперь уже месте и не может поверить, что месяц назад даже не знала, что значит общение с Кларк Гриффин — весёлой жизнерадостной девочкой, рядом с которой её душа буквально поёт. После её последней победы они начали видеться каждый день, и это стало чуть ли не первой необходимостью, как воздух для человека. Кларк восторженно описала свои эмоции от преображения Лексы на ринге, которую совершенно не удивила такая наблюдательность со стороны блондинки. Наоборот, её интерес к ней только усилился. Они увиделись лишь на следующий день после того боя, но Лексе показалось, что они и не расставались вовсе, будто были друг с другом всё это время на каком-то ином уровне. А когда действительно оказались рядом, Кларк посмотрела на Лексу так, что внутри что-то вспыхнуло, и чувства увеличились во сто крат. Сердце девушки постоянно отстукивает какую-то свою мелодию, когда ангелок напротив просто говорит, радуется или восторгается чем-то, и это делает её по-настоящему собой — той Лексой, которую будет знать только Кларк. Той Лексой, которой она была до трагедии с её Матерью. Лекса топчется на месте около здания, ощущая, как навязчиво подбирается ноябрь, и думает о том, что Кларк сегодня явно задерживается, а ещё было бы неплохо узнать, когда у неё день рождения. Ей хочется стать хорошим другом, потому что редко встретишь таких невинных людей, как Кларк. Потому что редко тебя так невыносимо тянет к человеку. И это с ней впервые. Лекса поднимает голову к небу, отмечая про себя, насколько сегодня угрюмая погода. И именно в этот момент из-за угла выходит Кларк, которая сразу же смущенно улыбается, едва замечая брюнетку, сжимающую лямку рюкзака на плече. Девушка обращает на неё внимание, забивая тревожный звоночек насчёт её опоздания в дальний угол. — Привет, — девушка улыбается, заглядывая в добрые синие глаза. — Привет, — тихо протягивает девочка, заправляя выпавшую прядь волос за ухо. Лекса наблюдает за манипуляциями ангелочка, и в голове непроизвольно щёлкает идея поменять что-то в их встречах: «Почему бы и нет?» — Кларк, — Лекса всегда ласково произносит это имя, с некой осторожностью, делая произношение особенным. — Как насчёт просто прогуляться? — Девочка без слов кивает в ответ и подходит ближе. — Тогда… мы можем зайти в кафе, ты случаем не голодна? — Да, было бы неплохо, но… И Лекса почему-то понимает без слов это «но». — Я угощаю, — радостно произносит брюнетка, и машет рукой в сторону, — пошли. У обеих на лицах улыбки, они идут рядом, обсуждая какие-то обыденные темы, школу Кларк и тренировки Лексы. Сколько бы часов они не проводили вместе, им всегда было о чём поговорить — от искусства до тех же самых боёв. Они настолько поглощены обществом друг друга, что не замечают, как им просто хорошо вместе, даже в тишине. И как им обеим этого мало. Лекса считает Кларк очень талантливой, она красиво рисует, и девушка убеждается в этом лично, когда проводит своими тонкими пальчиками по «подарку в честь победы». «— Это было правда круто! — хихикает девочка, когда они вместе сидят на бетоном полу. — Я в тебе ни секунды не сомневалась. — Спасибо, Кларк. Осознавать, что ты в зале и смотришь на меня, было неким стимулом, — Лекса прикусывает губу, думая, что сболтнула лишнего. Но Кларк так не считает. Она заливается румянцем и тянется к своей сумке, доставая оттуда альбом с черной обложкой. В него вложен рисунок, который она протягивает Лексе, и очередь багроветь приходится на неё. — Я нарисовала тебя по памяти дома. — Девушка прикладывает руку ко рту, не зная, что ответить. На рисунке Лекса, которая замахивается на противницу, и изображено это в таких мелочах, что кажется, словно это чёрно-белый снимок фотографа. Единственное, что отличает творчество Кларк от снимка, это обрисованная огнём перчатка. — А почему у меня горит рука? — Я так вижу.  — Мне очень нравится, — Лекса отвечает Кларк так, что сомнений в искренности не остаётся. — Тогда это мой тебе подарок. И… — она протягивает ей свой альбом. — Ты хотела посмотреть другие мои работы…» Все рисунки, все до единого были прекрасны: закат солнца, стройка, какая-то комната, просто воображение девочки и Лекса. В альбоме было большое количество набросков девушки, но все они не такие чёткие, как тот, что она подарила ей. В тот вечер Лекса подумала: «Если это не вдохновение, то что тогда?» Совсем недавно у них даже вошло в привычку рисовать тренировку Лексы. Ну как тренировку, девушка просто показывала приёмы Кларк, а та, смеясь, их рисовала. — Хм, как насчёт зайти в «дядю Сэма», была тут? — они смотрят на вывеску, где изображен пухлый повар с пончиком. — Да, однажды с Рейвен. Но ты же не любишь сладкое? — возмущается Кларк. — Пфф, тут, помимо шикарных десертов, делают ещё и отменные коктейли, — Лекса закатывает глаза, открывая перед девочкой дверь. Кларк как-то разворачивала свою любимую плитку белого шоколада с клубникой, предлагая Лексе, но, как оказалось, она не любит ничего из сладкого в принципе, помимо напитков. Ну и лимонного пирога Октавии. Это странно. Но не страннее того, что Лекса решила дружить с почти что ребёнком. «— Кларк, — девушка облокотилась о стенку, облегченно вздыхая. — Мм? — Только не обижайся на то, что я спрошу. — Девочка немного испуганно посмотрела на профиль Лексы. — Сколько тебе? — Четырнадцать, ну почти пятнадцать. А тебе? — с неподдельным интересом спрашивает Кларк. — Девятнадцать, — посмеялась шатенка. — Только разницы в возрасте я почти не чувствую…» Так и есть, её почти нет. Лекса смотрит на впереди идущую белобрысую макушку Кларк и пытается понять, что же заставило повзрослеть эту милую девочку. Ведь она хорошо знает её взгляд полный понимания и осмысления. Такой был и у неё в шестнадцать. Они садятся за столик в кафе, ощущая приятный запах ванили и свежей выпечки. В заведении всегда много посетителей, оно что-то вроде родного и полюбившегося всеми местечка с большим разнообразием вкусных сладостей. Поэтому, когда Кларк берёт меню, её глаза буквально начинают пылать. А Лекса с довольной миной наблюдает за ней: как меняется её лицо от радостного до серьёзного, как она слегка поджимает губы и едва заметно приподнимает одну бровь. — Чёрт, тут столько всего, — синеглазка откладывает меню, обращая всё своё внимание к девушке. — Можешь заказать всё, что хочешь, если, конечно, столько в тебя вместится, — смеётся Лекса, глядя на Кларк, которая наигранно хмурится. — Ну ладно, не дуйся, как шарик, возьми шоколадное пирожное «Брауни». Белл всегда заказывает его, когда мы приходим сюда. — Белл? — Кларк поднимает свои светло-синие глаза с фото пирожного, на которое указала Лекса. — Это твой… — Друг… В смысле брат, — брюнетке вдруг становится не по себе, она в какой-то степени ловит себя на мысли, что на несколько секунд занервничала. А после находит этому разумное объяснение — мол, неудобно бы получилось, если бы Кларк подумала, что он её парень. Да-да, всё дело именно в этом. — Ты никогда не рассказывала о своей семье, — Кларк задевает тему, которую Лекса пока не готова озвучить, даже ей. Пока что. — К слову, ты тоже. Единственное, что я знаю, это то, что твоя Мама не одобряет твои рисунки, — и тут же пытается перевести мысли Кларк в другое русло. — Кстати, ты показала ей их? — Ждала, когда ты спросишь, — Лексе даже показалось, что Кларк поняла, что она ушла от ответа. — Я показала именно тот закат, который ты посоветовала. И всё, что она мне сказала: «Красиво». — Взгляд девочки погрустнел, и она отвела его от пронзительных зелёных глаз. — Не грусти, Кларки, может, ей просто нужно время переосмыслить отношение к твоему увлечению? Лексе всем сердцем хотелось помочь своему белокурому ангелочку. Она видит, как художество девочки приносит ей то самое душевное спокойствие, о котором мечтают многие. Так бывает именно, когда занимаешься действительно тем, чем хотел бы и для чего создан. А у Кларк тот самый что ни на есть настоящий талант, и ей повезло — она открыла его сейчас, в то время, как другие могут его искать на протяжении жизни. Поэтому Лекса сделает всё, чтобы помочь Кларк раскрыть его. — Хотелось бы в это верить. К ним подошёл официант, и девушки сделали заказ. — И да, теперь моя Мама находит проблему не только в моих рисунках. — Брюнетка моментально напряглась. — Она стала замечать, что я прихожу под вечер, хотя её самой практически не бывает дома, и закидывать меня странными вопросами. — Она просто волнуется, — облегчённо вздохнула Лекса. — И что входит в перечень «странных вопросов?» — Например, где ты проводишь столько времени? — Так скажи ей правду, Кларк, — серьёзно ответила брюнетка. — И что я ей скажу? — девочка чуть приподняла глаза вверх, делая вид, что обдумывает какую-то информацию и продолжила: — Я встречаюсь с Лексой Росс после школы, мам. И да, если что, ей девятнадцать. — Так и скажи, думаю, она оценит, — Лекса вновь не смогла сдержать счастливой улыбки. — Ага, и попросит твой номер. — Ну так дай. Я же тебя красть не собираюсь. — А после школы? — Хей, на два часа не считается! Да и потом, я всегда кормлю тебя вкусняшками. Вот где ты видела заложников, которых радуют таким обилием сладкого? — Девушкам как раз, кстати, принесли весь их заказ, на который Лекса и указала рукой. Перед Кларк оказалось несколько кусочков пирожного с непередаваемо шоколадным ароматом и нежнейшей текстурой торта, а также молочный коктейль. Лекса же заказала сырный пирог и чай без сахара. — Ну что смотришь? Налетай давай, — брюнетка придвинула себе порцию. — Чёёёёрт, это тааак вкусно, — Кларк накинулась на лакомство в своей тарелке, довольно мыча девушке напротив. — Неужели ни разу не хотелось попробовать? — О нет, это для меня пытка, — отмахнулась Росс. — Не поверю, пока не увижу, — Кларк отрезала кусочек и потянула Лексе, которая сразу же застыла от такого невинного на первый взгляд жеста. Девочка по-детски протягивала вилку с маленьким кусочком тортика, а всё, что осталось Лексе — наклонится чуть ближе к Кларк и обхватить лакомство губами под заинтересованный и ласковый взгляд голубых глаз. — Как? — Довольно неплохо, — пробубнила себе под нос брюнетка, околдовано смотря на Кларк и её до ужаса довольное лицо. — Ты неисправима, Лекса, — посмеялся «ангелочек». А сама девушка в этот момент была готова поклясться, что это какой-то важный момент в её жизни, полный радости, робости и… нежности. Словно она на своём месте, и всё так, как и должно быть. Особенно трепет в сердце от произнесенного вслух «Лекса» и краснеющих от этого щёк. Надо же, эта девочка вогнала её в краску. Её — кикбоксёра, девушку, которую избивали на протяжении полугода в детдоме, и чьё детство заставило повзрослеть душой на несколько лет вперёд. Лексу в какой-то момент даже потянуло рассказать о лимонном пироге, Октавии и Линкольне. Но она поняла, что пока не готова говорить об этом. Если только вскользь, а это всё равно, что утаить какую-то правду, а такого по отношению к Кларк она не хотела. Из раздумий Лексу вырывал рингтон телефона девочки и её разговор: — Да, мам? — спокойно ответила Кларк. — Угу, помню. Нет, у меня всё хорошо, я с подругой — Лексой. Если честно дальнейшее девушка вообще не стала слушать. Её зацепило лишь одно слово — подруга. Брюнетка откусила кусочек своего пирога и довольно уставилась на разговаривающую по телефону Кларк, чувствуя, как теплое чувство нежности к девочке напротив разливается внутри неё. Они друзья. Верно, они каким-то чудом столкнулись, познакомились, их судьбы переплелись, а сейчас, сидя в этом кафе, они обе чётко осознают, что стали друзьями…